Солнце и Луна

Утро встретило город непривычной прохладой. Солнце только начинало подниматься над крышами домов, окрашивая улицы мягким золотистым светом. Город ещё не успел окончательно проснуться. Дороги оставались почти пустыми, лишь изредка где-то вдалеке проезжала машина или открывался очередной магазин. Именно поэтому Селена вышла так рано. Ей не хотелось никого видеть. Не хотелось слышать сочувствие. Не хотелось отвечать на вопросы. Сегодня ей просто нужно было остаться наедине со своими мыслями. Хотя где-то глубоко внутри она понимала, что именно от них и пытается убежать. Она сделала глубокий вдох и побежала. Прохладный воздух сразу обжёг лёгкие. Волосы, собранные в высокий хвост, мерно покачивались в такт её шагам, а кроссовки глухо ударялись об асфальт, нарушая утреннюю тишину. Раньше бег помогал ей очистить голову. Когда становилось тяжело, она просто бежала. Когда что-то злило — тоже. Когда хотелось выплеснуть накопившиеся эмоции — снова бежала. Но сегодня всё было иначе. Она могла убежать от дома. От друзей. От людей. Но не от самой себя. Каждая мысль всё равно догоняла её. Каждый страх продолжал идти следом. Каждое воспоминание цеплялось за неё так крепко, словно не собиралось отпускать никогда. Последние несколько дней превратились в бесконечный кошмар. Сначала кровь. Потом странные видения. Потом разбитое зеркало. Она до сих пор не могла забыть человека, которого увидела в отражении. Не понимала, действительно ли он там был или её разум постепенно начинал рушиться. Это пугало. Очень пугало. Но больше всего её пугало вовсе не это. Она боялась, что мама ошиблась. Нет... Она запрещала себе даже думать об этом. Мама никогда не говорила того, в чём не была уверена. Если она сказала, что выход существует, значит, он действительно есть. Они обязательно найдут решение. Обязательно. Она должна была в это верить. Потому что если перестанет верить... У неё больше ничего не останется. Селена ускорила бег. Ноги уже начинали уставать, дыхание постепенно становилось тяжелее, но она не сбавляла темпа. Ей хотелось почувствовать хоть какую-нибудь физическую боль. Она была куда проще той, что медленно разъедала её изнутри. Перед глазами неожиданно возникло лицо Клауса. Его тревожный взгляд. Его осторожный голос. «Если тебе всё равно на себя... сделай это ради меня.» Она резко зажмурилась всего на долю секунды. Сердце болезненно сжалось. — Прости... — едва слышно прошептала она, продолжая бежать. Она ненавидела себя. Каждый раз, когда смотрела ему в глаза. Каждый раз, когда говорила: «Я в порядке.» Каждый раз, когда улыбалась, прекрасно понимая, что эта улыбка — ложь. Он не заслуживал этого. Из всех людей именно Клаус меньше всего заслуживал жить в неведении. Он любил её слишком сильно. Она знала это. Видела. Чувствовала. Ей не нужно было слышать признания каждый день, чтобы понимать, насколько глубоки его чувства. Достаточно было вспомнить вчерашний вечер. То, как он смотрел на неё. Он ведь всё понял. Не всю правду. Но понял, что что-то происходит. И всё равно не стал заставлять её говорить. Не начал кричать. Не пытался выбить признание. Он просто попросил. «Протрезвей... пожалуйста.» Всего одна просьба. Не ради него самого. Ради неё. И именно это разбивало ей сердце сильнее всего. Она слишком хорошо знала Клауса. Если бы он узнал правду... Он бы не остановился ни перед чем. Он бы перевернул весь мир вверх дном, лишь бы спасти её. А если бы понадобилось... Без раздумий пожертвовал бы собственной жизнью. Именно поэтому она молчала. Не потому, что не доверяла ему. Наоборот. Она доверяла ему настолько сильно, что готова была возненавидеть саму себя, лишь бы однажды ему не пришлось делать невозможный выбор. Из глаз предательски выступили слёзы. Она быстро смахнула их ладонью, даже не сбавляя скорости. — Только не сейчас... — прошептала она самой себе. Она должна держаться. Ради Джереми. Ради Дженны. Ради Тео. Ради матери. И... Ради Клауса. Потому что однажды она пообещала ему, что они вместе объездят весь мир. И очень хотела сдержать это обещание.

***

Минут через сорок Селена наконец сбавила темп. Грудь тяжело вздымалась после долгого бега, дыхание окончательно сбилось, а футболка неприятно липла к спине. Она остановилась возле «Мистик-Гриля», опираясь руками на колени. — Кажется... я переоценила себя... Она тихо усмехнулась собственным словам. Эта усмешка получилась усталой, но настоящей. Когда дыхание наконец немного выровнялось, она выпрямилась и вошла внутрь. В помещении было почти пусто. Стулья всё ещё стояли на столах, в воздухе чувствовался запах свежевымытого пола и только что сваренного кофе. За барной стойкой Мэтт расставлял чистые стаканы. Услышав звон дверного колокольчика, он машинально поднял голову. И буквально застыл. Несколько секунд он просто молча смотрел на Селену. На спортивные легинсы. На кроссовки. На растрёпанные после пробежки волосы. Потом медленно перевёл взгляд обратно ей в лицо. — Подожди... — наконец произнёс он. — Лини... бегает? Она вопросительно подняла бровь. — Что? — Нет, серьёзно... Он положил полотенце на стойку. — Это точно ты? Она рассмеялась. По-настоящему. Впервые за последние дни. — А что такого? — Да ничего... Он театрально развёл руками. — Просто мне кажется, что сейчас я наблюдаю одно из чудес света. Она подошла ближе. — Настолько всё плохо? — Нет. Хуже. Он сделал вид, что внимательно её рассматривает. — Я всю жизнь был уверен, что если однажды увижу тебя бегущей по утрам, значит, миру пришёл конец. Она тихо фыркнула. — Ну... дай сюда руку. — Зачем? — Ущипну тебя. Он рассмеялся. — Чтобы убедиться, что я не сплю? — Именно. — Спасибо, обойдусь. Она улыбнулась чуть шире. Ей нравилось, что рядом с Мэттом можно было хотя бы ненадолго почувствовать себя обычной девушкой. Без постоянного ожидания беды. Без мыслей о смерти. Она опустилась на высокий барный стул. — Тогда сделай мне мохито. Мэтт молча посмотрел на часы. Потом снова на неё. — Лини... Она уже поняла этот взгляд. — Нет. — Мы ещё закрыты. — Знаю. — До открытия почти полчаса. — Тоже знаю. — Тогда почему... Она сложила ладони перед собой и посмотрела на него самым невинным взглядом, который только могла изобразить. — Потому что ты меня любишь. Мэтт едва не рассмеялся. — Не начинай. — Ну пожалуйста... Она даже захлопала ресницами. — Я ведь твой особенный друг. — Вот именно поэтому и говорю тебе правду. Он покачал головой. — Для мохито сейчас слишком рано. Она обречённо вздохнула. — Ладно... Потом подняла пустую спортивную бутылку. — Тогда хотя бы воды. У меня закончилась ещё минут двадцать назад. Мэтт без лишних слов наполнил высокий стакан холодной водой и протянул ей. — Спасибо. Она практически залпом выпила всё содержимое. Лишь когда поставила пустой стакан обратно на стойку, почувствовала, насколько сильно пересохло в горле. Мэтт внимательно посмотрел на неё. — Тяжёлая пробежка? Она пожала плечами. — Скорее... длинная. Он ничего не ответил. Но почему-то ему показалось, что дело вовсе не в беге. Последние дни Селена выглядела слишком уставшей. Слишком задумчивой. И эта её усталость была какой-то... внутренней. Будто она давно перестала нормально отдыхать. Он решил не расспрашивать. Если захочет — расскажет сама. Вместо этого он снова взял полотенце. — Где Джереми? — Скоро приедет. Он поставил очередной стакан на полку. — А где сегодня твой грозный Первородный? Сердце Селены на секунду болезненно дрогнуло. Она сразу поняла, о ком речь. — В Италии. Она старалась говорить спокойно. Настолько спокойно, чтобы даже самой поверить в собственные слова. — Какие-то дела семьи. — Надолго? Она опустила взгляд на пустой стакан. — Обещал, что всего на пару дней. Но почему-то эти слова прозвучали так, словно она пыталась успокоить вовсе не Мэтта. А саму себя. Мэтт уже собирался что-то ответить, но тихий звон колокольчика над входной дверью заставил их обоих одновременно повернуть головы. На пороге нерешительно стояла Эйприл Янг. Она выглядела так, словно несколько минут собиралась с духом, прежде чем войти. Пальцы нервно сжимали ремешок сумки, взгляд растерянно скользил по почти пустому залу, а на лице читалось сомнение, будто она уже пожалела, что вообще сюда пришла. Заметив, что Мэтт и Селена смотрят на неё, девушка неловко улыбнулась. — Эм... Мэтт? Селена?.. Селена первой нарушила повисшую тишину. На её лице появилась мягкая, почти сестринская улыбка. — Привет, Эйприл. Та заметно расслабилась. — Привет... Мэтт тоже коротко кивнул ей. — Доброе утро. Правда, мы открываемся только в одиннадцать. Эйприл тут же виновато опустила глаза. — Да... я знаю. Простите. Я не хотела вам помешать. Она замолчала, словно раздумывая, стоит ли вообще продолжать разговор. Селена сразу почувствовала её неловкость. — Всё хорошо, — спокойно сказала она. — Что случилось? Эйприл глубоко вдохнула. — Просто... мне нужно было кое-что спросить. Она перевела взгляд сначала на Мэтта, потом снова на Селену. — Вы случайно не видели Ребекку? Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Селена невольно нахмурилась. Мэтт же лишь устало закатил глаза. — Я видела её пару дней назад, — ответила Селена, пытаясь вспомнить их последнюю встречу. — А разве она сейчас не в своём новом доме? Эйприл покачала головой. — Нет... Она выглядела всё более обеспокоенной. — По крайней мере... я не смогла её найти. Мэтт поставил очередной стакан на полку и пожал плечами. — С чего бы мне вообще знать, где Ребекка? Эйприл смущённо улыбнулась. — Я просто подумала... Она неловко отвела взгляд. — Ну... вы ведь вроде встречались? На несколько секунд повисла тишина. Селена опустила голову, чтобы скрыть улыбку. Она уже заранее знала, какой будет реакция Мэтта. Тот шумно выдохнул. — Нет. Он произнёс это таким тоном, будто этот вопрос ему задавали уже сотый раз. — Мы с Ребеккой не вместе. Он специально сделал ударение на последнем слове, после чего снова вернулся к работе. Селена, заметив, что стаканы уже высохли, молча подошла к нему и начала расставлять их по полкам. Работать руками сейчас было куда легче, чем снова оставаться наедине со своими мыслями. Эйприл всё ещё не уходила. Она словно никак не могла решиться сказать самое главное. Наконец девушка тяжело вздохнула. — Просто... Её голос стал заметно тише. — Я начинаю переживать. Селена сразу подняла на неё глаза. В этих словах уже не было обычного любопытства. Только искреннее беспокойство. — Она сказала, что поможет мне узнать правду о пожаре... Эйприл запнулась. Ей до сих пор было трудно говорить об этом. — О пожаре, в котором погиб мой отец. Она слабо улыбнулась, хотя в этой улыбке не было ни капли радости. — Пообещала, что обязательно что-нибудь выяснит... а потом просто исчезла. В этот момент Селена перестала двигаться. Стакан, который она держала в руках, так и остался висеть в воздухе. В голове всё мгновенно сложилось. Ребекка. Исчезла. Не выходит на связь. Пожар. Отец Эйприл. И Клаус... Она вспомнила его неожиданную поездку. Вспомнила, как он почти ничего не объяснил. Вспомнила, что именно Ребекка собиралась копаться в прошлом, которое Клаус предпочёл бы навсегда оставить похороненным. Она медленно закрыла глаза. — Только не говори... Почти беззвучно прошептала она. Ответ пришёл сам собой. Конечно. Клаус. Она слишком хорошо его знала. Если существовал хоть малейший шанс, что кто-то раскопает его тайны или поставит под угрозу семью, он действовал первым. Всегда. Даже если потом жалел. Селена тихо выдохнула. Внутри одновременно вспыхнули злость, раздражение и бессильное отчаяние. — Я убью его. Эти слова прозвучали негромко. Но столько холодной ярости Мэтт ещё никогда не слышал в её голосе. Он резко повернулся к ней. — Кого? Эйприл тоже непонимающе посмотрела на Селену. — О чём ты? Селена открыла рот, собираясь ответить. Но не успела. За их спинами внезапно раздался грохот. Настолько громкий, что вздрогнули все трое. Будто кто-то с силой ударил входной дверью. Стакан выскользнул из рук Селены и разбился о пол. Она резко обернулась. И в ту же секунду всё внутри неё похолодело. Возле входа стоял Коннор. Его лицо оставалось удивительно спокойным. Даже слишком спокойным. Будто происходящее доставляло ему удовольствие. Одной рукой он крепко удерживал Джереми за шею. Лезвие охотничьего ножа вплотную касалось его горла. Одного неверного движения было бы достаточно. Сердце Селены словно перестало биться. — Джереми... Брат попытался встретиться с ней взглядом. Она сразу заметила, что он старается не двигаться. Даже дышал осторожно. Чтобы случайно не напороться на нож. Эйприл испуганно вскрикнула. — Господи... Коннор даже не посмотрел на неё. Лишь усмехнулся краем губ. — Поверь мне... Он произнёс это спокойно. Почти лениво. — Это сейчас наименьшая из твоих проблем. Селена больше не слышала ничего вокруг. Перед глазами был только Джереми. Её младший брат. Человек, ради которого она была готова умереть без единого колебания. Она сорвалась с места почти мгновенно. — Руки от него убери! В её голосе больше не осталось ничего человеческого. Это был настоящий рык. Магия внутри неё болезненно всколыхнулась, откликаясь на ярость хозяйки. Воздух в помещении будто стал тяжелее. Стаканы на ближайшей полке едва заметно задрожали. Но прежде чем она успела сделать ещё хотя бы шаг, сильная рука Мэтта схватила её за предплечье. — Селена! Она резко дёрнулась. — Отпусти меня! — Нет! Он понимал. Если сейчас она бросится вперёд, Коннор без раздумий перережет Джереми горло. И Селена тоже это понимала. Именно поэтому она остановилась. Но взгляд от Коннора не отвела ни на секунду. В её глазах больше не было страха. Только холодная, почти пугающая решимость. Она уже мысленно просчитывала все возможные варианты. Их было слишком мало. И ни один не гарантировал, что Джереми останется жив. В этот момент Коннор широко улыбнулся. Будто наслаждался каждой секундой их беспомощности. — Вот теперь... Он сильнее прижал нож к шее Джереми. — Начинается самое интересное. — Всем сесть! Живо! Голос Коннора прогремел по всему залу так резко, что даже Эйприл вздрогнула. Лезвие ножа ещё сильнее прижалось к шее Джереми. На его коже выступила тонкая полоска крови. Селена заметила её сразу. И в этот момент вся её решимость разбилась о страх. Она могла рискнуть собой. Могла позволить убить себя. Но не Джереми. Никогда. Она медленно опустилась на ближайший стул, не сводя с охотника ледяного взгляда. Мэтт сделал то же самое, хотя было видно, как сильно он сжимает кулаки. Эйприл, ничего не понимая, дрожащими руками придвинула к себе стул и села, не переставая смотреть то на нож, то на перепуганного Джереми. В помещении воцарилась гнетущая тишина. Слышалось только тяжёлое дыхание присутствующих. Первой её нарушила Селена. Она говорила спокойно. Даже слишком спокойно. Будто изо всех сил заставляла себя не сорваться. — Ты получил, что хотел. Мы никуда не уйдём. Но отпусти Мэтта и Эйприл. Они вообще не имеют к этому отношения. Коннор тихо усмехнулся. — Не имеют? Он перевёл взгляд на Эйприл. — Ошибаешься. Селена чувствовала, как внутри начинает просыпаться магия. Она могла попробовать. Одним движением отбросить Коннора к стене. Вырвать нож. Спасти Джереми. Но в следующую секунду перед глазами вспыхнула другая картина. Огонь. Столы. Деревянные стены. Люди. Она слишком хорошо знала собственную силу. Последние дни она почти не контролировала её. Если сейчас дать волю магии... «Мистик-Гриль» вспыхнет за считанные секунды. Вместе с Эйприл. Вместе с Мэттом. Вместе с Джереми. Она судорожно сглотнула. «Нет...» «Нельзя...» Именно этого мгновения Коннор и ждал. Он двигался настолько быстро, что Селена даже не успела среагировать. Охотник оказался рядом и резко вонзил шприц ей в шею. Она вскрикнула. По телу почти мгновенно прокатилась обжигающая слабость. Ноги перестали слушаться. Мир качнулся. Она рухнула на пол, больно ударившись плечом о деревянный настил. — Селена! — сорвался на крик Джереми, дёрнувшись к сестре. Коннор тут же оттолкнул его обратно и, не теряя времени, опустился рядом с девушкой. Он грубо завёл её руки за спину и прижал запястья тканью, насквозь пропитанной аконитом. В следующую секунду Селена закричала. Боль оказалась невыносимой. Казалось, кожу одновременно разъедали кислотой и прожигали раскалённым металлом. Она инстинктивно попыталась вырваться, но мышцы будто перестали принадлежать ей. Подснежник продолжал действовать. Каждый вдох давался всё тяжелее. — Что... ты делаешь?.. — прошептала она сквозь стиснутые зубы. Коннор даже не посмотрел на неё. Он продолжал крепко удерживать её руки. — Ты всё ещё нужна мне живой. Несмотря на боль, на губах Селены появилась странная, почти обречённая улыбка. Она коротко рассмеялась. Этот смех прозвучал настолько горько, что даже Мэтту стало не по себе. — Если бы ты только мог видеть иронию этого момента... Она прикрыла глаза. Перед ней всплыло другое помещение. Подвал. Верёвки. Аларик. Его безумный взгляд. Его желание убить её. История словно снова повторялась. Только теперь на месте Аларика стоял другой человек. — Не смешно... — едва слышно закончила она. Эйприл переводила испуганный взгляд с Коннора на Селену. Она совершенно ничего не понимала. — О чём вы вообще говорите? — дрожащим голосом произнесла она. — Я... я никогда в жизни вас не видела... — Зато твой отец видел, — холодно ответил Коннор, даже не взглянув в её сторону. Эйприл побледнела. — Что?.. — Вам, детям, давно стоило понять одну простую вещь. Он посмотрел на Джереми. — Вербену нужно носить не для красоты. Одним резким движением он сорвал браслет с его запястья и поднял его перед собой. — Любой вампир снимет его за секунду. Джереми выругался себе под нос. Селена болезненно поморщилась. — Меня... всё равно нельзя загипнотизировать... Она попыталась усмехнуться. — Так что зря стараешься. Коннор полностью проигнорировал её слова. Он внимательно посмотрел на Джереми. — Тогда, может быть, ты вспомнишь наш разговор в доме гибрида вчера? Джереми нахмурился. — Какой разговор? Он растерянно посмотрел сначала на Коннора, потом на сестру. — Подожди... Его лицо медленно изменилось. — Ты хочешь сказать... Он замолчал. — Что меня загипнотизировали? Селена устало прикрыла глаза. Даже сейчас. Даже лежа на полу, испытывая адскую боль, она нашла в себе силы закатить глаза. — Почему ты вообще смотришь на меня? Она тяжело выдохнула. — Ты сказал, что будешь в порядке. Её голос сочился сарказмом. — И я, конечно же, поверила своему так называемому парню... Она невольно подумала о Клаусе. О том, как он снова без предупреждения всадил кинжал в Ребекку. И раздражение мгновенно вспыхнуло с новой силой. — ...который, между прочим, опять пронзил кинжалом собственную сестру у меня за спиной. Джереми виновато отвёл взгляд. Эйприл окончательно потеряла нить происходящего. Её дыхание стало прерывистым. — Пожалуйста... Она почти плакала. — Кто-нибудь объясните мне, что здесь происходит... Селена посмотрела на неё. Несмотря на собственную боль, ей стало искренне жаль девушку. Ещё вчера Эйприл жила обычной жизнью. А сегодня её мир рушился буквально на глазах. Селена попыталась ободряюще улыбнуться. Получилось слабо. Но всё же. — Сейчас... не самое подходящее время для знакомства с нашим безумием, дорогая. Коннор усмехнулся. — Гипноз. Он поднял один палец. — Секреты. Второй. — Вампиры. Третий. Каждое следующее слово делало лицо Эйприл всё белее. Она смотрела на них так, словно надеялась, что всё это окажется жестокой шуткой. Мэтт нарушил молчание. — Если ты действительно столько знаешь... Он говорил уверенно, хотя внутри всё сжималось от страха. — Тогда ты должен понимать, что долго это не продлится. Коннор вопросительно поднял бровь. — Наши друзья найдут нас. Мэтт сделал короткую паузу. — А парень Селены — Первородный гибрид. Он посмотрел охотнику прямо в глаза. — Он убьёт тебя. На лице Коннора появилась широкая улыбка. Именно такой реакции он, похоже, и ждал. — О да. Он даже тихо рассмеялся. — Именно на это я и рассчитываю. Достав телефон, он быстро начал что-то печатать. — Каждый вампир, который придёт сюда спасать вас... Его пальцы продолжали бегать по экрану. — ...станет ещё одним вампиром, которого я убью. Он поднял взгляд. — Так... Будто размышляя вслух. — Кому написать первым? Уголки его губ приподнялись. — Дэймону Сальваторе? Пара касаний по экрану. — Стефану? Ещё несколько. — Тайлеру Локвуду? Он тихо хмыкнул. — Нет. Так будет слишком долго. Он нажал ещё несколько кнопок. — Лучше сразу всем. Сообщения были отправлены одновременно. Через секунду Коннор спокойно размахнулся и с силой швырнул телефон об пол. Пластик разлетелся в разные стороны. Экран покрылся паутиной трещин. В помещении снова наступила тишина. Селена бессильно прикрыла глаза. Боль от аконита продолжала прожигать запястья, а действие подснежника становилось всё сильнее. Она тяжело выдохнула. — Чёртов ад, — пробормотала Селена и сморщилась от боли.

***

— Я звоню Клаусу, — наконец произнёс Тайлер, нарушая тяжёлую, почти невыносимую тишину, которая уже несколько минут давила на каждого, кто находился в гостиной особняка Локвудов, словно сам воздух превратился в вязкое напряжение, готовое в любой момент разорваться очередной катастрофой. Все стояли, нервно переглядываясь, будто любое лишнее движение могло стать началом событий, после которых уже ничего нельзя будет исправить. — Давай, звони, — резко бросил Дэймон, однако уже в следующую секунду его голос сорвался на почти яростный рык, а глаза опасно потемнели. — Но в ту же секунду, как он переступит границу Мистик-Фоллз, Тайлер, твоё сердце окажется у него в руке раньше, чем ты успеешь объяснить, зачем вообще его позвал. Лучше ещё раз набери Селену. Может быть... может быть, она всё-таки не у Коннора. Тайлер нервно покачал головой, словно эта мысль уже десятки раз приходила ему в голову, но каждый раз разбивалась о суровую реальность. — Если она действительно у него, а мы вызовем Клауса... он убьёт нас всех, — тихо, но предельно серьёзно произнёс он. — И ты прекрасно знаешь, что сейчас ему даже повод не нужен. Он уже давно его ищет. — Тогда мы не будем ждать, — мгновенно отрезал Дэймон, начиная расхаживать по комнате так быстро, что остальные невольно следили за каждым его движением. — Заходим с разных сторон, одновременно, не даём Коннору ни секунды на реакцию и заканчиваем всё прежде, чем он успеет понять, что произошло. И где, чёрт возьми, носит Тео? — Я здесь. Все одновременно обернулись к двери. Тео вошёл первым, а сразу за ним появился Стефан. Едва увидев его, Елена облегчённо выдохнула так, будто всё это время бессознательно задерживала дыхание, после чего быстро подошла к нему и крепко обняла. — Стефан... — Где ты, чёрт побери, пропадал всё это время? — мрачно спросил Дэймон, даже не пытаясь скрыть раздражение, которое уже давно превратилось в плохо контролируемую злость. Стефан спокойно выдержал взгляд брата. — Искал способ вытащить их живыми, а не просто устроить бойню. Дэймон сухо усмехнулся. — У нас уже есть план. Он сделал шаг вперёд. — План заключается в том, что я вырываю сердце Коннора... а потом запихиваю его ему обратно в глотку. В комнате повисло тяжёлое молчание. — Лини там, — негромко сказал Тео, но именно его спокойный голос заставил всех снова сосредоточиться. — И прежде чем мы ворвёмся внутрь, нам нужно понять, что делать дальше. Потому что достаточно одной ошибки... одной-единственной... и он убьёт её раньше, чем кто-либо успеет до неё добраться. Эти слова заставили даже Дэймона ненадолго замолчать. — Именно поэтому нельзя действовать вслепую, — продолжил Стефан. — У Коннора сейчас Джереми, Селена... и мы даже не знаем, сколько ещё людей находятся внутри. Если ворваться без подготовки, мы сами подтолкнём его к тому, чего пытаемся избежать. — Поэтому нужна открытая атака, — упрямо ответил Дэймон. — Пока он будет занят всеми нами, кто-нибудь успеет вывести заложников. Тайлер шумно выдохнул. — И всё равно Клаус нас убьёт. — Тогда сделаем так, чтобы он никогда об этом не узнал, — холодно бросил Дэймон, метнув в гибрида настолько тяжёлый взгляд, что в комнате снова повисла угрожающая тишина. Тайлер невесело усмехнулся. — Правда? Так же, как он "не узнал" о том, что вы двое переспали? Речь сейчас идёт о Лини, Дэймон. Даже если никто из нас не скажет ему ни слова, это сделает кто-нибудь из его гибридов. Для Клауса исчезновение Селены — уже повод перевернуть весь город вверх дном. Лицо Дэймона стало каменным. — Если Клаус тебя не убьёт... это сделаю я. Тайлер не отвёл взгляд. — Просто предупреждаю. Потом не говори, что тебя никто не пытался остановить. — Хватит! — неожиданно рявкнул Тео так громко, что оба мгновенно замолчали. — Тайлер прав. И ты тоже по-своему прав, Дэймон. Но сейчас мы тратим время на бессмысленные угрозы, пока моя сестра находится в руках психопата, который может сорваться в любую секунду. Нам нужен способ вернуть их живыми. — Коннор силён, — тихо сказала Елена, — но против всех нас он долго не продержится. — Я уже вызвал гибридов, — сообщил Тайлер. — Они собираются неподалёку. В этот момент дверь снова открылась. — Моя мама уже перекрыла все подъезды к району, — быстро сообщила Кэролайн, заходя внутрь. — Полицейским сказали, что произошла утечка газа. Никто не станет вмешиваться. Дэймон удовлетворённо кивнул. — Отлично. Ни полиции. Ни случайных свидетелей. Тогда перестаём разговаривать и начинаем действовать. — Нет, — резко остановил его Стефан. — Не все. — Он стрелял в меня раз девять, — раздражённо бросил Тайлер. — Так что, если мы идём убивать этого ублюдка, я участвую. — У него Джереми... и Селена, — уверенно сказала Елена. — Даже не пытайтесь оставить меня здесь. — А у него моя лучшая подруга, — добавила Кэролайн, скрестив руки на груди. — Я тоже иду. Стефан медленно обвёл всех взглядом. — Никто никуда не идёт, пока я не пойму, что именно приготовил Коннор. Этот человек никогда не действует напрямую. Если он заманил их туда, значит, уже расставил ловушки. Дэймон громко фыркнул. — Пока ты будешь "разбираться", они могут умереть. Это ради этого ты исчез на всё утро? Стефан даже не моргнул. — Коннор известен тем, что просчитывает всё на несколько шагов вперёд. Если мы сейчас слепо бросимся внутрь, то сами сыграем по его правилам. Особенно если у него ещё остался яд оборотня. Елена резко повернулась к нему. — Подожди... у него действительно есть яд? — Раньше был, — коротко ответил Стефан. — И лично я не собираюсь проверять, закончился ли он. Тео нервно провёл рукой по волосам. — Вы вообще понимаете, что сейчас рядом с ним находится Селена? Она не станет молчать. Она обязательно скажет что-нибудь, что его разозлит. Она всегда давит туда, где больнее всего. И если мы будем ждать слишком долго... последствия могут стать необратимыми. Дэймон тяжело выдохнул. — Хорошо. Один час, Стефан. Не больше. Если за это время ты не найдёшь ничего полезного, мы идём внутрь. Но нам понадобится ведьма. Где, чёрт возьми, Бонни? Кэролайн опустила глаза. — Она больше не может колдовать. — Замечательно, — язвительно бросил Дэймон. — Тогда всё равно позвоните ей. Скажите, что жизнь Джереми висит на волоске. Может, этого окажется достаточно, чтобы она забыла о своей "отставке". Не дожидаясь ответа, он резко развернулся, направился к выходу и, проходя мимо Стефана, нарочно сильно задел его плечом. Дверь с грохотом захлопнулась. Тео встретился взглядом со Стефаном. Им не нужно было ничего говорить. Они оба понимали одно и то же. Если Клаус узнает, что Селена находится в руках Коннора не от них, а от кого-то другого, последствия окажутся куда страшнее любого плана, который сейчас обсуждали в этой комнате. Клауса нужно было предупредить. Немедленно.

***

Стефан быстрым шагом пересекал городскую площадь, почти не замечая ни прохожих, ни шума машин, ни тревожных сирен, доносившихся откуда-то из центра города, потому что сейчас все его мысли были сосредоточены лишь на одном — времени, которого катастрофически не хватало, и на разговоре, который он обязан был провести, несмотря на то что прекрасно понимал: после этих слов Клаус превратится в настоящий ураган. Достав телефон, он сразу набрал единственный номер. Клаус ответил почти мгновенно, словно всё это время не выпускал телефон из рук. — Что? — коротко бросил он, и в его голосе уже слышалось плохо скрываемое раздражение человека, которого отвлекли в самый неподходящий момент. — Коннор в «Мистик-Гриле», — без лишних предисловий сказал Стефан, продолжая идти. — Он захватил заложников. Мне нужна помощь твоих гибридов. На другом конце линии повисла короткая тишина. Затем послышался холодный, раздражённый смешок. — И ты действительно рассчитываешь, что меня должны волновать какие-то чёртовы заложники? — произнёс Клаус с нескрываемым презрением. — Или ты забыл, кому именно звонишь, Стефан? Стефан закрыл глаза всего на секунду. Именно этого ответа он и ожидал. — Что ж... думаю, стоило бы, — спокойно произнёс он. — Потому что среди этих заложников Дэймон. Кэролайн. Тайлер. Тео. Елена... Он сделал небольшую паузу. Настолько короткую, что другой человек, возможно, её даже не заметил бы. Но Клаус заметил. — Ах да... — тихо продолжил Стефан. — Совсем забыл сказать самое главное. Твоя девушка тоже там. Время словно остановилось. На другом конце линии не прозвучало ни единого слова. Клаус застыл. На какое-то бесконечно долгое мгновение ему показалось, будто он ослышался. Нет. Этого не могло быть. Только не Селена. Только не она. Сердце с такой силой ударилось о рёбра, что даже Первородный на долю секунды почувствовал, как по его телу пробежал ледяной холод. Перед глазами вспыхнуло её лицо. Её улыбка. Её привычка язвить. Её упрямство. Её невозможность промолчать. И именно это испугало его сильнее всего. Он слишком хорошо знал Селену. Она не станет сидеть тихо. Не станет молить о пощаде. Не станет делать то, что ей скажут. Она обязательно посмотрит Коннору прямо в глаза. Обязательно скажет что-нибудь колкое. Обязательно ударит туда, где больнее. Даже если будет понимать, что этим подписывает себе смертный приговор. Клаус медленно закрыл глаза. Пальцы, сжимавшие телефон, побелели от напряжения. Настолько сильно, что пластиковый корпус жалобно затрещал под его хваткой. — Продолжай, — произнёс он неожиданно тихо. И именно этот спокойный голос оказался куда страшнее любого крика. — Если кто-нибудь доберётся до Коннора раньше тебя, — продолжил Стефан, — твоя поездка в Италию окажется бессмысленной. Я постараюсь выиграть немного времени, но долго это не продлится. Дэймон уже готов ворваться внутрь. Тео едва держится, потому что там его сестра. Все на пределе. Он ненадолго замолчал. — И мы оба знаем Селену. Челюсти Клауса сжались так сильно, что заходили желваки. — Она не умеет молчать, — продолжал Стефан. — Если Коннор уже ввёл ей подснежник... а я почти уверен, что именно так и произошло... боль снимет последние тормоза. Она будет провоцировать его до последнего. И однажды он просто перестанет себя контролировать. Каждое слово било по Клаусу сильнее предыдущего. Перед глазами уже возникали картины, которые он отчаянно пытался отогнать. Селена, прикованная к стулу. Селена с окровавленным лицом. Селена, которая всё равно улыбается своему мучителю только для того, чтобы вывести его из себя ещё сильнее. Нет. Нет... Если с ней хоть что-нибудь случилось... Если хоть один волос упадёт с её головы... Он уничтожит всё. Не только Коннора. Всех. Каждого, кто окажется рядом. — Поэтому, — закончил Стефан, — если ты действительно хочешь получить и Коннора, и Селену живыми, заставь своих гибридов действовать по моему плану. Ответ последовал не сразу. Когда Клаус наконец заговорил, его голос был настолько ледяным, что по спине Стефана невольно пробежал холод. — Хорошо. Я сейчас же свяжусь с каждым гибридом. Пауза. Затем Клаус заговорил снова. Медленно. Чётко. Словно выносил смертный приговор. — Но пойми меня правильно, Стефан. Его дыхание стало тяжёлым. — Если я приеду... и увижу её хоть немного раненой... если на ней будет хотя бы одна царапина, которую можно было предотвратить... Он резко вдохнул. — Клянусь, я собственными руками вырву тебе сердце. После этого убью Коннора так медленно, что сама смерть покажется ему милосердием. А затем превращу этот город в кладбище, потому что никто не смеет причинять боль женщине, которую я люблю... и надеяться после этого увидеть следующий рассвет. Не дожидаясь ответа, Клаус с такой силой оборвал вызов, что телефон в его руке жалобно хрустнул. Несколько секунд он просто стоял неподвижно. Потом его глаза вспыхнули той самой опасной яростью, которую знали все, кто когда-либо становился у него на пути. Он больше не думал о Конноре как о враге. Теперь Коннор был покойником. Оставалось лишь решить, насколько мучительной будет его смерть.

***

Стефан тяжело выдохнул, опуская телефон. Разговор оказался именно таким, каким он его представлял. Но теперь, по крайней мере, Клаус двигался сюда. И если существовал хоть кто-то, кого сейчас Коннор действительно не должен был злить, то это был Первородный гибрид, узнавший, что женщина, которую он любил сильнее собственной жизни, находится в руках безумца. Стефан сразу набрал Елену. Она ответила после первого же гудка. — Что ты узнал? — быстро спросила она. — Пока немного, — честно признался Стефан, прислушиваясь к звукам через открытые окна бара. — Я могу разобрать только голоса. — Сколько их? — вмешался Дэймон. — Четверо заложников. Он замолчал на секунду. — Но есть проблема... — Какая? — Это Мэтт... и Эйприл Янг. — Что?! — потрясённо выдохнула Елена. Дэймон недоверчиво покачал головой. — Да они, похоже, официально стали магнитом для всевозможных катастроф. Им вообще нельзя выходить из дома. Несмотря на напряжение, никто даже не улыбнулся. — Мы обязаны вытащить их всех, — тихо сказала Елена. — Где Тео? — спросил Стефан, внезапно понимая, что всё это время не слышал его голоса. — Он вместе с Кэролайн и Тайлером, — ответила Елена. — Пытаются найти способ проникнуть в «Мистик-Гриль» так, чтобы Коннор ничего не заметил. — Хорошо. Стефан посмотрел в сторону бара. — Подождите ещё немного. На другом конце раздалось раздражённое фырканье. — Часики тикают, брат, — зло бросил Дэймон. — И пока ты играешь в разведчика, у Коннора всё больше времени, чтобы окончательно сорваться. Стефан устало прикрыл глаза. — Я как-нибудь переживу комментарии из зрительного зала. И, не дав Дэймону возможности ответить, молча завершил вызов.

***

— Что тебе вообще нужно от моей сестры? — напряжённо спросил Джереми, не сводя взгляда с Коннора, при этом едва заметно смещаясь так, чтобы оказаться ближе к Селене, словно одного этого шага было достаточно, чтобы хоть как-то защитить её от человека, в глазах которого уже давно не осталось ничего человеческого. Коннор медленно повернул к нему голову. На его лице появилась неприятная, почти довольная улыбка человека, которому нравилось наблюдать за чужим страхом. — Мне? — негромко переспросил он, словно вопрос действительно показался ему забавным. — Лично мне от твоей сестры ничего не нужно. Она всего лишь... очень ценный груз. Но есть люди, которые готовы перевернуть мир ради того, чтобы заполучить её. Селена громко и демонстративно закатила глаза, будто происходящее уже начинало её откровенно раздражать сильнее, чем пугать. — Господи... да заткнись уже, — устало бросила она, поморщившись. — Серьёзно. У меня от твоего голоса уже мигрень начинается. Джереми резко посмотрел на сестру. Несмотря на то что она пыталась выглядеть спокойной, он слишком хорошо её знал. Он видел, как побледнело её лицо. Как она едва заметно морщилась после каждого движения. Как иногда её взгляд терял чёткость буквально на долю секунды. Что бы Коннор ей ни вколол... это продолжало действовать. — Подожди... — нахмурился он, переводя взгляд обратно на охотника. — Что значит — за тобой охотятся? Кто вообще пытается тебя убить? Селена тяжело выдохнула. — Братишка... сейчас правда не лучшее время для семейных откровений. Её голос оставался насмешливым, но внутри всё сжималось. Она не хотела, чтобы Джереми узнал правду именно так. Не здесь. Не сейчас. Не тогда, когда они оба могли умереть в любую минуту. Рядом тихо всхлипнула Эйприл. Девушка выглядела совершенно потерянной. Её руки дрожали так сильно, что она едва могла удерживать их неподвижно. — Он ведь сумасшедший... да? — дрожащим голосом спросила она, переводя испуганный взгляд с одного лица на другое. — Всё это... про вампиров... про ведьм... Это ведь просто бред... Она запнулась. — Но... он упомянул моего папу... Последние слова прозвучали почти шёпотом. По её щекам вновь покатились слёзы. Селена посмотрела на неё с такой жалостью, что на мгновение даже забыла о собственной боли. Эйприл была единственной в этой комнате, кто ещё жил в счастливом неведении. И Селена почти завидовала ей. Джереми тем временем незаметно закончил развязывать сестру. Верёвка ослабла. Селена почувствовала, как кровь снова начала нормально циркулировать в затёкших руках. — Эй... — мягко сказал Мэтт, осторожно приобнимая Эйприл за плечи. — Не слушай его. Этот псих просто играет с людьми. Не позволяй ему залезть тебе в голову. Эйприл медленно покачала головой. — А вдруг нет? Вдруг он действительно что-то знает? Джереми... он говорил тебе, зачем всё это делает? Селена тихо усмехнулась. Несмотря на ситуацию. Несмотря на слабость. Несмотря на то что ей самой становилось всё труднее удерживать сознание. — Знаешь, Эйприл... — неожиданно очень спокойно произнесла она, даже тепло улыбнувшись девушке. — В этом городе ты довольно быстро поймёшь одну простую вещь. Она ненадолго замолчала. — Иногда ничего не знать — самое большое счастье. Потому что правда... обычно убивает гораздо быстрее любого оружия. Джереми бросил на неё сердитый взгляд. Селена виновато подняла руки. — Что? Я же не соврала. Он только тяжело вздохнул. — Не знаю... — наконец сказал он Эйприл. — Может быть, он что-то и говорил... Может, я просто не могу вспомнить. Произнося это, он уже двигался к Коннору. Селена мгновенно поняла, что он задумал. Её сердце болезненно сжалось. — Джереми... — прошипела она настолько тихо, чтобы услышал только он. — Даже не смей. Он не остановился. — Джереми! — теперь уже яростно зашипела она. — Вернись обратно, пока я лично не надеру тебе задницу! Мэтт тоже понял намерения парня. — Оставь это! — громко крикнул он. — Не подходи к нему! Но Джереми словно перестал слышать всех вокруг. Он продолжал идти. Селена закрыла глаза. — Господи... какой же ты упрямый идиот... Мэтт повернулся к ней. — Подожди... если ты действительно настолько сильная... почему сама не выберешься? Селена тихо фыркнула. Даже сейчас вопрос показался ей почти забавным. — Милый мой... — устало сказала она. — Сила почти никогда ничего не решает. Она посмотрела по сторонам. На деревянные стены. На барную стойку. На испуганных людей. — Если бы я действительно захотела выбраться... я бы уже давно это сделала. Мэтт удивлённо нахмурился. — Тогда почему... — Потому что вместе со мной отсюда вылетела бы половина этого здания. Она сказала это настолько спокойно, будто обсуждала погоду. — А может быть, и не только здания. Её взгляд стал серьёзным. — Магия сейчас нестабильна. Подснежник мешает мне её контролировать. Одно неверное движение... и загорится весь «Мистик-Гриль». Потом соседние дома. Потом улица. Она криво улыбнулась. — И знаешь... мне бы очень не хотелось провести остаток своей жизни с мыслью, что я собственноручно сожгла вас всех. Мэтт долго смотрел на неё. Потом молча кивнул. Теперь он понял. Именно поэтому она терпела. Не потому что не могла. Потому что не позволяла себе. В этот момент Коннор резко хлопнул в ладоши, заставив всех вздрогнуть. — Кажется... скоро у нас появится компания. Его губы растянулись в хищной улыбке. — Вы двое... Он указал оружием на Мэтта и Эйприл. — В подсобку. Затем его взгляд остановился на Селене. Он резко схватил её за предплечье и рывком поставил на ноги. Пальцы впились в кожу так сильно, что она болезненно поморщилась. — А ты... Он приблизился почти вплотную. — Идёшь со мной. — Какая честь, — устало пробормотала Селена. — Всегда мечтала о таком свидании. Коннор резко дёрнул её вперёд. — Встали! Быстро! Эйприл снова расплакалась. Мэтт крепче прижал её к себе, стараясь закрыть собственным телом. — Всё будет хорошо... Хотя сам уже не верил собственным словам. Коннор остановился возле двери. — И даже не думайте искать другой выход. Он посмотрел прямо на Мэтта. — Все двери заминированы. Повисла тишина. — Попытаетесь открыть хоть одну... Он пожал плечами. — Соберёте себя по кускам. Мэтт медленно кивнул. Он понимал, что сейчас рисковать нельзя. Коннор вновь посмотрел на Селену. Его взгляд стал холодным. Изучающим. — Ты нужна мне живой. Он сделал паузу. — Но если продолжишь испытывать моё терпение... Он поднял шприц. — Я без колебаний убью тебя. Селена тихо усмехнулась. Усмехнулась искренне. — Тогда у нас проблема. Коннор прищурился. — Потому что раздражать тебя — единственное развлечение, которое у меня сейчас осталось. Она лениво пожала плечами. — Так что можешь сразу смириться. На лице охотника не дрогнул ни один мускул. — Ты Чародейка. Он медленно поднял шприц. — И скоро я передам тебя тем, кто заплатит за тебя гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Улыбка исчезла с лица Селены. В груди всё похолодело. Она знала. Она сразу поняла, о ком он говорит. — Нет... Но договорить она не успела. Игла вновь вошла в её руку. Подснежник. Ещё одна доза. По венам будто мгновенно разлился жидкий лёд. Она судорожно вдохнула. Воздуха перестало хватать. Комната качнулась. Коннор спокойно наблюдал за тем, как яд начинает действовать. — Думаешь, сможешь сражаться с ними? Он усмехнулся. — Твои родители пытались. И в итоге не смогли. Его голос становился всё дальше. — Так почему ты решила, что окажешься сильнее? Селена отчаянно пыталась удержаться. Она заставила себя смотреть прямо перед собой. Нет. Только не сейчас. Только не отключаться. Не перед Коннором. Не перед Джереми. Она сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Мир окончательно поплыл. Очертания лиц расплылись. Звуки превратились в глухой гул. Последнее, что она увидела, — встревоженное лицо брата. Её веки стали невыносимо тяжёлыми. Тело перестало слушаться. И через секунду она безжизненно рухнула на деревянный пол. В эту же секунду в кармане Джереми громко зазвонил телефон. Коннор мгновенно выхватил его раньше, чем тот успел даже посмотреть на экран. — Нет! — резко дёрнулся Джереми. Но было поздно. Не обращая на охотника никакого внимания, он тут же опустился рядом с сестрой на колени. Осторожно убрал прядь волос с её лица. Его пальцы дрожали. — Лини... Никакого ответа. Он снова погладил её по волосам, отчаянно надеясь почувствовать хоть какую-нибудь реакцию. — Пожалуйста... только открой глаза...

***

За тяжёлой дверью «Мистик-Гриля» повисла такая напряжённая тишина, что было слышно даже сбившееся дыхание заложников. Затем раздался уверенный голос Стефана, приглушённый толщиной дерева, но достаточно громкий, чтобы его услышали все, кто находился внутри. — Мы закрыты, — с насмешкой ответил Коннор, даже не пытаясь скрыть своего раздражённого превосходства, словно происходящее было для него не смертельно опасной ситуацией, а очередной игрой, правила которой диктовал исключительно он. Стефан сделал глубокий вдох. — Я хочу, чтобы ты освободил заложников. Коннор негромко рассмеялся. Смех прозвучал настолько спокойно, что от него становилось ещё тревожнее. — Освобожу, — протянул он. — Сразу после того, как получу то, что хочу. Он медленно перевёл взгляд на Джереми, затем на Селену. — А хочу я совсем немного... чтобы ты и все такие, как ты, наконец-то сдохли. Внутри бара снова повисла тишина. — Что? Чтобы твоя метка охотника стала больше? Коннор нахмурился. — Не смотри так удивлённо. Я знаю, кто ты. Знаю, что означает твоя метка. И, что куда важнее, я знаю о Братстве Пятерых гораздо больше, чем ты сам. В глазах Коннора на долю секунды мелькнул интерес. Совсем ненадолго. Но Стефан заметил это. — Отпусти заложников, — продолжил он. — А потом мы спокойно поговорим. Возможно... я расскажу тебе то, что ты не узнаешь больше ни от кого. Коннор усмехнулся. — Слабая попытка. Он покачал головой. — Похоже, ты начинаешь паниковать. Стефан опёрся ладонью о стену. — Нет, Коннор. Паниковать сейчас стоит тебе. Наступила короткая пауза. — Ведь именно Клаус когда-то оставил тебя в живых. Лицо охотника едва заметно изменилось. — Ты ведь хоть раз задавался вопросом... почему? Молчание. — Ты нужен ему живым. Стефан специально говорил медленно. Каждое слово было тщательно выверено. — Но теперь всё изменилось. Он посмотрел через небольшую щель, пытаясь хоть что-то разглядеть внутри. — Потому что теперь у тебя находится девушка Клауса. В этот самый момент Селена, всё ещё лежавшая на полу после очередной дозы подснежника, с трудом открыла глаза. Всё вокруг плыло. Звуки доносились словно сквозь толщу воды. Она едва могла различать слова. Но имя Клауса услышала сразу. — Ты ведь понимаешь, что это значит? — продолжал Стефан. — Если ты причинил ей хоть малейший вред... он придёт не за пленницей. Он придёт за тобой. Коннор медленно поднял телефон Джереми, на котором всё ещё продолжался вызов. Несколько секунд он молча смотрел на экран. Потом с ледяным спокойствием сжал ладонь. Пластик жалобно затрещал. Экран покрылся паутиной трещин. Ещё секунда — и телефон превратился в бесполезную груду пластмассы и стекла. Коннор равнодушно отбросил его в сторону. — Мне плевать на Клауса. — Неужели? — спокойно спросил Стефан. — Потому что я уверен в обратном. Он сделал небольшую паузу. — Он не простит тебе это. Ты это знаешь не хуже меня. Потому что он любит её. Эти слова эхом разнеслись по помещению. Даже Селена, находившаяся почти без сознания, болезненно прикрыла глаза. Коннор ничего не ответил. Но его пальцы сильнее сжали оружие. — Коннор, — снова заговорил Стефан уже мягче. — Это не обязательно должно закончиться смертью. Всё ещё можно остановить. Ответом стал резкий рывок. Коннор схватил Джереми за воротник и с такой силой толкнул его вперёд, что тот оказался практически возле одной из ловушек. Затем охотник мгновенно оказался рядом с Селеной. Одной рукой он грубо поднял её на ноги. Другой — приставил длинный охотничий нож прямо к её горлу. Ледяное лезвие коснулось кожи. Селена мгновенно замерла. Она перестала дышать. Любое движение. Любой неверный вдох. И нож легко разрежет ей горло. Впервые за всё это время страх оказался сильнее её привычного упрямства. Она не хотела умирать. Не так. Не сейчас. Перед глазами вспыхнуло лицо Клауса. Она вдруг отчётливо поняла, что может больше никогда его не увидеть. — С... Стефан... — тихо позвала она, и впервые в её голосе прозвучал настоящий страх. За дверью Стефан до боли сжал кулаки. — Коннор... Он заставил себя говорить спокойно. — Мы можем закончить это прямо сейчас. Никакой крови. Никаких смертей. Просто опусти оружие. Отпусти Селену. И выйди ко мне. Коннор улыбнулся. — Конечно. Он даже слегка отодвинул нож. — Тогда выходи. Я брошу пистолет. Отпущу Чародейку. И мы поговорим. Ложь. Все понимали, что это ложь. Но Стефан продолжал. — Подумай. Сегодня никто не обязан умереть. Ты хочешь ответы. Я дам тебе ответы. Я расскажу всё, что знаю. Только отпусти её. Обещаю... Она не причинит тебе вреда. Коннор резко расхохотался. — Я не заключаю сделок с вампирами! Он дёрнул руку сильнее. Лезвие скользнуло по нежной коже шеи. Тонкая алая полоска мгновенно выступила на белой коже. Селена болезненно вздрогнула. Из её губ вырвался тихий стон. По шее медленно потекла тёплая кровь. У Стефана внутри всё оборвалось. — Послушай меня! — громче произнёс он. — Если ты умрёшь сейчас, вся твоя жизнь окажется бессмысленной! Все убийства! Всё, что ты сделал! Всё было напрасно! Он сделал ещё один шаг. — Я могу дать тебе правду. Такую, которую ты ищешь. Просто опусти оружие. Отпусти их. В этот момент дверь неожиданно распахнулась. В помещение вбежала Елена. — Пожалуйста! — закричала она, увидев нож у горла Селены и оружие в руках Коннора. — Не причиняй им вреда! — Елена, нет! — почти одновременно закричала Селена. — Уходи отсюда! Коннор резко развернулся. Теперь пистолет смотрел прямо в голову Джереми. Другой рукой он ещё крепче прижал к себе Селену. — Ещё один шаг... Его голос стал пугающе спокойным. — И они оба умрут. — Елена, уходи! — закричал Джереми. — Немедленно! Коннор поднял голову. — Слышишь, Стефан? Он почти улыбался. — Твоя девушка сейчас всё увидит. Он сильнее надавил пистолетом. — Я убью сначала её брата... Потом сестру... И она будет смотреть на всё это. Он глубоко вдохнул. — На счёт три... — Раз... Сердце Стефана бешено колотилось. — Два... Он понял. Другого выхода нет. Если он не выйдет... Коннор действительно нажмёт на курок. — Стой! Стефан медленно вышел из своего укрытия. Без оружия. С поднятыми руками. Полностью сдаваясь. Коннор удовлетворённо улыбнулся. Он отпустил Селену и грубо толкнул её вперёд. Та едва удержалась на ногах. Джереми мгновенно поймал сестру, крепко прижимая её к себе так, словно собственным телом мог закрыть её от любой опасности. — Всё... я рядом... Но облегчение длилось всего мгновение. Елена резко бросилась вперёд. Именно этого Коннор и ждал. Не раздумывая ни секунды, он нажал на спуск. Выстрел оглушительно прогремел внутри бара. Селену резко отбросило назад. Пуля вошла ей в живот. Боль оказалась настолько чудовищной, что воздух мгновенно вырвался из лёгких. Из её груди вырвался отчаянный, пронзительный крик, заставивший замереть всех присутствующих. Джереми побледнел. — ЛИНИ! Её пальцы судорожно вцепились в его куртку. По одежде быстро расползалось тёмное кровавое пятно. В следующую секунду дверь буквально слетела с петель. — Всем на пол! — раздался голос Тео. Он ворвался внутрь с самодельным взрывным устройством в руках. Даже не посмотрев на Коннора, Тео метнулся к сестре. Одним движением он вырвал её из рук Джереми. — Помоги мне! Джереми мгновенно подхватил её с другой стороны. Они едва успели добежать до выхода. Через долю секунды позади них прогремел оглушительный взрыв. Пол содрогнулся. Окна разлетелись на тысячи осколков. Пламя взметнулось к потолку. Пока все были ослеплены взрывной волной, Стефан бросился к Коннору. Схватив охотника, он силой потащил его к потайным туннелям. — Елена! За мной! Не раздумывая, она побежала следом. Тем временем Джереми, не обращая внимания на кровь, которая уже пропитывала его одежду, осторожно поднял Селену на руки. Она тяжело дышала. Её лицо стало почти белым. Глаза с трудом оставались открытыми. — Лини... Она слабо улыбнулась ему. Совсем чуть-чуть. Будто пыталась убедить брата, что всё ещё будет хорошо. Но сил говорить уже почти не осталось. Тео шёл рядом, постоянно оглядываясь назад. В голове у него билась только одна мысль. «Только бы успеть...» Потому что он прекрасно понимал. Когда Клаус увидит Селену в таком состоянии... Никто уже не сможет остановить то, что произойдёт дальше.

***

Едва они оказались в особняке Локвудов, Джереми осторожно опустился на колени и так бережно уложил Селену на диван, словно одно неловкое движение могло причинить ей ещё большую боль, чем та, которую она уже испытывала, а сам всё никак не мог заставить себя убрать руки, потому что ему казалось: стоит отпустить сестру хоть на секунду — и он снова её потеряет. Кэролайн даже не стала ничего спрашивать. Увидев окровавленную одежду лучшей подруги, её бледное лицо и с трудом сдерживаемые стоны, она тут же бросилась к ней, крепко обнимая, словно пыталась убедиться, что Селена действительно жива и находится рядом, а не является очередным страшным кошмаром. — Господи... Лини... — прошептала она дрожащим голосом, осторожно прижимая девушку к себе. — Я здесь... Всё хорошо... Я рядом... Селена слабо улыбнулась, хотя от одного только движения её лицо болезненно исказилось. Следом в комнату вошёл Тео. Он выглядел непривычно потерянным. Обычно собранный и спокойный, сейчас он не мог отвести взгляд от окровавленного пятна, которое продолжало расползаться по одежде сестры. — Она серьёзно ранена, — хрипло произнёс он, и в его голосе впервые прозвучал настоящий страх. Кэролайн быстро кивнула. Она уже понимала, что времени почти не осталось. — Кто-нибудь... пожалуйста... вытащите пулю, — попросила она, с трудом сохраняя самообладание. — Пока она ещё в теле, исцеление идёт слишком медленно. Джереми крепче сжал ладонь сестры. Он чувствовал, как дрожат её пальцы. — Всё будет хорошо... Но собственный голос казался ему чужим. Он сам не верил в эти слова. Тайлер медленно подошёл ближе. Увидев состояние Селены, он тяжело выдохнул. — Нам конец... Все сразу поняли, что он имел в виду. Клаус. Когда Первородный увидит её... Когда узнает, что произошло... В комнате не останется никого, кто чувствовал бы себя в безопасности. Кэролайн глубоко вдохнула. — Лини... Она осторожно взяла её за подбородок. — Смотри только на меня. Не закрывай глаза. Хорошо? Селена тяжело кивнула. Она понимала, что сейчас произойдёт. Пуля должна выйти. Иначе организм не сможет восстановиться. Кэролайн медленно поднесла руку к ране. — Готова? — Нет, — честно призналась Селена, пытаясь улыбнуться. — Но выбора ведь всё равно нет. Кэролайн стиснула зубы. Одним быстрым движением она погрузила пальцы в рану. Селена резко выгнулась. Из её груди вырвался настолько болезненный крик, что у Джереми внутри всё перевернулось. Он крепче обнял сестру. — Всё... Всё... Потерпи... Кэролайн наконец извлекла окровавленную пулю. Металл с тихим звоном упал на пол. Селена тяжело дышала. По её щекам уже текли слёзы. Но через несколько секунд она всё-таки подняла взгляд на подругу. И... улыбнулась. Слабо. Усталой, почти измученной улыбкой. — Спасибо... Кэролайн едва не расплакалась. Она снова крепко обняла её. Джереми тоже не выдержал. Он осторожно прижал сестру к себе, закрывая глаза. На мгновение всем показалось, что самое страшное уже позади. Но это чувство оказалось обманчивым. Неожиданно Селена резко напряглась. Её дыхание оборвалось. Она схватилась обеими руками за голову. Из носа тонкой струйкой потекла кровь. — А-а-а! Её отчаянный крик буквально пронзил комнату. На шее начали стремительно проступать тёмные, почти чёрные вены. Они расползались всё выше. К вискам. К скулам. Будто что-то невидимое медленно уничтожало её изнутри. — Какого чёрта?! — почти закричал Тео, падая рядом с сестрой на колени. — Лини! Он осторожно взял её лицо в ладони. — Селена! Посмотри на меня! Ты слышишь меня?! Она ничего не отвечала. Её тело выгибалось от боли. Пальцы судорожно впивались в диван. Джереми окончательно растерялся. — Что происходит?! Он переводил взгляд с Тео на Бонни. — Что с ней?! Бонни медленно опустилась рядом. Её лицо стало смертельно бледным. Стоило ей увидеть тёмные вены, как она сразу всё поняла. — Они нашли её... Тео резко поднял голову. — Что? Бонни тяжело сглотнула. — Они отслеживают её. Она посмотрела на мучающуюся Селену. — Она сопротивляется... Изо всех сил сопротивляется... Но близнецы работают вместе. Их магия становится сильнее. Её тело начинает проигрывать эту борьбу. Кэролайн совершенно ничего не понимала. — Какие ещё близнецы? Она переводила взгляд с одного на другого. — О чём вы вообще говорите? Ответ неожиданно дал Джереми. Он словно вспомнил слова Коннора. — Он... Он говорил... Его голос дрожал. — Коннор сказал, что они нашли её. Он собирался передать её... им. Тео медленно повернулся к нему. Ужас, появившийся в его глазах, говорил громче любых слов. Он надеялся, что Коннор блефовал. Но теперь... Теперь всё оказалось правдой. В этот момент в комнату буквально ворвался Дэймон. — Что здесь, чёрт возьми... Он осёкся. Увидев Селену без сознания, с кровью на лице и чёрными венами на шее, он застыл. — Это Коннор сделал? — Нет, — тихо ответил Джереми. — Хуже. Он посмотрел на сестру. — За ней охотятся. Они пытаются убить её. Это делают они. Не Коннор. Дэймон резко повернулся к Бонни. — Сделай хоть что-нибудь! Он почти сорвался на крик. — Ты ведьма! Помоги ей! Бонни болезненно закрыла глаза. — Я не могу. Дэймон не поверил услышанному. — Что значит — не можешь?! — Это выше моих сил! Она почти плакала. — Они способны найти её в любой момент, когда она ослаблена... когда защитные заклинания становятся тоньше... Она покачала головой. — Только сама Селена может вытолкнуть их из своей головы. Никто другой. В комнате повисло тяжёлое молчание. Дэймон медленно перевёл взгляд на Тео. — Клаус знает? Тео даже не сразу ответил. Он продолжал держать сестру за руку. Будто боялся отпустить её хоть на секунду. — Нет... Наконец тихо сказал он. — Она запретила рассказывать ему. Хотела убедиться, что это не ошибка. Дэймон прикрыл глаза. — Господи... Именно этого он и боялся. Если Клаус узнает сейчас... Никто уже не сможет его остановить. Через несколько секунд Селена тихо застонала. Её веки дрогнули. Она медленно открыла глаза. Несколько секунд просто смотрела в потолок, пытаясь понять, где находится. Потом перевела взгляд на окруживших её друзей. — Что... Она тяжело вдохнула. — Что происходит?.. — Ты снова потеряла сознание, — тихо ответил Тео. Он помог ей осторожно сесть. Селена устало потёрла виски. — Голова... Она болезненно поморщилась. — Она раскалывается. Я чувствовала их. В комнате снова стало тихо. — Они нашли меня. Бонни сразу посмотрела ей в глаза. — Ты уверена? Селена медленно кивнула. На этот раз без малейших сомнений. — Абсолютно. Именно в эту секунду на столике завибрировал телефон. Все одновременно посмотрели на экран. Тео медленно поднял мобильный. На дисплее высветилось одно имя. Клаус. В комнате стало настолько тихо, что казалось, будто перестали дышать даже стены. Тео молча протянул телефон сестре. Селена посмотрела на экран. Её сердце болезненно сжалось. — Ответь... Она опустила взгляд. — Скажи, что я сплю. Тео медленно покачал головой. — Нет. Она умоляюще посмотрела на Дэймона. Тот мгновенно поднял обе руки. — Даже не смотри на меня. Он нервно усмехнулся. — Я, конечно, бессмертный... Но жить всё ещё хочу. После этих слов Селена устало закатила глаза. — Предатели... Она всё-таки нажала кнопку ответа. — Привет... Она изо всех сил старалась, чтобы голос звучал бодро. Чтобы он не услышал боль. Чтобы не догадался. Тео одними губами прошептал: «Расскажи ему». Она едва заметно покачала головой. Из трубки послышался облегчённый выдох. Такой искренний, что у неё мгновенно защипало глаза. — Селена... Голос Клауса стал заметно мягче. — Ты в порядке? На несколько секунд она закрыла глаза. Ей хотелось сказать правду. Сказать, что ей страшно. Что её подстрелили. Что какие-то неизвестные маги нашли её. Что она сейчас едва держится. Что ей просто хочется, чтобы он оказался рядом. Но... Она знала Клауса. Если он услышит хоть часть этого... Он уничтожит всё на своём пути. Поэтому она улыбнулась. Хотя по щекам уже текли слёзы. — Да. Она тихо выдохнула. — Я в порядке. Просто немного устала. Перевожу дыхание. На другом конце линии повисла пауза. — Он тебя ранил? Этот вопрос прозвучал настолько быстро, словно Клаус задавал его уже не первый раз, а просто ждал момента, когда она наконец ответит честно. Слёзы всё-таки сорвались с её ресниц. Она отвернулась, чтобы никто не видел её лица. — Нет... Еле слышно сказала она. После долгой паузы. — Не ранил. Кэролайн медленно закрыла лицо ладонями. Тео отвернулся. Дэймон лишь тяжело выдохнул. Они все понимали. Она лжёт. И Клаус, скорее всего, тоже это чувствует. — Я возвращаюсь завтра. Его голос стал неожиданно очень тихим. — Я люблю тебя. Селена слабо улыбнулась сквозь слёзы. — Я тоже тебя люблю... Едва слышно ответила она. И только после этого завершила вызов. Телефон медленно опустился ей на колени. Несколько секунд никто не произносил ни слова. Первым молчание нарушил Джереми. — Почему... Он смотрел на сестру с непониманием. — Почему ты ему не сказала? Она устало подняла глаза. — Серьёзно? Потом посмотрела на Дэймона. — Ну? Тот тяжело вздохнул. — Потому что если с тобой что-нибудь случится... Он говорил спокойно. Но тревога слишком отчётливо звучала в каждом слове. — Расплачиваться за это будем мы. Селена тихо фыркнула. — Какая трогательная забота. Сарказм получился слишком слабым. Дэймон покачал головой. — Ты прекрасно знаешь, что я сейчас не шучу. Я действительно переживаю за тебя. Селена несколько секунд молча смотрела на него. Потом устало кивнула. — Знаю... Она тяжело вздохнула. — И именно поэтому... Она попыталась улыбнуться. — Мне срочно нужно что-нибудь крепкое. Желательно очень крепкое... Не успела она договорить, как Тео резко шагнул вперёд. — Нет! Его голос прозвучал настолько громко и жёстко, что все одновременно повернули головы в его сторону. Он никогда... Никогда раньше не говорил с сестрой таким тоном. И именно поэтому в комнате снова воцарилась тяжёлая, тревожная тишина.

***

Горячие струи воды давно перестали шуметь. Ванная постепенно наполнялась тёплым паром, запотевшее зеркало медленно очищалось, а Селена, уже переодевшись в чистую домашнюю одежду, стояла перед большим зеркалом и неторопливо сушила влажные волосы феном, пытаясь сосредоточиться на этом простом, привычном действии, потому что стоило ей хоть на секунду перестать думать о чём-то обыденном, как в голове снова всплывали события последних часов: холодный ствол пистолета, нож у горла, невыносимая боль от пули, голос Клауса в телефоне и собственная ложь, которая до сих пор тяжёлым камнем лежала где-то глубоко внутри. Она выключила фен. В комнате сразу стало непривычно тихо. Настолько тихо, что она отчётливо услышала осторожный стук в дверь. — Войдите, — негромко сказала Селена, даже не оборачиваясь. Дверь медленно открылась. На пороге появилась Дженна. На её лице была мягкая, по-настоящему тёплая улыбка, но стоило лишь немного внимательнее посмотреть ей в глаза, как становилось понятно: она очень переживает и лишь старается этого не показывать, чтобы не сделать Селене ещё тяжелее. — Привет, — первой улыбнулась Селена, стараясь, чтобы её голос звучал легко, словно сегодняшний день ничем не отличался от остальных. — Привет, милая, — тихо ответила Дженна и, закрыв за собой дверь, подошла ближе. Несколько секунд она просто смотрела на девушку. На ещё влажные волосы. На бледное лицо. На едва заметную усталость, которую Селена изо всех сил пыталась скрыть за привычной улыбкой. Потом она медленно присела рядом с ней на кровать. — Джереми рассказал мне, что произошло сегодня. Улыбка Селены стала заметно слабее. Она молча кивнула. — Да... Ответ получился почти шёпотом. — Рассказал. Повисло молчание. Не неловкое. Скорее очень осторожное. Такое, когда оба человека понимают, что впереди предстоит непростой разговор. Дженна ласково накрыла ладонью руку девушки. — И ещё... Она ненадолго замолчала. — Он рассказал, что есть кое-что, о чём ты решила не говорить. Селена сразу поняла, о чём идёт речь. Она тихо усмехнулась, опустив взгляд себе на колени. — Ты про Клауса? Дженна молча кивнула. Селена глубоко вздохнула. — Я знаю, что поступила неправильно. Она провела рукой по ещё влажным волосам. — Правда знаю. На несколько секунд она задумалась, подбирая слова. — Просто... я не смогла. Она подняла взгляд на Дженну. — Не смогла сказать ему такое... по телефону. Голос стал заметно тише. — Представь только... Она невесело улыбнулась. — Он звонит, переживает, спрашивает, всё ли со мной хорошо... А я должна ответить: «Вообще-то меня подстрелили. Ещё какие-то неизвестные маги нашли меня, и теперь они пытаются меня убить». Она покачала головой. — Нет... Я не могла. Просто не смогла. Она опустила глаза. — Я обязательно ему всё расскажу. Честно. Я ненавижу ему врать. Наверное... больше, чем кому-либо другому. Потому что каждый раз, когда приходится скрывать что-то от него, мне кажется, будто я предаю его доверие. Она тяжело выдохнула. — Но сегодня... Сегодня я просто хотела, чтобы хотя бы одну ночь он не сходил с ума от страха за меня. Дженна внимательно выслушала её, не перебивая. Потом мягко улыбнулась. — Можно? Селена вопросительно посмотрела на неё. — Дать тебе один совет? Она кивнула. — Конечно. Дженна ненадолго задумалась. — За всю свою жизнь я поняла одну очень простую вещь. Она грустно улыбнулась. — В отношениях можно пережить очень многое. Ссоры. Расстояние. Ошибки. Даже тяжёлые времена. Но знаешь, что разрушает любовь быстрее всего? Селена молча смотрела на неё. — Ложь. Не потому, что человек обязательно хотел сделать больно. Иногда мы врём именно потому, что слишком любим и хотим защитить. Но итог почти всегда оказывается одинаковым. Вторая половина начинает думать, что ей перестали доверять. Дженна крепче сжала её ладонь. — Клаус любит тебя. И, поверь мне, это видно даже со стороны. Она тихо усмехнулась. — Иногда мне кажется, что ради тебя этот мужчина действительно способен объявить войну всему миру. Селена невольно улыбнулась. Потому что прекрасно понимала... Это была не шутка. Именно так всё и было. — Именно поэтому, — продолжила Дженна, — будет лучше, если правду он услышит от тебя. Не от Дэймона. Не от Тео. Не от своих гибридов. И уж точно не увидит сначала кровь на твоей одежде, а уже потом услышит объяснения. Селена долго молчала. Потом медленно кивнула. — Я расскажу ему. Она произнесла это уверенно. Без колебаний. — Обещаю. Настроение неожиданно стало чуть легче. Селена внимательно посмотрела на Дженну. Затем её губы медленно растянулись в хитрой улыбке. — Ну а теперь... Она слегка прищурилась. — Может быть, мы поговорим уже не обо мне? Дженна удивлённо подняла брови. — Например... О Дилане? Щёки Дженны мгновенно вспыхнули лёгким румянцем. — Лини... — Что? Селена уже едва сдерживала смех. — Не надо делать такой невинный вид. Я всё замечаю. — Перестань... — Нет, серьёзно. Она повернулась к тёте всем корпусом. — Помнишь, как совсем недавно ты не давала мне спокойно жить из-за Клауса? Она тихо рассмеялась. — Постоянно дразнила меня. Подкалывала. Говорила, что у меня всё написано на лице. Она театрально развела руками. — Ну вот. Карма всё-таки существует. И, должна признать, она та ещё стерва. Дженна не выдержала и тоже рассмеялась. — Ты невозможная. — Зато честная. Селена улыбнулась. — И вообще... Она стала серьёзнее. — Он ведь тебе нравится. И не пытайся отрицать. Это видно. Очень видно. Она внимательно посмотрела на тётю. — И ты ему тоже нравишься. Настолько очевидно, что даже слепой бы заметил. Улыбка медленно исчезла с лица Дженны. Она опустила взгляд. — Я не могу... Её голос стал совсем тихим. — Не могу так поступить с Риком. Его имя прозвучало почти шёпотом. Будто даже спустя столько времени произносить его всё ещё было больно. В комнате снова стало тихо. На этот раз надолго. Селена перестала улыбаться. Она осторожно придвинулась ближе и взяла Дженну за руку. — Знаешь... Она говорила очень спокойно. — Если бы он сейчас мог сидеть рядом с нами... Она ненадолго замолчала. — Как ты думаешь... Чего бы он для тебя хотел? Дженна ничего не ответила. — Чтобы ты каждый день винила себя за то, что продолжаешь жить? Чтобы боялась снова улыбнуться? Чтобы запрещала себе быть счастливой? Или... Она слабо улыбнулась. — Чтобы ты однажды снова полюбила? Слёзы медленно наполнили глаза Дженны. Она отвернулась. Но скрыть их уже не получилось. — Он слишком сильно любил тебя, чтобы хотеть для тебя вечного одиночества. Селена осторожно обняла её. — Самая страшная ошибка — думать, что новая любовь стирает старую. Нет. Она просто помогает жить дальше. Не вместо неё. А вместе с памятью о ней. Дженна судорожно вдохнула. Слеза медленно скатилась по её щеке. Она кивнула. Совсем слегка. — Я знаю... Её голос дрожал. — Правда знаю... Она крепко обняла Селену в ответ. И несколько долгих минут они просто сидели молча, потому что иногда никакие слова уже не способны сказать больше, чем тихие объятия человека, который искренне желает тебе счастья.