Бета выходит наружу

Солнце скрылось за горизонтом, пустыня медленно остывала, но Бете казалось, что она горит заживо. Она стояла, прижимая к груди раненую руку, и смотрела туда, где минуту назад ещё были всадники. Ветер уже заметал следы, стирал копыта секачей, разравнивал песок, будто ничего не случилось. Ничего. Она моргнула. В глазах защипало. — Только не сейчас, — прошептала она. — Только не… Но противные слёзы всё равно потекли. Они смешивались с пылью на щеках, оставляя мокрые дорожки. Бета всхлипнула. Потом ещё раз. Она чувствовала себя жалкой. Беспомощной. Бесполезной. У неё был лук, был визор, была ГЕЯ, и всё равно она ничего не сделала. Раяну скрутили, как барана, и увезли, а она даже пальцем не смогла пошевелить. Она вытерла слёзы краем рукава. Всхлипнула снова, со злостью на себя. — ГЕЯ, — голос сорвался, но она продолжила, — Эти люди узнали Элой. Попытайся найти их в записях с её визора, к которым она предоставляла доступ ранее. Выясни точно, кто они. — Начинаю поиск. Тебе нужна моя помощь? Бета стиснула зубы. — Нет, —прошипела она сквозь них, — Справлюсь. Хотя сама не была уверена, правда ли это. Стрела прошла навылет по краю кисти под большим пальцем. К счастью, кость не была задета, но руку жгло при каждом движении. Она кое-как обработала рану, забинтовала, но кровь всё равно быстро проступила через ткань. Она подобрала лук, он был в порядке. Пересчитала стрелы. Затем, всё ещё иногда всхлипывая, но с твёрдой решимостью во взгляде, подсветила визором отпечатки копыт и отправилась по следу. На небе стали появляться первые звёзды. Бета не останавливалась. Иногда следы терялись среди барханов, и тогда сердце начинало колотиться так сильно, что становилось трудно дышать. Но визор снова и снова находил нужное направление. Похитители спешили, но не могли ехать бесконечно. Рано или поздно им придётся остановиться на ночлег. Эта мысль удерживала Бету на ногах. — Я нашла мужчину со шрамами на лице, — сообщила ГЕЯ, — Он есть в записи зачистки лагеря Затмения. Судя по всему... он сбежал, когда Элой убила главаря. Перед глазами Беты вспыхнуло изображение из архива. Крики, взрывы бочек с огнежаром. Тот самый широколицый действительно мелькнул среди убегающих. — Двух других на этих записях нет, — добавила ГЕЯ. — Я продолжаю поиск по остальным данным. — Спасибо. — Думаю, все они бывшие члены Затмения, раз Элой ассоциируется у них с голосом АИДА. Его сообщение "ОБНАРУЖЕНА УГРОЗА СИСТЕМЕ" тогда оглушило всех носителей визоров. И всем было выслано изображение Элой в качестве наводки. — Отлично. — в голосе Беты возникла отчётливая смесь злости и решимости, которую ГЕЯ ранее не слышала. — Что ты собираешься делать, Бета? Она не ответила, продолжая упрямо двигаться через темнеющую пустыню. — Может быть, всё же стоит сообщить Элой или кому-то ещё с базы? Эренду? — Нет. Продолжай поиск. Ночной холод постепенно пробирался под броню. Ноги гудели от усталости, раненая ладонь пульсировала болью, а голова становилась всё тяжелее. Но стоило ей представить Раяну на привязи у этих людей, как внутри снова поднималась яростная решимость. Она достала нож и принялась точить на ходу. Она вытащит её. *** — Надо было её прикончить. — У неё был визор. Скорее всего, запись велась с момента, как мы подъехали, — стрелок нервно сплюнул в песок, затем подошёл к пленнице и развязал ей рот, — Откуда ты её знаешь? Раяна решила, что лучше молчать. — Разговорите её. Мы должны знать, как они связаны, и чего нам ждать. Не по лицу только. Первый удар пришёлся в живот. Второй в рёбра. Раяна упала на песок и скорчилась от боли. Сестра Элой, спасительницы Меридиана? Это объясняет наличие визора. Объясняет и то, что она не знает ни одной из застольных песен. Нора почти не общаются с другими народами. Помогают ли нора случайным попутчикам? Помощь сейчас бы не помешала. Изо рта вырвался кровавый кашель. На неё вновь посыпались удары и вопросы. Но она молчала, потому что знала, что у неё не получится убедительно соврать о большой дружбе с Элой и её сестрой. А это был сейчас единственный козырь. Единственное, чего эти люди боялись. В конце концов, её оставили, боясь нанести слишком много увечий перед помолвкой, но пообещали с утра продолжить. Она ещё долго смотрела сквозь догорающий костёр, когда они закончили ужинать и легли спать, оставив Шрама в качестве дозорного. Тело превратилось в один сплошной очаг боли, рёбра ныли при каждом вдохе, уснуть не получалось. Она попыталась сменить позу и зашипела сквозь зубы. Секачи скрежетали металлом где-то рядом, пока Шрама не попросили отвести их подальше. Да и что Бета сможет сделать, даже если захочет помочь? Разве что действительно попросит помощи у сестры? Нет, о легендарной Элой, конечно, ходило множество слухов и историй. Одна невероятнее другой. Каждому за кружкой пива хотелось рассказать свою. За время работы в таверне она наслушалась столько, что ими можно было обклеить стены от пола до потолка. Вот будет смешно, если спасительница Меридиана спасёт и её. Сможет рассказывать гостям свою историю, в которую никто не поверит. Хотя, какие теперь гости? С тех пор как отец продал таверну и связался с этими бандитами, никаких гостей, никаких заказов, никакой выпивки и гуляний до утра в её жизни не было. Только благородная школа кархианских невест и ожидание помолвки. В доме появились дорогие ткани, учителя этикета и бесконечные разговоры о достойном будущем. «Ты сделаешь хорошую партию», — сказал отец. «Мы снова заживём в особняке со штатом слуг», — сказал он, хотя Раяна никогда и не знала тех времён. Отец потерял своё положение ещё до её рождения. От былого богатства остались только фамилия, старые амбиции и родословная, которая теперь медленно затягивала её в петлю. Лучше бы она и дальше разносила заказы в таверне. Да, к вечеру она валилась с ног от усталости, а волосы вечно пахли дымом и кухней. Зато тогда она могла сама решать, куда идти, с кем смеяться и какие петь песни. *** Сзади за валуном раздался какой-то шум. Шрам недовольно поднялся со своего места и, пробормотав что-то себе под нос, отправился проверять источник звука. Раяна проводила его взглядом и снова уставилась на угли. Костёр почти догорел. Красноватые отблески лениво скользили по камням и складу пожитков. Внезапно по ту сторону костра мелькнуло какое-то движение. Раяна напряглась. Показалось? Тень исчезла, но затем возникла снова, уже рядом со спящими. Раяна смотрела во все глаза. Фигура схватила чужое копьё, а затем что-то коротко блеснуло в отсветах углей. В следующую секунду нож бесшумно воткнулся в песок рядом с её связанными руками. Фигура тут же отступила назад и растворилась в темноте так быстро, словно её никогда и не было. Раяна схватила нож и едва успела спрятать, как Шрам вернулся. Он сонно опустился на прежнее место, потирая уставшие глаза. Бета. Она не смогла различить её лицо в темноте. Но нож она узнала сразу. Сердце забилось чаще. Неужели она пришла за ней?! Нож надёжно лежал под её руками, вот только Шрам сидел слишком близко, чтобы при нём попытаться разрезать верёвки. Стиснув зубы, она медленно перевернулась на другой бок. Теперь связанные руки скрывались от дозорного. Очень осторожно, стараясь не производить ни малейшего шороха, она подвела лезвие к верёвке.