Круговорот времени

--- «Сонный мир и голос ворона» Овраг оказался глубже, чем казалось издалека. Ручей, журчавший на дне, вилял между камнями, создавая естественные преграды, которые глушили не только звуки, но и запахи. Элис выбрала место под нависшим скальным козырьком — сухое, скрытое от глаз сверху и достаточно просторное, чтобы разместиться втроём. Она вытащила пергамент из герметичного мешочка и разложила на плоском камне. JDH тут же придвинулся ближе, но ничего не трогал — урок усвоил. — Здесь не только о том, как они появились, — сказала Элис, водя пальцем над строками. — Здесь написано, кто они такие на самом деле. Лололошка нахмурился. — Заражённые? Мы знаем. Жертвы скверны. — Не совсем. — Элис подняла глаза. — Слушайте. Она начала читать вслух — тихо, но внятно, чтобы каждое слово упало в тишину оврага, как камень в воду. — «Мы были Первыми. Не теми, кто правит, а теми, кто создавал. Скверна — это не болезнь. Это голос. Голос того, кто был заперт до нас. Тадмавриэль не Отец. Он — ключ. А мы — замки. Когда скверна проникла, она не убила нас. Она переписала нас. Мы стали тем, чем хотели стать: бессмертными. Но цена — разум. Каждый из нас был когда-то Междумирцем. Или тем, кто носил маску. Теперь мы носим только когти и кристаллы. Если вы читаете это — значит, один из нас умер по-настоящему. Не жалейте нас. Мы сами выбрали этот путь. Но помните: скверна не пришла сама. Её призвали. И тот, кто призвал, всё ещё здесь». Элис замолчала. JDH сидел неподвижно. Его пальцы, лежавшие на коленях, слегка подрагивали. — Они были… Междумирцами, — повторил он глухо. — Те, кого мы убиваем? Это… это были такие же, как мы. — Такие же, как ты, — поправила Элис. — У Лололошки нет маски Междумирца. У него есть связь с Первыми. Но да. Эти заражённые — не просто жертвы. Они — бывшие хранители. Те, кто не смог устоять. Лололошка медленно выдохнул. — Значит, когда мы их убиваем… мы их освобождаем. — Возможно, — кивнула Элис. — Или просто лишаем скверну ещё одного сосуда. Она аккуратно свернула пергамент и сунула обратно в мешочек. — Это важно. Но есть ещё кое-что. Не про заражённых. Про команду. Она достала из рюкзака странное устройство. Похожее на современный телефон, но вырезанное из дерева, с прожилками, которые пульсировали мягким, тёплым светом. Искра. Не пустотная, не скинтонит — какая-то другая. Живая. JDH уставился на устройство так, будто увидел призрака. — Это… что это? — Связь, — коротко ответила Элис. — С сонным миром Лололошки. Я могу туда заходить. И там я кое-кого видела. Она повернулась к Лолошке. — Ты помнишь? В самом начале, когда ты только попал в Архей, ты спас ворона. Раненого, почти мёртвого. Ты выходил его. Делился едой. Говорил с ним. Лололошка медленно кивнул. В глазах — напряжение человека, который пытается ухватить воспоминание, но оно ускользает, как вода сквозь пальцы. — Смутно… Белое пятно… но что-то есть. — Это Невер, — сказала Элис. — Только он не просто ворон. И он не сова, как некоторые думают. Он — ворон. Антропоморфный, с почти вымершей расы. Ты спас его, и он… он привязался к тебе. Теперь он живёт в твоём сонном мире. Охраняет его. Помогает Марку и другим. Она коснулась экрана деревянного устройства — и он засветился ярче. На мгновение в воздухе повисла полупрозрачная голограмма: чёрный ворон с человеческими очертаниями, в старом, потрёпанном плаще, с умными, жёлтыми глазами. — Лололошка, — раздался голос — хрипловатый, каркающий, но тёплый. — Ты в порядке? Твоя дочь сказала, что у вас всё сложно. JDH дёрнулся. — Твоя дочь? Она уже всем сообщила?! — Только тем, кто в сонном мире, — пожала плечами Элис. — Не переживай, твоей репутации ничего не угрожает. Лололошка наклонился к голограмме. — Невер. Ты… ты реальный? — Реальнее некуда, друг мой, — ворон каркнул — похоже, это был смех. — Я слежу за твоим сном, пока ты бродишь по этому кошмару. Марк сказал бы что-то умное, но он сейчас занят — перебирает какие-то кристаллы. Мы все здесь… ждём вас. Возвращайтесь.* Голограмма погасла. Элис убрала устройство. — В твоём сонном мире, Лололошка, сейчас находятся: Марк, Невер, и ещё несколько существ, которым ты помог. Это безопасное место. Мы можем использовать его как базу, если что-то пойдёт не так. — Если что-то пойдёт не так, — медленно повторил JDH. — А когда в Архее идёт что-то так? Он посмотрел на брата. Тот молчал, но в глазах у него появилось что-то новое. Не просто решимость — надежда. — У нас есть записи, — сказал Лололошка. — У нас есть свидетельства, что заражённые — не просто монстры. У нас есть сонный мир, где мы можем укрыться. И у нас есть ты, — он посмотрел на Элис. — Ты сказала, что пришла помочь нам разобраться с трагедией. Я начинаю верить. Элис улыбнулась под маской. Так тепло, как только могла. — Это только начало, пап. Подожди, пока ты увидишь, как Невер дерется. Он одной левой крыльевой положит троих заражённых. Она поднялась, отряхнула колени. — Нам нужно найти остальных. Сайриссу, Альфреда, дворфов. Они где-то здесь, в лесу. И чем быстрее мы их соберём, тем больше шансов успеть до того, как Тадмавриэль поймёт, что мы охотимся не за кристаллами. JDH встал, поправил оранжевые очки. — А если он уже понял? Элис взглянула на него серьёзно. — Тогда нам понадобится вся команда. И Невер. И ворон с умными глазами. Она сделала шаг к выходу из-под козырька, но обернулась. — И, JDH? Заражённые, которые были Междумирцами… они тебя не узнают. Потому что ты для них — не враг. Ты — напоминание о том, кем они были. Поэтому они нападают первыми. Не хотят вспоминать. Джон опустил взгляд. — Спасибо, что сказала. Не обнадёживающе. — Я не для обнадёживания. Я для того, чтобы вы знали правду. Вы оба никогда не врёте. Я тоже не буду. Она вышла из укрытия, и братья последовали за ней — в мокрый, холодный, смертельный лес Архея. А где-то в сонном мире, в уютной пещере среди пульсирующих огней, чёрный ворон по имени Невер повернул голову к багряннику Марку и каркнул: — Она вернулась. Всё будет хорошо. Марк промолчал. Но его фиолетовые глаза блеснули в темноте. Продолжение следует. Конец 4 части.