ЛОРДЫ

Ритуальный зал Гринготтса гудел от напряжения. На этот раз гоблины начертили на полу сложнейшую, многомерную звезду — рунный круг Высшего Очищения Крови. В воздухе пахло полынью, серебром и озоном. Римус Люпин стоял в самом центре, обнаженный по пояс. На его груди и спине уродливыми багровыми жгутами горели старые шрамы от «укусов Сивого» — на самом деле, это были проклятые рунические печати Дамблдора, сдерживающие кровь Ликана. По краям зала, на безопасном расстоянии, стояли Гарри, Гермиона и Рон. Как молодая, но уже невероятно сильная чистокровная элита, они выступали свидетелями и якорями для магии Римуса. Гарри крепко держал Гермиону за руку, и их общая магия пары окутывала зал защитным коконом. Крюкохват поднял ритуальный топор из черного гоблинского металла и с силой опустил его обух на каменный пол. — Римус Джон из Дома Люпинов! — громогласно провозгласил гоблин. — Готов ли ты принять боль истины? Готов ли выжечь ложь, что отравляла твой разум, и вернуть наследие Первородных Волков? — Готов! — твердо ответил Римус, и его глаза уже вспыхнули чистым золотом. Семь шаманов-гоблинов затянули гортанный, зловещий напев на древнем языке. Руны под ногами Римуса вспыхнули ослепительным серебряно-белым светом, похожим на сияние полной луны. В ту же секунду печати на его теле откликнулись яростным сопротивлением. Плетения Дамблдора, подпитываемые годами зельевой зависимости от Волчьего противоядия, начали гореть удушливым фиолетовым пламенем. Римус глухо зарычал, его мышцы напряглись так, что кожа едва не лопалась. Это была битва двух сил: воли Великого Светлого Мага и первобытной Магии Крови. — Аперто Сангвис! — выкрикнул Крюкохват. Серебряный свет рун превратился в ревущие потоки мантического огня. Багровые шрамы на груди Римуса начали с треском лопаться, но из них текла не кровь, а испарялась черная, гнилая жижа — остатки директорских зелий. Римус запрокинул голову и закричал, но этот крик мгновенно перерос в оглушительный, торжествующий и жуткий волчий вой, от которого каменные своды зала задрожали. Его тело начало стремительно трансформироваться. Но это не было уродливое, болезненное превращение в проклятого оборотня. Римус рос, его плечи раздавались, кости укреплялись, обретая нечеловеческую мощь. Вокруг него соткался исполинский, величественный силуэт полярного волка с серебряно-серой шерстью и умными, абсолютно человеческими золотыми глазами. Древняя Магия приняла и благословила возрождение Рода Истинных Ликанов! Все блоки Дамблдора разлетелись в пыль. Но Магия Крови на этом не остановилась. Когда ядро Римуса полностью очистилось и развернулось в полную мощь, из самого центра его груди вырвался тонкий, пульсирующий луч нежно-розового, постоянно меняющего оттенки света. Гермиона восхищенно охнула, подаваясь вперед. — Гарри, посмотри! Магия ищет его пару! Этот розовый луч взвился к самому потолку зала, закружился спиралью и внезапно разделился. Одна часть потока сгустилась, образуя магическую проекцию герба Люпинов — волка под луной. А вторая часть… начала стремительно менять форму, переливаясь всеми цветами радуги, пока не застыла в виде изящного, фантастического силуэта птицы-метаморфа. Зал наполнился нежнейшим, звенящим гулом. Магия Времени и Пространства среагировала на зов Первородного Волка. — Невероятно… — прошептал пораженный Крюкохват, опустив топор. — Слияние сущностей. Магия зафиксировала Истинную Помолвку. Зверь обрел свою пару и свой Дом. Лорд Люпин, ваша суженая — Истинный Метаморф из древней крови! В этот самый момент в воздухе, прямо над алтарем, соткались золотые буквы, выжигая имя той, чья душа только что оказалась намертво привязана к Римусу магическими узами: Нимфадора Тонкс. Гарри и Рон потрясенно переглянулись. — Тонкс? — Рон захлопал глазами, его мозг быстро сопоставил факты. — Погодите, это ведь дочка Андромеды Тонкс, урожденной Блэк! Она в этом году окончила Хогвартс и, кажется, поступила в Академию Авроров! Она же постоянно меняет цвет волос! — Она Метаморф, — Гермиона победно улыбнулась, её серые глаза Блэков сияли гордостью за свою новообретенную семью. — И теперь она официально помолвлена с Римусом самой Магией. Дамблдор думал, что держит Нимфадору под контролем через её амбиции в Аврорате, но против решения Магии Крови он бессилен. Как только Римус встретит её, её метаморфозы стабилизируются, а её сила возрастет втрое! Серебряное пламя ритуала начало медленно угасать. Римус Люпин — точнее, теперь Лорд Римус Люпин, Глава Рода Истинных Ликанов — тяжело дышал, стоя в центре круга. Он полностью вернул себе человеческий облик, но теперь он выглядел лет на пятнадцать моложе. Исчезли морщины, седина, вечная аура обреченности. Перед ними стоял великолепный, широкоплечий тридцатидвухлетний маг в расцвете сил, с гордой осанкой и опасным, хищным блеском золота в глазах. На его правом указательном пальце сиял тяжелый золотой перстень с изображением волка, держащего в лапах лунный камень. А на левой руке, на безымянном пальце, тускло горел витой розово-серебряный ободок — знак магической помолвки. Римус посмотрел на свою руку, затем на парящее в воздухе имя Нимфадоры, и на его лице появилась теплая, предвкушающая улыбка. — Нимфадора… — тихо произнес он, и в его голосе прорезался глубокий, бархатный рокот Ликана. Он перевел взгляд на Гарри, Гермиону и Рона, и низко склонил голову перед подростками. — Спасибо вам, Лорды. Вы вернули мне не просто жизнь. Вы показали мне моё будущее. И мою пару. Гарри подошел к Люпину, протягивая руку для крепкого чистокровного рукопожатия. — Мы свои долги возвращаем, Римус. Дамблдор отнял у нас семьи. Теперь мы заберем у него всё, что он считает своим. Тонкс скоро узнает правду. Но сначала… Гарри повернулся к Рону и Гермионе, его глаза опасно сузились, а на губах заиграла предвкушающая улыбка Лорда Поттера-Слизерина. — …сначала мы устроим шоу, которое эта страна запомнит навсегда. Крюкохват, подготовьте наши документы для Хогвартс-Экспресса. Первое сентября уже завтра.