Часть 3 Кровавое затмение
Небо над Ли Юэ в тот день окрасилось в зловещие багровые тона, словно сама природа предчувствовала скорую катастрофу. Моракс стоял на вершине одной из неприступных скал, лениво наблюдая за тем, как внизу, среди ущелий, догорают остатки чужих армий. Внешне он казался абсолютным воплощением непоколебимого спокойствия, но внутри него бушевало черное, ядовитое пламя удушающей ревности. Тот факт, что синекрылый ящер посмел явиться в его парящую обитель, не давал Властелину Камня покоя. Моракс шёл на эту встречу с холодным, безжалостным расчётом — либо навсегда прогнать наглую тварь подальше от своего ангела, либо уничтожить её, чтобы больше никогда не путалась под ногами.Когда огромная тень Двалина снова разрезала облака на границе владений, Моракс преградил ему путь, соткавшись из золотых искр прямо на траектории его полета.
— Ты плохо на него влияешь, вам больше не по пути.
Голос Гео Архонта прозвучал подобно камнепаду, наполненный тяжёлым, собственническим презрением. Между богами завязался резкий, яростный спор: Властелин Камня методично сыпал колкостями и леденящими душу угрозами, требуя, чтобы дракон исчез из жизни Барбатоса раз и навсегда. Двалин, не выдержав этого удушающего давления и издевательств над его Архонтом, атаковал первым. Мощный, концентрированный сгусток лазурной анемо-энергии со свистом сорвался с его пасти, пробивая каменную защиту и глубоко разрезая плечо Моракса.Из рваной раны на землю хлынула тёмная божественная кровь, но Властелин Камня даже не вздрогнул.Он медленно опустил взгляд на своё рассечённое плечо, а затем на его губах появилась жуткая, безумная улыбка, от которой воздух вокруг мгновенно застыл. Янтарные глаза под драконьими рогами вспыхнули потусторонним, смертоносным светом, а голос превратился в глухой, вибрирующий рокот, не предвещающий ничего, кроме неминуемой гибели.
— Это было твоей последней ошибкой, когда ты посмел воспользоваться силой моего ангела... Неблагодарное животное.
В следующее мгновение всё было кончено. Моракс расправился со стражем ветров быстро и безжалостно, не оставив гордому существу ни единого шанса на спасение. Покончив с этим и тщательно спрятав безжизненное тело дракона среди безмолвных горных ущелий, Гео Архонт бережно поправил своё безупречное одеяние. Он чувствовал себя по-настоящему счастливым и удовлетворённым: главная помеха была устранена, и теперь его ветерок принадлежал только ему. С этой радостной, пугающей полуулыбкой на лице Моракс поспешил вернуться в Ли Юэ, предвкушая встречу со своим любимым ангелом.В ту же самую секунду, находясь за много миль от этого места в тишине парящего дворца, Барбатос внезапно замер на месте, и его дыхание полностью перехватило от дикой, неописуемой ментальной боли.Внутри его груди, прямо там, где теплилось божественное Сердце Бога, что-то с оглушительным, призрачным треском разорвалось в мелкие дребезги. Тонкая, едва ощутимая, но самая чистая нить ментальной связи, которая веками соединяла его с любимым дракончиком, резко натянулась и безвозвратно оборвалась, оставив после себя лишь звенящую, мёртвую пустоту. Барбатос рухнул на колени, судорожно хватая ртом воздух и прижимая дрожащие ладони к сердцу, пока из его глаз непрерывным потоком катились слезы абсолютного, страшного протрезвления. Пелена газлайтинга, которой Моракс укутывал его разум, мгновенно спала, являя миру ужасающую правду: его верного друга больше нет, и виной всему — чудовище, которому он безропотно отдавал свое тело и душу.Ветерок сидел посреди пустой залы, крупно дрожа и утыкаясь лицом в свои белоснежные крылья, пока омут жидкой грязи вокруг него окончательно смыкался над его головой.
