Том 3: «Наследие Клауса: Арканзас. Где умирает герой и рождается психопат»

Красный рассвет бункера Ллойд с отвращением отшвырнул обескровленного, обмякшего Джексона на залитый багровыми пятнами кафельный пол. Командир ПОРОКа едва дышал, его лицо побледнело до синевы, но в его угасающем сознании еще билась животная жажда мести. Дрожащая рука Джексона скребнула по приборной панели, и прежде чем его глаза закатились, а сам он потерял сознание, его палец с силой вдавил скрытую под пластиковым колпачком кнопку общей тревоги. Герметичные залы лаборатории тут же пронзил оглушительный, бьющий по ушам вой электронной сирены. Стены окрасились в зловещий, пульсирующий багровый цвет — включилось аварийное освещение. — Внимание! Нарушение периметра сектора «А»! Объект на свободе! Полная блокировка базы! — загремел из динамиков механический голос искусственного интеллекта. Массивные бронированные гидрозатворы и стальные гермодвери по всему коридору со скрежетом двинулись вниз, отсекая любые пути к эвакуации и превращая бункер в подземный капкан. Слепой бег Ллойд, чувствуя, как внутри него бурлит свежая человеческая кровь, смешанная с яростью трибрида, сорвался с места. Скорость вампира делала его силуэт неразличимым для камер, он мчался по сужающимся коридорам, тяжело дыша. На такой безумной скорости он был сосредоточен лишь на массивных дверях, которые закрывались прямо перед его носом. В этой панике и оглушительном вое сирен Ллойд пролетел мимо массивных ящиков, даже не заметив застывшего там Томаса. Старый друг так и остался стоять в тени, прижав автомат к груди, ошеломленный увиденной секунду назад расправой и тем, как быстро Ллойд исчез из лаборатории. Ллойд протаранил плечом одну стальную перегородку, затем вторую, используя всю свою сверхъестественную силу. Но ПОРОК был готов к противостоянию с монстрами. Из скрытых пазов в потолке прямо на ходу на него хлынули плотные струи концентрированного усыпляющего газа повышенной мощности, разработанного специально для сдерживания трибридов. Возвращение в бездну Ллойд закашлялся, его ноги начали подкашиваться. Он упрямо сделал еще несколько шагов, оскалившись и пытаясь удержать ускользающее сознание, но тяжелый бронированный отряд штурмовиков ПОРОКа уже ждал его за углом. Несколько мощных электрических гарпунов со свистом вонзились ему в грудь и плечи, пропуская через тело трибрида разряды в тысячи вольт, блокирующие нервную систему. С глухим стоном Ллойд рухнул на бетонный пол. Сознание окончательно покинуло его, оставив лишь темноту под непрекращающийся вой сирен. Штурмовики, действуя по четким протоколам, не теряли ни секунды. Ллойда быстро заковали в тяжелые цепи из модернизированного сплава, устойчивого к физическому и магическому воздействию, и наглухо перекрыли его кандалы. Под конвоем десятка вооруженных до зубов солдат бессознательного и израненного трибрида потащили обратно в самую глубокую, экранированную часть бункера — в его персональную изоляционную камеру, откуда еще никто и никогда не выбирался живым.

***

«Дом разбитых сердец, фальшивый патруль и побег под покровом ночи»

Особняк Майклсонов. Застывшее горе В доме Майклсонов жизнь словно остановилась, превратившись в бесконечный, серый день траура. Клаус заперся в своих покоях и не выходил оттуда сутками. Его отцовское сердце ныло, изнывая от глухой, разрывающей боли; он просто отказывался верить в гибель своего сына. Максим, всегда собиравший вокруг себя друзей, вообще забросил футбол, закинув мяч в дальний угол, и последовал примеру деда — часами сидел в темноте своей комнаты, уставившись в стену. Луна несколько раз подходила к дубовой двери Клауса, тихо стуча тонкими пальцами. — Отец, умоляю, открой... Нам всем тяжело, не закрывайся от нас, — тихо звала она. Но Клаус не обращал на нее никакого внимания, погруженный в свой персональный ад. Бессильно опустив плечи, Луна ушла к своему сыну. Маленький Питер безмятежно спал в своей кроватке, еще слишком маленький, чтобы понимать, какая трагедия разыгралась в семье. Эмили в это время была в спальне. Из ее глаз непрерывно катились горькие слезы, капая на ткань одежды Ллойда. Она бережно, трясущимися руками складывала вещи своего мужа в большую картонную коробку. За приоткрытыми дверями, затаив дыхание, стояли маленькие Хоуп и Диана. Хоуп, шмыгнув носом, тихо проговорила: — Я не верю, что брат погиб... Он ведь обещал вернуться. Диана ничего не ответила. Она лишь молча, с недетской серьёзностью смотрела сквозь щелку на мать, которая безутешно оплакивала ее отца. Мия тоже закрылась у себя, заглушая рыдания подушкой. А внизу, в полумраке просторной гостиной, Элайджа полностью занял себя изучением юридических документов. Его лицо было каменным, он сосредоточенно готовил бумаги, чтобы официально усыновить Феликса, пытаясь через закон и долг заглушить собственную скорбь. Бункер ПОРОКа. Напарник из прошлого Пока Ллойд был заперт в глубокой камере под усиленной охраной штурмовиков, Томас хладнокровно разыгрывал карту обычного патрульного, чтобы отвести от себя любые подозрения после кровавого бунта. Когда раненого, истекающего кровью Джексона уносили на носилках в лазарет, Томас улучил секунду и незаметно вытащил из его кармана ключ-карту высшего уровня доступа. Пробравшись в главный архивный терминал, он быстро, методично, сделав свое дело, полностью удалил всю системную информацию про себя и своего друга, стирая любые следы их связи. После этого Томас через подмену графиков лично сменил солдат, охранявших камеру трибрида. Когда наступила глухая ночь и коридоры бункера опустели, Томас приложил украденную карту к замку. Едва герм дверь со свистом открылась, он шагнул внутрь и быстро высвободил Ллойда от тяжелых кандалов. — Двигайся тише, напарник, — шепнул Томас, подставляя плечо слабому гибриду. Они осторожно двинулись по темному техническому коридору к запасному выходу. На повороте им навстречу неожиданно вышел один из патрульных солдат. Томас среагировал мгновенно: сделав резкий выпад, он точным ударом приклада вырубил солдата, не дав тому поднять тревогу. — Быстрее, — скомандовал Томас. Ллойд, превозмогая слабость от токсинов, быстро раздел спящего конвоира и надел его форму, скрывая свое лицо под забралом тяжелого штурмового шлема. Теперь, замаскированные под двух патрульных ПОРОКа, они были готовы сделать последний шаг к свободе.

***

«В петле ПОРОКа: Жертва ради друга и непреклонная верность»

Захлопнувшийся капкан Но всё пошло не по плану. Не успели Ллойд и Томас сделать и десятка шагов в маскировочной форме штурмовиков, как под потолком снова взвыла, заходясь в яростном механическом крике, багровая сирена. По всему периметру с глухим металлическим грохотом опустились дополнительные гермозатворы. Выходы были полностью заблокированы. Из динамиков раздался резкий приказ диспетчера: «Объект совершил побег из камеры! Всем постам, открыть огонь на поражение!» Ллойда искали по всем секторам. Томас из последних сил поддерживал ослабевшего, едва представлявшего ноги друга, уводя его в слепую зону подсобных коридоров. Тяжелые шаги штурмовых отрядов уже эхом разносились по бетонному полу. Мгновенно взгляд Томаса зацепил массивную решетку вентиляционной шахты под самым потолком. Это был их единственный, призрачный шанс. Томас резко развернул Ллойда, взял его за плечи и сильно встряхнул, едва не ударив о стену. Его голос сорвался на свистящий, яростный шепот: — Эй! Не вздумай мне тут грохнуться, слышишь?! Приди в себя! Видишь вентиляцию? Ллойд, чья голова раскалывалась от остатков паралитического газа, с трудом сфокусировал зрение и медленно перевёл помутневший взгляд наверх. — Делаем всё быстро! Я тебя подтолкну! — скомандовал Томас. Он мгновенно сложил ладони «замком», приседая. Ллойд, крепко держась за плечи друга, встал ему на руки. Томас сдавленно рыкнул от тяжести трибрида, но мощным толчком подбросил его вверх. Ллойд зацепился за край, одним рывком отодвинул тяжелую железную решетку и быстро залез внутрь узкого жестяного короба. В этот же миг в начале коридора послышались отчётливые шаги и лязг оружия. Ллойд молниеносно выставил руку вниз, Томас принял захват, схватившись за крепкое запястье трибрида, и Ллойд одним мощным, бесшумным движением затянул его наверх, в темноту шахты, успев притянуть решетку на место. Приказ, не терпящий возражений Они сидели, затаив дыхание и вжавшись в холодное железо, пока прямо внизу, под ними, слышались тяжелые шаги, щелканье затворов и приглушенные рациями голоса солдат: «Чисто! Проверить технический узел!» Ллойд был полностью истощен. Его регенерация требовала огромного количества энергии, а яд ПОРОКа до сих пор жег вены. Понимая, что он превратился в обузу, Ллойд повернул голову к напарнику и едва слышно прошептал: — Брось меня... Слышишь? Закрой решетку и беги сам. Ты выберешься. Томас перевёл тяжелый, потемневший взгляд на друга. В его голове, как вспышка молнии, пронеслось воспоминание о Ньюте — о парне, который точно так же угасал на его глазах год назад и погиб от его собственной руки, потому что Томас не смог его спасти. Второй раз он эту ошибку не совершит. Хватит с него смертей. Томас резко, сцепив зубы, обнажил свое запястье на правой руке, сорвав часть защитной экипировки, и грубо выставил окровавленную от порезов кожу прямо к лицу Ллойда. — Пей, — отрезал Томас, и в его глазах блеснула пугающая решимость. — Это не просьба, Ллойд. Это приказ. Ллойд застыл. Его вампирская сущность мгновенно среагировала на близость бьющейся под кожей артерии, но он упрямо отвёл взгляд в сторону, не желая вредить другу. — Ты что, глухой?! — прошипел Томас, придвигаясь ближе в узком пространстве. — Пей, кому сказал! У нас нет времени на твоё благородство! Ллойд не привык, чтобы им вот так командовали — статус сына Первородного и сержанта давал о себе знать. Но глядя в полные отчаяния и железной воли глаза Томаса, он понимал, что своим упрямством просто подставляет друга под пули. Сдавшись, Ллойд жестко обхватил его руку своими ладонями и вонзил клыки в плоть, делая жадные, глубокие глотки. Томас болезненно поморщился, сжав зубы, но не издал ни звука. Пока Ллойд насыщался, возвращая свои силы, Томас аккуратно перевёл взгляд вниз через щели решетки, хладнокровно наблюдая за патрулирующими солдатами. Внутри него росло тяжелое осознание: выбраться из этого заблокированного ада будет трудно. Очень трудно.

***

«Магия исцеления, безумный блеф и приказ из лазарета»

Зелёный изумруд исцеления Прошло несколько минут, показавшихся Томасу вечностью в этой узкой, душной вентиляционной трубе. Он уже невольно напрягся, чувствуя, как с каждым глотком силы покидают его тело, и в голову закрался первобытный страх: а вдруг Ллойд не остановится и осушит его полностью? Но трибрид помнил меру. Собрав всю свою волю, Ллойд с глухим рыком отстранился, тяжело дыша. Его глаза горели ярко-красным вампирским огнём, а парализующая слабость от газа полностью исчезла, уступив место сокрушительной силе Первородного. Ллойд посмотрел на тяжело дышащего Томаса и виновато поджал губы. Он аккуратно положил свою ладонь на кровоточащее запястье друга. Ладонь Ллойда мягко запульсировала древней, изумрудной магией, окутывая следы от его клыков приятным теплом. На глазах у изумлённого Томаса разорванные ткани начали стягиваться, мгновенно затягивая повреждения и не оставляя на коже ни единого шрама. Томас просто не мог отвести взгляд от этого чуда. Ллойд тем временем наклонился, оторвал своими клыками чистый кусок ткани от штурмовой формы и бережно начал перевязывать исцелённое, но всё ещё хранящее фантомную боль запястье друга. «Мой друг — вампир...» — мысленно прошептал Томас, сглатывая ком. — «Только какой-то другой. И очень странный». Ллойд закончил с узлом и осторожно перевёл взгляд вниз, сквозь узкие прорези вентиляционной решётки. — Шаги затихают, но они оцепили весь коридор, — едва слышно прошептал Ллойд, прислушиваясь своим вампирским слухом. — Скрытно нам отсюда не уйти, Томас. Они прочёсывают каждый метр. Безумный план Томас на секунду зажмурился, лихорадочно соображая, а затем открыл глаза, в которых загорелся отчаянный блеск. Он понял: раз скрыться невозможно, нужно идти напролом, используя их последнее преимущество — эффект неожиданности. Томас решительно отстегнул свой армейский автомат и протянул его трибриду. — Держи, — шёпотом скомандовал Томас. — План меняется. Скрытно мы трупы. Будем играть в открытую. Ллойд удивлённо вскинул брови: — Что ты задумал? Томас вместо ответа резко провёл ладонью по полу шахты, собирая на пальцы багровую кровь, оставшуюся от прошлых стычек, и размазал её по своему лицу и вороту куртки. Его вид мгновенно стал избитым и измученным. — Ты возьмёшь меня в заложники, — твёрдо произнёс Томас, глядя Ллойду прямо в глаза. — Прижмёшь клыки к моей шее, заломишь мне руку и выведешь к штурмовикам ПОРОКа. Будешь угрожать, что убьёшь их солдата, если они не откроют ворота подземного гаража. Они своих парней просто так не сливают — это даст нам время дойти до машин. Ллойд нахмурился, его отцовская и волчья гордость протестовали: — Это слишком опасно для тебя, Томас. Если они откроют огонь... — У нас нет выбора! — перебил его Томас, пихнув плечом. — Либо так, либо нас найдут здесь и забросают газовыми гранатами. Двигайся! Игра ва-банк С грохотом выбив ногами вентиляционную решётку, Ллойд спрыгнул на бетонный пол коридора, железной хваткой удерживая Томаса перед собой. Он рванул друга за шиворот, заставляя его согнуться, и демонстративно прижал острые, сияющие клыки к его сонной артерии. В левой руке трибрида был зажат автомат, направленный в сторону выстроившихся в боевой порядок штурмовиков. — Назад! Всем назад, ублюдки! — зарычал Ллойд, и его голос эхом разнёсся по заблокированному сектору. — Открыть ворота подземного гаража и отключить блокировку! Живо! Или я вскрою шею вашему солдату прямо здесь! Штурмовики в тяжелой броне мгновенно вскинули винтовки, целиком перекрывая коридор щитами. — Стой на месте! Отпусти рядового! — рявкнул капитан отряда, но его бойцы заметно замялись, не решаясь стрелять в своего сослуживца. В это же время в лазарете бункера командир Джексон, обвешанный датчиками и капельницами, со стоном пришёл в себя. Напротив его койки висел огромный монитор, транслирующий изображение с камер коридора «А». Джексон впился взглядом в экран, тяжело дыша через кислородную маску. Его глаза сузились, когда он заметил, как «избитый» Томас слишком удачно подставляет спину под защиту трибрида, а Ллойд намеренно не сжимает челюсть до конца. Джексон сорвал маску с лица и, захлебываясь кашлем, яростно нажал на кнопку внутренней связи с дежурным отрядом: — Идиоты... Это блеф! — прохрипел Джексон в микрофон, и его голос раздался в наушниках штурмовиков. — Этот патрульный... Томас... он помогал объекту сбежать! Он стёр свои данные из архива перед сменой! Это предатель! Отставить переговоры! Слушать мой приказ: огонь по обоим! Пристрелите обоих! Капитан штурмовиков в коридоре на секунду замер от жесткого приказа, а затем его палец безжалостно выжал спусковой крючок: — Огонь! В замкнутом пространстве бункера раздался оглушительный, шквальный грохот автоматов. Десятки свинцовых пуль со свистом полетели прямо в Ллойда и Томаса.

***

«Цепная реакция: Ярость трибрида, верность долгу и огненный шторм»

Живой щит В замкнутом бетонном коридоре раздался оглушительный, закладывающий уши грохот десятков автоматов. Вспышки выстрелов на мгновение ослепили Томаса, и он уже приготовился почувствовать, как свинец разрывает его плоть. Но боли не последовало. Услышав безумный приказ Джексона и шквальный грохот выстрелов, Ллойд среагировал за долю секунды. Сверхъестественная скорость позволила ему развернуть Томаса спиной к себе, намертво прижимая парня к своей груди и закрывая его собственным телом, как неуязвимым, живым щитом. Пули ПОРОКа с тяжелым чавкающим звуком градом впивались в штурмовую форму Ллойда, разрывая ткань и плоть. Томас слышал, как металл бьется о кости трибрида, но бешеная, первородная регенерация работала на пределе: мышцы Ллойда мгновенно затягивались, с тихим звоном выталкивая сплющенный свинец обратно на пол. — Держись за меня! — яростно закричал Ллойд, перекрывая своим голосом грохот пальбы. Его глаза горели безумным багровым огнем. Огненная ловушка Не теряя ни мгновения, Ллойд свободной рукой выхватил с пояса Томаса осколочную гранату. Вскинув её к лицу, он зубами с силой вырвал чеку, сплюнул металлическое кольцо на пол и мощным замахом швырнул снаряд прямо в плотный строй штурмовиков ПОРОКа. — Ложись! Граната! — в панике закричал капитан солдат, но было уже поздно. Используя всю свою вампирскую скорость, Ллойд рванул вперед. Он буквально проломил строй замешкавшихся штурмовиков, сбивая их с ног как кегли и увлекая ошеломленного Томаса за собой, в сторону подземного гаража. Они едва успели добежать до поворота, как позади раздался оглушительный хлопок. Понимая, что радиус поражения слишком велик, Ллойд на полной скорости упал на бок, накрывая Томаса собой. Он буквально прижал друга к бетонной стене, полностью скрывая его под своим мощным телом и наглухо накрывая голову Томаса своими крепкими руками, принимая весь удар на себя. Цепная реакция Взрыв осколочной гранаты сотряс стены бункера, но на этом ад не закончился. Пламя и взрывная волна мгновенно лизнул потолочные кабель-каналы и распределительные щиты. Граната запустила разрушительную цепочку взрывов, которые Ллойд наложил и подготовил здесь ещё заранее — во время своего первого бунта в лаборатории, когда он намеренно повредил магистральные узлы питания и газовые линии. Один за другим по всему коридору начали детонировать баки с горючим и технические подстанции. Бетон крошился, потолок осыпался крупными осколками, а позади беглецов выросла сплошная стена из яростного, ревущего пламени, отрезая уцелевших солдат ПОРОКа от погони. Томас, зажатый между стеной и дымящейся спиной Ллойда, сквозь звон в ушах едва слышно прохрипел: — Ну ты и псих, Ллойд... Ты весь бункер решил к чертям разнести? Ллойд медленно поднял голову, стряхивая с плеч бетонную крошку. Его раны на спине, обожженные взрывом, уже затягивались, испуская легкий пар. Он тяжело усмехнулся, обнажая клыки: — Они хотели идеальное оружие, Томас. Они его получили. Бежим, пока здесь всё окончательно не рухнуло. Гараж прямо за этим поворотом.

***

«Острый осколок судьбы, приказ на уничтожение и горькие слёзы трибрида»

Приказ из лазарета В полуразрушенном лазарете, где с потолка сыпалась штукатурка и свисали оголённые провода, раненый командир Джексон с ужасом смотрел на мигающую приборную панель. На главном мониторе один за другим гасли сигналы камер наблюдения, оставляя после себя лишь серую рябь. Он отчетливо понимал: трибрид прямо сейчас методично уничтожает всю подземную базу, превращая её в груду бетона и пепла. Джексон, сильно кашляя кровью и задыхаясь от едкого дыма, дрожащими пальцами переключил рацию на резервную частоту, связываясь со штабом ПОРОКа на поверхности. Его голос, сорванный на хрип, раздался в динамиках центрального командования: — Объект 1-А уничтожил сектор... — Джексон сплюнул кровь на пол и крепче сжал тангенту рации. — Вызывайте штурмовую авиацию! Немедленно! Если он выберется из бункера — сотрите этот квадрат с лица земли! Не дайте ему уйти! Роковой осколок А в это время в техническом туннеле, прямо на повороте к гаражу, беглецов настигла очередная, самая мощная взрывная волна от детонировавших складов оружия. Огненный вихрь с глухим ревом ударил им в спины. Сила удара была такой, что Ллойд и Томас разлетелись в разные стороны. Ллойд, благодаря своей вампирской массе, отлетел в сторону, сильно ударившись о стальную дверь, но его кости выдержали. А вот Томасу повезло гораздо меньше. Взрывная волна с силой швырнула обычного человека спиной на торчащий из разрушенной бетонной опоры острый металлический стержень арматуры. Железо с мерзким звуком пробило бронежилет и прошло насквозь. Томас резко дернулся, его глаза округлились, а из рта густой струей потекла багровая кровь. — НЕТ! ТОМАС! — истошно, срывая голосовые связки, крикнул Ллойд. Трибрид молниеносно, смазавшись в воздухе от скорости, оказался рядом с другом. Его руки крупно дрожали, когда он аккуратно, стараясь не причинить еще большей боли, снял парня со штыря. Подхватив окровавленного Томаса на руки, Ллойд молниеносно исчез из опасного коридора, перенеся его в безопасное, скрытое от огня тупиковое помещение. Обещание напарника Ллойд бережно опустил Томаса на пол, придерживая его голову. Парень бледнел с каждой секундой, его дыхание становилось поверхностным и прерывистым. — Ллойд... — Томас попытался улыбнуться, но из его рта вырвался лишь тяжелый, клокочущий хрип. Он нашел в себе силы посмотреть другу в глаза. — Кажется... я не такой живучий, как ты. Мой лимит исчерпан, напарник... Из глаз Ллойда, смешиваясь с гарью и копотью на лице, крупными каплями потекла слеза. Он затряс головой, накрывая ладонью страшную рану на груди друга, из которой толчками уходила жизнь. Его изумрудная магия пульсировала, но человеческое тело Томаса было слишком хрупким для таких повреждений, а Ллойд был слишком истощен, чтобы мгновенно исцелить разорванные внутренние органы. — Молчи, слышишь, идиот?! Молчи! — сквозь зубы яростно прошипел Ллойд, пытаясь сдержать рыдания и заставить друга замолчать. — Я тебе что говорил?! Держись возле меня, придурок! Зачем ты подставился?! Ты не умрешь здесь, слышишь меня, Томас? Только не ты! Я не позволю тебе погибнуть, как Ньюту! Томас лишь слабо прикрыл глаза, его рука бессильно упала на бетон. Ллойд, понимая, что секунды тают, придвинул свое запястье к собственным клыкам — у него оставался только один, самый безумный и опасный способ спасти человека.

***

«Рождение нового монстра под грохот истребителей ПОРОКа»

Точка невозврата Ллойд бережно держал угасающего друга, чувствуя, как время неумолимо ускользает сквозь пальцы. Времени на раздумья больше не оставалось — раны Томаса были смертельными для обычного человека. Ллойд приблизил своё лицо к лицу напарника, и его голос, сорванный от дыма и слёз, перешёл на отчаянный, глубокий шёпот: — Ты должен довериться мне до конца. Ты хочешь жить? Если я сделаю это... — Ллойд на секунду запнулся, склоняясь над другом ещё ниже, вглядываясь в его мутнеющие глаза. — Ты навсегда изменишься. Ты больше не будешь просто смертным, Томас. Ты готов принять этот дар... или проклятие? Томас тяжело, с хрипом вздохнул. Из его груди вырвался рваный выдох, а пальцы, слабо державшиеся за форму Ллойда, окончательно разжались. — Делай... что должен, — едва слышно прошептал он, теряя сознание, но из последних сил цепляясь за ускользающую реальность. — Только... не оставляй меня одного. Рождение нового вампира Взгляд Томаса остекленел, и он обмяк на руках трибрида. Ллойд больше не сомневался. Он резко вонзил собственные клыки в своё запястье, позволяя тёмной, густой, пропитанной первородной магией крови хлынуть из раны. Прижав окровавленную руку к губам Томаса, Ллойд силой заставил его сделать несколько глотков, вливая свою трибридную кровь в рот умирающего друга. Насытив хрупкое человеческое тело мощной сверхестественной субстанцией, Ллойд зажмурился, шепча короткое: «Прости». В следующую секунду Ллойд резким, отточенным движением ломает Томасу шею, запуская необратимый, болезненный процесс обращения в гибрида. Тело парня обмякло, погружаясь в глубокий, похожий на смерть транс. И ровно в это же мгновение сверху, сквозь толщу бетона, донёсся нарастающий, оглушительный вой реактивных двигателей. Земля под ногами задрожала. Это был гул заходящих на цель истребителей ПОРОКа, готовых исполнить последний приказ Джексона и стереть бункер вместе со всеми уликами. Под шквалом авиабомб — Чёрт, они прилетели быстрее, чем я думал! — выругался Ллойд. Сверху раздался сокрушительный грохот — первая ракета пробила верхние ярусы базы. Бетонные плиты перекрытий начали рушиться, поднимая тучи удушливой пыли и засыпая коридор осколками. Не теряя ни секунды, Ллойд подхватил погружающегося в транс, безжизненного Томаса на руки. Прижав его к себе, трибрид на пределе вампирской скорости рванул по осыпающемуся туннелю прямо в подземный гараж. Вокруг него всё трещало и взрывалось: авиабомбы ПОРОКа методично складывали сектор за сектором. Ворвавшись в гараж, где уже горели несколько машин, Ллойд подлетел к массивному, бронированному внедорожнику с эмблемой организации. Он с силой рванул на себя заднюю дверь, аккуратно уложил Томаса на сиденье, а сам прыгнул за руль. Мощный мотор взревел, и Ллойд вдавил педаль газа в пол, пробивая бампером охваченные пламенем выездные ворота под аккомпанемент рушащегося позади него подземного ада.

***

«Новорожденный хищник: Жажда Томаса, объятия трибрида и лесной покой»

Гонка сквозь пламя Тяжелый броневик ПОРОКа на бешеной скорости вылетел из дымящегося подземного туннеля, сминая колесами подлесок и выкатываясь на разбитую лесную дорогу. Ровно в этот же миг позади них раздался оглушительный, финальный грохот — подземный бункер окончательно взлетел на воздух, складываясь внутрь себя и погребая под тоннами бетона все секреты организации. Но радоваться свободе было рано. Сверху, пробивая ночную облачность, послышался яростный, стрекочущий рев. Над верхушками вековых деревьев разворачивались штурмовые вертолеты ПОРОКа. Лучи их мощных прожекторов мгновенно выхватили угнанную машину из темноты. — Заметили нас, твари! — процедил сквозь зубы Ллойд, до упора выкручивая руль. Ему пришлось вести огромный внедорожник на пределе возможностей, лавируя сквозь густые заросли деревьев и уворачиваясь от ракетных залпов, которые то и дело взрывали землю справа и слева, осыпая лобовое стекло грязью и щепками. А на заднем сиденье в это время Томас уже начал судорожно, прерывисто дышать — его человеческое сердце сделало последний удар, и процесс обращения стремительно подходил к своему логическому концу. Огонь внутри Каким-то чудом, используя весь свой боевой опыт и маневренность машины, Ллойду удалось оторваться от преследования, загнав броневик в самую глухую, непроходимую чащу леса, куда не могли пробиться лучи вертолетных прожекторов. Убедившись, что хвоста нет, Ллойд заглушил ревущий мотор. В салоне воцарилась относительная, звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием. Ллойд быстро перелез через переднее сиденье назад. Ровно в этот момент Томас с диким хрипом резко распахнул глаза. Они больше не были человеческими — на мгновение они до краев налились багровой вампирской кровью, а зрачки сузились до размеров игольного ушка. Томас хватал ртом воздух, его вены на лице вздулись, окрашиваясь в пугающий фиолетовый оттенок, а тело выгибалось от невыносимой судороги. — Кровь... — не контролируя себя от дикой, первобытной боли, захрипел Томас, цепляясь пальцами за обивку кресла. — Мне нужна кровь, Ллойд! Всё горит... всё горит внутри! Помоги мне! Колыбель для друга Ллойд прекрасно знал это чувство. Чувство, когда новорожденный вампир готов разорвать любого ради заветной капли. Не раздумывая ни секунды, он решительно протянул Томасу свое запястье, понимая, что этот переход необходимо завершить прямо сейчас, иначе парень просто сгорит изнутри. Томас, ведомый исключительно инстинктами, неосознанно прильнул к запястью друга, жадно вонзая новые клыки в плоть трибрида и делая первые судорожные глотки. Ллойд даже не поморщился. Вместо этого он аккуратно, с бесконечной нежностью обнял Томаса, прижал голову друга к своей груди и уткнулся носом в его темно-каштановые, короткие, немного растрепанные волосы, которые всё ещё пахли порохом и гарью бункера. — Тсс... тише, — ласково и тихо прошептал Ллойд, продолжая удерживать друга, плавно покачивая его и баюкая, словно маленького ребенка, чтобы утихомирить его панику. — Не спеши, всё позади. Конечно... потом, когда ты придешь в себя и осознаешь всё это, ты меня прибьешь, наверное... Но сейчас просто пей. Ты живой, Томас. Ты будешь жить. Томас постепенно успокаивался, судороги отступали, а горячая трибридная кровь Ллойда медленно заполняла его существо новой, невиданной ранее силой. В тишине темного леса Ллойд сидел на заднем сиденье броневика, охраняя покой своего новообретенного брата по крови.

***

«Вспышка безумия: Как укротить новорожденного вампира в глухой чащобе»

Страх перед зеркалом Томас сделал последний, глубокий глоток и медленно отстранился от запястья Ллойда. Кровь трибрида мгновенно подействовала: рана на груди полностью затянулась, а тело налилось неестественной, пугающей силой. Томас тяжело дышал, тупо уставившись на свои ладони. Случайно его взгляд упал на зеркало заднего вида.Из темноты на него смотрело чужое лицо. Под глазами вздулись черные вены, а изо рта торчали острые, налитые багровой кровью клыки. — Нет... Нет, нет, нет! Что это?! — в панике закричал Томас, хватаясь за голову. — Что ты со мной сделал, Ллойд?! Он в ужасе осознал, что только что пил кровь собственного друга. Рассудок парня окончательно помутился от адреналина и шока. Томас заметался по заднему сиденью броневика, лихорадочно дергая за ручку двери и пытаясь выскочить наружу, в темный лес. — Выпусти меня! — кричал он, срывая голос. — Я стал монстром! Я такое же чудовище, как они! Выпусти! Хватка напарника Ллойд понимал, что в таком состоянии новорожденный вампир может наделать глупостей или просто сбежать и погибнуть. Трибрид заблокировал электронные замки дверей, но Томас продолжал биться в стекло. Тогда Ллойд действовал жестко, как учили на блокпостах. Он молниеносно рванул вперед, сокращая расстояние в тесном салоне, и закинул свою крепкую руку на шею друга, надежно фиксируя его голову, а другой рукой намертво прижал Томаса за грудь к сиденью, лишая возможности дергаться. — Успокойся! — прикрикнул Ллойд, удерживая бьющегося напарника своим весом. — Хватит! Ты не монстр, Томас. Ты мой напарник, и я научу тебя с этим жить. Слышишь меня? Смотри на меня! Томас дернулся еще раз, но первородная сила Ллойда была неодолима. Постепенно тепло рук трибрида и его спокойный голос подействовали. Томас перестал сопротивляться, его тело обмякло, а дикая пульсация вампирских вен на лице начала спадать. Прямо на глазах у Ллойда багровая пелена сошла со зрачков друга, и глаза Томаса снова стали прежними — привычными, глубокими карими глазами человека. Твой собственный выбор Убедившись, что паника отступила, Ллойд слегка ослабил хватку, но рук с плеч друга не убрал. Он устало, но тепло усмехнулся, глядя на взъерошенного напарника: — Ты сам дал согласие, Томас, на обращение. Вспомни, там, под завалами. Ты просил не оставлять тебя одного. Я и не оставил. Томас спрятал лицо в ладонях, его плечи мелко дрожали от пережитого шока. — Я не думал, что это... что это так больно, Ллойд. Внутри всё горело. Я чуть не сошел с ума от жажды. — Это нормально для первого раза, — тихо ответил Ллойд, похлопав его по плечу и перелезая обратно на водительское сиденье. — Тебе нужно успокоиться. Когда адреналин спадет, ты будешь мыслить здраво, обещаю. Фамилия Майклсон гарантирует, что ты не станешь диким убийцей. А пока... просто посиди. Просто дыши. Нам еще нужно как-то добраться до Арканзаса и объяснить моему отцу, почему я «воскрес», да еще и привез с собой нового вампира. Томас откинулся на кожаное сиденье броневика, прикрыл глаза и сделал первый в своей новой жизни, уже ненужный для выживания, но такой привычный человеческий вздох.

***

«Ночной урок трибрида: Контроль над клыками, отражение в стекле и путь в Арканзас»

Вопрос в темноте Была глубокая ночь. Лес вокруг замер, окутанный глухой, непроницаемой тьмой, и лишь редкий стрекот ночных насекомых нарушал это зловещее спокойствие. В салоне заблокированного броневика ПОРОКа Томас наконец окончательно успокоился. Адреналин отпустил его тело, оставив лишь странную, звенящую чуткость во всем теле. Он повернул голову к водительскому сиденью и тихо прошептал: — Ллойд... ты спишь? Ллойд сидел в кресле с закрытыми глазами, не шевелясь. Его руки были крепко скрещены на груди, а пальцы слегка подрагивали — ментально он был далеко отсюда. Трибрид лихорадочно думал, как им теперь незамеченными добраться домой в Арканзас, минуя кордоны ПОРОКа и штурмовую авиацию. Услышав голос напарника, Ллойд медленно открыл глаза и глухо прошептал в ответ: — Нет, Томас. Не сплю. О чем ты думаешь? Томас замялся, коснувшись пальцами своих губ, где всё еще отчетливо прощупывались острые, неестественные грани. — Как... как их убрать? — сдавленно проговорил он, сглотнув вязкую слюну. — Я не могу так... они мешают. Я постоянно чувствую их. Урок для новорожденного Ллойд сразу понял, что Томас говорит про клыки. Он плавно развернулся в кресле, перелезая всем корпусом к напарнику, и внимательно посмотрел на него. — Это вопрос контроля и твоих эмоций, — спокойно произнес Ллойд. — Смотри на меня и повторяй. Тебе нужно сосредоточиться на своем дыхании и мысленно потянуть эту силу назад, под десны. Чтобы наглядно продемонстрировать процесс, Ллойд заставил свою собственную сущность проявиться на максимум. Томас невольно отшатнулся: прямо на его глазах правый глаз Ллойда стал ярко-красным, вампирским, наливаясь багровым пламенем, а левый глаз вспыхнул чистым, хищным золотисто-желтым волчьим светом. Из-под верхней губы трибрида с тихим рокотом выдвинулись массивные, смертоносные клыки. Ллойд начал медленно показывать Томасу, как управлять лицевыми мышцами и направлять потоки энергии, демонстрируя свои уникальные вампирско-волчьи клыки. — Видишь? — тихо, слегка шепелявя из-за клыков, сказал Ллойд. — Теперь попробуй ты. Сделай глубокий вдох. Представь, что ярость уходит. Ты больше не на блокпосту, тебе ничего не угрожает. Первое скрытие Томас зажмурился, судорожно выдыхая сквозь зубы. Он попытался сделать всё так, как говорил Ллойд — подавить внутренний зуд, который требовал плоти. — У меня не получается, Ллойд... Всё внутри вибрирует, — прошептал Томас, не открывая глаз. — Получается, — мягко, но уверенно перебил его Ллойд, коснувшись его плеча. — Не борись с силой, просто прими её как часть себя. Расслабь челюсть. Вот так. Томас сделал еще один рваный вдох, мысленно загоняя хищника обратно в темноту своего сознания. Спустя мгновение острый зуд в деснах наконец затих. Он медленно открыл глаза и посмотрел на Ллойда. Хоть Томас и был обычным вампиром с классическими вампирскими клыками, а не древним трибридом, его первый урок прошел успешно — вены под глазами исчезли, а клыки полностью спрятались. Ллойд удовлетворенно усмехнулся, и его собственные глаза мгновенно вернулись к привычному человеческому цвету, а клыки исчезли без следа. — Отлично, напарник, — одобрительно проговорил Ллойд, слегка хлопнув Томаса по плечу. — Для первого раза просто идеально. Теперь ты можешь сойти за человека. Осталось придумать, как довезти тебя до Арканзаса к семье и не попасться под радары.

***

«Шаг до безумия: Как Ллойд спас продавца и укротил жажду Томаса»

Пустой бак Броневик ПОРОКа тяжело урчал, разрезая фарами густой предутренний туман. На приборной панели уже несколько миль издевательски мигал красный индикатор — топливо было на исходе. На самом подъезде к границе Арканзаса тяжелая машина окончательно чихнула, и Ллойд едва успел завернуть на обочину, где тускло светилась вывеска полу заброшенной ночной заправки. — Приехали, — процедил Ллойд, глуша мотор. — Придется импровизировать. Томас на заднем сиденье ничего не ответил. Из-за долгой дороги, дорожной тряски и бесконечного стресса его вампирский голод вспыхнул с новой, утроенной силой. Горло новообращенного вампира словно обжигало сухим огнем, а в ушах настойчиво застучал далекий, но такой отчетливый ритм чужого сердца — сердца парня-кассира, сидевшего внутри стеклянного павильона заправки. Томас тяжело задышал, его карие глаза снова начали наливаться пугающим багровым оттенком. Не говоря ни слова, он резко толкнул дверь и быстрым, почти животным шагом направился к заправке. Ллойд, заметив это выражение лица напарника, мгновенно похолодел. — Томас, стоять! — крикнул Ллойд, выпрыгивая из машины. На грани убийства Томас ворвался в помещение заправки, заставив колокольчик над дверью звонко звякнуть. Молодой продавец-кассир, дремавший за стойкой, вздрогнул и поднял голову: — Доброй ночи... Чем могу по... Он не успел договорить. Томас в один неестественно быстрый шаг преодолел расстояние до стойки. Его лицо исказилось, под глазами прорезалась сетка черных вен, а изо рта с тихим рыком выдвинулись острые клыки. Он мертвой хваткой вцепился в грудки куртки испуганного парня, притягивая его к себе, чтобы вонзить клыки в беззащитную шею. — Кровь... — безумно прошептал Томас, шумно втягивая носом запах живой человеческой плоти. — Пожалуйста, не надо! Забирайте все деньги! — в ужасе закричал продавец, зажмуриваясь от страха перед настоящим монстром. Но в следующую же секунду Ллойд железной хваткой перехватил руку Томаса, силой оттаскивая его назад. Трибрид заблокировал друга корпусом, закрывая кассира от его яростного взгляда. Ллойд поймал испуганный взгляд продавца, и его собственный правый глаз вспыхнул гипнотическим вампирским огнем. — Смотри на меня, — твердо, гипнотизирующим голосом произнес Ллойд, применяя внушение разума. — Ты ничего не видел. Ты забыл этого парня. Сейчас ты пойдешь в подсобку, нальешь нам канистру бензина, пробьешь её по карте, а потом ляжешь спать. Для тебя этой ночи вообще не было. Продавец мгновенно обмяк, его взгляд стал затуманенным и стеклянным. — Да... я ничего не видел... сейчас принесу бензин... — монотонно пробормотал кассир и послушно побрел вглубь подсобных помещений. Последний спасительный глоток Ллойд, не теряя ни секунды, жестко схватил Томаса за шиворот и силой потащил его наружу, толкая в сторону броневика. Томас всё еще пытался вырваться, его зубы клацали от неконтролируемой жажды. — Пусти! Ллойд, пусти меня, там кровь! — хрипел Томас, едва соображая от голода. — Приди в себя, придурок! Ты чуть человека не убил! — рявкнул Ллойд, заталкивая друга на заднее сиденье машины и с силой захлопывая дверь. Ллойд быстро залез в бардачок и достал оттуда холодный медицинский пакет со штампом ПОРОКа — последний пакет с донорской кровью, который он в спешке успел прихватить из лазарета бункера во время их безумного побега. Он резко развернулся и протянул его дрожащему Томасу. — На, пей это! — скомандовал Ллойд, сунув пакет прямо ему в руки. — Пей медленно, успокаивайся. Больше человеческой крови ты без моего разрешения не получишь. Томас зубами сорвал пластиковый клапан и припал к пакету, жадно выпивая холодную жидкость. С каждым глотком чернота из-под его глаз уходила, а вены на лице разглаживались. Насытившись, он откинулся на подголовник, тяжело дыша, и с ужасом посмотрел на свои руки. — О боже... Ллойд... Я чуть не разорвал его, — прошептал Томас, и в его голосе послышались слезы осознания. — Что со мной происходит? Ллойд вздохнул, его взгляд смягчился. Он забрал пустой пакет и выбросил его. — Это голод новообращенного, Томас. Без контроля он превращает нас в зверей. Но ты справился, ты остановился. Сейчас заправим броневик — и сразу в Арканзас. Там моя семья, они помогут тебе научиться держать это внутри. Дыши. Мы почти дома.

***

«Арканзас под прикрытием: Месяц на спасение друга и тишина для семьи»

Тяжёлое молчание Машина снова тронулась, тихо шурша шинами по ночному асфальту и увозя их всё дальше от злополучной заправки. Томас забился в самый угол заднего сиденья и не проронил ни звука. Он сидел, обняв колени руками, и неотрывно смотрел в окно на проплывающие мимо черные силуэты деревьев. Шок от того, что он едва не лишил жизни невинного человека, глубоко ранил его пока ещё слишком человеческую душу. Ллойд внимательно посматривал на друга через зеркало заднего вида. Он видел эту внутреннюю борьбу и прекрасно понимал: привезти Томаса в таком нестабильном состоянии прямо в особняк, где бегают маленькие Диана и Питер — это огромный, неоправданный риск. Новообращённый вампир в любой момент мог сорваться от малейшего запаха крови. Сжав руль до побелевших костяшек, Ллойд принял тяжёлое, но единственно верное решение. Сложный выбор Броневик въехал в тихий пригород на самой окраине Арканзаса. Ллойд намеренно свернул в сторону невзрачных, полупустых придорожных мотелей, подальше от элитных кварталов, где жила его семья. Он заглушил мотор у неприметного двухэтажного здания с мигающей неоновой вывеской. Развернувшись к напарнику, Ллойд глубоко вздохнул и тихо, но твёрдо произнёс: — Томас, послушай меня. Мы приехали. Но в особняк к Майклсонам мы сейчас не пойдём. Томас медленно перевёл на него потухший, усталый взгляд: — Почему?.. Ты боишься, что я сорвусь на твоих близких? Ллойд не стал врать и кивнул, прямо посмотрев другу в глаза: — Да. И ты сам это понимаешь после того, что случилось на заправке. Мы снимем здесь номер. Мы проживём здесь, в Арканзасе, ровно месяц. Весь этот месяц я буду заперт тут вместе с тобой. Я научу тебя контролировать голод, прятать клыки, отключать слух, чтобы ты не сходил с ума от чужих сердец, и внушать мысли людям. Я пройду с тобой этот путь от начала до конца. Сначала друг, потом семья Томас сглотнул ком, опустив голову на руки: — Но твоя жена... твои дети. Они ведь думают, что ты мёртв, Ллойд. Эмили там с ума сходит, оплакивает тебя. Ты хочешь заставить их страдать ещё целый месяц? Это жестоко. Ллойду эти слова отозвались резкой, невыносимой болью в груди. Образ плачущей Эмили, складывающей его вещи в коробки, стоявшей перед глазами, разрывал его отцовское и мужское сердце на части. Ему безумно хотелось сорваться, побежать домой, обнять её и детей, успокоить отца. Но сержантский долг и ответственность за спасённую жизнь перевесили. — Это не жестокость, Томас. Это безопасность, — сжав зубы, глухо прошептал Ллойд, и в его голосе послышался металл. — Я принял решение. Сначала — друг, за которого я взял на себя ответственность, пролив свою кровь. Я не брошу тебя один на один с этим проклятием, иначе ты натворишь бед. Сначала я сделаю из тебя человека, способного жить в обществе. И только потом... только потом я вернусь к жене и детям. Я не свяжусь с семьёй, пока не буду уверен, что ты безопасен. Томас посмотрел на Ллойда с глубокой благодарностью и виной: — Спасибо... И прости меня. — Хватит извиняться. Мы напарники, — Ллойд слабо улыбнулся и открыл дверь машины. — Идём. Твой первый месяц в качестве вампира начинается прямо сейчас.

***

«Рождение Истинного Альфы: Симфония боли, крик Ллойда и ментальные оковы»

Симфония безумия Они задернули плотные шторы в глухом номере мотеля, отрезая себя от дневного света. Но если от солнца спрятаться удалось, то от окружающего мира скрыться оказалось невозможно. С наступлением полудня Томас впервые в полной мере ощутил, что такое проклятие вампирского слуха. Его мозг буквально взрывался от переизбытка звуков. Он отчетливо, словно это происходило прямо над ухом, слышал тяжелые шаги постояльцев за тремя стенами от их номера. На улице, в сотнях метров отсюда, оглушительно кричали и смеялись дети. Каждая капля воды, падающая из неисправного крана в ванной, отзывалась в его барабанных перепонках грохотом кузнечного молота. — Заткнись... Пожалуйста, пусть они все замолчат! — в панике закричал Томас, зажимая уши руками и падая на колени посреди комнаты. Сенсорная перегрузка мгновенно спровоцировала сильнейшую ментальную ломку. Вампирская жажда, спавшая после пакета крови, проснулась с новой, неконтролируемой яростью. Глаза Томаса налились кровью, клыки вылезли сами собой. — Ллойд, мне нужна кровь! Еще! Мой мозг горит! Прошу тебя, дай мне крови! — умолял он, уже не контролируя себя и начиная дико озираться на шею друга. Рождение Истинного Альфы Видя, что Томас окончательно теряет человеческий облик и готов в безумии выбить дверь номера, Ллойд среагировал мгновенно. Он навалился на напарника сверху, сбивая его на ковер, и силой прижал его руки к полу, удерживая всем своим весом. Томас яростно извивался под ним, рыча и пытаясь укусить. — Успокойся, Томас! Отсекай звуки! Построй барьер в своей голове! — тяжело дыша, приказывал Ллойд, но друг его просто не слышал, полностью поглощенный голодом и шумом. Энергия трибрида внутри Ллойда, подогретая необходимостью защитить друга и обуздать дикого новообращенного, достигла своего пика. В этот критический момент древняя волчья магия отца и первородная сила матери соединились в Ллойде в нечто совершенно новое. Мощная волна чистой альфа-энергии заставила воздух в комнате сгуститься. Впервые в жизни глаза Ллойда вспыхнули уже не привычным золотисто-желтым цветом оборотня. Они загорелись пугающим, первобытным, ярко-красным волчьим огнем. Это было истинное величие, рождение нового Истинного Альфы. — ТОМАС! — на всю комнату оглушительно, с утробным ультразвуковым резонансом прорычал Ллойд. Этот рык был не просто криком — это был ментальный приказ вожака, подавляющий любую чужую волю. Взгляд в бездну От этого сверхъестественного рыка, раздавшегося над самой головой, Томас мгновенно застыл. Внутренний зверь внутри него испуганно сжался перед лицом истинной силы. Судороги прекратились. Томас тяжело, прерывисто дышал, его тело обмякло под хваткой друга. Медленно, преодолевая страх, он поднял голову и наконец сфокусировал затуманенный взгляд на глазах Ллойда. Он смотрел в эти два ярко-красных, пылающих волка-хищника, чувствуя, как сквозь ментальную связь Ллойд насильно выстраивает в его хаотичных мыслях защитные стены, заглушая шум улицы и капли воды. В комнате воцарилась абсолютная тишина. Томас моргнул, и его собственные клыки медленно убрались. — Ллойд... — едва слышно прошептал Томас, во все глаза глядя на изменившегося друга. — Твои глаза... Что это? Ллойд тяжело выдохнул, чувствуя, как бешено колотится его собственное сердце. Красный огонь в его глазах постепенно угас, возвращая им привычный изумрудно-зеленый человеческий цвет. Он медленно отпустил запястья Томаса и сел рядом с ним на пол, устало потирая лицо. — Кажется... я только что перешёл на какую-то новую ступень, — глухо ответил Ллойд, глядя на свои подрагивающие ладони. — Но главное — ты меня услышал. Звуки утихли? Томас прислушался к себе. Шум города стал далеким, не раздражающим фоном. — Да... Стало тише. Спасибо. — Вот и отлично, — Ллойд поднялся и протянул напарнику руку. — Первый барьер пройден. Теперь ты знаешь, что я сильнее твоего голода, так что даже не думай срываться. Продолжаем тренировку.