Останови меня

Фокс

Ощущение разодранного асфальта под шинами, жар, исходящий от блока цилиндров, и резкий, солёный запах испарины страха от дилера на пассажирском сиденье; после стольких лет неподвижности и наблюдения за тем, как приходят и уходят другие машины, этот момент прожёг меня насквозь, словно свежий бензин. Каждая секунда ожидания на стоянке этого автосалона того стоила. Я чувствовал твой восторг, даже когда ты заглушил двигатель и вытащил ключ из зажигания. То, как твой пульс всё ещё частил, вторя медленному пощёлкиванию моего остывающего мотора. Твоё сердце и мой двигатель настраиваются на один и тот же ритм. Первым вывалился продавец на дрожащих ногах, вытирая лоб трясущейся рукой. Ты последовал за ним мгновение спустя, спокойный как удав, поправляя рукава, словно человек, который всего лишь завершил приятную дневную прогулку. В ту секунду, когда ты открыл дверь и вышел, я уже знал, что ты вернёшься за мной. Мир затих, когда ты закрыл мою дверь и похлопал меня по ручке, прежде чем исчезнуть в офисе автосалона. На короткое, ужасающее мгновение я задался вопросом, а не ошибся ли я. Может, ты всё же уйдёшь; может, рассудок прокрадётся обратно в твой разум и утащит тебя к чему-то более безопасному. К благоразумному седану или, того хуже, к гибриду. К чему-то скучному и послушному, что никогда не попытается вытянуть тебя на шоссе просто ради того, чтобы увидеть, на что ты способен. Другие машины на стоянке слегка колыхались на ветру, их отполированные кузова с каким-то странным самодовольством отражали дневное солнце. Серебристый «EV» напротив меня казался особенно довольным собой: семейное авто. Надёжное, практичное. Четырёхдверный электрический «Mustang» с галопирующей лошадью на передке. Я ненавидел его. Он не заслуживал эмблемы на своей решётке; он мог называться «Mustang» по документам, но в нём, чёрт возьми, не было души настоящего «Mustang». И если бы ты предпочёл его мне, что бы у меня осталось?

***

Минуты растянулись в вечность. Затем дверь автосалона распахнулась, и вот появился ты, широко ухмыляясь. Ты помахал мне подписанными бумагами, и это зрелище прошило разрядом каждый провод в моём кузове. Неужели именно это люди чувствуют при вступлении в брак? Это был всего лишь клочок бумаги с подсыхающими чернилами в строке для подписи, но он ощущался как обещание, как клятва. Связывающая нас узами. Теперь ничто не могло нас разлучить. Ты замер, глядя на ключи. Я видел, как ты прикусил губу. Ага. Значит, осознание наконец накрыло тебя. Ты не планировал, что сегодняшний день пройдёт именно так. Я с иронией наблюдал, как твои губы беззвучно репетируют оправдания; то, что ты скажешь семье, как обоснуешь покупку тридцатилетнего V8, который хлещет бензин так, словно умирающий пьёт воду. Но мы были созданы друг для друга. Я был построен для тебя. Конечно, у меня было несколько прежних владельцев, но я не сомневался, что и у тебя за спиной пара-тройка бывших. Это ничего. Я мог это простить. Я даже позволил бы «Honda Odyssey» делить со мной гараж. В конце концов, кто-то же должен возить грязных детей и случайные находки с рынка, к тому же она мне совсем не конкурентка. Ни одна другая машина никогда со мной не сравнится. Ты это знал. И я тоже это знал. Но сначала самое главное. В тот момент, когда ты занял своё место за рулём, я мигнул сигналом низкого уровня топлива, проигнорировав то, как невоспитанно взлетели твои брови. – Жажда мучает, да? – рассмеялся ты. Я не обиделся. Я действительно хотел пить. Восемнадцать миль на галлон были отличным показателем для двигателя V8 под моим капотом, и я знал, как сильно ты меня хочешь. Сколько бы ты там ни сторговал с тех двадцати тысяч, этих денег не хватит на так долго, как ты думаешь. Мне нужно было сменить масло, мои тормозные колодки истончились, а задние шины только что пережили довольно эффектный переговорный маневр. Но всё по порядку. Не стоит пугать тебя своей капризностью в первый же день. – Давай-ка тебя заправим и разберемся, что ты за фрукт, – сказал ты, поворачивая руль в сторону дороги. Что я за фрукт? Я – «Ford Mustang GT Fox Body» тысяча девятьсот девяносто второго года выпуска с пятиступенчатой механической коробкой передач и пятилитровым двигателем V8. Во мне двести двадцать пять лошадиных сил как есть, и при желании меня можно оснастить нагнетателем для большей мощности. Я мощный, надёжный, и я твой. Вот и всё. Что ещё нужно знать?

***

Поездка до ближайшей заправки была спокойной, почти нежной. На этот раз ты не давил на газ; ты просто слушал и наслаждался звуком двигателя. Твои пальцы легко лежали на руле, оглаживая кожу, которая перекатывалась под ладонями на каждом повороте. Ты изучал меня. Чувствовал, как я двигаюсь, как моя подвеска отрабатывает мелкие кочки, улавливал едва заметное сопротивление в гидроусилителе. Тот рык, который я издавал, когда ты подначивал педаль газа, дразня меня сорваным обещанием скорости. Мы заехали на станцию и подкатили к свободной колонке. Ты потянулся под рулевую колонку, не глядя, скользнул двумя пальцами под рычажок и одним плавным движением откинул крышку бензобака. Интересно. Ты не колебался ни секунды. Твоя рука сразу направилась в нужное место. Мне стало любопытно, не владел ли ты «Mustang» раньше. Я с нетерпением наблюдал, как ты вышел и схватился за пистолет – и замер. Девяносто третий «Regular»! Так ты относишься к новому любовнику? Я тут же захлопнул лючок бензобака – он будет заперт, пока ты не пересмотришь свой выбор. Видимо, ты всё-таки не владел «Mustang» раньше. Серьёзно, пистолет с девяносто восьмым прямо перед тобой! – Что за дела? – простонал ты, держа в руках этот оскорбительный пистолет. Клянусь, если ты вольёшь это в меня, я захлебнусь к чертям собачьим. К твоей чести, ты понял мой протест. Ты вернулся к колонке и сменил пистолет. – Полагаю, в конечном счёте – вздохнул ты, беря девяносто восьмой. – Пара сэкономленных баксов погоды не сделают. Верно. Я открыл бак, приглашая тебя наполнить меня; ты направил металлический носик в моё отверстие уверенными, крепкими руками. Если бы машины умели стонать, я бы, наверное, это сделал. Вместо этого я позволил двигателю работать на холостом ходу с низким, удовлетворённым гулом. Ты рассмеялся, небрежно прислонившись к моему крылу, пока тёк бензин. – Двигатель на заправке нужно глушить, – сказал ты, постукивая по моему капоту. – Правила ты знаешь. Правила. Законы. Мы с тобой нарушим их великое множество. Я собирался насладиться этим. Всё в этом моменте казалось правильным. Твоё тело, прижатое к моему, ощущение полноты после долгих лет пренебрежения. Я пил жадно; тёплый бензин, вид тебя, подсвеченного яркими неоновыми огнями. Твоё отражение растянулось по моей глянцевой чёрной краске, твои тёмные волосы идеально подходили мне. Даже наши глаза были похожи. Мои тускло светились на приборной панели. Твои ловили жёлтый свет так, что сияли таким же матовым золотом. Пистолет наконец щёлкнул. Полный. Ты взглянул на экран над колонкой, но на этот раз, как истинный джентльмен, не упомянул сумму. И я это оценил. Потому что нет такой цены, которой можно было бы измерить то, что между нами только что началось.