НА БИС

      Первый съемочный день всегда самый лучший. Я как ребенок на Рождество. Не могу уснуть всю ночь накануне, а к рассвету я как возбужденный щенок.       - Первый день, - пою я Бену.       Он отталкивает меня от себя.       - Иди, позанимайся и избавься от всей этой лишней энергии. Я знаю, какой ты на съемочной площадке, если этого не делаешь.       - Я мог бы придумать другой способ измотать себя... - Я прижимаюсь к нему.       - Дай мне поспать. Если не хочешь, чтобы я весь день увольнял стажеров и ассистентов, иди.       - Отлично. Утяжелители пойдут мне на пользу. Сегодня я должен быть подтянутым перед камерой.       В сегодняшних съемках есть сцена, где я почти полностью обнажен. Я плаваю и выхожу из бассейна мокрый до нитки, и это должен быть первый раз, когда персонаж Блейка заметит, какой я горячий.       Пожалуйста, это так нереально. Даже гетеросексуальные мужчины знают, насколько я привлекателен. До того, как стать актером, я был моделью. Я буквально заработал все свои деньги на своей внешности.       Но, полагаю, в кино главное - развлечение, не так ли? Кому нужен реализм?       Сегодня будет весело.        Блейк всю неделю писал мне сообщения и просил вдохновить его на создание персонажа, потому что он пытается проникнуть в мысли Мэддена. Я восхищаюсь им за то, как он серьезно относится к этой роли, даже если делает это только потому, что проиграл глупое пари - пари, от которого я бы точно отказался, если бы он, правда, захотел, но думаю, в глубине души он понимает, что это хороший карьерный шаг для него.       Я рад работать с ним. Он был в списке актеров, с которыми я хотел бы поработать, и это не имеет ничего общего с его актерским мастерством. Этот мужчина привлекателен. Светлые волосы, голубые глаза, типичный американский парень. Он не так привлекал мое внимание, когда играл в бойз-бэнде «Одиннадцать», но в фильмах о Коби Годспиде, где он крутой парень без рубашки…       Фух, здесь жарко? Я еще даже не начал заниматься спортом.       Я посещаю тренажерный зал на улице, в домике у бассейна Бена, и планирую тренироваться до тех пор, пока мой бурлящий энергией пузырь не лопнет.       Моя ассистентка Джоджо появляется раньше, чем это происходит. Она входит с моим утренним кофе и широкой улыбкой на лице.       - Как долго ты занимаешься?       Я вспотел и запыхался, но все еще слишком сильно возбужден. Я смотрю на часы и... ой-ой-ой.       Я поднимаю подол майки, чтобы вытереть пот с головы.       - Какое-то время. - Если два часа - это долго. Возможно, позже у меня сведет мышцы от переутомления. Либо это, либо адреналин поможет мне продержаться весь день, и тогда завтра я не смогу ни пошевелиться, ни встать.       - У тебя есть пятнадцать минут, чтобы принять душ и одеться, иначе опоздаешь на свой первый съемочный день, - говорит Джоджо. - Бен уже ушел.       Ладно, это немного раздражает. Он мог бы прийти и сказать мне. Но, по крайней мере, если мы придем на съемочную площадку по отдельности, я смогу уйти, как только закончу свою сцену.       Джоджо протягивает мне кофе.       - Выпей.       - Спасибо. - Я делаю глоток, и он едва теплый. - Как долго ты уже здесь?        - Двадцать минут. Я и не думала, что мне придется вытаскивать тебя из спортзала. В хорошие дни ты обычно задерживаешься всего на пятнадцать минут.       - Ты критикуешь мою выносливость или мою склонность к лени?       - Я ничего не говорила о твоей выносливости, мистер Эгоист.       - Что ж, хорошо. Мне не нужно тебе это доказывать. Может, ты и женщина, но я могу представить Райана Рейнольдса, занимаясь с тобой сексом.       Она вздыхает, потому что привыкла к моему дерьму и знает, что я на сто процентов гей и на двести процентов флиртую. Это делает меня на триста процентов потрясающим.       - Я пас. Спасибо за предложение, - мило говорит она. - Ты всегда такой вежливый.       - Я должен быть вежливым, чтобы загладить вину за все те случаи, когда говорил неподобающие вещи.       - Верно.       Я быстро принимаю душ, и мы отправляемся в путь, но с той минуты, как я появляюсь на съемочной площадке, понимаю, что что-то не так.       Сегодняшняя съемка проходит на натуре в загородном клубе Лос-Анджелеса, но там, где должны быть освещение и операторское оборудование, почти ничего не установлено.       В углу кто-то плачет, наверное, стажер, ассистенты режиссера избегают смотреть всем в глаза, а потом я замечаю Бена, расхаживающего возле своего режиссерского кресла.       Это портит мне настроение первого дня.       Я подхожу к Бену и кладу руки ему на плечи.       - Привет.       Он вздрагивает.       - Что происходит? - спрашиваю я.       - Мы опаздываем уже на час, площадка еще не готова, если мы в ближайшее время не соберем все воедино, солнце скроется за зданием, и освещение будет неправильным, и…       - Дыши. - Я делаю глубокий вдох и пытаюсь заставить его дышать со мной.       Он вырывается из моих объятий.       - Иди, займись гардеробом и гримом. Мы не можем опаздывать еще больше, чем уже есть.        Я не собираюсь с ним спорить. Дело в том, что я работаю с Беном почти год. Он гений, и я восхищаюсь его работами, но он - воплощение стереотипного художника. Это значит, что он становится упрямым, и когда что-то взбредает в голову, его невозможно переубедить.       Я стою в стороне, позволяю ему разглагольствовать, а потом он приходит в себя и делает вид, что ничего не произошло. Извинение? Не думаю, что он понимает значение этого слова.       - О, и Джорди? - Кричит Бен мне вслед, когда я ухожу.       Я ненавижу, когда он называет меня Джорди, но тут совсем другое дело.       - Да?       - Иди, проверь своего друга. Того, что по твоему настоянию, я должен был взять на роль. Он паникует       Ох, блядь.       Почему никто не может любить первый съемочный день так сильно, как я?       Сначала я занялся гардеробом, потому что уже знаю, из чего будет состоять мой наряд: плавки «Speedo». И все.       В сегодняшней сцене персонаж Блейка, Мэдден, впервые встречается со мной после того, как моя назойливая экранная сестра назначает нам фальшивое свидание. Бывшая Мэддена выходит замуж, и ему нужна пара на свадьбу, чтобы он не выглядел таким жалким, как написано в сценарии. Это похоже на гей-версию «Свадебного свидания» с Деброй Мессинг и Дермотом Малруни. Только без мужской проституции.       Я думаю, Бен решил сначала снять эту сцену, чтобы немного поиграть с нашей химией. Изначально он хотел снять первую постельную сцену в первый день, но я сказал ему, что если будем снимать ее с актером-натуралом, это приведет только к проблемам с графиком и мы будем работать сверхурочно.       Оказывается, для этого нам даже не понадобилась любовная сцена.       Я надеваю плавки, и мне дают халат, чтобы прикрыться, и тапочки, чтобы ходить по съемочной площадке. Когда я прихожу в гримерный трейлер, меня намазывают маслом, а затем контурируют пресс, чтобы он выглядел более рельефным на камеру.       Это тяжелая жизнь, но кто-то же должен ее жить.        Джоджо следует за мной как тень, принося воду, пока мне делают макияж, но когда я направляюсь к трейлеру Блейка, то говорю ей, чтобы она отдохнула в моем.       Я стучу, внутри слышится движение, и тут дверь открывает Блейк с широко раскрытыми глазами, с идеально уложенными светлыми волосами - и я не имею в виду прическу Коби Годспида, где они зачесаны назад, его начесали и уложили в высокий помпадур - в белой рубашке и брюках-чиносах.       - Слышал, ты паникуешь, - говорю я.       - Я не паникую. - Его голос становится пронзительным. - Ты сходишь с ума. С чего бы мне паниковать? - Так, теперь он пищит.       Я не стану признавать это вслух, чтобы не поставить его в неловкое положение, но это так мило, что почему-то возбуждает.       - Из-за чего ты так волнуешься? - спрашиваю я.       - Я никогда раньше не снимался в серьезных фильмах. Половина моих фильмов с Коби Годспидом даже не имеют смысла.       - Если тебе от этого станет легче, Бен все еще играет со сценарием, потому что он ему не нравится. Скоро это уже не будет серьезным фильмом. Ты слышал новое название? «Притворяясь». Это не название для «Оскара».       - Это не помогает. Вообще. Я согласился на это, чтобы получить больше известности, глубины и чтобы меня воспринимали всерьез как актера. Меня и так не воспринимают всерьез как музыканта, а это воссоединение «Одиннадцать»...       - Ого, «Одиннадцать» снова вместе? Да?       - Черт. Никто не должен об этом знать. Я ничего не говорил, ясно? - Он делает вид, что замолкает.       - Поверь мне. Я никому не скажу.       - Мы пишем и записываем музыку во время съемок фильма, а после его окончания отправимся в тур.       - А как же актерская карьера? - спрашиваю я. Как я уже говорил, у Блейка огромный потенциал, чтобы стать звездой, поэтому я не понимаю, зачем ему возвращаться к работе бэк-вокалистом в бойз-бэнде.       - Ею я тоже занимаюсь. Предполагается, что «Одиннадцать» будет гастролировать в перерывах от основной работы. Мы делаем это скорее для удовольствия, чем ради денег или славы.       - Делаете для... удовольствия? И... никакой личной выгоды? - Говорю я механическим голосом. - Прости. Не укладывается в голове.       - Разве у тебя нет чего-то, чем ты увлечен и чем хочешь заниматься просто ради удовольствия? Прыжки с тарзанки? Чтение? Просмотр старых фильмов?       - Секс? Это считается?       - Э-э... конечно. В любом случае, для меня «Одиннадцать» - примерно то же самое. Думаю, для всех нас. Но теперь я откусил больше, чем могу проглотить, благодаря этому фильму и воссоединению, и из человека, который снимался в боевиках один за другим с перерывами, превратился в человека, у которого одновременно несколько проектов, плотный график и, и, и…       Я делаю шаг вперед и провожу ладонями вверх и вниз по его рукам, утешая уже второго человека еще до того, как день начался.       - Дыши. Ты справишься.       Он резко втягивает воздух.       - Да. Я справлюсь. Я точно справлюсь.       - Я бы тебе больше поверил, если бы ты не задыхался.       Блейк делает последний глубокий вдох, успокаиваясь.       - Они готовы?       Когда он задает этот вопрос, раздается стук в дверь, и появляется Джоджо.       - Съемочная площадка готова. Пора начинать.       Блейк выглядит так, будто он снова волнуется.       - Дыши, - повторяю я. - И держи меня за руку, если нужно.       - Ты... хочешь, чтобы я держал тебя за руку?       Я пожимаю плечами.       - Если кто-нибудь спросит, скажи, что мы вживаемся в роль.       - Спасибо.       - За что? - спрашиваю я.       - За попытку успокоить нервы.       - Работает?       - Нет.       Черт.       Мы отправляемся на съемочную площадку, а затем за мной приходит гример, чтобы нанести еще немного геля на волосы, придав им влажный вид, а затем обрызгать меня водой, чтобы выглядело так, будто я только что вылез из бассейна. Они сделают так еще после того, как мы поговорим, чтобы я не был разной степени влажности на протяжении всего разговора.       Кинопроизводство всегда меня завораживало, то, как сцены монтируются, снимаются в разное время и склеиваются вместе. Иногда кажется невозможным, что истории вообще имеют смысл, когда ты, как актер, переживаешь сцены не по порядку. Смотреть это в первый раз на премьере - всегда волнительно.       Когда все готовы, Бен кричит «Мотор!», и я улыбаюсь самодовольной ухмылкой своего персонажа и произношу банальную фразу.       - Так, так, так, что ты мне принесла, сестренка?       Актриса Лори Лейси произносит свою реплику и тянет Блейк вперед.       - Это Мэдден.       Блейк, а не Мэдден, выглядит так, будто его вот-вот вырвет. Могу сказать, что он не вписывается в образ.       - Мэдден, - говорю я мягко, мягче, чем того требует сценарий, но надеюсь втянуть его в эту сцену.       Блейк моргает, глядя на меня.       - Стоп, - говорит Бен.       Мы все дружно выдыхаем.       - Блейк, ты должен быть в восторге от Джордана, - говорит Бен, - а не бояться его.        - Верно. Извините.       - Еще раз.       Мы делаем это снова. И снова. И снова, и снова, и снова.       - Я сдаюсь. Перерыв. - Бен срывается со съемочной площадки.       Мое хорошее настроение первого дня улетучивается.        Я наклоняюсь и спрашиваю Блейка:       - Столько времени обычно уходит, чтобы войти в сцену?       - Нет! - кричит Блейк, и все на съемочной площадке замирают от его повышенного тона. Он опускает голову и говорит тише: - И это сводит меня с ума. - Он проводит рукой по лицу, а затем вспоминает о гриме. - Я испортил всю съемку.       - Ты слишком в себе. Как ты обычно вживаешься в образ Коби Годспида?       Он оглядывает съемочную площадку.       - Это другое. Коби - ходячий придурок, тупее некуда, но может все взорвать. К такому мышлению легко привыкнуть. Быть недавно совершившим каминг-аут геем, нервничающим перед возвращением домой к своей семье, которая еще не совсем приняла его сексуальность…       - С этой историей сталкивались многие гомосексуальные парни. Вот почему мы с Беном захотели снять этот фильм. Нам нужно хорошее представление, и...       - Именно поэтому я с самого начала не хотел сниматься в этом фильме, потому что абсолютно ничего не знаю о том, каково быть геем, скрывать свою ориентацию или о необходимости совершить каминг-аут.       - А вот твои коллеги по группе знают. Можешь почерпнуть у них вдохновение?       Денвер Смит и Мейсон Нэш недавно открылись, но так уж случилось, что я в курсе событий в Голливуде и знаю, что они не единственные геи в «Одиннадцать». Готов поспорить, что Блейк присутствовал при закулисных разговорах о том, как держаться в тени. Я знаю, что в этом он может опираться на личный опыт, даже если он не его собственный.       - Это будет издевательством над всеми богами геев, если у нас с тобой не будет экранной химии, - говорю я. - Мы слишком хороши для этого.       Блейк позволяет себе рассмеяться, его плечи немного расслабляются, и следующий дубль получается почти идеальным. После еще нескольких дублей Бен уверен, что у нас получился нужный кадр.       - Переходим к следующей. - Бен бросает на меня Я недоволен взгляд. - Наконец-то.       Думаю, я останусь ночевать у себя.        - Блейк, на сегодня с тебя хватит. Джорди, мне все еще нужны кадры, как ты выходишь из бассейна.       Клянусь, Бен добавил эту сцену только для того, чтобы увидеть меня всего мокрого и практически голого, и, о, только посмотрите, с одним дублем и горячим взглядом Бена все прощено, и он тащит меня в мой трейлер.       Лучший первый съемочный день в моей жизни. Ладно... что ж, лучшее начало и конец первого съемочного дня в моей жизни. Середина была просто отстойной.       Надеюсь, завтра все пройдет гладко.