Как карта ляжет (The chips are set to fall)

Благотворительные мероприятия в середине сезона не особо привлекали Шейна, но ему нужно было быть там. Если он со своим бойфрендом собирается открыть фонд в следующем году, то нужно влиться в круг филантропов, чтобы новость не была такой шокирующей для всех. Если общественность не готова ко всем остальным вещам, происходящим между ним и Ильей, то пусть хоть совместная благотворительность не будет чем-то удивительным. Подобные мероприятия позволяют Шейну чувствовать, что их отношения не такие уж и невозможные. Сейчас он работает над третьим пунктом их долгосрочного плана: перевести Илью в Оттаву, стать публичными друзьями, открыть благотворительность, уйти на покой, завершить их успешные и насыщенные карьеры, и, желательно, провести со вкусом небольшую свадебку когда им будет за 40 – вдали от хоккея, когда до них уже никому не будет дела. Илье тоже стоило бы походить по подобным собраниям, но, насколько Шейну известно, благотворительные организации перестали приглашать его, потому что он главный мудак на льду. Но это нормально. Шейн не против быть тем, кто делает основную часть работы для осуществления их плана. Это в любом случае было его идеей. Илья отказывается от всей своей жизни ради переезда в Оттаву – Шейн способен позаботиться обо всем остальном. Сегодняшнее мероприятие относится к разряду отстойнейших – деловые костюмы и отвратительный список приглашенных гостей. Шейну нравится, когда на таких собраниях нет других хоккеистов, чтобы ему не приходилось много разговаривать. Или когда игроков достаточно много для того, чтобы среди них был хоть один близкий друг. Худший исход для него, это когда хоккеист только один – и это Скотт Хантер. Хантер всегда заставлял Шейна нервничать. Мало того, что он всегда видел в нем пример для подражания - еще с тех самых пор, как был подростком - так он еще и уверен, что Хантер вычислил его. А то неловкое письмо, которое Шейн отправил после прошлогоднего кубка, явно не улучшило ситуацию. И вот он собственной персоной – Скотт Хантер мягко подходит к столу, возле которого расположился Шейн, чтобы поговорить с ним. Потому что они единственные хоккеисты во всем зале, естественно. После быстрого приветствия Скотт понижает голос. - Ты, эмм.. – глаза Скотта быстро оглядывают комнату и возвращаются к Шейну. – Ты же общаешься с Ильей Розановым, да? Скотт говорит тихо, почти шепчет. Его выражение лица очень загадочное, что выглядит довольно глупо. Любой, кто посмотрит на них, поймет, что они секретничают. Но сам вопрос выбивает Шейна из колеи. Скотт произносит «общаешься с Розановым» так, будто это какой-то код, а Шейн абсолютно не разбирается в подтекстах. Как бы ему хотелось, чтобы люди, блять, говорили прямо и понятно! Допустим, Скотт именно это и имеет в виду – что Шейн должен на это ответить?? Они с Ильей популярные соперники. Они еще не объявляли о своей дружбе. Скотт не должен знать, что они «общаются»… если только он не знает. Шейн сразу же отбрасывает эту мысль подальше. Хантер не может знать о них, так? Ведь так??? - Да мы.. нет, не особо. А что такое? На лице у Шейна выражение крайней растерянности. - Окак. – Скотт хмурится. – Ну, мне просто показалось... Скотт опять как будто просит Шейна заполнить какие-то воображаемые прочерки, и Шейн понятия не имеет, как это сделать. - Извини, я не понимаю, о чем ты. - Нет, просто я много с ним общаюсь, - Скотт смотрит на Шейна так, будто тот должен его перебить и исправить, - и у меня сложилось впечатление, что, возможно, вы… поддерживаете связь? О Господи Иисусе. Скотт знает о них. Теперь это ясно как день. Стоп, а с каких вообще пор Илья и Хантер много общаются?? - Эмм, да, то есть ну, мы разговаривали пару раз. - Шейн добавляет, - А ты к чему вообще спрашиваешь? Он что-то говорил обо мне? - Нет! Нет, ничего такого. – Скотта с облегчением выдыхает. – Он ничего мне о тебе не говорил. И уж точно не говорил, про твою... Он очень аккуратен со словами. Нет, я просто как будто… почувствовал что-то такое? Шейн пялится в пол. Он мог все отрицать, но звучало бы неубедительно. Если Скотт и Илья действительно говорят так много, что Хантер сумел «что-то почувствовать» в моментах, когда Илья упоминал Шейна… ущерб нанесен. - О нас никто не должен знать. - Да, не бойся, думаю, мы единственные, кто в курсе. – Скотт подтверждает кивком. – Все остальные заинтересованы в том, чтобы хранить это в секрете. - Все?? Глаза Шейна округляются. - Ну, да. – Скотт выглядит растерянным. – Игроки Розанова. Ангелы Ильи. Армия Ильи. Называй как хочешь, короче. Все мальчишки Розанова. Брови Шейна взлетают в шоке. - Все мальчишки Розанова???? В голове у Шейна пустота. Может, им с Ильей стоило четче обговорить понятие слова «бойфренд»? Шейн предположил, что моногамия в их отношениях само собой разумеющееся, но… - Я что, сказал что-то не так? – Скотт мотает головой. – Ты сказал «нас» так, как будто ты в курсе о… - Его глаза округлились. Шейну все это совсем не нравится. – Ебануться. Ты сказал «нас», но… - Он прикрывает рот ладонью, - Ты и Розанов?!?» - имя Ильи он произносит громким шепотом. Так он что, не знает? - Я думал, ты знаешь! Какого хуя ты тогда имел в виду?? - Подожди, мне нужно перевести дух. – Скотт тяжело дышит. – Так ты и... Розанов, вы... эээ, вы… - Говори, блять, потише! – Шейн злобно шепчет. - И ты не знаешь о его странной группировке Гейских Мстителей? - Нет, и с твоих слов это звучит ужасно. О чем ты вообще говоришь? - О Господи. – Скотт уставился в потолок. – Я думаю, это как раз то, что вам нужно обсудить между собой? Должна же быть причина, почему он решил тебе не рассказывать. - Нет, мне нужно услышать это сейчас. – Шейн делает шаг вперед и блокирует Скотту путь к отступлению.  Он хочет выглядеть устрашающе, но, судя по всему, излучает только отчаяние. Скотт потирает лоб. - Иисусе, ну ладно, это не такое уж и большое дело. Существует группа из игроков-геев и бисексуалов, которую мы с Розановым смогли… собрать. Шейн отступает. - В каком смысле? - Ну типа, - Скотт на секунду задумывается, - помнишь, когда все команды две недели дубасили центрового из Каролины? Шейн кивает. Они давно не играли против Каролины, но он все равно заметил, что на мудака начали нападать. - Он всех задолбал своими гомофобными оскорблениями и угрозами. Розанов натравил ребят против этого придурка. - Ебать. – Шейн чувствует, как начинает терять сознание. Он бы и рухнул, наверное, если бы не был так впечатлен. - Сколько вас? Скотт качает головой. - Я так и не смог добиться от него ответа. Он хотел по одному человеку от каждой команды, чтобы каждый раз, когда команда выигрывает кубок, один из игроков делал каминг-аут. Я выиграл кубок и выполнил свою часть. - Стоп, что? Он и меня заставил принять в этом участие! – Шейн начинает бледнеть. Он не воспринял это в серьез в момент того разговора. У Монреаля не было шансов на кубок в прошлом году, так что он чувствовал себя в безопасности. С кем еще Илья поспорил?? Шейн надеялся, что остальные договоренности происходили при других условиях. Предполагалось, что остальные обсуждения не происходили голышом в послеоргазменном состоянии в постели у Ильи.  - Все согласились на спор с кубком. Это вроде как условие для вхождения в группу. Так что ты тоже с нами. - Думаю, да. Там сколько, типа, 3 человека? 10? – Шейн выдает нервный смешок только представив, что в лиге может быть 10 гей-игроков. - Неа, больше. – Скотт звучит серьезно, и Шейн реально сейчас отключится. – По моим предположениям у него где-то 12 команд, но в некоторых командах больше одного игрока, так что думаю где-то 18 человек. Он даже утверждает, что у него есть запасной Адмирал. Шейн шокировано выдыхает. - 18 хоккеистов?? Скотт внимательно осматривает Шейна. - Это очень важное сообщество для нас всех, даже несмотря на то, что мы практически друг с другом не общаемся. Просто знать, что нас так много, и что мы можем вместе выступать против общих врагов… Через пару лет нам всем придется поблагодарить Розанова за значимый прогресс. - Да какого хуя.. – Шейн напоминает себе дышать. Несколько мгновений они просто стоят в тишине, переваривая много новой для их обоих информации. - Окей, у меня теперь квадриллион новых вопросов.  

***

Поздно ночью на телефоне Ильи высвечивается имя Джейн. Шейн должен был посетить одно из благотворительных мероприятий в Нью Йорке, пока Илья играл против Нью Джерси, поэтому звонок довольно нетипичный – обычно после подобных сборищ Шейн устает от навязанной социализации и ему нужно немного времени и пространства в тишине чтобы перезарядиться. - Ммм, привет. Тут такая странная история.. – Шейн сразу переходит к делу. Судя по звукам он куда-то идет. Даже не смог дождаться, пока дойдет до отеля? У Ильи есть предложение, что за разговор сейчас произойдет, и это явно не что-то сексапильное. - Ко мне сегодня подходил Скотт Хантер. Неа, совсем не сексапильное. Если только… - Он подкатывал к тебе? - Нет, Илья, боже, он же ископаемое. Илья обожает этого мужчину. - К тому же это ты из нас двоих тот, кто считает его горячим. Илья ненавидит этого мужчину. - Лживая ложь. - Точно. В общем, он спросил меня, общаюсь ли я с тобой.  Все выглядело так, будто он знает какой-то секрет, и в общем… - Илье пришло сообщение.   Самый старый человек в мире: ты и ШЕЙН ХОЛЛАНДЕР???   - А. Шейн продолжает бормотать. - Так вот, ну я и подумал, что он знает о нас. Зачем еще ему таинственно спрашивать меня, не общаюсь ли я с тобой?? - Ага. Так чего он хотел? - Ну, сегодня я узнал о чем-то под названием «Апостолы Ильи», или что-то в этом роде… - Чегооо? Как он, блять, это назвал?? -  Ммхм. Так ты точно знаешь, о чем он говорил. – Шейн тяжело вздыхает. - Илья, ты возглавляешь группировку гей-мужчин, и указываешь когда им сделать каминг-аут, а кого нужно избить? - … если я сейчас скажу «нет»… -  Господи, Илья, что за хуйня блять?? – выкрикивает Шейн. - Я не хотел говорить тебе! Я предполагал, что это… не совсем твое. - Нет, я…  – Шейн тяжело вздыхает, и на секунду повисает тишина. – Окей. Ну вообще то мне, типа… нравится? И мне нравится, что ты знал, что меня лучше держать от всего этого подальше. Но мог хотя бы ввести в курс дела, чтобы я не выдал нас Скотту, блять, Хантеру! - Он тут телефон мне разрывает.  - Ты переписываешься со Скоттом Хантером, боже. – Шейн становится очень тихим. – Сколько человек? Хантер не смог мне сказать. - Хватило бы на основной состав и даже осталось бы немного для запаса. Я даже задумывался о названии команды. Что думаешь о… - Стопэ. В лиге больше 23 игроков-геев? - Намного больше. Я очень осторожен. Чтобы завербовать нового человека, приходится открываться перед ним чтобы завоевать доверие. Рискованно. - Ага. Я тоже не особо в восторге от этой мысли-  СТОП, в каком смысле открываться??.. Илья смеется. - Да, часть ритуала посвящения в группу - горячий секс. - Илья. - Шейн! Ну я шучу, конечно же. У меня был секс только с двумя лучшими игроками лиги. – Илья натягивает ухмылку. - И по большей части это дрочка. На другом конце трубки громко вздыхают. - Лучше бы так оно и было, - бурчит Шейн. После первоначального шока, связанного с подпольной деятельностью Ильи, реакция Шейна в целом положительная. Илья расслабляется – его новый запасной игрок для Монреаля полнейший бардак. Шейн не упоминает сделку, которую они заключили в прошлом году, и они не обсуждают, распространяется ли она и на этот год. Это нормально. Шейну не нужно соглашаться на это. Все сводится к тому, что кубок действительно выиграет Каролина. Но Илья все еще рад тому, что в Монреале помимо Шейна есть кто-то еще, готовый сделать каминг-аут – это снимает с плеч Шейна гору ответственности, даже если тот сам об этом не в курсе.   Илья: Да, я слышал, вы пересеклись сегодня.   Самый старый человек в мире: Пересеклись. Что за нахуй?   Илья: будь добр не подкатывать больше к моему бойфренду   Самый старый человек в мире: Боже, нет! Самый старый человек в мире: У меня всегда было чувство, что ему нравятся мужчины Самый старый человек в мире: Вот я и решил прощупать почву и убедиться, что ты уже поговорил с ним Самый старый человек в мире: А он все воспринял вообще по-другому.   Илья: не щупай его почву   Самый старый человек в мире: Ты просто ходячий сборник самых ебнутых сюрпризов. Самый старый человек в мире: …Как ты вообще умудрился его захомутать?? Самый старый человек в мире: А главное – когда??   Илье хочется ответить что-нибудь остроумное и загадочное, но приходит сообщение от №11, который спрашивает, обратил ли Илья внимание на центрового третьего звена из Нешвила. Илье нужно посмотреть несколько интервью, прошерстить соцсети, узнать, когда он пересечется с этим парнем в следующий раз… Хантер может подождать. Этому городу нужен герой.  

***

  Неделю спустя Шейн дома у Ильи после игры против Бостона. Осталось еще несколько подобных неудобных краткосрочных встреч, пока Илья не переедет ближе, чтобы у них была возможность проводить больше времени вместе. По крайней мере сегодня у них есть целая ночь, а не быстрый визит перед возвращение в отель с неприятным чувством, будто они отрывают от себя часть сердца. Сегодня они могут не торопиться, поэтому после нескольких часов жаркого воссоединения Шейн наконец находит в себе силы спросить то, что тяготило его с того самого благотворительного мероприятия. - Так значит, Пехота Ильи? Илья вздыхает и ведет Шейна в свой кабинет. Шейн никогда не был в этой комнате -  по сути это обычная комната для гостей с угловым столом, в которой Шейн дома у Ильи не нуждался. Шейн мгновенно впечатлен увиденным, а затем, когда на него обрушивается масштаб происходящего, чувствует себя немного странно. - Не смотри на имена. Расфокусируй зрение,  – предупреждает Илья, но Шейн и так слишком шокирован для того, чтобы рассмотреть хоть что-нибудь. Он обращает внимание на карту, прикрепленную к пробковой доске на стене. Из каждого города, в котором есть команда МХЛ, торчит по булавке. Некоторые булавки держат по одному или нескольку кусочков бумаги. Ниже прикреплен написанный от руки список, занимающий несколько листов, вывешенных один за другим. Шейн старается не читать ничего из того, что там написано. Но его взгляд цепляется за огромное слово ГЕЙ-РАДАР, написанное на отдельном стикере. Стикер разделен на две колонки – на левой стороне множество черточек, на правой же только две. На соседней стене еще один список – с перечнем всех команд лиги и номерами напротив каждой команды. Мозг Шейна цепляет две цифры напротив логотипа Монреаля - №6 и №13. Блять, ему реально не стоило смотреть. Но это не номер его джерси. Да в команде даже нет игрока с номером 6. Он останавливает себя от того, чтобы спросить об этом у Ильи. Он не должен этого видеть. В его команде есть другие игроки-геи? Сука, зачем он только посмотрел? На столе возле ноутбука открыт блокнот с записями неразборчивым подчерком на смеси кириллицы и латиницы. Рядом стоит самая настоящая картотека со стопкой карточек высотой в 10 сантиметров. Чуть дальше – календари игр на год для всех команд лиги. - Охуеть можно, - шепчет Шейн, пытаясь все переварить. Он поворачивается к Илье, который осматривает все это с нескрываемой гордостью. Тот начинает указывать и перечислять. - Это мой главный список. Здесь перечислены потенциальные участники. Тут стопроцентные натуралы. А это перечень мудаков. У меня есть даже небинарный хоккеист, пока только один, но я думаю, что их больше. Когда соберется список, его я повешу вот сюда. – Шейн не смотрит в ту сторону, куда указывает Илья. – Игроки распределены по командам, команды распределены по их месту в рейтинге. Здесь контактная информация каждого из моих ребят. Там турнирная таблица каждого дивизиона и обновления по Каролине. И у меня даже заведена индивидуальная карточка на каждого игрока лиги.  Илья достает из картотеки одну из карточек, помеченную в уголке зеленым цветом, и показывает Шейну.   №6 ШЕЙН ХОЛЛАНДЕР 🩶 Команда: Монреальские Вояджеры Ориентация: Супер Гей Семейное положение: холост (перечеркнуто) в отношениях Уверенность: 100% Подтверждающие факторы: отчаянно умоляет об этом Проведена ли беседа: ✓ Участие в споре кубка: 2017 - ✓, 2018 - ? Активность в армии: Связи с другими игроками: ←→ №1 Примечания: ЛВМЖ (Любовь Всей Моей Жизни)   Илья с нежностью смотрит на карточку. - Вот здесь я нарисовал маленькое сердечко… - он что-то бормочет. Шейн аккуратно забирает бумажку у Ильи из рук и внимательно ее осматривает. Илья возвращается обратно к столу, достает еще одну карточку с зеленым уголком и протягивает ее Шейну.   №1 СКОТТ ХАНТЕР (КАМИНГ-АУТНУЛСЯ) Команда: Нью-Йорские Адмиралы Ориентация: Гей Семейное положение: в отношениях (Кип Грейди) Уверенность: 98% (перечеркнуто) 100% Подтверждающие факторы: периодически засматривается на мужчин; засосал парня в прямом эфире Проведена ли беседа: ✓ Участие в споре кубка: 2017 - ✓ (победа) Активность в армии: ✓✓✓ Связи с другими игроками: все //→ №7, №11, №26, №6 Примечания: клуб мертвых матерей; Кип Грейди – продавец смузи, фанат Бруклина, есть друзья-геи - Илья… - начинает Шейн, пока ему не вручают очередную карточку. На этой уголок отмечен синим цветом, хотя предыдущие две были зелеными. Внизу карточки несколько несвязных символов, которые, предполагает Шейн, Илья использует для маркировки и сортировки.   ХЕЙДЕН ПАЙК Команда: Монреальские Вояджеры Уверенность: 98% Подтверждающие факторы: репостнул инстаграм-пост с каминг-аутом №1, водил дочерей на гей-парад в Монреале   - Нет, Хейден точно натурал, - быстро произносит Шейн. - Допустим, - отвечает Илья, бросив скептический взгляд, - это неважно. Синие карточки означают безопасный. Шейн тронут. Илья ненавидит Хейдена, но все равно включил его в свою деятельность, называет его безопасным. А еще, похоже, намекает, что он не натурал, и Шейн старается не думать о количестве черточек на левой стороне стикера с гей-радаром Ильи. Шейн смотрит на картотеку Ильи и обращает внимание, что есть еще карточки, помеченные красным. Прочитав его мысли, Илья вытягивает одну.   ДАЛЛАС КЕНТ Команда: Защитники Торонто Уверенность: 100% Подтверждающие факторы: вербальные, физические; скорее всего издевается над женщинами (№10, №18) Жалобы: 1, 4, 6, 11 (перечеркнуто) 14 Действия армии: запланированы на декабрь/январь 2018 Он знает, что Илья ненавидит Кента. Да его ненавидит большинство игроков. Он отвратительный, жестокий, и Шейна не удивляет, что у Ильи есть причины предполагать, что тот насилует женщин. Ему даже не нужно спрашивать, что означают красные уголки на карточках. - Илья… - Шейна все еще немного не по себе. Трясущимися руками он возвращает Илье три последние карточки, и тот возвращает их на место. На свою карточку Шейн продолжает смотреть, проводя пальцами по графе «примечания». Любовь Всей Моей Жизни… В горле образуется ком, а глаза становятся влажными. По крайней мере с этим он не может не согласиться. - Я так сильно тебя люблю, - произносит он шепотом. Илья притягивает его за талию, и теперь они стоят плечом к плечу и наслаждаются тем шедевром, что представляет из себя сейчас офис Ильи. - Это все для тебя. Илья не хочет думать, что Илья под этим подразумевает. Это то, чем Илья занимается для их блага, пока Шейн работает над 15-летним планом. Его взгляд продолжает расплываться, пока он пытается сосредоточиться на графе «Активность в армии» и на вопросительном знаке после «Участие в споре 2018». Он указывает пальцем и указывает на эти строки Илье. - Я в деле. Отметь меня как участника. Во всем этом. Все, что тебе потребуется. Он кладет карточку на стол и целует Илью со всей силой что у него есть. - Блять, я так сильно тебя люблю. Остаток вечера Шейн пытается помочь Илье, рандомно называя различные имена. Скорее всего, Илья уже вычислил всех этих людей, но попытаться стоило. Илья каждый кивает и отвечает «Окей», как будто принимает все к сведению. Шейн понимает, что Илья не может выдать, есть ли у него уже эти люди, да ему и не очень то хочется знать. Он просто хочет быть частью того, что выстраивает Илья. После того, как он увидел офис, стало понятно, что на прошлой неделе Скотт был абсолютно прав в своих прогнозах: многим людям придется отметить достижения Ильи, когда через несколько лет тот перевернет все с ног на голову. Пока они продолжают обниматься на диване, едва глядя телевизор и залипая в телефонах, Шейн не может не вспомнить о том, что произошло на этом диване в прошлом году. Он пытается отвлечься мыслями о каждом хоккеисте, которого он только знает. - Фредерик! – Выкрикивает Шейн пятое имя за вечер. Защитник из Каролины всегда казался ему подозрительным, хоть и с очень большой натяжкой. – И он в Каролине! Шейн знает, что об этом имени Илья не подумал, потому что в Каролине у них никого нет. Это может быть важно. Он чувствует, что наконец-то может быть оказаться полезным. Илья выдает очередное «Окей», но в этот раз как будто слишком сильно сжимает губы, пытаясь сдержать себя от какого-то высказывания. Или, что еще хуже, сдерживаясь от смеха. - Что? Илья мотает головой, все еще стараясь не улыбаться. Он смотрит на Шейна взглядом, наполненным обожанием. Сцена все больше напоминает ту, что до смерти напугала Шейна год назад. По крайней мере сегодня выражение лица Ильи вызывало в нем нежность, а не испуг. - Тебе так повезло, что я заставил тебя обратить на себя внимание. - Ты не заставлял меня… - Шейн начинает протестовать. – Что ты имеешь в виду? - Ноль из пяти. – Илья все же позволяет себе улыбнуться, пока произносит это. - Ноль?? – Шейн даже присаживается от возмущения. – Почему ты так уверен? Илья мотает головой, улыбаясь так ласково, что сердце Шейна тает. - Ноль.