Красно-белые искры

      Чуя по привычке проснулся рано утром. Просто лежал, смотря в окно, на светлеющее небо. Мысли находились далеко отельного номера. Он даже не помнил как добрался сюда. Помнил только свист ветра, рёв моторов и наглую улыбку Дазая, которая преследовала даже во сне.       Чуя вздрогнул от стука в дверь и зовущего за ней голоса Альбатроса. Зря написал где находится, любит же он личные встречи. —Чуя, детка, открой мне дверь,—на распев протянул он, подвыпившим голосом. Вечеринка не так давно закончилась, видать.       Накахара, завернувшись в плед, прошлепал босыми ногами по прохладному полу к двери и открыл её. Альбатрос зашёл, быстро обнял Чую и рухнул на кровать, раскинув руки в стороны. —Тебе тут передали,—он порылся порылся в кармане джинс и кинул рядом с собой сложеный в несколько раз лист.—От Дазая. —Наглости тебе не занимать, Альб. Че ему надо? —Он часто располагает интересной информацией, может предложить что-то хочет.       Чуя закатил глаза и развернул записку. Почерк аккуратный, почти каллиграфический, что совсем не вяжется с уличным гонщиком.

"Прошлая гонка была хороша. Даже очень. У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Ну или сможешь, если струсил :) Сегодня после заката приезжай на вчерашнее место сбора. Хочу погонять с тобой. —Д.О."

—Он хочет погонять со мной,—сказал Чуя, скомкав лист и бросив его на стол. Перевёл взгляд на друга, а тот уже спал. Ну и наглость.

***

      Порт встретил Чую всё тем же влажным воздухом. Место сбора было пустынно. Заметив одиноко стоящую фигуру возле старого кирпичного склада, он подъехал к ней, заглушил мотор и поднял визор. —Ты погонять хотел. Не вижу байка. —О, ты приехал, приветик,—в голосе звучало удовлетворение.—Ну, я же не говорил когда именно.       Дазай подошел спереди байка, расставив ноги по бокам от колеса и уперевшись ладонями в руль. Чуя снял шлем и выгнув бровь уставился на него, ожидая продолжения, но тот молчал. —Тогда какого черта ты позвал меня сюда сегодня?–после вздоха спросил рыжий. —Тоннель под заливом. Там будет следующая гонка, через неделю. Участие платное, но ставки бешеные. Правда есть проблема. —Удиви,—слезая с байка ответил Чуя.       Осаму усмехнулся, доставая из кармана куртки карту и подсвечивая ее телефоном. Старые схемы инженерных коммуникаций, отметки стрелки, Чуя подошёл ближе, рассматривая. —Тоннель давно закрыли, из-за аварийного состояния. Дорожное покрытие сильно повреждено. Часть его завалена, но есть обходной путь через служебные коридоры,—он указал это место на карте.—Проблема в том, что они узкие, чуть больше метра в ширину.       Чуя нахмурился, глядя в телефон. —На мотоцикле? Это самоубийство. —Именно поэтому туда никто не суется. Этот участок меньше километра, если пройти его, дальше тоннель в приличном состоянии. Я был там, вполне себе. —И ты хочешь, что бы я в этом участвовал? —Именно. Мне жуть как интересно, справишься ли ты с этим,—с ехидной улыбкой, он заблокировал телефон и убрал обратно в карман, сунув карту рыжему.—Плюс...       Чуя поднял взгляд, встречаясь с тёмными, похожими в ночи на две чёрные дыры, глазами соперника. —Плюс? —Там будет участвовать один человек, который мне очень не нравится. И если его сделаю не только я, —не отводя взгляда и чуть улыбаясь, он протянул руку и заправил рыжий локон за ухо,—но ещё и новичок из Токио, это ударит его по самооценке. —Ты хочешь использовать меня. —Я хочу предложить тебе хорошую гонку,—поправил его Дазай.—Остальное —бонус.       Повисла пауза. Где-то в порту ухнула пролетающая сова и звук эхом разнесся между складов. Опомнившись, Чуя отстранился. —Я подумаю. —Подумай, но времени у тебя не много. Запись участников заканчивается послезавтра вечером.

***

      На следующее утро Альбатрос, выпросив на ресепшене ключ от номера, припёрся с двумя стаканами кофе и сэндвичами. Поставив это всё на стол, стянул со спящего Чуи одеяло. —Детка, пора просыпаться. Я завтрак принёс,—блондин потряс его за плечо и сел на кровать. —Альб, будь добр, иди на хер,—пробормотал Чуя, пытаясь завернуться обратно в одеяло, но друг его отобрал и закинул на стул. —Клянусь, я убью тебя. Рано или поздно. —Сэндвич и американо без сахара,—Альбатрос протянул ему пакет.—А ещё я поузнавал о твоём новом друге. Чуя сел, заправил растрепавшуюся во сне чёлку за уши и принял пакет с едой. —Он мне не друг,—вяло огрызнулся рыжий. —Да-да, как скажешь,—Альб подвинул стул и принялся за еду.—Его отец отец владеет сетью автосалонов и один из спонсоров подпольных гонок в Киото. В молодости тоже гонял. Неудивительно, что Дазай узнает о гонках раньше остальных. —Мгм. Мне к чему эта информация? —Подумал тебе будет интересно. —Очень интересно,—с саркастическими нотками в голосе, ответил Чуя.       Позавтракав, Накахара сходил в душ и переоделся. Альбатрос за это время даже не двинулся, оставаясь на стуле и глядя в телефон. —Птица, Дазай мне вчера гонку предложил. Мне надо съездить осмотреть трассу. Это аварийный тоннель, под заливом. —Одного я тебя не отпущу,—заявил блондин, поднимаясь и отряхивая штаны.—А то буду переживать за тебя. —Ты просто хочешь увидеть старое подземелье. —И это тоже, детка.

***

      Вход оказался именно там где указан на карте — за пассажирским терминалом, куда даже дороги уже давно нет. Покрытые ржавчиной железные ворота приоткрыты, а рядом валяется навесной замок. Им же легче попасть туда.       Чуя толкнул створку и она со скрипом поддалась, открывая тёмный коридор. Пахло сырость, плесенью и старым бетоном. Он включил фонарик на телефоне и пошёл вперед. Тоннель огромный. Высота свода около пяти метров, ширина на восемь полос. Уже метров через двести начиналось обрушение. Груды обломков бетона и арматуры перекрывали проезд. —Дазай говорил, что есть обходной путь,—пробормотал Чуя, подсвечивая стены.— Где-то здесь должен быть служебный проход.       Он обнаружился справа. Дверь, едва различимая на фоне белой стены. "Должно быть её снимут перед гонками"—подумал рыжий. За ней начинается коридор шириной, действительно, чуть больше метра. Стены и пол где-то остались покрыты кафелем. В некоторых местах торчали арматуры, так что приходилось пригибаться. —И здесь вы должны проехать на мотоциклах?—Альбатрос присвистнул.– Тут даже ходить страшно. —Ну, он сказал, что был здесь.       Они прошли дальше по коридору, везде было запустение. Кое-где Чуя заметил следы от шин. —Ты посмотри и правда был,—сказал он вслух. —Или не он,—буркнул Альб.—Я не в восторге от этого. Даже если ты проедешь, темно же как в заднице. Фары максимум метров пять освещать будут. —Включу дальний,–пожал он плечами в ответ.       Они вышли с другой стороны, прямо за жилым кварталом, ворота здесь также открыты и выходят к пустырю. Чуя молчал, глядя на ворота, этот тоннель вызов, а он никогда не умел проходить мимо вызовов. —Я соглашусь,—вытал он решительно. Блондин подпрыгнул на месте от шока. —Это самоубийство, Чуя. —Я знаю,—Накахара обернулся к нему и улыбнулся той улыбкой, которую Альбатрос знал слишком хорошо. Это был азарт.—Поэтому и не могу отказаться.

***

      Чуя узнал у Альба номер телефона Дазая и тем же вечером позвонил ему. Он ответил после первого же гудка, как будто сидел и ждал. —Кто?—послышалось из динамика. —Накахара. Я согласен. Сколько депозит? —О, Чуя. Отлично. Скину тебе в смс номер организатора, он все расскажет. И предлагаю завтра встретиться там вечером. Пробный заезд. Гонка один на один. —Понял. Хорошо. —Я рад, Чуя.       Он хотел огрызнуться, но промолчал и сбросил звонок. Стоя возле отеля, Чуя прислонился к Баки и погладил его по седлу. —Будет интересно.

***

      Утром Чуя проснулся от звука уведомления. Сообщение от Дазая. 10:13 Придурок Дазай: Скинь адрес, я заеду.

10:14

Вы:

Зачем?

10:16 Придурок Дазай: Подумал, что нам нужно подготовиться и приехать пораньше. Пройтись по тоннелю, запомнить повороты, что бы ночью не было сюрпризов.       Подумав, Чуя решил что это правильная мысль, ведь они с Альбатросом там были вчера. То ещё местечко. Он скинул адрес отеля и пошёл умываться. Потом переоделся и вышел, взяв ключи от мотоцикла и номера. На парковке возле отеля уже ждал Дазай. Он молча кивнул в знак приветствия и завел двигатель. Накахара надел шлем и оседлал свой байк.       Они выдвинулись к порту. Ехали рядом и это странно. Просто ехать рядом, а не соревноваться. Чуя иногда поглядывал в сторону второго мотоцикла, что двигался в опасной близости, но это не напрягало. Дазай, так же как и Чуя, вел аккуратно и идеально держал дистанцию между ними. Будто они годами ездили рядом и знаю каждое движение.       У входа они оставили байки и двинулись дальше пешком. Прошли по служебному коридор три раза, запоминаю каждый поворот, неровности пола и торчашие арматуры. Чуя остановился перед самым узким участком, проводя пальцем по кафелю. —Здесь слишком темно,—сказал он растирая пыль между пальцев.— Первый проедет и поднимет пыль, фары не помогут тогда. —Я думал об этом,—ответил Дазай, доставая с карманов небольшие светодиодные лампочки и передавая часть из них Чуе.—закрепим по пути. Они горят несколько часов.       Они прошли весь маршрут еще раз, устанавливая лампы в самых сложных местах. Чуя закреплял их на стенах, Осаму шёл следом и проверял как горит свет. Ко дню гонки, конечно, организатры всё подготовят куда, а им пока и так достаточно. Они вышли к своим байкам, как раз когда уже стемнело. —Можем начать, я думаю,—сказал Дазай, надевая шлем и залезая на мотоцикл. Чуя повторил его действия и кивнул.       Они встали на исходную, предварительно синхронизировав гарнитуру для связи в шлемах. Вокруг ни души, только шум ветра с моря.       Двигатели взревели одновременно. Два мотоцикла, красный и белый, влетели в темный туннель, оставляя за собой облака пыли. Первые метров двести— широкая прямая, можно разогнаться. Чуя выжал сцепление и прижался к баку, чувствуя как вибрирует двигатель, передавая мощь через руль в руки.        Переход в служебный коридор резкий. Чуя заложил поворот, почти касаясь плечом бетонной стены. Подножка от соприкосновения с полом издала скрежет и высекла искры. Он услышал, как позади него повторил маневр, но более плавно.       "Неплохо",—мелькнуло в голове.       Коридор, подсвечиваемый светодиодными лампами, сузился до метра с лишним. Теперь они ехали по прямой, не имея ни единой возможности для маневра в случае чего. Чуя переключил фары на дальний свет, улучшая видимость и освещая впереди стены покрытые плесенью и торчащую справа на уровне плеча арматуру. Он сместился чуть влево и она прошла в миллиметрах от него, задев куртку.       Дальше поворот под девяносто градусов. Чуя сбросил скорость до семидесяти, вошел в него, перекладывая вес тела. Арахабаки вильнул, но он выровнял его, снова выжимая газ. Сзади послышался визг шин, Дазай входил в поворот чуть быстрее, и его занесло. Чуя увидел в зеркало, как белый мотоцикл на мгновение ушел в занос, но Дазай мастерски выровнял его, не сбросив скорости. Чуя на мгновение отпустил руль, держа его одной рукой и показал палец вверх.       Теперь они мчались по длинному участку. Чуя разогнался до ста тридцати, максимально возможная скорость в этом аду. Двигатель ревел, эхо многократно отражалось от стен, создавая оглушительный грохот, который, казалось, давил на виски. Дальше должна быль трещина в полу, около двадцати сантиметров. Он приподнялся на подножках, перенес вес и Арахабаки перемахнул через препятствие.       Дальше самый сложный участок. Из нескольких поворотов подряд и узкое пространство. Чуя вошёл в первый, сбросив скорость до шестидесяти, второй— ещё медленнее. Он услышал сзади скрежет. —Дазай,—позвал он входя в следующий поворот.—Что у тебя там? —Подвеска. Похоже, что-то зацепил на прошлом участке. —Сбрасывай скорость, придурок,—рявкнул в микрофон Чуя. —Исключено,—послышался усмехающийся голос в ответ.       Чуя вылетел из последнего поворота и оказался на прямой. Еще пару сотен метров до выхода на пустырь. Он выжал газ до упора, но краем глаза заметил в зеркале, как белый Ducati выходит из поворота, виляя из стороны в сторону. Дазай боролся с управлением, но все равно держал скорость.       "Вот бешеный",—подумал Чуя. Мысль была больше как похвала и уважение его упрямости.       Стены слева и справа мелькали как размытые полосы серого бетона. Скорость — сто пятьдесят. Чуя прижался к баку, чувствуя, как воздух срывает с него капли Теперь они неслись по финальной прямой. Стены слева и справа мелькали как размытые полосы серого бетона. Скорость близится к сто сто девяносто. Несмотря на поврежденную подвеску, Дазай держится на хвосте. Метр за метром, сокращая расстояние. —Прекрати! Ты убьешься!—крикнул в микрофон рыжий. Ответа не последовало, только смешок в наушнике.       Белый байк встал вровень. Опасно. Дазай прижимался всё ближе, со всей силы держа руль, будто действительно хотел протиснуться вместе. —Ты совсем больной?! —Да!       Они вылетели из туннеля одновременно. Два мотоцикла, красный и белый, на скорости сто шестьдесят ворвались в ночную Йокогаму. Накахара и Дазай пересекли невидимую линию так близко, что разделявшие их сантиметры казались бесконечно малыми. Двигатели затихли, когда они остановились. Чуя снял шлем и повернулся к Осаму. Тот тоже снял шлем, и в свете фар было видно, что он улыбается широко, искренне, как ребенок, который только что получил лучший подарок в жизни. —Это было...—начал Чуя. —Невероятно,—закончил Дазай.— просто невероятно.