Поезд на Кактус-Фоллз

      Мы не очень торопились. Думали, что дорога ещё строится, спешить некуда. Кто-то ведь говорил, что новая станция откроется только через неделю.       Это была крупная ошибка.       Поход туда, дела в горах, потом обратно, и вот уже настал вечер. Мы даже поужинали в тиши да покое. Потом пошли к шерифу и рассказали новости.       - Вот как… - молвил он, - крутилось у меня и такое подозрение. Но мои копыта связаны. Дорогу кладёт внешняя компания, работы идут далеко от города, там уже не мой округ. И мне ясно дали понять, что не хотят видеть, как я вынюхиваю у них что-то на стройке.       - Давай начистоту, - сказал Болт, - ты поэтому хотел помощи независимых приключенцев?       - И поэтому тоже. Всё вместе. Видите – вы можете то, что нельзя нам, местным. И с бизоном, и с чугункой.       Мы впятером двинули на станцию и объяснили всё тамошнему смотрителю.       - Так что надо передвинуть дорогу, - заключил Файерболт, - и невзгоды Кактус-Фоллз прекратятся.       Никто не ожидал проблем. Но старикан вдруг страшно перепугался.       - Новую станцию завершили до срока, - прошептал он, - сегодня. Их очень понукали. Из Кантерлота должен выехать поезд со всякими шишками на церемонию открытия. Наверное, он уже в пути.       Все застыли. Железнодорожник продолжал:       - Больше того. Это специальный литерный экспресс, он не останавливается нигде. Я не смогу его задержать. Селестия моя! Как быть?       Мы панически переглянулись. Из спокойствия – резко в режим аврала.       - У вас есть телеграф? – бросил Шэйд.       - Телечто?       - Понятно.       - Коут! – позвала я, - ноги в копыта, драпай в город, собирай пони и объявляй эвакуацию. Живо!       Шериф кивнул и сломя голову умчался.       - Хорошая мысль, - одобрил Файерболт, - Шэйд, а ты лети навстречу поезду. Всё им выложи и требуй тормозить. Заставь, если надо. Потом к нам обратно, мигом!       Рогуй не стал кочевряжиться – понял, насколько всё серьёзно. Он неуклюже отдал честь:       - Так точно!       Прыгнул, взлетел и пулей умчался прочь.       Файерболт лихорадочно вращал головой. Его взгляд зацепил дрезину, стоявшую на соседнем пути.       - Гоним на кладбище! – решил он, - следим за зомби. Вдруг Ревери удастся их убаюкать. А я, если придётся… обрушу мост.              Спасибо его быстрому уму, все знали, что делать. Мы втроём вскочили в тележку и принялись яростно качать рычаг, который приводил её в движение. На одном конце я, с другого наши единороги.       Дрезина развила приличную скорость, и скоро станция с городком скрылись за горизонтом, а мимо нас покатилась вечерняя степь.       Ревери следила за пейзажем и в какой-то момент крикнула:       - Тормози!       Мы высадились. Я осмотрелась. Да, теперь – когда точно знаешь, что искать – я видела, что тут древнее кладбище. Землю испещряли мелкие холмики – остатки могил, а между ними валялись обветренные камни – остатки надгробий.       Но это было не совсем «на бережку». Вода начиналась лишь в сотне метров отсюда!       - Взорвать мост не выйдет! - сразу поняла я, - сделаем только хуже! Поезд всё равно проедет, поднимет зомбей, а потом ещё и навернётся в реку вдобавок.       Файерболт вцепился в собственную гриву.       - Что же делать?       - Пойду посмотрю, могу ли я что-нибудь! – воскликнула Ревери и сбежала под откос.       Болт приложил копыто к рельсам, прикидывая их толщину.       - Наверное… мне под силу расплавить кусок и, типа, отогнуть их в сторону. Тогда не доедет до погоста…       - Нельзя, - отрезала я, - город спасётся, но состав потерпит крушение. А в нём тоже пони сидят.       Файерболт развёл ногами. Редко я его видела таким беспомощным.       Шум перьев, и рядом рухнул Шэйд, тяжело дыша.       - Ну что? – встрепенулся лидер.       Наш рогуй перевёл дух.       - Они не стали меня слушать! Даже в кабину не впустили! Сказали – да с какой стати нам останавливаться от сказок одного пони. Вдобавок они опаздывают на открытие, и начальство дало им приказ погонять. Орали, что у них министерские чины в вагоне-ресторане!       - Так тюкнул бы просто возниц! Ты ж это умеешь, по-ассасински.       Пегас моргнул в непонимании.       - Болт! Ты чем слушаешь? Это поезд нового типа, как между Кантерлотом и Мэйнхеттеном! Он едет на собственной тяге! Нет никаких возниц, только машинисты в кабине.       Лидер опять поник.       - Там есть фонарь? – безнадёжно спросил он.       - Фонарь? А, на локомотиве? Есть, но совсем близко светит. Даже если что увидят, будет поздно.       - Пф, - сказала я, - это инженерный косяк.       Шэйд лишь развёл копытами:       - Раньше ведь пони тащили впереди. Наверное, не пришло в голову, что теперь хороший обзор нужен.       Прибежала назад Ревери и доложила:       - Здесь нечего лечить или улучшать. Кладбище точно такое, как должно быть. На что я могу подействовать – на железную дорогу, но моя магия воспринимает её как единый объект огромной длины. Такое мне не под силу.       Файерболт обработал все новости и бессильно присел на шпалу.       - Ну тогда я сдаюсь. Пропускаем состав и пытаемся как-то справиться с нашествием зомби. Или разве что встать на путях, махать копытами и надеяться, что нас не раздавит. Но заметят ли нас в сумерках? А даже если заметят, придадут ли значение? Фигня из-под коня, а не план…       И тут меня осенило. Нет! Меня перемкнуло. Я выступила вперёд.       - Мы остановим поезд, кашалот его грызи. Я остановлю.       Они все уставились на меня.       - Но мне нужна помощь. Болт, трогать рельсы не надо, но раз ты умеешь плавить металл, ты должен склепать мне простенькую броню.       - Э? Но где я листовой металл возьму?       Я кивнула на нашу дрезину.       - Так вот же он.              С дрезины содрали боковые стенки, и Файерболт под моим руководством выкроил из них куски нужной формы. Затем он их накалил, я потюкала камнем и согнула, а он сварил всё вместе.       Делали как могли, на скорую ногу – поезд приближался.       Для бедного лидера задача выдалась очень трудной. Он полностью извёл магию, его рог потух, даже шёрстка словно выцвела.       - Ты теперь сам зомби, - подколола я.       - Это… чрезвычайно сложно, - прохрипел он, - я всегда бум-бабах, сплэш, АоЕ. А здесь тонкий, раскалённый луч. Я не привык к такому… прецизионному контролю…       Он без сил повалился на землю.       - Шэйд, помоги мне толкать эту тачку! - позвала я, - а когда начнётся самое жаркое, лети к паровозу и делай что хочешь, чтобы тормознуть его. Порхай перед окнами, долби в дверь. Если сможешь, смело лезь в кабину, вырубай их там и дёргай рычаг. Потом всё объясним.       - Х-хорошо!       - Ревери, а ты дай мне щит какой-нибудь.       - Заколдую тебя со всех сил!       - Надо… - промямлил лидер с пола, – надо говорить «обкастую».              Ревери вылила в меня почти всю свою магию, оставив лишь капельку на экстренный случай. Меня окутало зелёное, переливчатое сияние. Искорки чар волнами пробегали по шерсти.       Целительница тоже посерела. Теперь у нас было два зомби-единорога, временно ни к чему ни годные. Мы оставили их под насыпью глотать ихнюю магическую синьку. Сами вскочили на дрезину – хоть и раздербаненная, но ехала прекрасно – и погнали навстречу экспрессу.       - Восполняйтесь! – крикнул Шэйд напоследок.       Скоро вдали показался свет и послышался гул колёс.       Ну что, Харди, была не была.       Я нацепила куски брони, ещё горяченькие. Один на перед, один на круп, и четыре, самых главных, на ноги.       Сползла с тележки – доспех был тяжёлый – и встала на соседний путь, широко расставив копыта.       - Харди, я… - порывался что-то сказать Шэйд.       - Кыш! – рыкнула я, - давай делай своё дело!       Он замялся, с круглыми глазами отсалютовал мне и умчался вперёд.       Поезд надвигался. Рельсы вибрировали и гудели, свет от переднего фонаря уже слепил. Грохот стоял невыносимый. Раздался громкий, долгий гудок. Я набычилась и расправила плечи.       - Ну давай! – заорала я, - покажи, на что способен!       Локомотив врезался в меня.       От удара чуть не вышибло дух. Со скрежетом и лязгом меня потащило назад. Веером летели искры.       Сперва стёрло мои железные ботинки. В какой-то момент от них остался только верх и отлетел прочь.       Затем настал черёд подков – те выдержали, сколько могли, затем расплавились и сгинули.       Затем щит Ревери – длинные струи волшебного пара брызнули из-под ног. Свечение все тускнело и тускнело, пока не исчезло.       Но махина замедлялась! Протяжный скрип и стон металла заполонил всю прерию.       Как рассказали потом, балбесы-машинисты увидели меня почти сразу. Но так ошалели, что спохватились и начали тормозить лишь сейчас.       И наконец пришла пора моих родных копытушек.       Я сжала зубы. Чувствовала, как копыта истирает в пыль, а я опускаюсь чуть ниже и ниже. Но и поезд уже едва полз. Звук «КЛАЦ-ПШШ», выхлоп пара, и вот он совсем остановился.       Я отлепилась от локомотива. Там, где я упиралась, на его морде осталась солидная вмятина.       До границы кладбища было двадцать метров, не более.       - Уф, - сказала я, - то-то же.       И потеряла сознание.