Солнце и Луна

Селена оказалась в доме, которого никогда раньше не видела. Всё здесь было чужим - и в то же время странно знакомым, словно она когда-то уже стояла в этой комнате в другой жизни. Свет лился мягкий, приглушённый, и в этом свете, словно сотканная из лунного сияния, стояла женщина. У неё были такие же волосы - длинные, тёмные, струящиеся по плечам, как у самой Селены. Она была прекрасна. До боли. До дрожи. И что-то в её лице, в изгибе губ, в том, как она повернула голову, заставило сердце Селены сжаться. - Привет? - позвала она, и голос прозвучал тихо, почти умоляюще. Женщина посмотрела на неё - и в этом взгляде было всё: узнавание, печаль и что-то ещё, что Селена не смогла разгадать. А потом она отвернулась и пошла прочь. Медленно, не оглядываясь, словно знала, что Селена пойдёт за ней. - Подожди! - Селена шагнула вперёд, чувствуя, как страх холодком пробегает по позвоночнику. - Кто ты? Где я? И вдруг всё изменилось. Что-то внутри неё - дикое, необузданное, спавшее до этого момента - проснулось. Она почувствовала, как по венам пробежал огонь, и её глаза вспыхнули, меняя цвет с орехового на алый. Жар растёкся по телу, ладони зажгло, и она поняла, что теряет контроль. Снова. - Что со мной происходит? - выдохнула она, и её голос дрогнул от ужаса. Пламя взметнулось вокруг неё. Живое, яростное, оно лизало стены незнакомого дома и отражалось в её расширенных зрачках. Она попыталась остановить его - сжать кулаки, взять себя в руки, - но огонь не слушался. Он был частью неё. И он хотел вырваться на свободу. - Нет! - вскрикнула она, падая на колени. - Помогите! Помогите мне! Пламя взревело в ответ - и поглотило всё. - А-а-а-а! - её крик разорвал тишину, когда она высвободила всю свою силу разом. Огонь рванулся вверх, к невидимому небу, разрастаясь сильнее, чем когда-либо прежде. Такой яркий, что было больно смотреть. Такой жаркий, что, казалось, он мог бы испепелить весь мир. И посреди этого пекла стояла она - маленькая, потерянная, дрожащая - и не знала, как это остановить. - Селена! - Клаус уже сидел рядом, сжимая её плечи, и в его голосе звенело то, чего она никогда раньше не слышала - страх. Настоящий, липкий страх, от которого у него самого перехватывало горло. - Проснись! Селена! Она металась в постели, скомканные простыни обвивали ноги, по лицу текли слёзы - и он не мог до неё достучаться. Не мог пробиться сквозь тот ад, что разворачивался у неё в голове. Он пытался проникнуть в её сознание, но наткнулся на глухую стену - что-то тёмное, мощное, что не пускало его внутрь. Что-то, что было сильнее даже его. - Селена! - почти прорычал он, встряхивая её. - Нет! - она распахнула глаза, и он замер. Красные. Её глаза горели алым - не ореховые, не тёплые, не те, в которых он уже привык тонуть. А чужие. Дикие. Наполненные огнём, который рвался наружу. У него перехватило дыхание. - Дыши, - он взял её лицо в ладони. Осторожно. Почти нежно. Так, как не прикасался ни к кому за тысячу лет. Его большие пальцы скользнули по её скулам, стирая влажные дорожки слёз. - Сделай глубокий вдох. Селена, дыши. Слышишь меня? Дыши. Она смотрела на него - и не видела. А потом моргнула. Раз. Другой. И алый начал отступать, уступая место её родному цвету - тому самому, в котором мешались золото и зелень. - Я... - её голос сорвался. - Там был огонь. - Я здесь, - выдохнул он и притянул её к себе. Крепко. Отчаянно. Впечатывая в свою грудь так, будто боялся, что она снова исчезнет в этом пламени. Она дрожала в его руках, дышала тяжело и сбивчиво, оглядывая комнату так, словно всё ещё не верила, что кошмар закончился. - Я здесь, любовь моя. Ты в безопасности. - Я пытался проникнуть в твою голову, - прошептал он, уткнувшись губами в её волосы, и его голос прозвучал глухо, почти беспомощно. - Но там было ничего. Пустота. Что-то блокировало меня. Что-то, что не хотело меня пускать. Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза, и в его взгляде читалось то, что он никогда бы не произнёс вслух: он испугался. Не за себя. За неё. - Я была внутри какого-то дома... там была женщина... Я пыталась пойти за ней, но потеряла контроль, и повсюду был огонь. Я пыталась остановить это, но не смогла, - объяснила она, и слёзы потекли по её щекам; она уткнулась лицом в ладони и заплакала. Он ненавидел видеть её такой. Он чувствовал себя таким беспомощным и бесполезным. Он не знал, как утешить её. Он ненавидел видеть, как она страдает и мучается. - Я буду в порядке, - она вытерла слёзы и легла обратно на кровать, повернувшись к нему спиной. Он вздохнул - не раздражённо, а как-то беспомощно, словно не знал, что ещё сделать, как ещё до неё достучаться. А потом лёг рядом и одним движением притянул её к себе - не грубо, но властно, так, будто имел на неё все права. Его ладонь легла на её талию, пальцы чуть сжались, ощущая тепло её кожи даже сквозь тонкую ткань. Она лежала к нему спиной - напряжённая, всё ещё дрожащая после кошмара, - но когда он прижался губами к изгибу её шеи, у неё перехватило дыхание. Поцелуй был невесомым. Почти благоговейным. Он коснулся губами того места, где бился её пульс - частый, испуганный, - и замер, словно хотел забрать её страх себе. Она закрыла глаза, и одна-единственная слеза скатилась по щеке - не от горя, а от этого невозможного, разрывающего чувства: он, тот, кто разрушал всё, к чему прикасался, держал её сейчас так, будто она была самым хрупким, самым драгоценным, что у него когда-либо было. - Я здесь, - прошептал он, и его дыхание обожгло ей кожу. Голос прозвучал низко, хрипловато.

***

- Добро пожаловать обратно в Чикаго, Стефан, - произнёс Клаус, открывая дверцу машины для Селены. - Что мы здесь делаем? - спросил Стефан с растерянным хмурым видом. - Я знаю, как сильно ты любил это место, - насмешливо сказал Клаус, и она вздохнула. - Возвращает воспоминания о старых добрых деньках потрошителя. - Ну вот опять, - тихо пробормотала она. - Давайте! Хватит антагонизировать друг друга! - Большинство из них я стёр из памяти. Много крови, много вечеринок. Все детали размыты, - парировал Стефан. - Вечеринки - это весело, - сказала она ему, и он недоверчиво на неё уставился. Клаус усмехнулся и повернулся к вампиру. - Что ж, это ужасно жаль. Детали - это то, что делает историю легендой, - Клаус протянул руку Селене, и она приняла её; Стефан переводил взгляд с одного соулмейта на другого. - Ходили слухи, что потрошителю Монтеррея стало одиноко, и он сбежал в город в поисках утешения. Это был сухой закон, тогда всё было под запретом. Что делало всё это гораздо веселее, - рассказывал ей Клаус, и она недоверчиво фыркнула. - Веселее? - она приподняла бровь в недоумении. - Чикаго был волшебным, любовь моя,- продолжал гибрид с ухмылкой. - Ага, ну, поверю тебе на слово. Как я уже сказала, я почти ничего не помню, - пробормотал Стефан, придвигая Селену ближе к себе. - Тогда к делу, - произнёс Клаус с суровым взглядом. - Почему мы всё ещё с тобой? - Стефан скрестил руки на груди, в его голосе сквозила усталость, смешанная с вызовом. - Мы своё отгуляли. Твои гибриды провалились. Не пора ли двигаться дальше? Он смотрел на Клауса в упор, ожидая ответа, но тот лишь усмехнулся - лениво, растягивая губы в улыбке, которая никогда не предвещала ничего хорошего. - Стефан, пожалуйста, - отчаянно взмолилась она, желая, чтобы они прекратили. - Мы идём к моей любимой ведьме. Если кто и может помочь нам с нашей гибридной проблемой, так это она, - заявил Клаус; Селена отошла от них. - Что тебе вообще нужно от Селены? - тихо спросил Стефан, когда она отошла на достаточное расстояние, чтобы не слышать. Клаус проводил её взглядом - она стояла поодаль, скрестив руки на груди, и смотрела куда-то в сторону, явно стараясь не встречаться с ним взглядами. Что-то в её позе - напряжённой, закрытой - резануло его сильнее, чем он ожидал. - Ты только заставляешь её ненавидеть тебя ещё больше, - продолжил Стефан, и в его голосе не было злорадства. Только усталая констатация факта. Клаус не ответил сразу. Его челюсть сжалась, и на мгновение в глазах промелькнуло что-то - не гнев, нет. Что-то более глубокое. Что-то, что он немедленно спрятал за привычной усмешкой. Клаус бросил взгляд на неё, пока она уходила. - Занимайся своим чёртовым делом, - прорычал Клаус. - Эй! Пойдёмте! - позвала она, и они последовали за ней.

***

- Выглядит знакомо, не так ли? - произнёс Клаус, когда они вошли в бар. - Поверить не могу, что это место всё ещё существует, - сказал Стефан, осматривая помещение. - Вы, должно быть, шутите, - они обернулись и увидели пожилую женщину с очень короткими белыми волосами, идущую к ним. - Значит, гибрид заходит в бар и говорит бармену... - О Боже, нет! Прекрати, - пробормотала Селена с раздражённым тоном. - Да, ты, может, и неуязвим, но это не делает тебя смешным, - сказала женщина первородному; Селена фыркнула. - Да, пожалуйста, - усмехнулась Селена; Клаус метнул на неё яростный взгляд. - Я тебя помню, - сказала женщина, глядя на Стефана. - Да, - согласился он. - Ты Глория. Разве ты не должна быть... - Старой и мёртвой? - Стефан! - отчитала Селена вампира. - Это оскорбительно. - А если я умру, кто будет управлять этим местом, а? - пошутила Глория. - Я могу замедлять старение с помощью трав и заклинаний. Но не волнуйтесь, однажды оно меня всё равно настигнет. - Подожди, - сказала Глория, глядя на Селену. - Ты его соулмейт. - Селена, - представилась Гилберт. - Как вы узнали, что я его соулмейт? - Я ведьма. Я чувствую вашу связь. К тому же ведьмы болтают. Мы все знаем, что у него есть соулмейт, - с тёплой улыбкой сказала Глория; соулмейты переглянулись. - Стефан, почему бы тебе не подойти к бару и не приготовить нам чего-нибудь? - приказал Клаус вампиру. - Да, конечно, - кивнул Стефан и отошёл от них. - Мы хотим спросить тебя кое о чём насчёт Селены, - сказал Клаус ведьме, и она кивнула. - Она не просто оборотень. - Я знаю, - ответила Глория, и они растерянно нахмурились. - Я чувствую её. Она могущественная. Слишком могущественная. - Могущественная? В каком смысле? Я не ведьма, это мы знаем наверняка, - заявила Селена, и Глория кивнула. - Нет, ты не ведьма. Я не знаю, кто ты, но тебе следует быть осторожной, - сказала ей Глория; Клаус и Селена обменялись взглядом, молча решив держать то, на что она способна, при себе. - Пойду помогу Стефану, - улыбнулась Селена Клаусу и ведьме и направилась к бару. - Ваша связь такая сильная, - сказала ему Глория, наблюдая, как его соулмейт уходит. - Я почувствовала её ещё до того, как вы вошли в бар. - Да, - тихо прошептал он. - Я знаю, зачем ты здесь. Гибрид хочет создать больше гибридов? Такие новости расходятся быстро, - произнесла Глория; Стефан слушал их разговор. - Так что я делаю не так? - Клаус сел. - Я снял проклятие. - Очевидно, ты сделал что-то неправильно. Слушай, у каждого заклинания есть лазейка, но проклятие такой древности... нам придётся связаться с ведьмой, которая его создала, - сказала ему Глория. - Ну, это Первородная ведьма. Она уже мертва, - дьявольски и гордо усмехнулся Клаус. - Знаю. И чтобы с ней связаться, мне понадобится помощь. Приведи мне Ребекку, - потребовала Глория. - Ребекка, - ухмыльнулся он, глядя на Селену. - Ребекка немного занята. - У неё есть то, что мне нужно. Приведи её ко мне. - Подслушивать - плохие манеры, Стеф, - с укором произнесла Селена. - Дай мне стакан бурбона. - Лини, никакой дневной выпивки, - отчитал он, и она закатила глаза. - Ладно, тогда пиво, - сказала она; он нерешительно на неё посмотрел. - Пожалуйста? - Ты ведь знаешь, что я никогда от тебя не откажусь, да? - сказала она, и он кивнул с улыбкой. - Знаю. Стефан искал бутылку пива, но остановился, когда что-то привлекло его внимание. Он схватил фотографию, на которой он и Клаус были одеты в костюмы в 1920-х. - Какого... - начала Селена. Стефан направился к Клаусу; Селена следовала за ним. - Что это? - спросил Стефан Клауса. - Ну, я же говорил тебе, Стефан. Чикаго - волшебное место, - усмехнулся им Клаус. - Но это же я... с тобой, - он нахмурился, показывая ему фото. - Это не имеет никакого смысла, - произнесла Селена, следуя за Клаусом к складу. - Почему я тебя не помню? - снова спросил его Стефан. - Ты сам сказал: то время полно тёмных пятен, - ответил Клаус с лёгкой улыбкой. - Нет, если ты меня знал, тогда почему ничего не сказал? - спросил Стефан; Селена смотрела на Клауса в ожидании ответа. - Я сейчас немного занят. Прогулка по переулку памяти подождёт. - Что, чёрт возьми, происходит? - Стефан схватил Клауса за руку. - Отвечай! - Стефан, - Селена положила руку на грудь Стефана, чтобы успокоить его, и Клаус сбросил руку вампира со своей руки. - Скажем так, мы не сразу поладили. Честно говоря, я тебя ненавидел, - сказал Клаус, убирая руку Селены с груди вампира. - Твоя высокомерная задница ненавидит всех, - тихо пробормотала она, и он метнул на неё яростный взгляд. - Сегодня ты больно дерзкая, - заметил он, и она игриво улыбнулась. - Разве? Клаус держал Селену за руку и показал ей и Стефану воспоминание о том, как он, его сестра и Стефан веселились. - Ого, Стефан, - протянула Селена, разглядывая старое фото, и в её голосе зазвучало искреннее восхищение. - Ты был горячим. Она хихикнула, покосившись на него. Стефан улыбнулся - впервые за долгое время почти беззаботно. - Спасибо, Лини. Она пихнула его плечом - легко, по-дружески, - и тут же поправила себя с лукавой усмешкой: - О нет. Ты и сейчас горячий. Стефан тихо рассмеялся. Клаус, стоявший чуть поодаль, закатил глаза - сперва раздражённо, а потом как-то устало, словно это было выше его сил. Он ничего не сказал. Только челюсть сжалась чуть крепче, а взгляд, брошенный на Стефана, стал на градус холоднее. Селена, заметив это краем глаза, спрятала улыбку. Но не сразу. - Твоя сестра? - спросила Селена, и он кивнул. - Она такая красивая. - Ты хочешь сказать, я знал другого Первородного? - недоверчиво спросил Стефан. - Если не можешь с этим справиться - не спрашивай. Селена подошла ближе; Клаус поднял крышку гроба, открывая прекрасную светловолосую девушку. - Я видела её раньше, - улыбнулась Селена, глядя на девушку и вспоминая её из снов. - Как её зовут? - Ребекка, - ответил Клаус, и его голос потеплел. Он смотрел на Селену - не на сестру, лежащую в гробу, а на неё, - и в его глазах светилось что-то почти мальчишеское. Восхищение. Надежда. Он знал - чувствовал это где-то глубоко, - что эти две женщины, самые важные в его бесконечной жизни, поладят. Селена склонилась над гробом, разглядывая лицо спящей девушки - такое юное, такое прекрасное, застывшее во времени. Её платье, её причёска - всё в ней дышало другой эпохой. - Подожди, - она резко выпрямилась, и в её глазах мелькнуло неверие. - Она была пронзена кинжалом девяносто лет? Клаус промолчал, но его улыбка чуть дрогнула. - Она всё ещё в одежде двадцатых годов, - продолжила Селена, и её голос стал тише. - Ты... ты держал её такой почти целый век? Она смотрела на него - и в этом взгляде не было осуждения. Только попытка понять. - Я её не узнаю́, - сказал Стефан гибриду и Селене. - Ну, только не говори ей об этом. У Ребекки характер хуже моего, - сказал Клаус, вынимая кинжал из её груди. - Я бы не была в этом так уверена, - насмешливо пробормотала она. - Пора просыпаться, младшая сестра, - прошептал он, игнорируя замечание своей соулмейт. - Ну же, Ребекка, - Клаус расхаживал перед гробом, и в его голосе сквозило нетерпение. - Просыпайся. Хватит драматизировать. Селена, сидевшая в стороне, подняла на него взгляд - тяжёлый, неодобрительный. - Она была пронзена кинжалом почти целый век, - произнесла она, и в её голосе лязгнул лёд. - Дай ей время, Клаус. Это нормально. - Слушай, почему бы тебе не рассказать мне, что, чёрт возьми, происходит? Ты ведь явно хочешь, чтобы я был здесь по какой-то причине, верно? - горько усмехнулся Стефан. - Ну, у тебя много полезных талантов, - с игривой ухмылкой произнёс Клаус. - На самом деле, некоторым из моих любимых трюков я научился у тебя. Я был твоим фанатом номер один. - С чего мне верить хоть чему-то из этого? - спросил его Стефан. - Потому что никто не верит, - фыркнула Селена; Клаус закатил глаза и направился к какому-то мужчине, подчиняя его внушением. - Думаешь, я лгу? Мы с тобой знали друг друга. Ты доверил мне одну из своих тайн, и теперь я это докажу, - сказал он Стефану. - Как? - спросил тот. - Мы едем в твою старую квартиру. Скоро увидимся, маленькая волчица, - произнёс Клаус, оглядываясь на свою соулмейт; она кивнула.

***

Селена сидела на полу, подобрав под себя ноги, и с наслаждением ела печенье. Редкий момент тишины - ни Клауса с его вечными подколками, ни Стефана с его угрюмым молчанием. Только она и хрустящее шоколадное печенье. В голову лезли мысли о доме: как там Кэролайн, не влип ли Джереми в очередные неприятности, помирилась ли Бонни с Еленой. Она скучала. До ломоты в груди. Но сделку она заключила сама, и отступать было некуда. Размытая тень мелькнула перед глазами - быстрее, чем она успела моргнуть. Селена подняла взгляд. Мужчина, что стоял у двери секунду назад, теперь лежал на полу мертвый. Она вскочила на ноги, и в ту же секунду невидимая сила впечатала её в стену. Холодные пальцы сомкнулись на горле - не душат, но держат крепко, не давая шевельнуться. Селена судорожно вдохнула, встретившись взглядом с парой ярко-голубых глаз. - Ребекка? - выдохнула она, стараясь, чтобы голос не дрожал. Десять секунд. Первородной хватило бы и трёх. «Может, мне стоило послушать Клауса», - подумала она. - Подожди... - Ребекка отпустила её; Селена тяжело дышала. - Ты... та самая. Девушка с картин. Соулмейт Ника. - Прости, - извинилась Ребекка, помогая Селене встать. - Я не хотела причинить тебе боль. - Я знаю. Всё в порядке, - заверила её Селена. - Я знала о риске, когда здесь оставалась. - Где этот предательский ублюдок? - гневно спросила Ребекка; Селена усмехнулась. - Ушёл по делам... наверное, - пожала плечами Селена. - Я Селена Гилберт. - Ребекка Майклсон, - тепло улыбнулась ей Ребекка. - Ты и мой брат... - Нет, - отрицательно закачала она головой. - Боже, нет! Он убил мою сестру. - Это похоже на Ника, - заметила Ребекка с улыбкой. - Тогда почему ты здесь с ним? - Я заключила с ним сделку, - объяснила Селена. - Вообщем-то это долгая история. - Печенье? - предложила Селена блондинке. - Ты должна знать, что я не делюсь печеньем ни с кем, кроме своих друзей. А поскольку мы с тобой уже подруги, можешь звать меня Лини. - Спасибо... Ты ведь оборотень, да? - спросила блондинка, и Селена кивнула, пока они ели печенье. - Да, оборотень и кое-что ещё. Я до сих пор не знаю, что именно. Селена и Ребекка общались какое-то время, говорили о прошлом; юная волчица научила её пользоваться телефоном. Селена ей нравилась, и наоборот. *** Когда Селена и Ребекка услышали голос Клауса, они спрятались. - Ребекка, это твой старший брат. Выходи, выходи, где бы ты ни была, - насмешливо позвал он; Селена закатила глаза от его ребячества. - Селена, - позвал он, и начал волноваться, когда она не вышла. - Селена! Однако прежде чем он успел начать её искать, его повалила на пол сестра. Он закричал от боли, когда она вонзила ему в сердце кинжал. - Иди к чёрту, Ник! - прошипела она и встала; он вытащил кинжал. - Где она? Где Селена? - спросил он, и она пожала плечами. - Ах! Так её звали Селена. Буду знать, - издевалась она, и его кровь похолодела. - Звали? - недоверчиво спросил он и закричал в ярости. - Ты убила её! - Что ж, приятно знать, что я тебе небезразлична, - Селена шагнула к нему ближе; он яростно на неё уставился и повернулся к сестре. - Не дуйся, - весело сказал он ей. - Ты знала, что это меня не убьёт. - Да, но она надеялась, что будет больнее, - заметила Селена с фальшивой улыбкой. - Я ранен, - он драматично прижал руку к сердцу. - Да ладно тебе, Ник. Не говори, что ты этого не ожидал, - сказала она, и он фыркнул. - Я понимаю, что ты на меня злишься, - произнёс гибрид, подходя к сестре и кладя руку ей на плечо. - Так что на этот раз я это спущу. Только один раз. Привёл тебе небольшой подарок. Глаза Клауса не отрывались от сестры. - Войди, - позвал он; Ребекка и Селена нахмурились и перевели внимание на дверь склада. - Стефан, - потрясённо и радостно ахнула Ребекка. Клаус метнулся к Стефану и подчинил его внушением: - Теперь ты вспомнил. Стефан закрыл глаза на несколько секунд, и к нему вернулись все воспоминания двадцатых. - Ребекка, - недоверчиво пробормотал вампир. Селена смотрела на них с восхищением, чувствуя, что они действительно любили друг друга, но потом почувствовала вину, потому что её сестра была влюблена в него. - Стефан, - позвал Клаус, прерывая их момент. - Серьёзно, Ник? Обязательно было портить такой момент, - рявкнула Селена, и он закатил глаза. Стефан посмотрел на Клауса. - Я помню тебя. Мы были друзьями. - Мы друзья, - поправил Клаус, кладя руку ему на плечо. - Просто замечательно, - саркастически пробормотала Селена себе под нос. - Теперь о причине, по которой ты здесь. Глория говорит, ты знаешь, как связаться с Первородной ведьмой, - сказал Клаус сестре; Ребекка растерянно на него посмотрела. - Первородная ведьма? - Что? У тебя есть то, что нужно Глории? - спросил Клаус; сестра подняла руку к шее, потянувшись за ожерельем, но его не было. - Где моё ожерелье? - спросила его Ребекка. - Что ты с ним сделал? Я никогда его не снимала. - Не знаю. Я его не трогал, - сказал он в свою защиту. - Может, оно в гробу, - сказала ей Селена. - Нам нужно найти его сейчас же, Ник. Я хочу его обратно, - сказала Ребекка брату, и его осенило. - Скажи, что это не то, что ей нужно, Ребекка! - закричал он в гневе и грубо схватил её за руки. Она вырвала руки и бросилась к гробу, ища своё ожерелье. Не найдя его, она закричала в ярости и перевернула гроб, отчего тот разбился.

***

Селена была на кухне посреди ночи. Она открыла шкафчик и пыталась дотянуться до стакана, но не могла - она была недостаточно высокой. Клаус появился позади неё и достал стакан для неё. - Спасибо, - улыбнулась она, когда он протянул ей его; бабочки запорхали в животе. - Кошмары? - спросил он, и она покачала головой. - Нет... не особо, - тихо прошептала она. - Мне просто захотелось попить. - Ты всё ещё расстроена из-за... поцелуя? - нерешительно спросил он; она посмотрела в его голубые глаза на несколько секунд и отвела взгляд. - Нет... нет. Всё в порядке. Ну, спокойной ночи, - сказала она и быстро ушла; он вздохнул.