Пограничье

Совет закончился ближе к полудню. Лорды постепенно покидали зал, а обсуждения незаметно переместились в дворцовые коридоры. Кто-то продолжал спорить о налогах, кто-то уже говорил о предстоящей охоте, словно разговор о возможной войне остался далеко позади. Нимриэль закрыла записную книжку, когда рядом появился Горделл. По его лицу было невозможно не заметить, насколько он доволен. — Судя по выражению лица, тебе понравилось, — заметила она. Горделл широко улыбнулся. Понравилось ему абсолютно всё. Настолько, что он даже не знал, с чего начать. — Ты простоял у стены почти три часа, — сказала Нимриэль, поднимаясь из-за стола. — Рассказывай. Мне интересно мнение того, кто сегодня впервые увидел настоящий совет. — Теперь я понимаю, почему некоторые лорды так долго принимают решения. Она вопросительно посмотрела на него. — И почему же? — Потому что слишком внимательно слушают самих себя. Нимриэль тихо рассмеялась. — Осторожнее. Когда-нибудь и ты можешь оказаться на их месте. — Очень надеюсь, что нет. — Хорошо, тогда серьёзно. Как тебе первое заседание? Улыбка так и не исчезла с его лица. — Мне было очень интересно. Благодарю вас за возможность присутствовать. Он слегка поклонился и подал ей руку. Нимриэль с благодарностью приняла её. — Благодарить нужно не меня, а Эрейна. Она едва заметно кивнула в сторону друга детства. Тот как раз покидал зал одним из последних. — Вот и прекрасная возможность сделать это лично. Горделл коротко кивнул и направился к нему. К собственному удивлению, благодарность прозвучала вполне искренне. Нимриэль проводила их взглядом, а затем её внимание привлекла фигура у противоположного конца стола. Трандуил по-прежнему стоял над разложенной картой. Для остальных совет завершился, но для короля работа только начиналась. Она уже собиралась пройти мимо, когда он поднял голову. — Леди Нимриэль. Имя прозвучало спокойно, без малейшего повышения голоса, и всё же она сразу остановилась. За эти несколько дней Нимриэль успела понять: Трандуил никогда не говорил громко. В этом не было необходимости. Горделл мгновенно оборвал разговор с Эрейном и выпрямился. — Да, мой король. Нимриэль подошла ближе. Трандуил перевёл взгляд сначала на Горделла, затем на Эрейна. — Оставьте нас. Это прозвучало ровно, без раздражения и без угрозы. Но отказаться не пришло бы в голову никому. Оба эльфа почтительно склонили головы и покинули зал. Когда двери закрылись, вновь наступила тишина. Лишь где-то под полом негромко журчала вода. Трандуил ещё несколько мгновений молча изучал карту, прежде чем вновь заговорил: — Вы были правы насчёт северной переправы. Нимриэль подошла к столу. — Разведчики уже вернулись? Король кивнул. — Сегодня утром. Он коснулся одной из отметок на карте. — Следы обнаружены именно там, где вы предполагали. Несколько мгновений оба молча смотрели на разложенный пергамент. — Значит, времени осталось меньше, чем я рассчитывала, — тихо произнесла Нимриэль. В её голосе впервые за всё время прозвучала тревога. Почти незаметная. Но Трандуил уловил её сразу. — Вы не ожидали, что всё подтвердится так быстро? — Ожидала, — спокойно ответила она. — Но надеялась ошибиться. Король внимательно посмотрел на неё. Большинство военачальников радовались бы собственной правоте. Для неё каждый найденный след означал, что погибнуть могут новые люди. Трандуил вновь перевёл взгляд на карту. — Вы предлагаете защищать не дороги. — Людей, — спокойно закончила Нимриэль. Несколько секунд в зале вновь царило молчание. Лишь затем король задал вопрос, никак не связанный с картой: — Вам нелегко вдали от дома? Нимриэль ответила не сразу. — Иногда. Она ненадолго задумалась. — Но сейчас моё отсутствие на западных рубежах принесёт меньше вреда, чем поспешное возвращение. Пока решение не принято окончательно, я обязана оставаться здесь. Трандуил едва заметно кивнул. Казалось, именно такого ответа он и ожидал. Он сделал лёгкий жест рукой, давая понять, что разговор окончен. Стражники распахнули двери. Нимриэль почтительно поклонилась и покинула зал. До самого вечера её мысли вновь и вновь возвращались к словам короля и донесению разведчиков. Если следы действительно обнаружили у северной переправы, времени оставалось значительно меньше, чем она рассчитывала.