Отголоски одиночества

— Рада познакомиться, Аянокодзи-кун, — грациозно ответила девушка с серебристыми волосами, Шиина Хиёри, своим голосом, похожим на серебристый колокольчик. Она сидела с прямой осанкой, положив руки на серые чулки до бедра. На её лице была мягкая улыбка, и она говорила вежливо и с глубочайшим уважением. — Нет, мне доставляет удовольствие, — ответил я. Она приложила палец к губам и наклонила голову. — Так... У вас есть какие-нибудь хобби...? Или что-нибудь, что вы могли бы рассказать о себе...? — У меня нет особых хобби, но меня интересует практически всё. У меня не так много друзей, но я думаю, было бы неплохо завести хотя бы несколько. И, в общем, это всё, — небрежно сказал я. — Понятно... — Она выглядела подавленной, её прямая осанка изменилась, она сгорбилась и посмотрела в землю. Я думал, что представился как обычный человек, но, похоже, ей показалось, что обычного представления было недостаточно. Я вздохнул и подумал про себя. Я намеревался вести себя так, будто я обычный человек. Обычный старшеклассник, каких встретишь где угодно. Но поскольку это подразумевает наличие друзей, как и желал для меня Мацуо-сан, мне следовало хотя бы немного постараться. — Шиина, что ты... Когда я уже собирался предпринять решительную попытку познакомиться с ней поближе, меня прервал хлопок двери, и в комнату вошёл мужчина средних лет в сером костюме и очках. Он поправил очки, прежде чем представиться. — Доброе утро всем. Я классный руководитель класса С. Меня зовут Сакагами Казума. Я буду вашим классным руководителем в течение следующих трёх лет, так как в нашей школе мы не меняем классы в каждом году обучения. Сейчас я раздам письменные материалы с информацией о школьных правилах. Студенты на передних сиденьях передают бумаги задом наперёд. В нём содержалась информация, но больше всего меня впечатлила система S. — Сейчас я раздам вам удостоверения личности, которые позволяют вам посещать любые наши объекты, покупать товары и так далее, подобно кредитной карте. Однако следите за своими расходами, так как вы можете использовать эту карту для покупки чего угодно. Вы все уже должны были получить 100 000 баллов, и помните, что 1 балл равен 1 иене. В классе раздался взрыв эмоций, но среди криков и шока мужчина с пурпурными волосами до плеч, ухмыльнувшись про себя, начал смеяться. Я начал терять связь с реальностью, размышляя про себя. Несмотря на такие ограничения, как полный запрет на контакты с внешним миром и обязательное пребывание на территории кампуса, эта школа была чрезвычайно лояльна к своим ученикам. Большинство учеников были в восторге, словно перенеслись в своего рода «рай». Рай, где признаются и награждают за достижения. Для них это было сродни свободе. Кроме того, практически 100% выпускников имеют возможность продолжить обучение в магистратуре или устроиться на работу. Можно было бы предположить, что в такой школе будут учиться престижные и успешные люди, стремящиеся к личностному росту, однако все они выглядели как обычные люди. Я повернулся направо и увидел Шиину, молча наблюдающую за толпой. Казалось, она была погружена в глубокие размышления. — Шиина, что-то не так? — спросил я её. — А? Ах, я только что подумала, что люди здесь совсем другие, чем я ожидала сначала, — ответила она. Похоже, она не единственная, кто ожидал большего от учеников в такой школе. Многие студенты начали объединяться в группы с окружающими. Однако, похоже, нас с Шииной оставили одних, так как люди рядом с нами уже начали общаться друг с другом. — Слушайте, вы, чёртовы черви! — сказал мальчик с пурпурными волосами, встал и подошёл к кафедре. — У вас, тупиц, вообще есть хоть какое-то чувство инстинкта самосохранения? Или вы просто принимаете всё, что вам предлагают, на блюдечке с серебряной посыпкой? Внезапно встал мальчик с зелёными волосами и начал на него кричать. — Что, блять, ты имеешь в виду? Ты называешь нас тупыми? Мы все, блять, сдали вступительные экзамены, так что, думаю, мы все довольно умны, раз поступили. — Он начал приближаться к мужчине с малиновыми волосами. — Да, он прав! Не обращайтесь с нами как с идиотами! — вмешался кто-то. — Ты думаешь, тебе сойдёт с рук то, что ты, чертов увалень, называешь нас всех личинками?! — подхватил ещё один. Примерно половина класса начала кричать на мальчика с пурпурными волосами, оскорблять и угрожать ему, а он просто стоял и терпел всё это с ухмылкой на лице. Другая половина класса, включая меня и Шиину, задумчиво сидела, и я представлял, что у других возникают сомнения по поводу абсурдной суммы, которую им выделили. — Вы что, думаете, что заслуживаете таких щедрых выплат? Если бы я был просто каким-нибудь случайным хулиганом, как вы, я бы был в полном восторге и кончил бы от этого! Казалось, весь класс был ошеломлён вульгарностью, которую выдал парень с пурпурными волосами, половина учеников уставилась на него с широко раскрытыми ртами. — Кукуку, похоже, вы не те, кто смеётся, а те, кто получает удовольствие, понимаете? — мальчик рассмеялся. Все уставились на него в шоке, их челюсти отвисли ещё больше. — Вот и самолёт! Кукуку! — Эй, придурок, я тебе лицо разобью, перестань, блять, смеяться и скажи нам, чего ты, блять, хочешь! — крикнул парень с зелёными волосами. — Я говорю, это абсурд, свинья, очевидно, что происходит что-то, чего половина из вас, блять, не видит, потому что вас ослепили эти интимные места или что-то в этом роде. — Я же тебе говорил, заткнись, ты, тупица, или получишь по башке! — зеленоволосый парень замахнулся правым кулаком на мужчину с пурпурными волосами, который легко увернулся. — Вижу, вы прибегаете к насилию. Обычно я бы не возражал, но я бы не посмел так красть наши личные данные! — О чём ты вообще говоришь?.. — Ха! Похоже, половина из вас действительно настолько тупы! — воскликнул мальчик с пурпурными волосами. — Не надо тут рыдать на коленях и умолять лизнуть мои ботинки, когда вы поймёте свою собственную некомпетентность, — сказал он, выходя из комнаты. Когда он вышел из класса, поток оскорблений в его адрес постепенно утих. — Этот чёртов придурок... — воскликнула девушка с синими волосами. — Бедствие... — заявил по-английски крепко сложённый мужчина африканского происхождения. Я быстро проанализировал своих одноклассников и понял, что многие из них склонны к агрессии. Это, безусловно, не совпадение, и, похоже, нас распределили по классам в соответствии с типом личности. Тем не менее, я постараюсь вести мирную жизнь. Я не вырвался из-под опеки отца, чтобы сбежать в водоворот новых конфликтов. Я постараюсь жить обычной жизнью и заниматься обычными делами во время своего пребывания здесь, поскольку это тоже невозможно в Белой комнате.

***

Мой первый день в старшей школе был довольно монотонным. Мне так и не удалось завести друзей, и ничто меня особо не заинтересовало. Я решил, что не буду помогать классу, так как хочу жить жизнью, не обременённой делами, которые меня не касаются. Я прекрасно справлюсь и сам. Чтобы скоротать время, я решил зайти в библиотеку. Поскольку большую часть времени раньше я проводил за учёбой или тренировками, у меня никогда не было много свободного времени. Я всегда предпочитал читать романы, чтобы скоротать время, поскольку это стимулирует мозговую активность, не требуя при этом огромных затрат энергии. Поскольку у меня появилось больше свободного времени, я хочу читать больше романов, так как мне казалось, что я никогда по-настоящему не мог раскрыть их потенциал. Я направился к отделу детективов и заметил знакомого одноклассника с седыми волосами, пытавшегося дотянуться до книги. — Шиина. Тебе нужна помощь? — Ах, да, я был бы признателен. Я взял книгу, которая её заинтересовала, и отдал ей. — Э-э... Как тебя зовут? — спросила она меня. — Хм? Аянокодзи Киётака? — ответил я. — Ты забыла, кто я? — О, мы знакомы? — Я сижу рядом с тобой на уроке... — Ах. Если я правильно помню... Это вы так скучно представились, верно? — Мне больно это говорить, но да, это я. — Ах. Должна извиниться, мне очень жаль, я плохо запоминаю людей... — Она почтительно поклонилась и принесла свои искренние извинения. — Всё в порядке, — ответил я. Я посмотрел на роман, который хотела прочитать Шиина. Это был «Ангелы и демоны» Дэна Брауна. — Аян... Аянодзё? Аянодзё-кун, ты это раньше читал? — Ах! Прости, Аямидзуки-кун, ты читал этот роман раньше? — Её глаза словно вспыхнули пылающей страстью. — Я читал это давно, но да. Кроме того, это Аянокодзи. Ты ошиблась больше, чем в прошлый раз. — Ах, извините, я совсем не умею запоминать имена... Почему так сложно запоминать имена и лица... — прошептала она себе, проклиная собственные привычки или убеждение в том, что люди не запоминаются. Она покачала головой и выдохнула, прежде чем вернуться к разговору. — Но вы рекомендовали бы эту книгу? — Лично мне понравилось, что в нём религия используется как метафора знания. Ангелы представлены как стремление к знанию, а демоны — как потенциальная возможность злоупотребления этим знанием и его разрушением. В нём исследуются сложные взаимоотношения между наукой и религией, моралью и последствиями бесконтрольной власти. Я думаю, что моральные последствия романа заслуживают тщательного изучения, поскольку есть много вещей, в которые не следует вмешиваться, особенно в те, которые могут причинить больше вреда, чем предполагалось. Я сам — побочный продукт экспериментов. Я видел, как люди вокруг меня падали один за другим. Мой отец пытался создать человека, который бы достиг своего максимального потенциала как физически, так и когнитивно, но в конечном итоге он создал просто монстра. Монстра, который утратил важнейший аспект человеческой природы — способность понимать собственные эмоции. Человечество внесло изменения в подавляющее большинство аспектов реальности. Во время Второй мировой войны Дж. Роберт Оппенгеймер экспериментировал с энергией атома и создал оружие массового поражения. Эта бомба должна была положить конец войне, но она лишь положила начало новой. Несомненно, она унесла больше жизней, чем спасла. Мы вмешивались в природу, добывая и используя её ресурсы исключительно в своих интересах. Расширяя свою территорию, мы не обращали внимания на окружающие нас виды. Теперь человечество вмешалось в жизнь человечества. Мы вторглись в потенциал, которым может достичь отдельный человек. Они лишили меня того, что делает других по-настоящему людьми, — способности к сопереживанию. Каковы были последствия того, что существо было лишено всего, кроме человеческой кожи, превратившись в монстра, который просто носил человеческую шкуру? Похоже, я увлёкся разговором о романе, потому что, когда я закончил говорить, у Шиины был слегка приоткрыт рот и широко раскрыты глаза. — Я удивлена… Эм… Как вас зовут? — спросила она. — Аянокодзи Киётака. — Я должна ещё раз извиниться, правда. Мне всегда было трудно запоминать людей, которые не оставляют впечатления. — Она искренно поклонилась. Похоже, моя догадка оказалась верной. Дело не в том, что Шиина плохо запоминает людей; просто она запоминает только тех, кто оставляет неизгладимое впечатление. Неудивительно, что она не смогла меня запомнить, ведь я представился так, будто меня трудно впечатлить. Однако степень её забывчивости просто запредельная. Многим людям трудно запоминать имена и лица, но забыть и то, и другое менее чем за сутки после встречи с человеком, с которым у вас было значительное количество социальных контактов, — это крайний случай. В мои обязанности не входит углубляться в то, что может быть для неё источником неуверенности или иметь для неё личный характер. — Мне придётся изменить своё мнение о вас, Аянокодзи-кун. Кажется, вы хорошо разбираетесь в прочитанных романах. — Спасибо. — Эм… Аянокодзи-кун, ты любишь романы? Я уже не помню, когда в последний раз открыто получал удовольствие от чего-либо. Чтение — это просто предпочтительный способ скоротать время, поскольку оно стимулирует умственную деятельность и улучшает литературные навыки. — Это хороший способ скоротать время, — ответил я. Моё первое впечатление о Шиине было таким: сдержанная, но уважительная девушка, которая всегда носила пассивную улыбку. Однако, когда я ответил на её вопрос, её поведение, казалось, полностью изменилось: её глаза расширились, и на лице появилась энергичная улыбка. Проще говоря, она стала ещё милее. — Правда? Романы так захватывают, потому что в них можно разобрать каждое намерение автора! Мне нравится анализировать персонажей, видеть их мотивацию и то, как они развиваются на протяжении всей истории. Ах, мне также нравится, что автор может погрузить читателя в историю и создать ощущение, будто ты находишься рядом с главным героем. Особенно в детективных романах, правда? — Шиина с воодушевлением увлеклась какой-то фразой, которая, надо признать, была совсем не милой, в отличие от её, казалось бы, обычной сдержанной и вежливой манеры поведения. Пока Шиина рассказывала о своей любви к романам, я невольно почувствовал, что не должен её перебивать, и просто продолжал слушать. — …Ах, извините. Кажется, я немного увлеклась, пожалуйста, простите меня. — Она почувствовала, что говорит слишком много, и начала кланяться. Затем она вернулась к своему обычному поведению. Я вздохнул, ведь нет смысла скрывать что-то подобное. — Нет. Всё в порядке, Шиина. Мне всё равно больше нравится, когда ты такая. — Ах… — лицо Шиины слегка покраснело, и она отвела взгляд от меня. — Хм? Что-то не так? — Ах… Нет, ничего страшного, Аянокодзи-кун… — Она начала смущаться и качать головой. — Понятно. Разговор был хороший, я пойду найду книгу и пойду в общежитие. — Я повернулся к книжным полкам в поисках книги и потянулся к какой-то случайной книге. Как раз когда я собирался взять книгу, она схватила меня за рукав. — А… Аянокодзи-кун? — Эм... Не могли бы вы пойти со мной и почитать здесь...? — Она посмотрела мне в глаза умоляющим взглядом. Я не вижу причин отказывать. — Конечно. — Я схватил книгу, за которой тянулся, и повернулся к Шиине. — Тогда давай найдём столик. Её глаза расширились, и на лице появилась улыбка. Шиина и я сидели за столом в тишине, читая наши романы. Мы сидели и читали три часа, пока библиотека не закрылась. Мой первый день в старшей школе в целом прошёл без особых происшествий, но мне удалось завести первое знакомство. Я постараюсь жить этой мирной жизнью как можно дольше. В этой школе много подозрительных вещей, которые заставляют меня относиться к ней с опаской. Но тем не менее, я буду продолжать жить в эти дни, стараясь жить как можно спокойнее.