Круговорот времени

Элис добавляет забавную, но важную деталь, которая связывает их ещё теснее. --- «Твой вклад в науку» Элис уже собиралась перейти к карте Храма, когда вдруг остановилась и повернулась к JDH. Тот сидел, поджав одну ногу под себя, и явно пытался выглядеть невозмутимо, хотя на самом деле внимательно слушал каждое слово. — Кстати, Джон. JDH поднял бровь. — Я слушаю. — Ты в будущем научил меня телепортироваться, — сказала Элис просто, будто речь шла о чём-то обыденном. — Ну, вернее, ты научил маму, а она научила меня. Я это чуть-чуть улучшила — изменила несколько частот, чтобы магический манекен не отслеживался. Так что, по сути, ты тоже причастен к этому новому открытию. На мгновение воцарилась тишина. Сайрисса приподняла бровь. Альфред перестал теребить лук. Валин и Гимлин переглянулись. JDH открыл рот. Закрыл. Открыл снова. — Я… — начал он, но голос предательски дрогнул. Он прокашлялся. — Я научил тебя телепортироваться? В будущем? — Ну, не совсем «тебе» лично, — поправила Элис. — Ты научил маму, когда вы уже поженились. Это было примерно через год после того, как вы разобрались с Тадмавриэлем в моей временной линии. Помню, мама рассказывала, как ты сидел за столом два дня с расчётами, рисовал какие-то круги и всё бубнил «Если сместить фазу на 0,03 градуса, то…» — Это я, — выдохнул JDH, и в голосе его послышалась странная смесь гордости и изумления. — Это звучит как я. — Ещё как, — усмехнулась Элис. — Ты тогда поцапался с ней из-за формул, сказал, что «женщина не может понять четвёртое измерение» — мама обиделась на неделю. Потом ты пришёл с букетом цветов из мира, где они растут даже зимой, и извинился. Было эпично. Лололошка тихонько фыркнул. — Он действительно мог такое сказать. — Я тебя прошу! — возмутился JDH. — Я что, настолько предсказуем? — Ты — настолько ты, — ответил Лололошка с редкой для себя улыбкой. Элис посмотрела на JDH чуть мягче. — Я хотела сказать, пап, что… ну… спасибо. Без твоей теории телепортации я бы никогда не смогла попасть в прошлое. То есть без того, что ты изобрёл, я бы не стояла здесь, не говорила с вами, не могла помочь. Ты — часть этого. Она подошла к нему и присела на корточки, чтобы быть на уровне его глаз. Джон сидел, сжимая в руках оранжевую маску — он снял её во время привала, и лицо его было чуть растерянным. — Так что, — закончила Элис, — если я облажаюсь здесь и пропаду, это будет отчасти и твоя вина. Потому что ты сделал систему неидеальной. — Эй! — возмутился JDH. — Я делал её идеальной! — Ничего идеального не бывает, — пожала плечами Элис. — Но ты близок. Она поднялась и хлопнула его по плечу. — Ты всё ещё мой папа, даже если иногда слишком много говоришь. — Я не слишком… — Джон, — перебил Лололошка. — Прими это. Джон вздохнул, но на лице его мелькнула благодарность. — Ладно. Я принял. Он посмотрел на Элис, и впервые в его взгляде не было ни сарказма, ни аналитического холода. Только странное тепло, которое он сам в себе не до конца признавал. — Ты… ты и правда похожа на нас, — сказал он тихо. — На меня — упрямством. На него — добротой. — Я знаю, — серьёзно ответила Элис. — Это одновременно дар и проклятие. Теперь идите сюда, я покажу карту. Команда сгрудилась вокруг неё, когда она разворачивала пергамент. Валин, ворча, сказал: — Мы, дворфы, конечно, в женщин не особо верим. Но эта… эта правильная. — Я слышала, — не оборачиваясь, отозвалась Элис. — И хорошо, — хмыкнул Валин. — Значит, слух у тебя тоже отличный. И началось. Следующие полчаса они обсуждали входы, обходные пути, точки отвлечения. Снаружи пещеры ветер гнал серый пепел, а вдали выли монстры — но здесь, в кругу команды, было почти уютно. Почти. Продолжение следует. Конец части какой то там (кажется 8)