Останови меня

Ал

Просто тест-драйв. Вот и всё. Мне не нужно было ничего подписывать. Не нужно было брать на себя никаких обязательств. Продавец расстроится, но ведь он сам сказал: – Обкатайте её вокруг квартала, почувствуйте, посмотрите, как она бегает. Просто поездка. Двадцать косарей были на двадцать косарей больше, чем я мог себе позволить прямо сейчас. Так что, просто поездка. Зачем мне вообще теперь такая машина? Моя жизнь превратилась в аккуратную маленькую петлю между Академией и внемировыми заданиями. Административная работа, бюджеты, пересмотры учебных планов, дисциплинарные слушания и бесконечная бумажная волокита поглощали всё остальное время. Ответственность умеет незаметно обтачивать человека. Год за годом. Не яростно. Не драматично. Просто медленно, пока острые грани тебя, твои безрассудные части, не становятся гладкими и тусклыми. Так что это не было срывом. Это была ностальгия. Поездка ради удовольствия. И ничего больше. По крайней мере, так я убеждал сам себя. Я выжал сцепление и повернул ключ, слушая, как с рёвом оживает двигатель. Я ожидал неуверенного старта или позорного чихания заброшенного механизма, но нет; это было мощное, уверенное зажигание – из тех, что пронизывают кузов автомобиля, словно рык зверя, когда V8 «Mustang» переходит в низкое, ровное урчание. Боги. Этот звук. Одного его хватило, чтобы пробудить во мне нечто, давно погребённое под однообразными днями бумажной работы и всей той скукой, что прилагается к должности главы Академии; воспоминания о том, как я улепетывал от копов на своём вишнёво-красном «Mustang» 1969 года – шины горят, радио воет, а ветер, хлещущий по лобовому стеклу, прижимает её низко к дороге, пока мы вместе, как идиоты, неслись по улицам Техаса. Те дни должны были остаться в прошлом, но до этого момента я и не осознавал, как сильно по ним скучал. Вибрация двигателя «Mustang» поднялась по рулевой колонке и передалась в мои ладони. Он казался живым так, как не казалось большинство современных машин; это был тот тип механизмов, что создавались в те времена, когда автомобили были членами семьи, а не просто переростками-гаджетами для удобства. Двигатель работал на холостом ходу в этом медленном, мускулистом ритме, задавая мне вопрос. “Ну что, погнали?” Что-то в моей груди ответило – что-то старое. Что-то, что годами было погребено под совещаниями, правилами и вежливыми ожиданиями. Двадцать косарей – это не так уж ужасно. Я отогнал эту мысль прежде, чем она успела пустить корни. Одно дельце. Одна неофициальная работёнка. Деньги не обязательно должны быть чистыми. Я задавил эту мысль ещё жёстче. Та версия моей жизни была окончена! Всё! В отставке – вместе с тем более молодым и безрассудным парнем, который вечно гонялся за адреналином. Но сидя здесь, с руками на руле и урчащим под собой двигателем… Что-то под рёбрами потягивалось, просыпаясь после долгого сна. Может, дело было в вибрации мотора. Может, в запахе бензина и тёплого металла. А может, это было просто напоминание о том, кем я когда-то был. Я медленно закатал рукава, обнажая татуировки на предплечьях – чернила, которые я обычно прятал под безупречным академическим костюмом. Это казалось странно торжественным, словно я сбрасывал кожу, которую устал носить. – Я имею в виду, мы всегда можем немного поторговаться, – пробормотал дилер, приняв мою заминку за нерешительность. Я слегка коснулся педали газа, и двигатель ответил резким, жадным рыком. Где-то под капотом раздался слабый писк, когда обороты поползли вверх – недостаточно громкий, чтобы указывать на серьёзные проблемы, но определённо не идеальный. Ослабленный ремень, возможно; что-то, что не затянули как следует – мелкий изъян, который скинет несколько сотен с цены подержанного авто, если надавить достаточно сильно. Так что эти двадцать косарей были не такими уж незыблемыми, как намекал дилер. Я перевёл рычаг на первую передачу и медленно отпустил сцепление. «Mustang» выкатился со стоянки дилерского центра с ленивой уверенностью хищника, потягивающегося после сна. Улица снаружи была почти пуста; автосалон находился на отшибе, не самое престижное место – неудивительно, что «Mustang» простоял без движения весь год. Я осмотрел дорогу. Несколько пикапов тащились в сторону шоссе, а в обратном ряду проехал фургон службы доставки. Места было предостаточно, и я не планировал ничего слишком безрассудного. Честно, не планировал. Я собирался ехать спокойно. Почувствовать управление. Может, немного поддать газу, просто чтобы посмотреть на реакцию двигателя. Ничего драматичного. Но у «Mustang» были другие планы. В тот миг, когда мы выехали на дорогу, двигатель взревел на более высоких оборотах, чем требовала моя нога. Машина жадно рванула вперёд, словно годами ждала, когда ей дадут волю. – Полегче! – пробормотал я, сбавляя газ. Машина меня проигнорировала. Руль слегка дёрнулся в моих руках, затем увереннее. Нос «Mustang» потянуло к въезду на шоссе, а не туда, куда я направлял машину, и ледяной холодок паники пробежал по моему позвоночнику. Я выровнял руль. Машина выровнялась сама. Её шины потянуло к въезду на шоссе, словно они следовали за магнитом, зарытым под асфальтом. – Так, это уже... Что-то было совсем не так. Руль снова воспротивился моему усилию, тяжёлый и упрямый. Я попытался направить нас в сторону тихой индустриальной улочки, но машина сама потащила себя обратно к развязке. Прежде чем я успел осознать происходящее, чёрный «Fox Body Mustang» девяносто второго года уже выезжал на трассу. Вторая передача. Двигатель взревел от восторга. Третья. Ускорение вдавило меня глубже в сиденье. Четвёртая. Стрелка спидометра поползла по циферблату быстрее, чем позволяли границы комфорта. – Не бойся, – радио вспыхнуло и выплюнуло несколько аккордов песни, прежде чем переключиться на другую станцию под гул глухого статического шума. Я повернулся к дилеру; тот, вытаращив глаза, мёртвой хваткой вцепился в потолочную ручку. Очевидно, это был не его голос. – Давай, детка… – запело радио на другом канале, но всё ту же песню: «Don’t Fear The Reaper». Дешёвый закос под «Кристину», но это сработало. Я почувствовал, как на затылке зашевелились волосы, а в зеркале заднего вида что-то шевельнулось. Сперва я подумал, что это просто солнечный блик от машины сзади, но шоссе было пустым. Тень всё равно никуда не делась. Тень, которой явно было не место в салоне. Что-то, подавшись чуть вперёд из темноты за задним сиденьем, наблюдало за мной. Я быстро отвёл взгляд. Кто-нибудь другой на моём месте сейчас бы уже лишился рассудка. Но я провёл достаточно времени среди всякой чертовщины, чтобы это казалось почти нормальным. Чёрт, это даже не первая моя машина с привидением. И всё же я был в её власти и пока не понимал, чего она от меня хочет. «Mustang» одобрительно зарычал, наслаждаясь игрой, которую он затеял со мной. – П-пожалуйста – заикаясь, пробормотал продавец, потянувшись к ремню безопасности. Тот наотрез отказался вытягиваться. – Мы можем обсудить цену на стоянке. Пожалуйста. Разворачивайтесь. В зеркале заднего вида промелькнула улыбка. – Я думаю, мы можем обсудить это прямо сейчас, – я вдавил педаль газа в пол, пока стрелка спидометра поползла по цифрам с пугающей скоростью. – В-восемнадцать т-тысяч! – пискнул продавец, закрывая глаза руками. – Я думаю, мы можем спуститься ещё немного ниже. Вы так не считаете? – я переключился на пятую передачу, позволяя «Mustang» испытать на прочность свои пределы и предел решимости дилера. – Хорошо! Ладно! Пятнадцать! Уже лучше, но всё равно больше, чем я готов был потратить. Я убрал ногу с газа, коротко ударил по тормозу и резко вывернул руль влево. Задние шины тут же сорвались в занос. «Mustang» боком пронёсся через четыре пустые полосы в идеальном силовом дрифте, широко размахивая задней частью и описывая плавную, безупречную дугу в 180 градусов. Запах палёной резины заполнил салон, вызвав у дилера приступ кашля. – Подумайте об этом на обратном пути, – я перехватил руль, когда машина выровнялась, теперь уже направляясь в сторону города. – Двенадцать штук – моя последняя цена, – я газанул, встретившись взглядом с полными ужаса глазами несчастного торговца. – Мне кажется, тут довольно много деталей под замену. Шины, например… Я бросил педаль сцепления. Задние колёса взвизгнули по асфальту, в клочья разрывая остатки резины, прежде чем «Mustang» зацепился за дорогу и рванул к автосалону.