Круговорот времени

Элис раскрывает настоящую причину своего появления, и братья наконец понимают, насколько высока ставка --- «Эффект бабочки» Лес встретил их сыростью и тишиной — той тяжёлой, ватной тишиной, которая бывает перед грозой или перед засадой. Элис шла первой, выбирая путь среди корней и камней, иногда останавливаясь и прислушиваясь. Лололошка замыкал — нож наготове, взгляд холодный и цепкий. JDH — в центре, как и договаривались, без магии, сжав зубы и сунув руки глубоко в карманы лабораторного халата. Они прошли уже около часа, когда Элис резко остановилась. — Привал, — сказала она тихо и указала на поваленное дерево с густой кроной, создававшей подобие естественного укрытия. — Пять минут. Мне нужно сказать кое-что важное. Они устроились втроём под нависшими ветвями. Элис села на корточки, сняла рюкзак и несколько секунд смотрела в землю, собираясь с мыслями. Потом подняла голову — сквозь маску было видно, как блестят глаза. — Знаете, — начала она тихо, с невесёлой усмешкой, — я никогда не думала, что история знакомства моих родителей когда-нибудь будет так помогать в реальной жизни. Мама любила рассказывать, как вы оба… как вы встретились с ней. Как спорили днями напролёт, кто из вас лучше. Как пытались её впечатлить — каждый по-своему. Лололошка — заботой и тихой поддержкой. JDH — блестящими лекциями о мультивселенной и язвительными комплиментами. JDH дёрнулся было сказать что-то колкое — и закрыл рот. Не время. — Она смеялась, когда вспоминала это. И каждый раз добавляла: «Если бы не Архей, мы, возможно, никогда бы не стали семьёй». — Элис вздохнула. — Так вот. Я здесь не только потому, что вы мои родители. Я здесь потому, что в вашей вселенной, той, откуда вы родом, вы нашли одного сторонника в Церкви. Человека, который помог вам изнутри. Он дал вам информацию. Прикрыл, когда вы были на волоске от провала. Без него вы бы не выжили. Лололошка нахмурился. — Мы не помним… — Потому что это ещё не случилось, — перебила Элис. — В вашем будущем — да. Но в этом Архее, в этой версии событий, того человека уже убили. Три дня назад. Я видела его тело, когда только попала сюда. Заражённые не тронули его. Это было чистое, целенаправленное убийство. Кто-то знал, что он должен был стать вашим союзником. И убрал его заранее. Повисла тяжёлая, почти осязаемая тишина. JDH медленно вытащил руки из карманов. Его лицо под оранжевыми очками было бледным. — Кто-то… знал о нашем будущем? — Кто-то меняет правила, — ответила Элис. — Я не знаю, кто. Не знаю, как. Но факт остаётся фактом: в этой хронологии у вас нет того союзника. А это значит, — её голос дрогнул впервые за всё время, — что риск вашей смерти вырос в разы. Она посмотрела на Лолошку. Потом на JDH. — А если вы сдохнете здесь, то меня не будет в будущем. Эффект бабочки. Я просто… исчезну. Не умру — меня никогда не существовало. Ни одной фотографии, ни одного воспоминания. Ни у мамы. Ни у ваших друзей. Ни у вас в сонных мирах. Пустота. — Поэтому ты пришла, — тихо сказал Лололошка. Это не был вопрос. — Поэтому, — кивнула Элис. — Не из героизма. Не из любви к приключениям. А потому что вы — мои папы. И я не хочу исчезать. И я не хочу, чтобы вы исчезали. Эгоистично? Возможно. Но, — она криво усмехнулась, — JDH, я от тебя научилась эгоизму. Только ты в итоге научился ставить других выше себя. А я пока в процессе. Джон не нашёлся что ответить. Он смотрел на неё — на эту девушку в фиолетово-розовой маске, с её «деревянным телефоном», с её короткими фразами и едкой правдой — и чувствовал, как что-то сжимается в груди. Что-то, что он не умел называть. То ли страх. То ли нежность. То ли то самое «старший брат», которое он пытался в себе воспитать после смерти Саши — да так и не до конца воспитал. — Значит, — сказал он наконец, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — наша задача — не просто выжить. А выжить правильно. Так, чтобы вы успели встретить маму, жениться на ней — что там было — и родить тебя. — В общих чертах, да, — кивнула Элис. — Но для начала — не дать Тадмавриэлю уничтожить Архей окончательно. Потому что, пап, — она повернулась к Лолошке, — если Архей падёт, скверна вырвется в другие миры. В том числе в ваш родной. И тогда никакого будущего не будет — ни для меня, ни для кого другого. Лололошка медленно кивнул. Его лицо оставалось спокойным — таким же, как всегда. Но в глазах горело то, что JDH научился распознавать за годы совместных скитаний: холодная, безжалостная решимость. — Тогда не будем терять время, — сказал Лололошка. — Ты сказала, нам нужно собрать команду. Где остальные? Элис достала деревянное устройство. Прожилки на нём пульсировали чаще — будто оно чувствовало её настроение. — Я могу связаться с Невером. Он подскажет, где Сайрисса и Альфред. Дворфы, скорее всего, держатся восточных пещер — они знают, что там безопаснее. Марк в сонном мире, но его можно вызвать, если понадобится его способности. Она спрятала устройство и поднялась. — Но есть ещё кое-что. Тот убитый союзник из Церкви… у него была информация. О том, как отключить завесу. Я успела забрать его записи — перед тем, как убийца ушёл. Они у меня в рюкзаке. JDH округлил глаза. — Ты… ты поэтому пошла к тому дереву? Не просто так сидела? — Я «сидела на дереве и думала, как разобраться с монстрами», — поправила Элис. — Но да, заодно ждала, пока уйдут те, кто его убил. Я не могла подойти сразу — они были сильнее. Она вытащила из рюкзака ещё один свёрток — уже знакомый, пергаментный, но на этот раз с красной сургучной печатью, на которой был оттиск солнечного диска — символ Церкви Архея. — Здесь написано, как войти в Храм Теней без лишнего шума. И как отключить защиту алтаря. — Она протянула свёрток Лолошке. — Держи. Ты лучше меня умеешь читать карты. Лололошка взял пергамент, но не развернул. Вместо этого он посмотрел на Элис долгим, изучающим взглядом. — Спасибо, — сказал он просто. Без пафоса. Без лишних слов. Элис показалось, или в его глазах мелькнуло что-то, похожее на гордость? Она кашлянула, отводя взгляд. — Ладно. Хватит сантиментов. Нам нужно двигаться. И, JDH, — она глянула на Джона с улыбкой под маской, — если ты всё-таки применишь магию, я расскажу маме, как ты пытался впечатлить её «блестящей лекцией о временных парадоксах» на первом свидании. У меня есть доказательства. JDH покраснел. Впервые за долгое время — искренне. — Ты блефуешь. — Проверь, — парировала Элис и шагнула в лес. Лололошка, проходя мимо брата, тихо сказал: — Она в тебя. Упрямством и языком. — Это ты про неё или про меня? — буркнул JDH. — Про обоих. И они пошли следом — в туман, в неизвестность, в историю, которую нужно было переписать заново. Продолжение следует.конец пятой части