Кровь, пламя и пыль

      Не знаю, сколько времени я навзрыд прорыдала в подушку, но в какой-то момент ясно ощутила, как на моё плечо легла тяжёлая, но такая знакомая лапа. Это была его лапа — в этом я могла быть уверена (после стольких раз лежания на них я вполне могла считать себя... экспертом в этом вопросе).       — Прошу тебя, Чара, взгляни на меня, — прозвучал спокойный голос монстра.       С глазами, болящими от слёз, я всё же повернулась к нему. Увидев его, я спросила, искренне не понимая:       — Зачем вернулся? Ты разве не боишься меня? Разве тебя совсем не тревожит, что теперь, когда я знаю вашу слабость… то в любую минуту могу взять и убить тебя, а потом и всех остальных монстров в этом замке — чтобы освободиться, или отомстить, или даже просто потому, что могу?       Последовала короткая и ясная реплика:       — Нет.       — Почему? Что должно меня остановить от этого? Кто меня остановит? — я старалась звучать как можно жёстче и грубее, дабы заставить его отойти от меня. Я прекрасно понимала, как ужасно это звучит, но делала это ради всеобщего блага! Ради его блага!       — Ты сама, — ответил Азриэль без тени страха в голосе.       — Я верю в тебя, Чара, — добавил он. — Верю, что в глубине души ты не та, за которую себя выдаешь. Пусть ты и принадлежишь к человеческому роду, но уверен — ты не станешь. Я чувствую в тебе добро. Ты не из тех, кто способен убить.       «Никогда не думала, что можно быть таким наивным! Неужели он не осознаёт, насколько я опасна для окружающих? Нет, очевидно, он слишком умён, чтобы не понимать этого… но в чём же тогда причина?»       Не может же быть такого, что он действительно верит в меня?       — Послушай меня, Чара, — мягко произнёс Азриэль, глядя мне прямо в глаза, — я не желаю, чтобы ты видела во мне жестокого тюремщика, а себя пленницей. По моему скромному мнению, мы не должны быть врагами. Я бы больше предпочёл, чтобы мы с тобой стали союзниками, или, если тебе так будет проще, — друзьями. Ты согласна?       В голове на секунду стало оглушающе тихо: «Что? Я не ослышалась? Он хочет, чтобы я стала его другом? Серьёзно? После всего, что я устроила? Азриэль что, с ума сошел?»       — Хорошо. Я согласна, — прозвучал мой ответ, абсолютно искренний, несмотря на всю абсурдность ситуации.       Услышав мой ответ, Азриэль расплылся в широкой улыбке, обнажив свои белоснежные клыки, а затем одним лёгким движением схватил меня за талию, стащил с постели, после чего поднял под самый потолок комнаты. Я ахнула от подобной наглости с его стороны, но моё недовольство почти сразу сменилось восторгом: ничего подобного со мной ещё не было!       Взглянув на меня снизу вверх, он произнес с искренней, неподдельной, можно сказать, почти детской радостью:       — Чара, как же замечательно, что теперь мы друзья!       В груди что-то дрогнуло в тот самый миг, когда он произнёс это слово. Это было моё сердце, затрепетавшее от счастья! От того самого чувства, что я давно не испытывала… так давно, что успела забыть, как оно чувствуется. Но Азриэль своими добрыми и благородными поступками смог напомнить мне, что есть настоящее, подлинное счастье!       Счастье – это когда рядом с тобой находится тот, кому на тебя не все равно!       Как же прекрасно становится на душе, когда ты счастлива!       Он немного покружил меня под потолком, а потом бережно опустил на пол. Всё ещё находясь под впечатлением от этого полёта, я воскликнула:       — Знаешь, мне так понравилось летать! Я хочу ещё!       — Конечно! Держись крепче!

***

      Когда мы оба немного успокоились после наших веселых шалостей, и я вновь оказалась на кровати, я решила, что наконец-то настал подходящий момент для того, чтобы… извиниться перед ним:       — Прости меня, — тихо начала я. — Прости меня за всё: за вчерашнее, за сегодняшнее. Я просто… просто на меня всё так навалилось. Прошу тебя, пойми: ещё вчера я была наверху, а теперь — здесь, в вашем королевстве. И я до сих пор не понимаю, как правильно нужно на это реагировать. Ещё, когда я увидела себя в том зеркале, то так сильно расстроилась и разозлилась, что начала срываться на тебя, а потом ударила, не задумываясь! Я пойму, если ты больше не захочешь разговаривать со мной и…       От нахлынувших воспоминаний слёзы сами собой катились по щекам, и я даже не пыталась их вытереть.       — Я прощаю тебя. Только не плачь! Уверяю тебя, всё будет хорошо! — воскликнул он.       Принц приблизился ко мне с платком, чтобы вытереть мне слёзы.       — Нет, не будет! Не будет «хорошо»! — всхлипнула я, сама удивляясь тому, что опять плачу, хотя казалось, что все слёзы уже выплаканы. — Скоро твой отец убьёт меня, и что тогда? К чему тебе моя дружба, если она скоро…       — Только не смей! Не смей при мне говорить такие вещи! Клянусь, что с тобой всё будет в порядке! Я верю, что отец примет верное решение, и ты будешь жить! Но ты должна поверить! Сделаешь это? Ради меня?       — Х‑хорошо… — прошептала я, сглатывая очередной всхлип. — Я… постараюсь. Постараюсь поверить в себя.       До последней минуты я верила, что просто не способна на это, но когда он попросил, мне всем сердцем захотелось по-детски поверить. Возможно, он прав, и впереди меня ждёт что-то, помимо смерти…       Мы ещё недолго пообщались, живо вспоминая вчерашний день, пока Азриэль вдруг не встрепенулся и не подскочил с края кровати.       — Совершенно вылетело из головы! Я приготовил для тебя сюрприз!       Принц повернулся и ловким движением вытащил из своей просторной одежды небольшой свёрток.       — Открой, — попросил он с едва сдерживаемым нетерпением.       Я замерла от полной неожиданности подарка. «И когда он только успел его приготовить?» — вспыхнула мысль, пока я осторожно развязывала узел. Внутри свёртка оказалось белоснежное платье почти такого же цвета, каким был мех моего нового друга.       — Что скажешь? Тебе нравится?       — Ой… не стоило… — пробормотала я, растерянно теребя край ткани.       Я не горела большим желанием его надевать (мне действительно не по нраву все эти платья!), но обижать Азриэля совсем не хотелось. Всё-таки он постарался сделать мне приятно.       — Я хочу его примерить… но только выйди отсюда! Не хочу, чтобы ты наблюдал, как я переодеваюсь! — машинально выпалила я и тут же залилась краской, осознав, как это прозвучало.       Азриэль, будто вовсе не заметив моей во всех смыслах красноречивой реакции, кивнул и быстро вышел из комнаты.       Платье оказалось довольно простым, явно сшитым вручную, без каких-то вычурных украшений. Оно мне было чуть длинновато, особенно в подоле и рукавах, тогда как в талии, напротив, плотно облегало. Во всём остальном это было вполне приличное женское платье.       Торопливо сняв сорочку и надев платье, я позвала друга назад:       — Всё в порядке. Можешь заходить.       Возвратившись, Азриэль остановился на пороге, не решаясь подойти ко мне ближе.       — Ну как? Я нормально выгляжу? — спросила я его.       Вместо ответа он молча протянул мне маленькое зеркальце.       Взяв зеркальце, я ещё пару раз повернулась и покружилась из стороны в сторону, а затем вынесла свой вердикт: «А ведь и правда идёт…»       И тут я вспомнила, кому следовало бы выразить свою благодарность:       — Большое спасибо за подарок! Но я же просила тебя этого не делать! Зачем ты это сделал?       — Я просто пожелал, чтобы тебе было комфортно, — ответил он. После взглянул на меня своими большими зелёными глазами и мило добавил:       — Ты в нём удивительно красива.       — Эй, хватит меня смущать! — нарочито строго буркнула я, покраснев от его приятных слов в свой адрес.       Мы некоторое время смотрели друг на друга, не зная, что предпринять дальше, как вдруг Азриэль внезапно произнёс:       — Уже поздно. Мне пора уходить. Я вернусь завтра, как только смогу. Не грусти в одиночестве, ладно? Я придумаю, чем тебя развлечь. Ещё одно: клянусь, что найду для тебя хорошего наставника — того, кто разбирается в истории нашего народа и во всяких прочих науках куда лучше меня.       — Зачем?       Я откровенно не понимала, зачем мне какой-то там учитель! Меня и так отсюда не выпускают! Да и вообще, мне уже начало казаться, что хоть здесь, в последние дни своей жизни, мне удастся отдохнуть от ненавистной учёбы! Но, похоже, даже тут мне придётся учиться! Вот облом!       — Как зачем? А как же, по-твоему, ты будешь здесь жить?       — Ладно, как хочешь.       Монстр уже почти добрался до выхода, когда я вдруг окликнула его: «Подожди секунду!» Он замер в проходе, придерживая приоткрытую дверь, и обернулся на мой зов: «Да? В чём дело?»       — Я совсем забыла уточнить… — начала я, чувствуя лёгкое смущение от глупости моего вопроса. — Не подскажешь, какое сегодня число?       — Сегодня третье сентября, – прозвучал его уверенный ответ.       — Что?! Уже? Как так? Мне представлялось, вчера было пятнадцатое.       Не могло же такого статься, что того момента из календаря пропало аж целых две недели? Или под землёй время течёт не так, как на поверхности?       Азриэль склонил внушительную рогатую голову на бок, немного при этом задев дверной проём: «Я так не считаю, Чара. Вчера определённо было второе число. Я бы никоим образом не перепутал такую дату».       — Ты уверен в этом? — недоверчиво спросила я.       — Абсолютно. В конце концов, именно в этот чудесный день был день моего рождения.       — Что?! И ты даже не подумал мне сказать об этом?! Какой же из тебя друг после такого? — я импульсивно всплеснула руками, но, спохватившись, попыталась громко пропеть всем известную поздравительную песню. Вышло не очень, но Азриэля она смогла чуть заинтересовать: — Поздравляю! С днём рождения! И… сколько тебе исполнилось?       — Вчера всё наше королевство со всей положенной ему торжественностью отметило мой юбилей, — с гордостью сообщил принц. — Сто пятьдесят лет.       — Сколько-сколько? Сто пятьдесят?!       — Тебя это так удивляет? Ах, конечно… я читал, что люди живут куда меньше монстров, а уж тем более драконов.       — Что? Нет, что ты! Конечно же нет! Я нисколечко не удивилась! — со всем притворством утверждала обратное тому, что посчитала о его возрасте на самом деле, — Просто… мне всего шестнадцать…       — Шестнадцать? Это же… не так уж и много для человека?       — Думаю, да. То есть… я хочу сказать… думаю, это примерно столько же, сколько для тебя сто пятьдесят лет.       Жалко, что я соврала ему. Мне только недавно стукнуло четырнадцать. Но мне так не хочется казаться маленькой девчонкой, особенно в его глазах! Я уже взрослая! Теперь сама могу решать, что и кому говорить о себе!       — Жаль только, что у меня нет для тебя никакого подарка…       — Не переживай из-за этого, — мягко перебил меня Азриэль. — Вчера я уже получил самый чудесный подарок, о каком только мог мечтать.       Я удивлённо приподняла бровь. «Что вообще можно подарить принцу, у которого и так всё есть — да ещё и на стопятидесятилетие?».       Но спросить, что же за подарок ему подарили, я так и не решилась.       — Ну, как хочешь. Ещё раз поздравляю с праздником!       — Благодарю тебя, Чара. Полагаю, мне настала пора уходить. Прощай.       — Пока-пока! — я помахала ему ручкой вслед.       Прежде чем окончательно покинуть мою комнату, монстр в последний раз обернулся и, бросив загадочный взгляд, повернулся ко мне спиной, после чего быстро исчез за дверью.

***

      После его ухода я стянула с себя белое платье, бережно свернула его и снова натянула сорочку. Остаток дня перед сном я хотела провести спокойно. Например, снова пролистав ту самую книгу. Мне хотелось просто отдохнуть после тяжёлого дня и ни о чём не больше думать. Но, как ни старалась, «ни о чём» думать не получалось, потому как, едва только долистала до картинок с драконами, как опять подумала об Азриэле.       «Если подумать, — начала разговаривать я сама с собой о своём новом друге, — у него не только глаза красивые. Он высокий, статный, сильный, да ещё и магией владеет! А его вытянутая морда… поначалу она показалась мне нелепой и даже уродливой, но если внимательно в неё вглядеться, то в ней можно найти что-то особенное и по-своему притягательное. Не могу точно сказать, что именно меня зацепило — возможно, это его белоснежные острые зубы, которыми он постоянно улыбается, или висячие уши, а может, длинные рога. Или всё сразу? Не знаю!»       Так, стоп!       Чара, хватит думать об Азриэле в таком ключе! Он теперь твой друг, а не вещь какая-то! Друзей по внешности не оценивают! Будь он хоть совсем некрасивым — разве это что-то изменило бы?       — Конечно, нет… — печально вздохнула я.       Я закрыла книгу и твёрдо решила отправиться спать пораньше.       «Утро вечера мудренее», – прошептала я, убеждённая, что только сон избавит меня от моих навязчивых мыслей.       Я быстро приготовилась ко сну: привела в порядок постель, заправила простыню и наволочку, даже налила полный стакан воды на ночь и поставила его на тумбочку.       И тут снова донёсся этот противный смешок из-за двери.       — Эй, кто там?!       Смех оборвался мгновенно.       — Кто там? Я же слышала, что кто-то смеялся! Ответь быстро!       Тишина повисла на пару секунд, а потом раздался знакомый голос:       — Это я, Андайн, рыцарь Королевской гвардии. Между прочим, я твой сторож. Помнишь, мы вчера пересекались? Послушай, я тут на посту стою и… я всё слышала! Ну ты и даёшь! Скажи прямо, все люди такие странные? А может, ты ведьма? Ты чем-то околдовала нашего бедного принца? Хочешь себе его забрать, да? Не боись, мне можешь признаться — я тебя не сдам!       — Не понимаю, о чём ты! — вспыхнула я, — Я обычный человек! Мы с Азриэлем просто нормально общались!       — Пока только общались, – многозначительно протянула Андайн.       — Что ты имеешь в виду?       — А то и имею, малышка. Думается мне, только разговором дело у вас не ограничится.       Смысл её намёков не сразу дошёл до меня. Но когда до меня наконец дошло, что она имела в виду, то кровь сразу прилила к моему лицу, а внутри закипела настоящая ярость.       — Да как ты смеешь! Я… я пожалуюсь на тебя Азриэлю!       Стражница только расхохоталась в ответ на мои угрозы:       — Вот-вот! Только о нём и помышляешь!       — Да ну тебя! Не хочу с тобой больше разговаривать! — рявкнула я, отворачиваясь от запертой двери.       Эта Андайн… она что, бессмертная? Она вообще ничего тут не боится? Зачем она издевается надо мной? Что ей от меня надо?       — Ладно тебе, не кипятись понапрасну! — без прежней издевательской усмешки сказала она. — Просто хотела предупредить: если твой ненаглядный будет, ну ты знаешь… приставать к тебе, то знай, что ничем помочь не смогу. Сама понимаешь: он всё-таки принц. У него есть право брать, кого он захочет…       — Заткнись! Просто заткнись!       — Как хочешь. Я предупредила тебя.       Я решила не отвечать ей. Какой смысл тратить нервы? Потому я просто шагнула к кровати и, быстро укрывшись одеялом, стала пытаться поскорее заснуть.       Потихоньку проваливаясь в сон, всё никак не могла выкинуть из своей головы слова Андайн насчёт… этого. Да, конечно, ей удалось подпортить мне настроение, но в её подозрениях определённо была доля правды. Можно было даже сказать, что её грубость неожиданно подействовала на меня отрезвляюще.       Как бы я ни хотела этого, но сквозь подступающую дремоту в голове сами собой вспыхивали ужасные картины: Азриэль хватает меня, прижимает к кровати или полу так, что не пошевелиться, и начинает меня….       Поступи он так — что бы я смогла? Да ничего! Он намного сильнее меня, у него магия! А я кто? Я просто слабая девочка…       Нет!       Я бы дралась и сопротивлялась до последнего вздоха! Я не какая-то вещь, чтобы меня «брать»! Пусть лучше убьёт, но живой ему не дамся!       Всё, хватит так думать!       Пусть мы и знакомы совсем недолго, но сердце уверяло меня: Азриэль не такой. У него было столько возможностей сделать это вчера, пока я была беспомощна, или даже сегодня! Но он этого не сделал! Даже не попытался! (уже успела проверить — там он меня не трогал.) Всё время, что мы провели вместе, он был так добр и мил со мной... Зачем ему рушить нашу дружбу? Он поверил в меня, когда никто другой не стал бы. Значит, я просто обязана ему доверять!       Только пусть ведёт себя хорошо — иначе он меня никогда не получит…