Отголоски одиночества

— Следующие! — крикнул нам охранник. Выйдя из небольших лодок, доставивших нас к побережью острова, мы выстроились в очередь, чтобы получить свои наручные часы. Я шагнул вперёд, протянув к нему запястье. Охранник на секунду замер, не отрывая от меня взгляда. Вместо того чтобы выбрать часы из открытой витрины, он потянулся к боку и достал из отдельного кармана одни часы. Насколько я мог судить, он был идентичен остальным — гладкая чёрная полоса с прикреплённым к ней экраном. Охранник застегнул часы у меня на запястье, и его пальцы задержались слишком долго. — Запомните правила: снимать наручные часы нельзя, — напомнил он мне лично. Я сошёл с лодки на берег, смирившись с реальностью ситуации. Нам предстояло провести на этом необитаемом острове неделю, охраняя личность лидера, чтобы получить триста баллов, которые маячили перед нами. Даже мне любопытно, какой план Рьюэна задумал для этого экзамена. На земле перед нами лежали две палатки, два фонарика и коробка спичек. Когда последний ученик покинул корабль, Сакагами-сэнсэй сказал: — Помните. Вам разрешено приобретать дополнительные материалы за счёт предоставленных трёхсот баллов. Однако я советую вам потратить их с умом. Затем Сакагами-сэнсэй продемонстрировал, как сделать самодельный туалет из картона. Довольно много самцов были заинтригованы и взволнованы. Среди студентов прокатился коллективный стон. Некоторые сморщили носы от отвращения, другие обменялись испуганными шёпотами. Шиина подошла ко мне, когда я наблюдал за тем, как строить туалет из картона, но даже ей эта идея показалась несколько неудовлетворительной. — Серьёзно, ребята? Вам это совсем не кажется отвратительным?! — крикнул Манабе. — Чувак, это же мечта каждого парня! Строить всякую фигню, понимаешь? Это как снова собирать конструктор Lego! — Фу... — прокомментировала другая девушка. — От имени всех присутствующих здесь женщин я считаю, что нам следует купить туалет получше! — Манабэ, почти требовательно следуя за всеми, пыталась убедить всех потратить немного баллов. — Э-э, вообще-то, я думаю, лучше поберечь наши очки. Если я правильно помню... — Канеда поправил очки, затем указал пальцем в небо, пытаясь что-то сказать. — Унитаз стоит 20 очков, а использовать картон будет гораздо эффективнее, так как мы сможем сделать несколько унитазов. Таким образом, нам не придётся стоять в длинных очередях. — Ну да, мы, парни, иногда можем провести в туалете до двадцати минут! Вам же не хочется нас ждать! — вмешался кто-то. — Что вы вообще делаете, чтобы так долго стоять в туалете?.. — спросил Манабе. — Здесь можно отлично побыть в одиночестве двадцать минут, — ответила Комия. — Хорошо тогда...! — Манабэ, всё ещё говоря от имени всех собравшихся позади неё женщин, добавила: — А как насчёт того, чтобы вы, девчонки, забрали свои дурацкие картонные туалеты, а мы... — Постойте уже, черт возьми! — спокойно прервал Рьюэн. В тот же миг над Манабэ и остальными спорящими парнями воцарилась тишина. — Настоящее веселье ещё даже не началось. Медленная, хищная улыбка расплылась по его губам. Его смех пронзил тишину. Те, кто раньше спорил друг с другом, теперь вздрагивали от страха при одном только его присутствии. — Что случилось? Слишком уж рвутся потратить наши баллы? — он резко и безрадостно усмехнулся. — Никто. — Его взгляд задержался на Манабэ и группе девушек позади неё: — Ничего не купит, пока я не разрешу. Рьюэн окинул взглядом молчаливую группу, на его губах играла ухмылка. Казалось, он был доволен тем страхом и предвкушением, которые ему удалось в них вызвать. — Считайте это проверкой вашего терпения, — сказал он с улыбкой в голосе. — Я скоро вернусь с дальнейшими инструкциями. Он взглянул на часы, и в его глазах мелькнул расчётливый блеск. — Не расслабляйся слишком сильно. С этими словами он повернулся и целеустремлённо направился к опушке леса, оставляя за собой след тревоги. Листья зашуршали, а хруст его шагов затих вдали. — Аянокоджи-кун? — окликнула меня Шиина, в её глазах читалась тревога. — Хм? Что случилось, Шиина? — Итак, насчёт прошлой ночи… — Мои глаза слегка прищурились. Я вспомнил, как прошлой ночью Цукуширо подошёл ко мне на круизном лайнере. Я вспомнил слова, которые он мне сказал. «Такому чудовищу, как ты, никогда не удастся слиться с обществом. В конце концов, в глубине души ты не можешь себя сдержать». Этот особый экзамен — не просто проверка для получения баллов за учёбу. Это также проверка самого себя — проверка того, насколько тщетно я смогу ухватиться за край нормальной жизни, прежде чем упаду в белую бездну. — Кто… был этот мужчина…? — неуверенно спросила меня Шиина. В конце концов, наш разговор так и не завершился. — Это был всего лишь новый начальник отдела безопасности. Он просто проводил плановую проверку студентов. — Я ответил: — Ничего важного. Глаза Шиины расширились, прежде чем она отвела взгляд. Такая проницательная, как она, должна была понимать, что… Это было далеко от истины. Я вспомнил вопрос, который она задала мне вчера вечером, когда Цукуширо прервал нас двоих: «Почему ты выглядишь такой… несчастной?» — Я… понимаю. — И всё же, несмотря на всю свою проницательность, Шиина боится, что, если она решит копнуть глубже, это навредит нашей дружбе. — Фу… Ты когда-нибудь задумывалась, что Шиина, типа, приросла к его бедру, что ли? — услышал я, как Манабэ что-то шепнула одной из своих подруг. Я почувствовал, как Шиина напряглась рядом со мной, но она молчала, устремив взгляд в землю. Слова Манабэ, хотя и были призваны ранить, содержали крупицу правды. Она испытывала ко мне влечение, хотя, возможно, в тот момент, и не по тем причинам, которые предполагал Манабе. Минуты тянулись, превращаясь в мучительную тишину. Единственными звуками были шум волн, разбивающихся о берег, и изредка доносившийся шелест листьев, когда ветерок проносился по деревьям. Я не отрывал глаз от разбросанного вокруг нас примитивного снаряжения для выживания: палаток, фонариков, коробки спичек. Каждый предмет — это суровое напоминание о предстоящих трудностях. Десять минут. Некоторым это показалось вечностью. И вдруг, в самый разгар всеобщего негодования, из леса появился Рьюэн. Он неторопливо прогуливался, засунув руки в карманы, и на его лице играла неудержимая ухмылка. Он встал перед Манабэ, в его глазах горел хищный блеск. — Сегодня твой счастливый день, Манабэ, — рассмеялся он, в его голосе слышалось веселье. — Помнишь, как ты хотела потратить все наши баллы? Ну, давай. Покупай всё, что хочешь. Манабэ моргнула, поражённая его внезапной переменой мнения. — Серьёзно? — спросила она, в её голосе смешались подозрение и волнение. — Давай, отрывайся по полной! — подбадривал Рьюэн, указывая на берег, где терпеливо стоял Сакагами-сэнсэй. — Считай это наградой за твой… энтузиазм. В его словах звучал саркастический тон, из-за чего все подумали, что он насмехается над Манабэ. Но Рьюэн никогда ничего не делал без причины. Этот, казалось бы, безрассудный поступок был частью более масштабного плана. Что-то должно было измениться, пока он отсутствовал, исходя из леса. — Ты... сейчас говоришь серьёзно? — снова спросил Манабэ, всё ещё не веря своим ушам. Рьюэн наклонился ближе, его ухмылка стала шире: — Давай, — подтолкнул он. — Что ты выберешь? Роскошный портативный туалет? С подогревом сиденья и встроенным биде? Не уверен, есть ли у них такое, но, Манабэ, не сдерживайся. Это твой шанс пожить как королевская особа. Манабэ, смущённый вниманием Сакагами-сэнсэя и неожиданной возможностью, подбежал к нему и, запинаясь, попросил туалет. Рьюэн, с искоркой веселья в глазах, подошёл вместе с Манабэ. Остальные ученики последовали за ним, заинтригованные его действиями. Манабэ с неохотой купила переносной туалет. Рьюэн поднял бровь и насмешливым голосом спросил: — Неужели это всё, что ты хочешь купить, Манабэ? — спросил он, в его голосе звучало разочарование. — Какая жалость. Я думал, у тебя более грандиозные амбиции, чем обычный туалет. Манабэ потеряла дар речи, она растерянно смотрела на него, не зная, как ответить на его насмешки. Рьюэн повернулся к остальным ученикам, его ухмылка стала шире. — Ладно, остальные, — объявил он, игриво бросая вызов. — Манабэ задал чертовски низкую планку. Довольно отвратительную, если честно. Наверняка вы сможете сделать лучше. Какие сокровища вы откопаете благодаря щедрости школы? В классе прокатилась волна замешательства. Они обменялись нерешительными взглядами, не зная, стоит ли воспринимать Рьюэна всерьёз. — Не стесняйтесь, — настаивал он, в его голосе звучала нотка насмешки. — Воспринимайте это как шопинг, любезно предоставленный самим уважаемым председателем Сакагами. Побалуйте себя! Не каждый день выпадает возможность потратить чужие честно заработанные деньги! — Рьюэн рассмеялся. Его слова были полны искушения и презрения. Сначала ученики стали обращаться к Сакагами-сэнсэю с просьбами о предметах, которые были бы практичными, но при этом немного более роскошными, чем те основные принадлежности, которые предоставлялись. Кто-то попросил палатку получше, с москитной сеткой и встроенным вентилятором. Другой попросил переносную душевую кабину. По мере того, как первоначальные сомнения рассеивались, просьбы становились всё более смелыми и экстравагантными. Появились волейбольная сетка и пляжный мяч. Затем — набор высококачественных рыболовных удочек и холодильник, наполненный ледяными напитками. В воздухе витала странная смесь волнения и недоверия. А затем, с рёвом, эхом разнёсшимся по пляжу, кто-то выехал на берег на новеньком гидроцикле. Рьюэн с довольной ухмылкой наблюдал за разворачивающимся хаосом. Почти никто не знал, но его план был приведён в действие. — Чувак, это круто! — крикнул Ишизаки, мысль к гидроциклу. — Это будет чертовски здорово! Из толпы раздался хор восторженных ликований. Даже те, кто поначалу колебался, теперь поддались безумному желанию тратить деньги бездумно. — Это безумное, — пробормотал Токито, нахмурив брови от неодобрения. — Рьюэн, это безответственно. Нам нужно в первую очередь беречь наши очки. Рьюэн повернулся к нему с опасным блеском в глазах. — А тут маленькая принцесса идёт с нами. Неужели ты боишься немного повеселиться? — Это не «веселье», — возразил Токито твёрдым голосом, несмотря на беспокойство. — Это безрассудно и поставит под угрозу наши шансы на победу, понимаешь? — Побеждаем? — рассмеялся Рьюэн, насмехаясь не только над Токито, но и над другими классами. — Думаешь, у этих дураков из других классов есть хоть какой-то шанс против нас? Даже со своими драгоценными очками они всего лишь овцы, которых нужно зарезать. Токито открыл рот, чтобы возразить, но Рьюэн перебил его необычайно низким и угрожающим голосом. — Держи свои возражения при себе, принцесса. Иначе ты будешь первым, кто вернётся на тот круизный лайнер. Токито заколебался, его взгляд метнулся к группе студентов, которые теперь с интересом рассматривали свои новые приобретения. Он понимал, что его меньше, и прямой вызов Рьюэну был бы бесполезен. С обречённым вздохом он отвернулся и сжал кулак. Рьюэн наблюдал за его уходом с лукавой ухмылкой на лице.

***

Класс решил разбить базу именно там, где мы высадились на пляже. Это также означает, что лидер ещё не назначен, поскольку это место нельзя занимать. Однако это также означает, что мы не можем получить дополнительные очки за занятие места. Это означает, что если Рьюэн намерен выиграть экзамен, ему придётся угадывать лидеров других классов. Прошло несколько часов. Кондо и Комия пригласили меня попробовать покататься на гидроцикле, что меня заинтересовало. Мы наблюдали, как Киносита упал с гидроцикла в воду. Кондо рассмеялся и посмотрел, как Комия в панике плывёт, пытаясь убедиться, что с ней всё в порядке. Они доставили гидроцикл к берегу, и оба благополучно вернулись. — Аянокоджи, теперь твоя очередь, братан! — Кондо ударил меня по спине. У меня никогда раньше не было возможности сделать что-то подобное, поэтому меня заинтриговал гидроцикл. Я сел на гидроцикл, и когда уже собирался отплыть, меня окликнул чей-то голос. — Аянокоджи! — Я обернулся в сторону голоса и увидел Канеду. — Рьюэн-сан хочет видеть тебя прямо сейчас. — Но гидроцикл... — я попытался выразить свои пожелания, но меня перебили. — Сейчас. — Я сейчас буду. — Я вздохнул и спрыгнул с гидроцикла. — Чувак, ты уверен? Это займёт всего минуту, — спросил меня Комия, вероятно, желая увидеть, как я тоже потерплю неудачу на гидроцикле. — Да. Я не могу противостоять Рьюэну, поэтому мне придётся уйти, — ответил я ему. — Ладно, тогда до скорого... — Кондо, тоже выглядевший несколько разочарованным, махнул мне на прощание. — Да. До встречи. — Я попрощался с ними. Я подошёл к Рьюэну, который сидел в шезлонге. Рядом с ним лежали три рации и две синие камеры. Над ним висел большой зонт и холодильник, в котором хранились все напитки. Рядом с ним была Ибуки, нахмурившая брови, явно расстроенная тем, что оказалась замешана в одном из планов Рьюэна. — Так что же случилось, Рьюэн? — решил я спросить его, поскольку они оба молчали. — Давай просто сыграем в небольшую игру. — Он усмехнулся про себя. — В игру в шпионажа. Ты в этом хорош, не так ли, Аянокоджи? Он объяснил следующий этап своей стратегии, который включал в себя моё внедрение под прикрытием в лагере класса В, а также проникновение Ибуки в класс D. — Но есть один нюанс, — продолжил он, и его ухмылка стала шире. — Вам двоим нужно соответствовать образу. Подумайте... о задетом самолюбии, уязвлённой гордости, немного отчаяния. Вы должны выглядеть достаточно убедительно, чтобы вызвать у них сочувствие. Рьюэн тихонько посмеялся, объясняя ситуацию. Затем к нам сзади подошёл Альберт Ямада, которого, судя по всему, тоже послал к Рьюэну Канеда. — Ну, полагаю, одного синяка было бы достаточно, чтобы идеальная принцесса Ичиносе проявила сочувствие. Хотя, думаю, этого нельзя сказать о нашей местной сорванке Ибуки, — продолжал смеяться Рьюэн, а в глазах Ибуки читались страх и смирение. — Альберт, ты уже знаешь, что делать. Смех Рьюэна эхом разнёсся по пляжу, когда Альберт шагнул вперёд, похрустев пальцами. Он возвышался надо мной, представляя собой гору мышц и внушительного вида. Ибуки, сидевшая рядом со мной, беспокойно заерзала. — Не волнуйтесь, — сказал Рьюэн с улыбкой в голосе. — Альберт знает, как сделать так, чтобы это выглядело убедительно, не сломав ничего важного. Он бросил на меня взгляд: — Не хотелось бы навредить нашему звёздному игроку, верно? Альберт не терял времени. Он двигался с удивительной для человека его роста скоростью, и его кулак попал мне в лицо. Конечно, я смогу увернуться от этого удара, но если мне нужно выглядеть соответственно, то я должен его нанести. Я слегка наклонил голову, чтобы удар Альберта пришёлся по менее травмированному участку тела, но при этом остался заметный синяк. Рьюэн разработал двухэтапный план, чтобы выиграть этот экзамен. План включает в себя отказ от всех баллов за успеваемость и последующее решение рисунку. Отправить своих одноклассников выведать личности лидера у других классов — это рискованный шаг. Он должен направить способных людей, подходящих для выполнения этой задачи. Однако, чтобы выиграть экзамен, ему также нужно узнать личность лидера класса А. Я предполагаю, что у него есть какой-то козырь в рукаве, касающийся их, и, вероятно, это связано с его недавним исчезновением — ведь должно было произойти что-то, что побудило его использовать этот план. Ибуки ахнула, её глаза расширились от тревоги. — Эй! Что за чертовщина?! — Просто лёгкое прикосновение, принцесса, — пренебрежительно сказал Рьюэн, махнув рукой. — Ничего такого, с чем ты не справишься. Альберт перевел взгляд на Ибуки. — Ничего личного, — спокойно заявил он по-английски. Она стояла на месте, сжав кулаки, готовясь к удару. Альберт не колебался, бросился на Ибуки и замахнулся рукой на её голову. Она смогла выдержать удар и выпрямилась. — И это всё, что у тебя есть?.. Альберт снова попытался её ударить. Она явно получила более сильные удары, чем я. Она стояла там, вся в синяках, но всё ещё держалась. Должно быть, она чувствовала себя глупо, сказав это и получив впоследствии ещё более сильный удар. — Довольно, Альберт, — скомандовал Рьюэн скучающим тоном. — Она всё поняла. Рьюэн приподнялся и наклонился вперёд. — Помни, хорошо играй свои роли. Провал здесь недопустим, понял? Рьюэн взял рации и фотоаппараты и отдал их нам обоим. — Закопайте их где-нибудь неподалёку от их лагерей и позвоните мне, когда сфотографируете карту памяти. С последней зловещей улыбкой он снова лёг и отпил глоток своего напитка. Ибуки и я остались избитыми и готовыми к нашей секретной миссии.

***

Солнце начинало садиться. Цикады жужжали, а я, избитый и одинокий, бродил вокруг. Ну, я не совсем один. Время от времени я чувствую на себе чей-то пристальный взгляд. Вероятно, за мной следят. Я уже около часа ищу лагерь класса В, пытаясь найти хоть какие-то признаки их присутствия или местонахождения. Я нахожу следы на земле. Следы ведут в обе стороны — это указывает на то, что этим маршрутом часто пользуется один из классов. Я закопал камеру и рацию в землю и сел у дерева, ожидая, пока кто-нибудь снова пройдёт по тропинке. Я вычистил грязь с ногтей, чтобы не возникло подозрений, что я выкопал яму. На протяжении большей части семестра Рьюэн поручал мне, в некотором смысле, быть шпионом. Конечно, я немного выходил за рамки дозволенного, чтобы изменить исход событий в некоторых областях. Хотя Рьюэн и добился своей цели — исключения Судо из класса D, я уговорил Хорикиту принять участие в испытании, но позволил ей провалиться, чтобы у неё появилась возможность стать лучшим лидером. Возможно, когда-нибудь, а может, и не сейчас, она сможет действовать самостоятельно и отвлекать Рьюэна. Но сейчас она к этому не готова. И я не ожидаю, что она станет лучшим лидером, пока наконец не признает свои ошибки и постепенно не начнёт совершенствоваться. Когда она будет готова? Я сам не уверен. Это может произойти в течение полугода, а может, и через год. Если бы я учился с ней в одном классе, то, возможно, даже раньше. Но в данный момент у меня нет никакого желания ей помогать. Однако, когда я сочту её готовой, она может оказаться непредсказуемым фактором. В конце концов, хорошо, когда у вас есть возможность выбора. Однако сейчас нет ничего, что могло бы отвлечь внимание Рьюэна от меня. Это подводит меня к поставленной задаче. Рьюэн ожидает, что я интегрируюсь в ряды класса В, понаблюдаю за их взаимоотношениями и в конечном итоге выявлю их лидера. Это задача, которая соответствует моим сильным сторонам, возможность разгадать секреты класса, известного своим единством и сотрудничеством. Именно по этой причине я не намерен его выполнять. Успех был бы слишком показательным, наглядным доказательством интеллекта, который я хочу скрыть, — ведь неудача в этом случае гарантирует, что Рьюэн не позволит мне жить нормальной жизнью. Кроме того, когда я впервые согласился стать его шпионом, меня наняли только из-за моей физической формы и спортивных способностей. Я никогда не говорил о своём интеллекте, поэтому выполнение задания противоречило бы моему предыдущему заявлению. Эта задача требует иного подхода, более тонкой стратегии — или, возможно, более очевидной. Стратегии, которая позволит мне сохранить видимость посредственности, одновременно достигнув желаемого результата. — О! А вы... Аянокоджи-кун? — Я поднял голову, чтобы увидеть человека, который меня окликнул. Это была Ичиносе Хонами, лидер класса В. Позади неё находились две незнакомые мне фигуры. Один из них был мужчиной с фиолетовыми волосами, а другая — девушкой с русыми, почти седыми волосами. — Ичиносе, к счастью, я тебя встретил, — ответил я. — А что случилось с твоим лицом? Ты подрался? — Ичиносе заметил синяк на моём лице. — Да, у меня возник конфликт с одноклассниками. К сожалению, меня выгнали из лагеря, и теперь я застрял здесь. Выражение лица Ичиносе смягчилось, в глазах появилось беспокойство. — О, Аянокоджи-кун, это ужасно! Ты ранен? — Ничего серьёзного, — сказал я, слегка прищурившись и осторожно поглаживая синяк на лице, чтобы он был ей ещё заметнее. — Просто синяк. — Э-это ужасно, — сочувственно сказала девушка с русыми волосами. — Наверное, ей здесь одной очень одиноко... — В самом деле, — добавил мальчик с фиолетовыми волосами, его взгляд стал более острым, когда он оценил меня. — Однако бродить одному, особенно когда через несколько часов наступит ночь. Ичиносе кивнула, обеспокоенно подняв бровь. — Ты прав, Кандзаки-кун. Мы не можем просто оставить его здесь. Аянокоджи-кун, почему бы тебе не вернуться с нами в наш лагерь? Мы можем предложить тебе еду и ночлег, пока ты не решишь, что делать. Я колебался, притворяясь нежелающим. — Я бы не хотел навязываться... — Чепуха, — настаивала Ичиносе, её улыбка была тёплой и искренней. — Мы все в одной лодке. К тому же, нам бы не помешала ещё одна пара рук в лагере. Правда, Кандзаки-кун, Чихиро-чан? Кандзаки молчал, его взгляд был прикован ко мне с настороженным выражением. Чихиро же, напротив, восторженно кивнула. — Конечно! Чем больше, тем лучше! — Ну, если вы так говорите… — ответил я. Ичиносе сияла от счастья. Если бы я был обычным человеком, её теплота была бы заразительной: — Замечательно! Тогда пойдёмте обратно, пока не стемнело. Следуя за ними по лесной тропинке, я не мог не заметить, что сострадание Ичиносе было почти слишком легко использовать в своих целях. В лагере класса В царила оживлённая атмосфера. Они не потратили баллы на большое количество снаряжения — самой заметной покупкой стали гамаки. Это резко контрастировало с тренировочным лагерем класса С, где все очки были потрачены, и это было совершенно очевидно. Я наблюдал за происходящим с отстранённым любопытством, отмечая тонкие нюансы взаимодействия между одноклассниками. Они были сплочённой группой, их смех и разговоры протекали легко и непринуждённо. Рьюэн, или, возможно, кто-то из его посланников, скорее всего, наблюдает издалека, ожидая, когда я подам какой-нибудь знак или намёк, указывающий на то, что я не так прост, как показываю. Я решил начать с чего-нибудь обыденного, что позволило бы мне органично вписаться в группу, не вызывая подозрений. Я подошёл к группе студентов, которые разбирали свои принадлежности. — Здравствуйте, — поздоровался я с ними. — Вам нужна помощь? Они подняли головы, удивлённые моим предложением. — О, э-э, конечно, — ответил один из них, указывая на кучу дров. — Вы можете помочь нам сложить вот это вон там. Работая вместе с ними, я старался вступать в непринуждённые беседы, спрашивать их мнение об экзамене и об их реакции — делал всё, чтобы выглядеть как обычный, пассивный студент. Однако мой взгляд постоянно возвращался к Ичиносе. Я наблюдал за ней, как она передвигалась по лагерю, подбадривая и распределяя задачи; её присутствие оказывало успокаивающее воздействие на группу. Каждый раз, когда я бросал на неё взгляд, я незаметно корректировал свою позу, убеждаясь, что мой взгляд ничем не затруднён и что любой, кто наблюдал за мной, заметит, что я сосредоточен на ней. Среднестатистический студент поверил, что Ичиносе — лидер, владеющий козырем. Я постукивал пальцами по ноге, словно размышляя над новым кусочком пазла. — Эй, Аянокоджи-кун, — окликнул меня Сибата, один из мальчиков, которым я помогал. — Ты случайно не бегаешь? — Полагаю, да. Хотя и не очень часто. Почему вы спрашиваете? — У меня больше всего энергии после ужина, поэтому я иду на пробежку именно тогда. Нужно же сжечь эти калории, верно? — Да, но разве потом не становится трудно что-либо разглядеть? — спросил я его. — Хм… Хорошая мысль. Впрочем, всё будет хорошо, у нас же есть фонарики. А, кстати, почему бы тебе не присоединиться ко мне? Если я пострадаю или что-то в этом роде, по крайней мере, я не буду один. — Возможно. Я присоединюсь к вам, мне больше нечем заняться. Я, вероятно, дал достаточно намёков, чтобы заподозрить Ичиносе в том, что он лидер. Также существует вероятность того, что они вернутся в лагерь, поскольку отходить от него ночью опасно. — Пойдёмте сюда? — Сибата указал на грунтовую тропу. — Конечно. Но не ждите, что я буду успевать за вами, — ответил я. Мы побежали по тропинке и немного поболтали. Казалось, он не задыхался и мог говорить даже на высокой скорости. У него, должно быть, высокий показатель VO2 Max. Его шаги были длинными и лёгкими, как будто бег для него почти не представлял никакой сложности. — Аянокоджи, в каком классе ты, кстати, учишься? — Класс С, — небрежно ответил я. — А?! Серьёзно?! Я думал, они все должны быть похожи на жестоких головорезов! — Ну, по крайней мере, я знаю, что он не считает меня таковым. — Не все из нас такие. Среди нас много жестоких людей, но есть и удивительно добрые. — Я подумал о Шиине и задумался, чем она занималась в тот момент. У неё не было друзей, кроме меня, а иногда и Ибуки. Однако нас обеих больше нет. Вполне вероятно, что она просто читает книгу, купленную за бонусные баллы. — Эх, это удивительно слышать. У вас, особенно у Рюэна и... кажется, у Альберта Ямады, неплохая репутация? — Что сделал Альберт? Он только выполняет приказы, но не создаёт проблем вне их рамок, — спросил я его. — Знаешь, почему он известен... Альберт, по-моему, заметно отличается от остального населения. После тридцати минут бега и непрестанной болтовни Сибаты мы направились обратно к лагерю. Приближаясь к лагерю, я заметил знакомую фигуру, прячущуюся у опушки леса — Канеду Сатору. Он был частично скрыт тенями, но я узнал его по блеску очков. Казалось, он наблюдал за нами, его взгляд был прикован ко мне. Наши взгляды встретились лишь на мгновение, но это подтвердило мои подозрения. Рьюэн наблюдал, а Канеда был его глазами и ушами.