НА БИС

      Пока Блейк вылезает из джакузи, я не могу отвести от него взгляд. После этого поцелуя не думаю, что когда-нибудь смогу находиться с ним в одной комнате, не разглядывая его.       Я был так близок к тому, чтобы прикоснуться к нему, переступить черту. Я даже был готов на лазейки в пари, просто чтобы иметь возможность это сделать.       Это показывает, что я ничему не учусь. Я прячусь от мира, от Бена, потому что он оказался точно таким же, как и остальные, и вот я, заключаю глупые пари и бросаюсь на очередного «натурала».       Конечно, это отличный способ отвлечься, и да, черт возьми, да, я хочу заняться сексом с Блейком Монро, но у меня перед глазами развевается огромный красный флаг, а я слишком слеп, чтобы это заметить.       - Ебаный блядь, как здесь холодно. - Блейк быстро вытирается полотенцем, а затем накидывает толстый халат. Прежде чем он закрывается, я успеваю увидеть головку его члена, пытающуюся освободиться от этих нелепых - и горячих - стрингов. Может, он и замерз, но его член этого не заметил.       Он такой же твердый, как и мой, и от уведенных сквозь материал очертаний, на долю секунды у меня потекли слюнки.       - Я собираюсь принять горячий душ. Может, тебе стоит остаться на месте, пока я не вернусь, чтобы душ был свободен, когда тебе понадобится оттаять.       - Звучит неплохо. - Вот только без него я недолго продержусь. Вода уже не кажется горячей, и всякий раз, когда какая-то часть меня выступает из воды, она протестует против холода. Мне нужно совершить этот переход как можно скорее.       Поэтому я как можно быстрее вылезаю из джакузи, не сломав себе шею, хватаю полотенце, которое взял с собой, и бегу к дому, где будет намного теплее, чем здесь.       Мой член реагирует совершенно иначе, чем у Блейка. Как только на него попадает холодный воздух, он как будто пытается спрятаться в теле.       Я пробегаю мимо всех остальных, уже вернувшихся в гостиную, после того как представление закончилось, и направляюсь наверх. Надеюсь, Блейк примет короткий душ, и я смогу туда залезть.       Ванная, которую мы делим, примыкает к его комнате, и, когда я подхожу к двери его спальни, я не слышу шума льющейся воды, что обнадеживает.       Дверь его спальни приоткрыта, поэтому я вхожу и направляюсь в ванную.       Я стучу.       - Ты в приличном виде?       Раздается утвердительное мычание - или, по крайней мере, мне так кажется, - но когда открываю дверь, становится ясно, что я неправильно понял.       Предельно ясно.       Блейк стоит у раковины, одной рукой опираясь о столешницу, а другой - обхватив член. Стринги плотно облегают его бедра, как будто у него даже не было времени их снять.       Его мокрые светлые волосы падают на лоб, тонкие губы плотно сжаты.       Мне бы следовало повернуться и уйти, но тут мой взгляд падает на его задницу. Мышцы сокращаются с каждым толчком в кулак.       Дрочащий Блейк Монро - это самое горячее, что я когда-либо видел. И, о, смотрите, мой член больше не мерзнет и снова готов поиграть.       Я почти прихожу в себя, но тут он, наконец, замечает меня. Его голубые глаза встречаются с моими.       - Блядь, - шипит он.        - П-прости. - говорю я, но не могу оторвать от него взгляда.       Теперь он замедлился, но все еще поглаживает член, двигая напряженной рукой по набухшей и покрасневшей головке.       - Я, э-э, не слышал, чтобы текла вода. Я думал, ты закончил, и...       - Сначала я должен был решить эту проблему. - Его голос хриплый, и он опускает взгляд на член в своей руке. - Оказывается, дрочка - тоже хороший способ согреться.       - Я, э-э, оставлю тебя и воспользуюсь одним из миллионов других душевых в этом доме. - Я поворачиваюсь, но далеко не ухожу.       - Или... - говорит он, и я замолкаю. - Ты мог бы принять душ здесь.       - Пока ты занимаешься этим?       - Похоже, тебе понравилось наблюдать. А если ты меня не трогаешь, это не считается сексом, верно?       Святые ебаные братья Хемсворты, думаю, я умер и попал на небеса.       В глазах Блейка есть что-то угрожающее и игривое, когда он поворачивается и прислоняется к туалетному столику, демонстрируя мускулистый торс, пресс и, конечно же, аппетитный член, обхваченный его рукой.       Я хочу встать перед ним на колени. Я хочу проглотить его целиком и высосать досуха. Я хочу...       - Джордан?       Я выныриваю из транса и роняю полотенце, потому что ни за что на свете не упущу возможность посмотреть, как Блейк дрочит себе и кончает.       В шикарной ванной комнате есть стеклянная душевая кабина, поэтому я вхожу в нее и включаю не горячую, а теплую воду. Я не хочу, чтобы эта штука запотела и помешала мне смотреть. Кроме того, у меня такая холодная кожа, что теплая вода все равно кажется обжигающей.       Мне не терпится прикоснуться к себе. Мой член тверд, направлен прямо вверх, и становится только тверже и болезненнее, когда я наблюдаю, как дрочит Блейк.        Он все еще стоит, прислонившись к столику, выставляя себя на показ. Одной рукой он крепко сжимает туалетный столик, в то время как другая ускоряет темп. Голова опущена, он наблюдает за тем, что делает, и, кажется, не стесняется моего присутствия, зная, что я не собираюсь отводить взгляд.       Однако мне приходится сдерживать руки, чтобы не поддаться искушению подрочить.       Словно читая мои мысли, он поднимает голову.       - Ты тоже можешь. Если хочешь... - Его взгляд опускается на мой ноющий член.       Какие-то остатки инстинкта самосохранения кричат ​, чтобы я этого не делал, но то, что внутри меня никогда не отличалось самоконтролем, игнорирует это.       Я провожу рукой по телу и сжимаю член, сначала делая несколько медленных поглаживаний. Блейк наблюдает и подстраивается под мои действия и темп. Такое чувство, что он делает это со мной. Может, между нами и есть стеклянная стена, но это так, как будто он здесь, прикасается ко мне, проводит большим пальцем по головке моего члена, откуда вытекает сперма.       Я представляю, как Блейк присоединяется ко мне и встает на колени, чтобы попробовать его на вкус, а я погружаюсь в его девственный ротик, пока он не начинает умолять, взять член глубже.       Блейк обхватывает свободной рукой свои яйца.       Я хочу сказать ему двигаться дальше, чтобы он потянулся назад и поиграл со своим анусом, но сдерживаюсь. Мысль о том, что я первый и единственный, кто коснется его там, сводит меня с ума от желания.       Хотя я по-прежнему уверен, что смогу заставить Блейка сломаться, есть что-то особенное в предвкушении, и это - доведение до предела в самом полном смысле этого слова.       Черт, это почти откровенно жестоко.       Мысль о том, что это Блейк играет со мной, быстро отступает на второй план. Годы однообразия от бисексуальных парней сделали меня немного циничным. Поэтому, будь я умным человеком, не позволил бы этому зайти дальше и принял бы свое публичное унижение как настоящий герой.       Потому что петь перед большой толпой все равно не так больно, как быть использованным. Снова.       Неважно, что я, по сути, делаю то же самое. Я использую Блейка, чтобы отвлечься от Бена, но разница в том, что я совершаю ту же ошибку, что и всегда.       Блейк запрокидывает голову и произносит мое имя, отчего все сомнения исчезают. Я никогда не слышал, чтобы имя Джордан произносилось с такой страстью и напором. Блейк думает обо мне, пока дрочит. Он думает обо мне, пока сперма наполняет его руку. И как бы я ни хотел быть сильным и защитить себя, кончить я хочу сильнее.       Внезапно мышцы Блейка сокращаются. Он не такой крупный, как обычно в фильмах с Коби, но все равно впечатляет наблюдать за волнами мышц, когда он напрягается и кончает, разбрызгивая сперму по всему телу.       Мгновение спустя я даю волю чувствам, заливая стекло душевой кабины.       Какой-то момент мы оба молчим и тяжело дышим, пока Блейк не расплывается в улыбке.       - Тебе лучше это смыть и поскорее убраться отсюда. Мне нужно в душ.       - Я нарисовал это для тебя. Тебе не нравятся мои рисунки?       Тот факт, что после этого он может вести себя как обычно, беззаботно, доказывает все мои подозрения, но я все равно не хочу останавливаться.       - Я снова сплю в твоей комнате сегодня ночью? - Спрашивает Блейк.       - Думаешь, сможешь сделать это, не проиграв пари?       - После этого? - Он проводит пальцем по своей груди, вытирая сперму. - Определенно.       - Черт возьми, почему это звучит как очередное пари?       И почему я не могу сказать «нет», даже когда должен?       

***

       Блейк ведет себя невозмутимо, когда мы ложимся в постель, поворачивается ко мне спиной и даже не дает мне шанса добиться большего, за что я ему благодарен, но это в то же время вызывает у меня странные чувства. Он кончил, а потом притворился, что ничего не произошло. Это оставляет у меня тревожное чувство, но оно исчезает, когда я просыпаюсь посреди ночи, а он снова обнимает меня.       Это вызывает бурю эмоций, потому что я знаю, что это такое. Но в то же время, это ощущается по-другому.       Разве так не всегда? Этот раздражающий внутренний голосок прав.       Почти с каждым парнем я думал, что он может оказаться тем самым, что останется со мной навсегда. Каждый новый парень отличался от других, но потом они доказывали, что все одинаковые.       - Я, и правда, все лучше разбираюсь в любви, - бормочет Блейк, уткнувшись мне в спину, просыпаясь.       Я не сплю уже около часа, просто наслаждаюсь ощущением, что кто-то прижимается ко мне.       Его дыхание согревает мою кожу, когда он говорит.       - Я даже не заметил, что обнимаю тебя.       - Мммм. Может быть, ты гей, когда спишь.       - Думаю, да. - Он откатывается в сторону и встает с кровати, потягиваясь при этом. - Я умираю с голоду. - Мышцы пресса, на которые он кончил прошлой ночью, выставлены напоказ, и он проводит по ним рукой, засовывая руку за пояс, поправить член.       - У нас даже не было возможности пробудить в тебе аппетит, - говорю я, не в силах оторвать взгляд от палатки на его тренировочных штанах.       - Все еще голоден. Самое неприятное, что я не тренируюсь в перерывах между фильмами с Коби, но у меня все еще есть безумное желание съесть все. Это постоянная борьба за то, чтобы ограничить себя. Спустишься позавтракать?       - Да. Спущусь через минуту. - Он наклоняет ко мне голову. - Просто нужно подождать, пока сначала не произойдет что-нибудь еще.       Взгляд Блейка опускается туда, где одеяло прикрывает мой очень твердый член, и я смеюсь.       - Я же тебе говорил. Он не такой уж большой. Не думаю, что ты сможешь его увидеть, если у тебя нет рентгеновского зрения. Я спущусь через пару минут.       - Что ты хочешь на завтрак? Я возьму тебе.       - О, это мило, но я не любитель завтракать. Я буду кофе и, может быть, фрукты, если есть. Или яичницу на тосте.       - Проще простого. Бекон, яйца, картофельные оладьи и блинчики, все возьму.       - Я, бывшая модель, осуждаю тебя.       Он улыбается и выходит из комнаты, а я пару минут пытаюсь взять себя в руки. Как только мне это удается, я одеваюсь и спускаюсь вниз, где остальные сидят за обеденным столом в неформальной обстановке возле кухни Мейсона, и внезапно все взгляды устремляются на меня.       Рядом с Блейком есть свободное место с тарелкой яиц, тостами и кофе.       - Спасибо. - Сажусь рядом с ним и целую его в щеку.       - Не за что. Хотя, должен заметить, у меня ничего не получилось. Мама Мейсона здесь с самого рассвета, следит, чтобы у нас было все необходимое.       Эта женщина - просто находка. Она чем-то напоминает мне мою маму в Бостоне. Я принимаюсь за еду, но все остальные по-прежнему пялятся на меня.       - Что? - спрашиваю я.       - Ты собираешься рассказать нам или нет? - Спрашивает Денвер.       - Рассказать что? - Я прикидываюсь дурачком.       - Они уже засыпали меня миллионом вопросов о том, чем мы занимались прошлой ночью, - говорит Блейк.       - После ваших выходок в джакузи я был уверен, что кто-то из вас сегодня утром будет странно ходить, - бормочет Брикс.        Я наклоняюсь вперед, чтобы лучше видеть его на другом конце стола.       - Ты тоже в этом замешан?       - Мы все замешаны, - говорит Харли. - Так что выкладывай.       - Я что, Мария-Антуанетта?       В мою сторону устремляется множество непонимающих взглядов.       - Ну, потому что король приказал всем своим придворным следить за ними, дабы убедиться, что они совершили брачный акт, поэтому им потребовалось семь лет, чтобы чего-то добиться. - Я указываю на Блейка вилкой. - Король. - Затем на себя. - Мария Антуанетта. - Я обвожу вилкой стол. – Придворные.       - Подождите, - говорит Мейсон. - Вы, парни, теперь женаты? Думаю, вы пропустили несколько шагов. Отмотайте назад.       Блейк поворачивается ко мне.       - Ты уверен, что мы не могли спрятаться у твоих друзей?       - Хочешь улететь в Бостон сегодня вечером? Это вполне выполнимо.       - Никто никуда не летит, - говорит Харли. - Нам нужно написать альбом. Мы потеряем к вам двоим всякий интерес и к тому, был ли у вас секс или нет.       Я наклоняюсь ближе к Блейку.       - Почему я ему не верю?       - Потому что ты умный.       Когда мы заканчиваем завтракать, ребята встают, чтобы поработать над песнями.       - Сегодня работаем на улице. Там жара, сорок два градуса, - говорит Харли.       Остальные стонут.       Блейк встает.       - Хочешь пойти посмотреть или...       - Думаю, я помогу маме Мейсона вымыть посуду, а потом выйду.       Только, пока я стою у кухонного окна и наблюдаю, как они впятером репетируют и возятся, а Лирик помогает и высказывает свое мнение, их дух товарищества ощутим. Их братство. Затем Брикс возвращается с проверки периметра, и как только Харли видит его, то бежит, прыгая к нему в объятия, и целует до потери сознания.        Ни с кем в Голливуде у меня такого нет. Не только в любови, но и в дружбе.       - Я могу помыть, если хочешь пойти туда, - говорит мама Мейсона.       Я качаю головой и снова сосредотачиваюсь на единственной тарелке, которую мою уже несколько минут.       - Нет, нет, я останусь и помогу. Мама научила меня хорошим манерам и прочему дерьму. - Ой, наверное, мне не стоит ругаться. - Э-э-э, не дерьму. В смысле...       Мама Мейсона улыбается.       - Ты веселый. Ты мне нравишься. Но я буду честна с тобой. Я могла бы уже вымыть эти тарелки и поставить их в посудомоечную машину. Я рада, что твоя мама научила тебя хорошим манерам и прочему, но ты меня тормозишь. Так что беги! Убирайся с моей кухни.       Я смеюсь.       - Простите. Похоже, от меня все-таки мало толку.       - Надень что-нибудь теплое, выйди и понаблюдай за ними. Должна признаться, много лет назад я не понимала, почему Мейсон захотел присоединиться к бойз-бэнду, но рада, что он не послушал, когда я сказала, что сначала он должен получить высшее образование, прежде чем последовать за своей мечтой. У него не было бы этого дома. У него не было бы Денвера. В каждом из этих парней есть что-то волшебное.       - Я начинаю это понимать.       - Блейку с тобой повезло.       - О, мы не... Это все глупое пари, и…       - Мммм, а Мейсон и Денвер были просто лучшими друзьями. - Она выводит меня из кухни. - Иди уже.       - Спасибо. - Я бегу наверх, взять толстовку и куртку, но останавливаюсь и думаю о том, что сказала мама Мейсона.       Что Блейку повезло со мной.       Она все неправильно поняла. Это мне бы повезло Блейком. Я действительно мог бы быть рядом с ним.       Но этого никогда не случится.       Я подхожу к краю кровати, где лежит мой телефон, и включаю его.        Еще больше пропущенных звонков от Бена.       Сообщения от Джоджо, которая проверяет, как я, и отправляет селфи, на которых она в моей квартире ест чипсы на моем белом диване, когда я своевременно не отвечаю ей.       Я быстро отправляю ей сообщение, что прикончу ее, если она оставит оранжевые пятна на моем диване, а затем напоминаю, что у меня здесь нет мобильного телефона. Правила богов бойз-бэнда.       Приходит голосовое сообщение от моего агента, в котором он просит не паниковать и не смотреть новости. У меня срабатывает инстинкт самосохранения, и я следую его совету.       Затем я нажимаю на сообщение от моего друга Эша, спрашивающего, все ли у меня в порядке, и понимаю, что это не так.       Я даже не могу точно сказать, почему. Я должен бы расстроиться из-за Бена, но я не расстроен. По крайней мере, я так не думаю. Если только не переношу всю свою боль из-за нашего разрыва на Блейка, потому что я сплю с Блейком.       Технически.       Я набираю Эша по видеозвонку, а затем устраиваюсь поудобнее в постели. Есть шанс, что он не ответит, потому что у них на пару часов раньше, и он будет на работе, но мне все равно нужно попробовать.       К моему удивлению, он отвечает. Он в своем тату-салоне, судя по всему, за стойкой.       - Привет, как дела?       - Ты работаешь?       - Да, но уверен, моему следующему клиенту все равно, буду ли я с тобой разговаривать. - Он поворачивает камеру к мужу. - Он позволяет мне использовать его в качестве холста для создания невероятно крутого дизайна, который я хочу попробовать.       - Он, должно быть, очень сильно тебя любит.       - Видишь, вот почему у нас с тобой никогда не получалось. Ты никогда не позволял мне наносить краску на твою кожу.       И до сих пор не позволяю. Но только потому, что работать с татуировками ужасно сложно. Мне это внушали еще в модельном бизнесе. Из-за неудачной татуировки или если работодатель увидит ее и решит, что это того не стоит. То же самое, в общем-то, относится и к актерской профессии.       - Ты же знаешь, что причина, по которой мы расстались - не чернила.       Эш - убежденный актив, поэтому в сексуальном плане мы совсем не подходили друг другу - в прямом смысле слова. Как я уже говорил Блейку, я не против быть снизу, но это должно быть взаимно. Я бы предпочел вообще не заниматься аналом, чем сто процентов времени заниматься сексом в пассивной роли. У меня одни предпочтения. У Эша - другие. Нет ничего плохого в том, чтобы иметь предпочтения, но наши предпочтения не совпадали.       Мы глубоко любим друг друга, но быстро поняли, что это скорее платоническая любовь.       - Ты в порядке? - Спрашивает Эш.       - Ты спрашиваешь, потому что что-то увидел в СМИ или...       - Потому что ты выглядишь так, будто кто-то утопил единорога у тебя на глазах.       - Кто-то утопил, и мне очень, очень грустно.       - Что происходит?       Я прикусываю губу.       - Что со мной не так?       - С чего мне начать? - Кричит Макс на заднем плане.       Когда-то он целовал меня и прижимался ко мне на своем диване. Правда, я никогда ему особо не нравился. Но, опять же, была возможность, и я ею воспользовался. А потом чувствовал себя ужасно, потому что втайне знал, что Макс и Эш любят друг друга.       - Не обращай на него внимания, - говорит Эш. - Что значит, что с тобой не так?       - Почему я всегда связываюсь с натуралами?       Зеленые глаза Эша смягчаются от сочувствия.       - О, Джорд. Неужели ваш с Беном разрыв действительно такой ужасный?       Я фыркаю.       - Я говорю не о Бене. Должен бы, но не говорю.       - Тогда о ком?       - О Блейке.       - Блейке Монро? - визжит он.       - Шшшш.       - Все в порядке, здесь никого нет, кроме меня и Макса.       - Ничего не случилось, - говорю я. - Ну, почти. Мы пытались действовать по актерскому методу, где он целует и дарит мне нежность, и...       - И тебе это понравилось, - говорит Эш.       - Да. А потом мы заключили дурацкое пари, и сейчас я об этом сожалею, потому что реально хочу выиграть, но если я это сделаю, то повторю прошлые ошибки, и...       - На что поспорили?       - Что переспим по-настоящему к тому времени, как покинем Монтану, о, черт, никто не знает, где мы. Никому не говори.       - Я сейчас же обзвоню все таблоиды, - кричит Макс.       Я хмыкаю.       - Ты не мог бы сказать своему мужу, чтобы он ушел, пожалуйста?       Эш отталкивает Макса от камеры, а затем возвращается ко мне с сочувственным взглядом.       - Знаешь, что тебе нужно сделать, а?       - Что?       Он говорит то, чего я не хочу слышать, но знаю, что это правильный ответ.       - Проиграй пари. Помнишь, сколько раз ты звонил домой с разбитым сердцем из-за новоявленного би, только что бросившего тебя? Ничто не стоит того, чтобы проходить через это снова.       - Даже мое выступление на концерте «Одиннадцать» перед всем миром? Потому что именно это поставлено на карту, если я проиграю, и ты же знаешь, это станет вирусным.       - О, черт. Может, разбитое сердце все же лучше.       Даже когда он это произносит, я уже знаю, что этого не будет. А значит, у меня есть только один выход.       Я не могу заняться сексом с Блейком Монро.