Итерация

      Комната Энтрати оставалась единственным местом в Хёльвании, где хаос почему-то казался упорядоченным. Здесь никто не смотрел на Селин как на погрешность системы. Наоборот, всё вокруг будто служило доказательством того, что сама система изначально была устроена неправильно. Столы были завалены записями, формулами и заметками, написанными почерком человека, который либо был гением, либо давно сошёл с ума. Селин склонялась к мысли, что Альбрехт Энтрати был и тем, и другим одновременно.       Учёный называл происходящее временным парадоксом, девушка же предпочитала слово «петля». Оно было проще и лучше описывало происходящее, так отчаянно напоминавшее всё сильнее затягивающуюся удавку на шее. Каждый год ей приходилось переживать два тридцать первых декабря, каждое из которых становилось самым страшным днём её жизни по-своему, и целый год рядом с Гексом, чьи воспоминания о ней стирались без малейшего следа, будто Селин никогда и не существовала.       Она старалась отдыхать и восстанавливать силы, но оставленный у входа на второй этаж варфрейм искушал сильнее обычного. Использовав «перенос», Селин смогла бы хотя бы ненадолго сбежать от собственной слабости, которая вызывала в ней отвращение. Внутри варфрейма её нервная система отключалась, а вместе с ней исчезала и боль.       Однако цена такого облегчения была по-настоящему жестокой. Регенерация ран на это время будто замирала в ледяном сне, а стоило Селин вернуться в своё тело, как они снова открывались и начинали кровоточить. Боль же накатывала сильнее прежнего, словно организм требовал компенсацию, напоминая, что «перенос» давал лишь отсрочку.       Обещание облегчения манило Селин почти неприлично сильно, но в сознании каждый раз всплывал жёсткий голос Артура, требующий соблюдать приказ. Именно он удерживал девушку на неаккуратно уложенных матрасах в комнате Энтрати сильнее любых предписаний Летти. Она, конечно, соврала бы самой себе, если бы сказала, что ей совсем не хотелось снова услышать, как Артур называет её бестолочью. Ей нравилась его забота, сдержанная рамками военного опыта.       Взгляд Селин невольно скользнул в сторону дивана у дальней стены, частично скрытого тяжёлой тёмно-красной шторой. Память услужливо подбросила совсем не то, что следовало, пробуждая воспоминания, которые Бездна оставила ей с особым издевательством. Тяжесть горячей, немного грубой ладони Артура на её бедре. Его дыхание, сбившееся впервые за долгое время не от боя. Низкий голос, внезапно лишённый привычной жёсткости. И почти невозможную уязвимость, которую он позволял себе так редко.       Селин резко отвела взгляд, почувствовав, как по шее медленно поднимается знакомая волна стыда. Она отчётливо поняла, что не хочет смотреть на слишком многое в этой комнате, и, чтобы хоть как-то отвлечься, нащупала старую рацию Аои, которую та принесла сразу после того, как узнала о состоянии Селин. «Так ты хотя бы будешь в курсе происходящего», — сказала Аои с улыбкой, прежде чем уйти. Селин была благодарна, но подарок ощущался скорее как изощрённая пытка.       Она прибавила громкость динамика, из которого доносились короткие переговоры.       Артур, сектор чист. Приём.       Принял. Продвигайтесь дальше.       Каждый голос, звучащий из рации, напоминал Селин, почему бездействие казалось ей не отдыхом, а наказанием. Слушать, как Гекс зачищает очередной сектор от Скальдры или Техрота, оставаясь при этом бесполезным наблюдателем, оказалось мучительно. Так же мучительно, как слышать в редких помехах тихое пение Куинси, засевшего в снайперском гнезде и лениво передающего данные о положении противника, словно происходящее его совершенно не пугало. Поначалу голоса звучали буднично, но потом что-то изменилось. Интонации стали жёстче.       Их слишком много, нам нужна помощь.       Элеанора, Летти, двигайте к Амиру, я прикрою босса.       В груди мгновенно вспыхнуло знакомое, почти животное сопротивление самой мысли о том, что она снова будет лежать без дела, пока остальные берут на себя ещё один удар. Внутри что-то болезненно взбунтовалось и Селин не успела опомниться, как сознание оказалось в варфрейме. В следующее мгновение сталь резко подняла голову и сорвалась с места.

***

      Снаружи шла сильная метель. Ветер настойчиво пытался срывать ржавые вывески и промокшие листовки со стен домов. Вдалеке сквозь шум ветра слышались выстрелы, и это заставляло Селин ускоряться с каждым поворотом.       Сталь, находившаяся под её полным контролем, двигалась быстро, тихо и плавно, словно лесной хищник, вышедший на охоту. Шум боя усиливался, и Селин резко сделала манёвр, остановилась и легко, почти невесомо, как пёрышко, взмыла на крышу одного из самых высоких зданий. Она пригнулась и попыталась оценить обстановку. Первым делом она стала искать Куинси. Девушка включила рацию и прислушалась к качеству связи. Помех со стороны Куинси почти не было, что позволило сделать вывод о его достаточно близком местонахождении.       Селин оглядела окна и разрушенные стены зданий, но сквозь метель ничего не увидела.       Артур, тебе это не понравится.       Короткое сообщение Куинси безапелляционно дало понять Селин, что её уже засекли, и сделали это с пугающей моментальностью. Сталь, подконтрольная девушке, подняла руки и сложила их крестом, словно прося не выдавать её.       Прости, милая, но не сегодня. Артур, у нас пополнение в строю.       Селин с трудом сдержала злость и инстинктивно захотела сжать зубы, но у варфрейма, к счастью, их не было. Если бы они всё же были, ей пришлось бы вести внутреннюю борьбу с желанием вцепиться Куинси в горло. Она снова попыталась его найти, но так и не смогла понять, откуда он на неё смотрит. Из рации раздался тихий, почти истерический смех.       Хватит пялиться по сторонам, дуй вниз.       Селин не раздумывая спрыгнула и сразу оказалась в самой гуще сражения плечом к плечу с Артуром, который умудрялся одновременно отбиваться от врагов и бросать на оболочку из стали короткие, грозные взгляды. И всё же успешность боя заметно повысилась. Селин, знавшая каждый приём Артура, угадывала по микродвижениям его следующий шаг и будто завершала за ним комбинации. Она спокойно понимала, когда нужно прикрыть его спину, а когда наоборот помочь надавить на врага. В этой синергии было что-то дьявольски естественное.       Скальдра отступала, отстреливаясь длинными очередями, но ни скорость Селин, ни скорость Артура не позволяли ей приблизиться хотя бы на шаг к цели. Вскоре длинная улица опустела, а на брусчатке в хаотичном порядке и в самых странных позах остались лежать трупы противников. Неожиданный звук выстрела снайперской винтовки заставил Селин обернуться, и она увидела, как в тёмном переулке по стене медленно сползает чудом выживший Живодёр. Его кровь брызгами разлетелась по кирпичной кладке.       Селин подняла голову варфрейма к крыше одного из зданий и наконец поняла, где Куинси был всё это время. «Засранец», — подумала она. Движение Селин не осталось без внимания. Артур смотрел на подконтрольную Селин сталь и, не сводя взгляда здорового глаза, дотронулся до рации.       — Амир, что у вас там?       Ответ последовал не сразу, и за это время у Селин в голове пронеслись самые страшные сценарии. Она начала считать секунды и не успев досчитать до десяти, услышала голос Амира.       Чисто. Все целы.       Артур с облегчением выдохнул, на секунду позволив себе отпустить напряжение, прежде чем снова вернуть себе привычную собранность.

***

      Вернувшись в Торговый центр, Селин, не выходя из «переноса», попыталась украдкой уйти к себе, но от внимательности Артура скрыться было не так просто.       — Всем стоять. Срочное внеплановое собрание, — сказал он громко, заметив, как подконтрольная сталь ускользает на второй этаж, а затем тише добавил, обращаясь конкретно к Селин, — Выходи.       Она повернулась и замотала металлической головой, на которой не было ни глаз, ни рта, и продолжила пятиться спиной наверх. Холодный взгляд Артура заставил её остановиться. Она замерла на самой нижней ступени, не решаясь разорвать контакт со своей оболочкой.       — Выполняй.       От его голоса внутри что-то сжалось, и она нехотя подчинилась. Оказавшись в своём физическом теле, она почти рухнула на пол, но успела ухватиться за балюстраду. Артур тут же подхватил её под локоть, а Летти, молча наблюдавшая за происходящим, последовала его примеру. Через минуту Селин уже сидела на стуле в обеденном холле, где собрался весь Гекс.       Леттиция села рядом и тщательно вытирала кровь, настойчиво текущую из носа девушки. Она неодобрительно цокала и, казалось, хотела отвесить ей пару подзатыльников. Артур стоял в своей привычной позе со сложенными на груди руками, рядом с Аои и Элеанорой, которые были явно в шоке от происходящего. Амир же смотрел на всё с неподдельным восторгом и, судя по виду, ждал, когда Куинси начнёт пересказывать произошедшее. Парень почти бешено переводил взгляд со снайпера на Артура и на Селин.       — У тебя был приказ, бестолочь, — строго сказал Артур.       Селин улыбнулась про себя. Всё-таки это оказалось даже приятнее, чем она ожидала. Но, заметив ужас на лице Элеаноры, быстро осеклась и вытерла рукавом кровь. Почему-то именно в этот момент в мысли ворвалось всё самое неприличное и жуткое, что происходило в её жизни, а попытки думать о чём-то другом заканчивались провалом. Элеанора, не сводя с неё глаз, взялась за плечо Артура и почти осела рядом с ним от подкосившихся ног.       — Элеанора, пожалуйста, прекрати лезть в мою голову. Тебе не понравится то, что ты там найдёшь, — протянула Селин, потирая перебинтованную ладонь, в которой снова вспыхнула боль.       — Ох, Сол... — ответила она.       Неожиданно Куинси расхохотался во весь голос, за что Селин посмотрела на него с благодарностью. Сама бы она не справилась с неловким молчанием.       — Нет, вы можете её сколько угодно ругать, но это было эпично. — он вытер уголок глаза от проступившей слезы и продолжил, — Значит, сижу я и смотрю в прицел, прикрывая спину Его Величества, и замечаю шестым чувством эту железяку.       Артур покосился на Куинси, но последний даже не заметил и позволил себе непринуждённо продолжить.       — Она оглядывается несколько раз, ну точно ищет меня, чтобы не спалиться, а найти не может. Ну я ответсвенно её сразу же раскрыл, а она, как руками замашет. Типа: «ты чё творишь, придурок?».       Он залился смехом ещё сильнее, что оказалось заразительно и следом за ним продолжили Аои и Амир. У Летиции наконец-то получилось остановить кровь и она позволила себе слабо улыбнуться и рассмеяться в кулак.       — У меня в тот момент было огромное желание тебя убить, — захихикала Селин, отчего её рёбра заныли.       — Я не сомневаюсь, сестрёнка, — поддержал её снайпер.       Артур невольно закатил зрячий глаз и трагически посмотрел на сестру. Его испугало выражение её лица, с которого всё еще не сошёл ужас. «Летти говорила правду, но Артур, она не просто знает нас... Мы её семья...», — обратилась Элеанора телепатически лично к нему. От этих слов внутри мужчины поднялась тревога, а голоса вокруг утонули где-то вдалеке. Он перестал слышать, о чём рассказывает Куинси. Артур медленно перевёл взгляд на Селин без привычной настороженности. Он смотрел так, будто пытался узнать в ней кого-то, кого должен был помнить, но не мог.