SWAG

Следующий раз произошел через неделю. Харуто с Йоши по-прежнему работали над альбомом, докручивая треки и внося коррективы. Асахи с Чону яро их поддерживали, в минуты сомнений уверяли, что все супер и альбом просто бэнгер, что миллионы фанатов и долларов им обеспечены, а моши и слэмы будут собираться такие, каких страна еще не видывала. Все семь дней Асахи строил воздушные замки. Он особо-то и не знал, как подступиться к Йоши, с чего начать, как и чем его завлечь, ибо собой, кажется, ниче такого не представлял. Ну, школотрон. Ну, хип-хопом интересуется. Ну, экзамены скоро сдает и не знает еще, кем быть хочет. Зато Йоши хотелось изучить, как букашку под микроскопом, и быть в курсе всего, что его касалось. Так вот, Асахи уже нафантазировал себе, как будет заводить разговор, в какой момент попросит вк или инсту, как они будут тесно общаться и сколько локальных шуток накопят. Но, когда уже сидел в студии, понял, что претворить эти планы в жизнь очень проблематично из-за Харуто и Чону. Ведь Харуто его не интересовал, а докапываться до Йоши ни с того ни с сего, наверное, подозрительно? С другой стороны, он мог задержаться, когда братья уходили бы. Или, наоборот, прийти пораньше, даже если бы пришлось топать этот час по нещадной жаре. И все же Асахи этого не делал: стеснялся. Зато едва подвернется шанс — он тут как тут! Вот и теперь, после того как Харуто и Чону вышли за бургерами и газировкой, оставив Йоши и Асахи одних, последний выдал: — А у тебя же много всяких демок, да? Йоши снова завис в телефоне, утонув в кресле, но теперь был вынужден нехотя оторвать глаза от чата. — Типа того, да. — Покажешь? Йоши не различал, раздражался он или умилялся с этого малого, и сомневался, что тот такой же тихий с Чону или любым другим кентом. Может, и правда чего-то смущался, только чего, если лучший друг был рядом, брата он его сто раз видел — он их обоих, считай, вырастил, — а Йоши был вполне себе гостеприимен? Чудной такой. Однако неловкость присутствовала, пронзала комнату лазерами, как на особо охраняемых объектах, и выла сиреной, стоило кому-либо из парней сделать хоть малейший мув по отношению друг к другу. Тут Йоши одергивал себя: он-то че мнется? Со шкетом понятно, а он, взрослый лоб, че глазки прячет? — Да я на саундклауд все гружу, даже черновики, — ответил он, беря себя в руки. — А я уже все послушал. — Да? — С губ слетел смешок; Йоши ткнул Асахи смущенным взглядом и сразу же приказал себе перестать быть размазней. — И как? У Асахи была заготовлена речь. Он эту речь благополучно забыл. — К-круто. Грува много и… Ну, у тебя читка не такая заезженная, ты как будто поешь. Хоть и мало, но, знаешь, как та палка в год… Ну, выражение такое… — Я понял, понял, — усмехнулся Йоши, и Асахи снова залип на его широкой улыбке. — Короче, заценил, да? — Не то слово! Странно, что Харуто все внимание на себя перетягивает, а тебя не замечают. — Да я и не стремлюсь к этому. Он хочет бабки с концертов лутать, а я с самой музыки — вот и вся разница. Он замолчал, Асахи смутился от зрительного контакта, почесал репу и с чувством, словно жестко навязывался, но с готовностью топить до конца произнес: — А че-нибудь из невышедшего можно послушать? — М-м… — Йоши вздохнул, приблизился к столу и покопался в папках с наработками. — Так уж и быть, можно. Кати сюда. Асахи пересел во второе кресло, подъехал к нему так близко, что соприкоснулись подлокотники, а Йоши надел на него наушники и щелкнул мышкой. Асахи было странно, волнительно и непривычно, учитывая, что Йоши иногда поглядывал на него. Вышло так, что первый трек Асахи пропустил мимо ушей, потому что все внимание было на собственном выражении лица. Он боялся прореагировать «как-то не так» и все три минуты просто пялился в стол с каменной харей. Когда трек закончился, он решил, что врать о своих впечатлениях будет неправильно, поэтому, с горем пополам поборов лютый стыд, промямлил: — А можно еще раз?.. — Так вштырило, что ли? — засмеялся Йоши. А как Асахи могло не вштырить? Не-не-не, что бы Йоши ни сделал, ему это понравится — сей факт сомнению не подлежит. На второй раз Асахи по-настоящему вслушался и, когда пришло время снимать наушники, от чистого сердца произнес: — Не в обиду Харуто, но твоя музыка — это целое искусство! Йоши это развеселило. Он не воспринимал его слова всерьез, потому что Асахи — просто рядовой слушатель, который не был в курсе всех тонкостей, не умел анализировать и выносил суждение лишь на основе собственных чувств. Для него любой качовый трек станет шедевром. А Йоши считал, что до собственного идеала ему как до Москвы раком. — Спасибо, — хмыкнул он. Сейчас Асахи должен был вернуться на диван, взять в руки телефон и избить «Заметки» градом из букв капсом, но он остался на том же месте, потому что в лучах внимания Йоши было по-приятному смущательно и просто… хорошо. — А можешь объяснить, как ты одну штуку делаешь? — на одном дыхании спросил школьник. — Просто я тоже пробую всякое такое делать и… Ну, профессиональный интерес. Йоши не хотелось растолковывать свои фокусы. Но Йоши нравилось быть полезным, и отказывать Асахи было совестно. — Без «б», — согласился он и устроился поудобнее. — Какую штуку? Ничего сложного в этом не оказалось, на разъяснения не ушло много времени, и Харуто с Чону даже не успели к их концу вернуться. Асахи пытался держать фокус на мониторе, но все время опускал взгляд на чужие руки с парой колец и браслетов и вел им до самых локтей по венам или прыгал по родинкам. Разумеется, мысль о том, что он выглядит как идиот из-за растерянного вида и многочисленных просьб, проскальзывала, но Асахи уже спустил тормоза и не собирался спасаться. Когда Йоши предложил ему самому попробовать сделать тот трюк, он уже отрезал для себя дорогу назад.

***

В третий раз им разрешили прийти уже через пару дней, но быстро выгнали, потому что должен был пожаловать менеджер Джункю с директором клуба, в котором Харуто загорелся идеей выступить на разогреве другого артиста. Шагая обратно домой вместе с Чону, жаловавшимся на обилие контрольных под конец года и родаков, прижимавших его с экзаменами, Асахи грезил только о Йоши. Нет, у него тоже имелись проблемы. Типа, инглиш, на котором он почти не бывал, где училка теперь грозилась неаттестацией из-за кошмарной посещаемости, или литра, на которой он задолжал четыре стиха и сочинение, за которое ни разу не садился, ну или биология с этой мымрой, которая давным-давно назначила себе любимчиков, коим Асахи и близко не был. И это не говоря об экзаменах, из-за которых он вечно ссорился с мамой. Но все это меркло на фоне его сильной заинтересованности в Йоши. Асахи без конца прокручивал в голове все их диалоги и как бы смотрел на них с Йоши со стороны, вспоминая, как тот себя вел. Было ли что-то, что могло намекать на взаимный интерес? Прошло только три встречи, два полноценных разговора и шесть рукопожатий. Добился Асахи немногого, но убеждал себя, что, когда Йоши предложил ему свою бутылку воды, дал послушать треки и раскрыл секрет звукового эффекта, это что-то да значило. Не мог же он просто быть таким любезным, правда ведь? — Да че ты как в воду опущенный? — возмутился Чону, заметив, что его практически не слушали. — И так матеша жизни не дает, а тут еще и ты со своей миной кислой. — Ниче не кислой, я очень даже воодушевлен! — приосанился Асахи и с высоко поднятой головой упер руки в бока. — Да забей болт на эту матешу, лучше шпоры хорошие сделай. Я решил на обратную сторону носка приклеить, я же всегда ногу на ногу кладу, так что без палева вроде. — Че-нибудь придумаю. Главное, что если дело выгорит, то в тот же день пацаны выступать будут! Я заставлю Харуто провести нас, — решительно заявил Чону. — Или Йоши! С чего ему отказывать, да? Он даже быстрее согласится! — Ага… Кстати… Асахи не был экспертом выманивать подробности тайно. Умением добывать информацию обходными путями, так чтобы без шума и паники, он так и не обзавелся, поэтому вся его тактика сводилась к одному — таранить напролом, лоб в лоб. — …А у Йоши есть девушка? Черт, надо было про Харуто сперва спросить ради приличия… — А я откуда знаю? — удивился смене темы Чону. — Ну, мне кажется, должна быть, но Харуто никаких женских имен никогда не упоминал. А тебе зачем? — Да не, просто, — пожал плечами Асахи и через несколько метров все-таки добавил: — И у него тоже нет, да? — Разве только фанатки, — хохотнул друг и тут же нашел, про что еще поболтать.