Арлекино

Небесная Арена. Три дня спустя. Хисока получил уведомление, когда брился. Сообщение на телефон. Официальное, от администрации арены. «Боец Арлекино вызывает вас на бой. Сегодня, 20:00». Лезвие замерло у его щеки. — Что? — прошептал он и перечитал ещё раз. Арлекино. Сама. Вызвала его. Не фокус, не запись, не игра. Официальный вызов. «Она… она хочет драться со мной. По-настоящему ♥» Он порезал щеку — нечаянно, первый раз за много лет. Кровь скатилась по подбородку. Он слизнул её, улыбнулся в зеркало. — Арлекино… ты решила выйти на мою сцену. Хорошо. Я покажу тебе, что такое настоящий бой. 20:00. Зал забит до отказа. Хисока вышел на арену под свет софитов. Зал гудел. Толпа скандировала: «Ар-ле-ки-но! Ар-ле-ки-но!» Она победила зрителей ещё до боя. И тогда погас свет. Тьма. Полная, абсолютная. И в ней — низкий, грудной голос, который разнёсся по залу, как удар гонга. — ДАМЫ И ГОСПОДА! СЕГОДНЯ! ВАС ЖДЁТ ИСТОРИЧЕСКИЙ МОМЕНТ! КЛОУН ПРОТИВ АРРРЛЕКИНО! Софиты взорвались радугой. На одной стороне арены — Хисока. С картами в руках, с улыбкой до ушей, с горящими жёлтыми глазами. На другой — Арлекино. Красные волосы. Золотые звёзды на щеках. Блестящий золотой пиджак, красная майка, тёмно-красные шорты-юбка. Полосатые гетры. Чупа-чупс во рту. Она улыбнулась. Сделала шаг. — НАЧИНАЕМ! Он атаковал первым. Не картами — телом. Прыжок, рывок. С места до полной скорости за долю секунды. Рука вытянута, пальцы сложены в «клинок». Она рассыпалась. Дым. Конфетти. Огонь — фаер-шоу, которое чуть не подпалило ему брови. Из дыма вылетели мыльные пузыри — огромные, переливающиеся. Хисока пронзил пустоту. Пальцы сжались на воздухе. — АХ, КАКОЙ ПРОМАХ! — голос Арлекино раздался слева. Она стояла в трёх метрах, руки на бёдрах. — ГОСПОДИН МОРРОУ, ВЫ НЕ В ФОРМЕ? ИЛИ Я СЛИШКОМ ХОРОША? Хисока усмехнулся. Карта вылетела из пальцев — быстрее пули. Арлекино нырнула, карта врезалась в стену за её спиной, пробив бетон. — ОЙ-ОЙ-ОЙ! — она выпрямилась, прижимая руку к груди. — А ЭТО БЫЛО СЛИШКОМ БЛИЗКО! ЕЩЁ ЧУТЬ-ЧУТЬ — И ВЫ БЫ ПРОБИЛИ МНЕ СЕРДЦЕ! А ОНО ТАКОЕ КРАСИВОЕ, Я ВАМ ПОКАЖУ КОГДА-НИБУДЬ! Она атаковала. Трость — переключилась в режим острия — мелькнула перед его лицом. Он ушёл, плавно, как кошка. Трость прошла в сантиметре от его скулы. — БЛИЗКО! — прокомментировала она, крутанувшись на месте. — НО НЕДОСТАТОЧНО! ГОСПОДИН МОРРОУ, ВЫ ТАКОЙ ГИБКИЙ! ВЫ ТАК КРАСИВО ДВИГАЕТЕСЬ! МОЖЕТ, ПОСЛЕ БОЯ ПОТАНЦУЕМ? — Обязательно, — ответил Хисока и выбросил руку вперёд. Банджи Гам. Невидимая нить ауры приклеилась к её трости. Он дёрнул. Трость вылетела из её рук, упала на пол и с металлическим звоном укатилась за канаты. — ОЙ, — сказала Арлекино, глядя на пустые руки. — А ТАК МОЖНО БЫЛО? — Можно, — улыбнулся Хисока. — Всё, что я делаю — можно ♥ Он рванул вперёд. Она нырнула вниз, пропуская удар над головой. Перекат, кувырок, вскочила — и оказалась у него за спиной. — АХ, КАКОЙ ПОВОРОТ! Но Хисока ждал этого. Он не обернулся — просто выбросил руку назад. Аура сгустилась, растянулась — и обмоталась вокруг её талии. Банджи Гам Она дёрнулась — и замерла. — О-о-о, — выдохнула она, глядя на невидимую нить, которая держала её на месте. — ЭТО НОВОЕ. МНЕ НРАВИТСЯ. Он потянул. Она полетела в него. Кулак уже занесён — удар в солнечное сплетение. В последний момент — она лопнула. Мыльные пузыри. Тысячи мыльных пузырей, которые вылетели из её фигуры, как из взорвавшейся машины. Они закружились вокруг Хисоки, липкие, мокрые. Он зажмурился на секунду — и потерял её из виду. Настоящая Арлекино стояла в углу арены. Без трости, без чупа-чупса, но с улыбкой. — ВЫ ПОЧТИ ПОЙМАЛИ МЕНЯ! — крикнула она. — НО Я — МЫЛО! МЕНЯ НЕЛЬЗЯ УДЕРЖАТЬ! — Посмотрим, — сказал Хисока и улыбнулся — острой, сладкой улыбкой. Бой длился двадцать минут. Они танцевали. Уворачивались. Атаковали. Она рассыпалась дымом, конфетти, огнём, пузырями. Он разрезал её иллюзии картами, хватал её ауру, нити банджи гам обматывали пространство, как паутина. Она комментировала каждое его движение — шутливо, восторженно, с подмигиваниями и пританцовываниями. — ОХ, КАКОЙ УДАР! Я ПОЧТИ УМЕРЛА… ОТ ВОСТОРГА! — ГОСПОДИН МОРРОУ, ВЫ ТАКОЙ СИЛЬНЫЙ! МОЖЕТ, ВОЗЬМЁТЕ МЕНЯ В УЧЕНИКИ? — АХ, ЭТО БЫЛО БОЛЬНО! Я ВАМ ЭТО ПРИПОМНЮ! (НЕТ, НЕ ПРИПОМНЮ, Я ВРУ) Зрители визжали. Аплодировали. Смеялись. Никто никогда не видел такого боя. И наконец — он достал её. Настоящую. Она уворачивалась от его атаки — нырнула под руку — но он уже ждал. Банджи гам прилипла к её щиколотки. Не иллюзия. Настоящая. Он потянул. Она упала — в этот раз не нарочно. Глаза расширились — впервые за бой. — Ах, — выдохнула она. Он ударил. Кулаком в грудь — не насмерть, но с силой, которая вышибла воздух из лёгких. Она отлетела. Кувыркнулась в воздухе — один раз, два — и врезалась спиной в стену зала. Глухой удар. Штукатурка посыпалась. Она сползла по стене и осталась сидеть у основания, запрокинув голову. Глаза закрыты. Волосы разметались. Из уголка рта — тонкая струйка крови. Без сознания. Хисока замер. «Я… достал её? Или это…» Он ждал. Но она не исчезала. Она сидела у стены, без движения, с кровью на губе. В зале — тишина. Такая густая, что слышно было, как стучит сердце Хисоки. И тогда динамики ожили. Её голос. — ООО НЕТ, АРЛЕКИНО ПОВЕРРРРЖЕНА! Хисока дёрнулся. Посмотрел на динамики. Потом — на её бессознательное тело. — ПОБЕДИТЕЛЬ — ХИСОКА МОРРРРОУ! Голос был её — но она не двигалась. Она лежала без сознания. Это была запись. — НАДЕЮСЬ, ВАМ ПОНРАВИЛОСЬ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ? Зал молчал. Сотни людей смотрели на её тело, не понимая, что происходит. — Я НЕ СЛЫШУ! — крикнула запись. Зал взорвался. Аплодисменты. Крики. Свист. Люди вскакивали с мест, топали, орали. Кто-то плакал. Кто-то смеялся. Хисока стоял посреди арены и смотрел на неё. «Ты… ты записала это заранее. Ты знала, что проиграешь. Ты спланировала свой проигрыш. Так же, как планировала свои победы. Для тебя это — просто ещё один акт ♠» Вспышка. Огонь вырвался из-под её тела — яркий, слепящий. Стена дыма закрыла её от зрителей на секунду. Другую. Когда дым рассеялся — у стены никого не было. Только вмятина в бетоне. И лужица крови на полу. Хисока медленно опустился на колено. Провёл пальцами по её крови. Поднёс к губам. Лизнул. Металлическая. Солёная. Настоящая. — Арлекино… — прошептал он. — Ты даже проигрываешь гениально ♥ Он встал. Повернулся к залу. И под аплодисменты многотысячной толпы, которая только что стала свидетелем самого странного боя в истории Небесной Арены, медленно пошёл прочь.