Бетон и надежда.

Пятница, 22:15. Общая гостиная. Сразу после ухода Пака Сонхуна. Тишина в комнате была такой плотной, что можно было услышать, как тикают часы на стене. Намджун стоял у двери, всё ещё глядя на закрывшуюся створку, словно хотел увидеть сквозь неё уходящего капитана «Чонгу». Остальные замерли в тех же позах, в каких их застал визит. Первым нарушил молчание Юнги. Он открыл оба глаза и медленно произнёс: — Он хочет нас унизить. На своей площадке, при своих зрителях. Он не просто бросил вызов — он пришёл посмотреть на нас, как на цирковых уродцев. — Я тоже это почувствовал, — тихо сказал Чимин, ставя чашку на стол. — Его голос, его взгляд… он нас не уважает. — Конечно, не уважает, — фыркнул Хосок, вставая с пола. — Мы — команда, которая тренируется на бетоне под дождём, у нас нет тренера, нет нормальной формы, даже мяч у нас старый. Мы для него — шутка. — Тогда докажем, что это не так, — сказал Чонгук, и его голос прозвучал твёрже, чем ожидал он сам. — Мы выйдем и сыграем. — Легко сказать, — вздохнул Джин, убирая ложку. — Мы видели их команду на прошлой неделе в спортзале, когда заходили за формой. Они тренируются с профессиональным тренером, у них есть тактическая доска, нормальное оборудование, они играют друг с другом уже два года. А мы… — А мы — семь парней, которые познакомились две недели назад, — закончил за него Намджун, поворачиваясь к остальным. — Да, это так. Но я вам скажу кое-что ещё: мы учимся быстрее, чем они. Потому что у нас нет выбора. Мы не можем позволить себе проиграть просто так. Если мы проиграем, мы проиграем с честью. Но я не собираюсь проигрывать. — Ты серьёзно думаешь, что мы можем их обыграть? — спросил Тэхен, который всё это время молча смотрел на свои рисунки, а теперь поднял глаза. — Через неделю? — Я думаю, что мы можем попытаться, — ответил Намджун. — И это уже больше, чем ничего. Он подошёл к столу, на котором всё ещё лежала карта мира, разрисованная их схемами, и положил на неё ладонь. Пальцы ощутили шершавую бумагу, и он провёл по ней, чувствуя каждую складку. — У нас есть семь дней. Семь дней интенсивных тренировок. Мы отработаем защиту до автоматизма. Мы научимся быстро переходить из защиты в нападение. Мы будем играть так, как не играет ни одна команда в этом колледже. Стиль — наше преимущество. Мы странные, непредсказуемые, мы думаем не как баскетболисты, а как музыканты, танцоры, художники, философы и повара. И это нас спасёт. — Ты хочешь, чтобы я танцевал на площадке? — спросил Хосок, но в его голосе уже появилась улыбка. — Если это поможет — да, — серьёзно сказал Намджун. — Танцуй, прыгай, делай что угодно. Сбивай их с толку. — Тогда я буду петь, — сказал Тэхен. — Это их точно собьёт. — Только если ты не будешь петь во время моего броска, — предупредил Юнги. — Я могу сбиться. — Ты никогда не сбиваешься, — сказал Чимин. — Ты слишком ленив, чтобы сбиваться. Все засмеялись, и напряжение немного спало. Намджун достал свой блокнот и открыл чистую страницу. Он не просто писал — он набросал схему площадки, отметил позиции каждого, поставил точки и стрелки. Он обводил пальцем их половину площадки, ставил точки, где должен стоять каждый. Он не просто бормотал — он рисовал хаос, который должен был стать их порядком. — План на неделю. Завтра, в субботу, мы не отдыхаем. Мы выходим на площадку в 6 утра и играем до обеда. Затем теория. В воскресенье — то же самое. В понедельник после лекций — разбор их игры. Я попросил старосту спортфака записать их последний матч на видео. Я посмотрю и сделаю схему. — Откуда у тебя связи? — удивился Джин. — У меня нет связей, — усмехнулся Намджун. — Я просто попросил. Вежливо. — Это работает только с тобой, — сказал Юнги. — Остальные бы получили по лицу. — Поэтому я капитан, — улыбнулся Намджун. Он посмотрел на часы. — Поздно. Ложитесь спать. Завтра начинается наш марафон. Все разошлись по комнатам, но Намджун ещё долго сидел у стола. Он не просто смотрел на карту — он водил пальцем по линиям, которые они нарисовали, чувствуя шероховатости карандаша на бумаге. Он чертил новые маршруты, отмечал, где должен стоять каждый, чтобы зона защиты не проваливалась. Его рука двигалась быстро, уверенно, оставляя на карте следы будущих побед — или поражений. Он ставил точку за точкой, пока не почувствовал, что схема созрела в его голове. Потом он закрыл блокнот и вышел из гостиной. ─── Суббота, 5:45 утра. Общежитие. Коридор. Первый поднялся Чимин. Он аккуратно вышел из комнаты, стараясь не разбудить Хосока, который спал на верхней койке и издавал тихие звуки, похожие на дыхание бегущего оленя. Чимин прошёл в общую ванную, умылся, привёл себя в порядок, затем заглянул на кухню. Джин уже был там. — Ты тоже не спал? — спросил Чимин. — Я встал в пять, — признался Джин. — Не мог уснуть. Всё думал о матче. — Мы все думаем. — Я сварил кашу, — сказал Джин, указывая на кастрюлю. — Овсянка с яблоками и мёдом. Это даст энергию на три часа. — Ты гений, — сказал Чимин, садясь за стол. Один за другим начали просыпаться остальные. Хосок вылетел из комнаты уже в кроссовках, даже не успев почистить зубы. Чонгук появился с мокрой головой, вытирая волосы полотенцем. Тэхен вышел в своей любимой винтажной футболке, которая явно не подходила для спорта, но он её не снял. Юнги пришёл последним, натянув на себя первую попавшуюся толстовку. — Каша? — спросил он сонно. — Каша, — подтвердил Джин. — Садись. Они поели быстро, почти не разговаривая. Все понимали: сегодня начинается их испытание. ─── 6:30. Площадка. Утро, туман ещё не рассеялся. Они выбежали на площадку. Асфальт был холодным и шершавым под кроссовками — покрытие, усеянное мелкими трещинами, которые ощущались даже через подошву. Щит с кольцом слегка качался от ветра, ржавые болты поскрипывали при каждом порыве. Воздух пах мокрой травой и предрассветной сыростью, смешанной с запахом старого бетона, который нагревался под солнцем, но сейчас был ещё ледяным. Намджун стоял в центре площадки с мячом в руках. Кожа мяча была шершавой — старая, потёртая, с едва заметными царапинами. Он сжал его, чувствуя, как пальцы впиваются в поверхность. Остальные выстроились полукругом перед ним. — Сегодня мы отрабатываем три вещи, — сказал он. — Быстрый переход. Зонная защита. И комбинацию «пик-н-ролл» с двумя вариантами. Это наше оружие. Если мы сможем делать это быстро и чётко, у нас есть шанс. — А что с бросками? — спросил Чонгук. — Броски мы отрабатываем в конце. Когда мышцы устанут, чтобы привыкнуть к точным движениям в уставшем состоянии. — Жестоко, — заметил Юнги, но уже пошёл на свою позицию. Намджун разделил их на две команды: жёлтые (он, Чонгук, Джин) и зелёные (Хосок, Чимин, Тэхен, Юнги). У них не было ни судьи, ни правил — только цель: отработать комбинацию, пока она не станет автоматической. — Жёлтые атакуют, — сказал Намджун. — Чонгук, ты ведёшь. Я ставлю заслон. Джин, ты под кольцом. Зелёные, ваша задача — перекрыть зоны и не дать Чонгуку пройти. Чонгук повёл мяч. Его кроссовки скрипели по мокрому асфальту, и каждый шаг отдавался в ногах вибрацией. Он двигался быстро, но Хосок уже подскочил к нему, перекрывая путь. Чонгук попытался обойти слева, но там стоял Чимин. Тогда он отдал пас Намджуну, который уже поставил заслон для Юнги. Намджун принял мяч — его ладони ощутили резкий удар от паса — и передал его Джину, который оказался под кольцом. Джин прыгнул — его колени согнулись, мышцы напряглись, — но его бросок был слишком силён, мяч с глухим стуком отскочил от щита. — Не попадаешь, — сказал Юнги, подбирая мяч. Его пальцы легли на кожу, и он покатал её, привыкая. — Я слишком сильно, — признался Джин. — Сделай мягче, — посоветовал Чонгук. — Кисть расслабь. Чувствуй, как мяч выходит из пальцев, а не бей по нему. — Легче сказать. — Попробуй с закрытыми глазами, — предложил Тэхен. — Как я. Просто представь, что мяч — это воздушный шар. Он лёгкий. Не заставляй его лететь, просто отпусти. — Воздушный шар? — переспросил Джин. — Я его проколю? — Не проколешь, — серьёзно сказал Тэхен. — Просто… отпусти. Позволь ему улететь. Джин взял мяч, закрыл глаза и попробовал повторить. Мяч мягко коснулся кольца, покрутился и упал внутрь с тихим шелестом сетки. — Получилось! — закричал Хосок. — Я ничего не делал, — удивился Джин. — Просто кинул. — Это и есть правильный бросок, — сказал Намджун. — Не сила, а чувство. Они отрабатывали эту схему снова и снова. Чонгук привык отдавать пас, а не забивать сам. Намджун учился ставить заслон так, чтобы не получить в ответ локтём. Джин учился бросать мягко. Хосок привыкал перекрывать зону, а не бегать за мячом. Чимин учился быть быстрее и не падать при столкновении. Тэхен учился быть там, где его не ждут. Юнги… Юнги просто стоял на трёхочковой линии и забивал каждый раз, когда мяч доходил до него, но он тоже учился — отдавать, если соперник слишком близко. Через час они сделали перерыв. Все сидели на бетоне, который уже успел нагреться от солнца, но всё ещё был твёрдым и колючим через тонкие шорты. Они пили воду из пластиковых бутылок, чувствуя, как жидкость остывает в горле, и тяжело дышали. — У нас есть семь дней, — сказал Намджун. — Но если мы будем тренироваться так каждый день, мы будем готовы. — Мои ноги уже не мои, — сказал Хосок, растирая икры. — Но я хочу больше. — Ты безумец, — усмехнулся Юнги. — Это ты безумец, — ответил Хосок. — Ты даже не вспотел. — Я экономлю энергию. — Ладно, — сказал Намджун, вставая. — Ещё один подход. Теперь я хочу, чтобы все отработали передачу в движении. Без ведения, только пасы. Чонгук и Юнги, вы в центре, остальные на флангах. Пасуем, бежим, ловим, бросаем. Они начали. Тэхен пасовал Чимину, тот — Хосоку, Хосок — Джину, Джин — Намджуну, Намджун — Чонгуку, Чонгук — Юнги. Юнги поймал, отдал назад Чонгуку, и тот забил с лёта. — Отлично! — закричал Намджун. — Ещё раз! И они снова побежали. С каждым разом пасы становились точнее, бег — слаженнее. К концу тренировки они уже могли делать это с закрытыми глазами. ─── 11:00. Общая гостиная. Теория. После тяжёлой утренней тренировки они сидели на полу в гостиной, и Намджун показывал им наброски тактик, которые он делал всю ночь. На листах бумаги были нарисованы позиции игроков «Чонгу» — он узнал их из видео прошлого матча. — Смотрите, — сказал он, указывая карандашом. — Их капитан Сонхун — разыгрывающий. Он быстрый, любит проходить по центру. Их центровой — высокий, но медленный. У них есть снайпер на левом фланге. Нам надо их разделять. — Как? — спросил Чонгук. — Мы будем играть плотно в центре. Чимин, Хосок, вы — маленькие, юркие, вы их будете раздражать. Джин, ты закроешь центрового. Тэхен, ты закроешь снайпера, даже если тебе придётся танцевать перед ним. Юнги, ты будешь их бомбардиром, но ты должен прятаться за другими. — Прятаться за другими? — переспросил Юнги. — Это как? — Ты будешь двигаться за Чонгуком, — объяснил Намджун. — Он будет привлекать внимание, а ты — оказаться на свободной позиции. И бросать. — Звучит как план, — сказал Юнги. — Но надо тренировать это. — Мы будем тренировать, — пообещал Намджун. — Каждый день. Сейчас — обед, потом лекции, вечером — снова площадка. — Когда мы спим? — спросил Чимин. — Мы спим по ночам, — сказал Намджун. — Как нормальные люди. — Мы уже не нормальные, — заметил Тэхен. — Мы — баскетбольная команда. ─── 13:00. Лекция по анатомии. Чонгук сидит на первом ряду. На этот раз он не убежал. Он сидел, смотрел на профессора и слушал. Профессор объяснял строение коленного сустава, и Чонгук записывал каждое слово. Он представил, что сустав — это шарнир, который должен быть прочным, чтобы выдерживать его прыжки. Когда профессор сказал о мениске, Чонгук поднял руку. — Да, господин Чон? — удивился профессор. — Если мениск повреждается, сколько времени требуется на восстановление? Профессор посмотрел на него с интересом: — Зависит от степени. Обычно от четырёх до шести недель. А почему вы спрашиваете? Хотите избежать травмы? — Я хочу знать, как тренироваться, чтобы не повредить колени, — ответил Чонгук. — Отличный подход, — одобрил профессор. — Для этого нужно укреплять мышцы вокруг сустава, правильно приземляться и избегать слишком резких поворотов. Чонгук кивнул и записал. Намджун, который сидел через два ряда от него, улыбнулся. Чонгук изменился. Он учился. ─── 16:00. Тренировка в спортзале (запасной зал, без окон, с покрытием, которое уже отклеивалось по углам). Они попросили у администратора разрешение использовать зал по вечерам. Им дали ключ, сказав, что он свободен с 16 до 19. Здесь было лучше, чем на бетонной площадке: ровный пол, кольца на нормальной высоте, было тепло и сухо. Пол был резиновым, пружинил под ногами, и они чувствовали, как он амортизирует каждое приземление. — Сегодня играем полный матч, — объявил Намджун. — Четыре четверти по десять минут. Никаких остановок. Только если фол. Они разделились на команды: Намджун, Чонгук, Джин, Хосок, Чимин против Юнги, Тэхена и троих желающих из соседних комнат, которых они позвали, чтобы получить 5 на 5. Это были студенты-старшекурсники, которые согласились помочь за пиццу. — Мы будем использовать новые схемы, — предупредил Намджун. — Увидим, — усмехнулся один из них. Матч начался. Чонгук сразу повёл мяч, но его защищал высокий парень, который перекрывал ему путь. Чонгук отдал пас Намджуну. Намджун, вместо того чтобы бежать, поставил заслон, и Чимин проскользнул к кольцу, принял пас и забил. — Красиво, — сказал старшекурсник. — Это только начало, — ответил Намджун. Они играли жёстко, но честно. Чонгук бегал как заведённый, Хосок прыгал выше всех, Джин блокировал с такой силой, что мяч отлетал на половину зала. Чимин юрко проскальзывал между защитниками. Намджун руководил игрой, отдавая короткие пасы. А Юнги, на стороне противника, стоял на трёхочковой линии и методично забивал один бросок за другим. — Ты невыносим, — сказал ему Намджун после третьего трёхочкового. — Я знаю, — ответил Юнги. — Поэтому ты меня любишь. В конце четвёртой четверти счёт был равным — 48:48. Старшекурсники устали и начали сбавлять темп. Намджун воспользовался этим и отдал пас Чонгуку, который в прыжке забил победный мяч за две секунды до конца. — Ничья! — закричал Хосок. — Мы сравняли счёт! — Это не победа, — поправил Намджун. — Но это прогресс. — Мы играли с ними на равных, — сказал Джин, утирая пот. — С парнями, которые занимаются баскетболом уже два года. — Мы будем играть лучше, — пообещал Чонгук. После матча старшекурсники попросили пиццу, и они вместе сидели в коридоре, ели и обсуждали игру. Один из них, по имени Чхве Джинхё, оказался баскетбольным фанатом, который когда-то играл в юношеской сборной. — У вас есть потенциал, — сказал он. — Но у вас нет структуры. Вы слишком хаотичны. В матче против дисциплинированной команды вы растеряетесь. — Мы знаем, — сказал Намджун. — Поэтому мы тренируемся. — Вам нужен тренер, — сказал Чхве. — Кто-то, кто сможет поставить вам игру. — Мы ищем, — ответил Намджун. — Но пока у нас есть только мы. Чхве посмотрел на них и сказал: — Я знаю одного человека. Он тренировал меня в старшей школе. Его зовут Кан Сокхён, бывший защитник профессиональной лиги. Он сейчас работает в нашем колледже, ведёт кружок по баскетболу для детей. Если уговорите его, он может помочь вам. — Где его найти? — спросил Чонгук. — Он по субботам бывает на стадионе, в малом зале. Идите завтра утром, я скажу ему, что вы придёте. Намджун посмотрел на остальных. В их глазах горел огонь. — Завтра в 8 утра, — сказал он. — Мы идём к тренеру Кану. ─── Воскресенье, 7:45. Стадион, малый зал. Они стояли перед закрытой дверью. За ней слышались звуки — свисток, удары мяча, команды. Намджун постучал. Дверь открылась, и они увидели его: мужчина лет сорока, в спортивном костюме, с проседью на висках, но с живыми глазами, которые смотрели настороженно. — Чхве Джинхё сказал, что вы придёте, — сказал он. — Вы та самая команда с третьего этажа? — Да, — ответил Намджун. — Мы хотели бы попросить вас стать нашим тренером. У нас через неделю товарищеский матч против «Чонгу». Кан Сокхён усмехнулся: — Я знаю «Чонгу». Их тренер — мой бывший коллега. Они сильны. Вы хотите сыграть с ними, даже не имея тренера? — Мы хотим сыграть с ними, потому что у нас есть команда, — сказал Чонгук, выходя вперёд. — Мы готовы учиться. Мы готовы работать. Мы будем делать всё, что скажете. — Я могу требовать много, — предупредил Кан. — Я не буду церемониться. — Мы не просим церемоний, — сказал Намджун. — Мы просим шанса. Кан посмотрел на них долгим взглядом. Затем он сказал: — Покажите, что вы умеете. У вас есть двадцать минут. Я посмотрю. Они вышли на площадку. Кан сел на скамейку, скрестил руки и стал наблюдать. Намджун распределил их по позициям. Начали играть, но они чувствовали на себе его взгляд. Чонгук был быстрее обычного, Хосок прыгал выше, Чимин двигался чище, Джин бросал мягче. Тэхен сделал свой странный бросок с закрытыми глазами — и попал. Юнги забил три трёхочковых подряд. Намджун руководил так, будто на кону стояла жизнь. Через двадцать минут Кан поднял руку: — Достаточно. Они остановились, тяжело дыша, и ждали его вердикта. — Я вижу, — сказал Кан, вставая, — что у вас есть игровой интеллект. Вы знаете свои сильные стороны. Но вы играете каждый сам за себя. Нет системы, нет взаимодействия. В защите вы теряете позиции. В нападении вы импровизируете, но без плана. Это хорошо для уличного баскетбола, но плохо для матча против организованной команды. — Мы хотим научиться, — сказал Намджун. — Я могу вас научить, — сказал Кан. — Но вы должны слушаться меня беспрекословно. Никаких споров на тренировках. Я говорю — вы делаете. — Идёт, — сказал Намджун. — И ещё, — добавил Кан, глядя на них. — Я не обещаю, что вы выиграете через неделю. Но я обещаю, что вы не будете выглядеть как новички. — Это всё, что нам нужно, — сказал Чонгук. Кан кивнул: — Тогда завтра в 6 утра на этой площадке. Не опаздывать. Они вышли из зала, чувствуя, как внутри поднимается волна уверенности. У них появился тренер. Теперь всё было по-настоящему. ─── Понедельник, 6:00 утра. Малый зал. Первая тренировка с тренером Каном началась с того, что он заставил их бегать кругами без мяча. Просто бегать — десять минут. Они бежали, чувствуя, как разогреваются мышцы, как пот начинает стекать по спине, как покрытие под ногами пружинит и возвращает энергию. Потом он дал им растяжку, которую они никогда не делали. — Баскетбол — это не только сила и прыжки, — говорил Кан. — Это гибкость и выносливость. Если вы не гибки, вы получите травму. Я не хочу, чтобы кто-то из вас вылетел до матча. Затем он начал объяснять их новую систему защиты: «зону 2-3». — Смотрите, — сказал он, рисуя схему на доске. — Два игрока вверху, три внизу. Вы закрываете пространство, а не игроков. Это сбивает с толку противников. — Мы пробовали зону, — сказал Хосок. — Вы пробовали, но неправильно, — сказал Кан. — Вы должны двигаться как одно целое. Когда мяч смещается — вы смещаетесь. Вот здесь… — он показал на доске, — Чонгук и Хосок — вы наверху. Вы должны перекрывать проходы. Чимин, Джин, Тэхен — вы внизу. Вы защищаете кольцо и подбираете мяч. — А где я? — спросил Юнги. — Ты не в защите, — сказал Кан. — Ты будешь начинать атаку. Твоя задача — перехватывать и бросать с дистанции. — Я люблю это, — сказал Юнги. — Я знаю, что любишь, — усмехнулся Кан. — Но ты тоже должен отрабатывать защиту. В крайнем случае. Они тренировали защиту до тех пор, пока не начали двигаться синхронно. Сначала медленно, потом быстрее. Кан поправлял их, показывал на ошибки, заставлял повторять снова и снова. — Хорошо, — сказал он после часа. — Теперь нападение. Он объяснил им новую схему: «Атака через заслон с выходом на трёхочковую». Чонгук должен был вести мяч, Намджун ставил заслон, а затем либо сам выходил на бросок, либо отдавал пас. Джин и Чимин создавали угрозу под кольцом. Тэхен был в углу, готовый к броску. Юнги — на трёхочковой линии. — Мы отрепетируем это сто раз, — сказал Кан. — Пока не сможете делать это во сне. И они начали. Снова и снова. С ошибками, с падениями, с недопониманием. Но с каждым разом всё лучше. К концу тренировки они могли провести эту атаку без лишних движений. — Отлично, — сказал Кан. — Завтра добавим ещё одну схему. А пока — отдых. У вас есть лекции. — Тренер, — сказал Чонгук. — А мы сможем обыграть «Чонгу»? Кан посмотрел на него: — Я не знаю. Но я знаю, что вы сможете не ударить в грязь лицом. А это главное. ─── Вторник. После лекций. Снова зал. На этой тренировке Кан добавил второй вариант атаки: «Пик-н-ролл с выходом под кольцо». — Иногда защитники будут закрывать трёхочковую, — объяснил он. — Тогда вы должны идти под кольцо. Чонгук, ты передаёшь Намджуну, а сам идёшь на проход. Намджун, ты отдаёшь пас на проход. Если их центровой смещается, ты бросаешь сам. Если нет — идёшь в проход и либо забиваешь, либо отдаёшь Джину. — Это сложно, — сказал Джин. — В этом суть, — сказал Кан. — Простые схемы легко читаются. Сложные — нет. Они тренировали эту комбинацию до седьмого пота. Чонгук учился ждать, Намджун учился бросать с разворота, Джин учился принимать пас под кольцом. К вечеру они уже не могли держать мяч в руках от усталости, но чувствовали прогресс. Кан кивнул: — Завтра отрабатываем защиту против их капитана. Я принёс видео. ─── Среда. Зал, на стене висит проектор. Кан показал им нарезку игры Сонхуна. Он двигался быстро, любил резкие остановки и резкие рывки. Его бросок со средней дистанции был почти безошибочным. — Чтобы остановить его, вы должны держать его перед собой, — сказал Кан. — Не позволяйте ему разогнаться. Чонгук, ты будешь его защищать в первой линии. Если он проходит, Хосок подстраховывает. — А если он пройдёт нас обоих? — спросил Хосок. — Тогда Чимин или Джин ставят блок. Никогда не давайте ему пространства. Они тренировали защиту против имитации Сонхуна. Чонгук пытался не дать Хосоку пройти, Хосок пытался проходить. Было трудно. Сонхун был быстрее, но Чонгук был выше и сильнее. Он учился использовать свои габариты. — Не прыгай на его фишки, — сказал Кан. — Стой на ногах. Жди. Он ошибётся раньше, чем ты. ─── Четверг. Утренняя тренировка. Сегодня Кан был особенно строг. Он заставил их сыграть три матча подряд без замен. — Вы должны привыкнуть к усталости, — сказал он. — В матче вы не сможете отдыхать. Только короткие тайм-ауты. Они играли, и в третьем матче их ноги начали подкашиваться, броски стали кривыми, защиты — провальной. Но они продолжали. — Держитесь! — кричал Намджун. — Ещё две минуты! Чонгук, собравшись с силами, перехватил мяч и отдал пас Юнги, тот забил трёхочковый. Счёт стал равным. – Время, — сказал Кан. — Стоп. Они попадали на пол, не в силах стоять. — Вы выдержали, — сказал Кан с лёгкой улыбкой. — Это хорошо. Теперь ваша задача — восстановиться до субботы. Я не даю вам тренировки в пятницу. Только лёгкая A разминка. — Мы будем отдыхать? — спросил Чимин с надеждой. — Вы будете вспоминать то, что выучили, — сказал Кан. — И доверять друг другу. _____ Пятница. Вечер. Общая гостиная. Никто не тренировался. Они просто сидели в кругу. Джин приготовил ужин — курицу с рисом и овощами. Хосок включил музыку, но тихую. Тэхен рисовал что-то на листке, а Чонгук читал учебник по анатомии. — Я волнуюсь, — признался Чимин. — Мы все волнуемся, — сказал Намджун. — Но это нормально. — Мы выйдем на площадку, — сказал Юнги, не открывая глаз. — И просто сыграем. Как на тренировках. Без лишних мыслей. – Легко тебе говорить, — усмехнулся Хосок. — Ты просто стоишь на месте. — Я тоже двигаюсь, — возразил Юнги. — Я двигаю головой, чтобы следить за мячом. Все засмеялись. — Я горжусь вами, — вдруг сказал Джин. Не знаю, как получится завтра, но я горжусь тем, что мы прошли этот путь. — Вместе, — добавил Тэхен. — Мы прошли его вместе. Намджун посмотрел на каждого из них и сказал: Завтра мы выходим на площадку. Мы сделали всё, что могли. Остальное — просто играть. И помнить, что мы — команда. Они обменялись взглядами — и в каждом из них горел тот огонь, который не могли погасить никакие сомнения. ______ Но это был ещё не конец вечера. Посиделки только начинались. Когда тарелки опустели, а чай был допит до дна, никто не ушёл в свои комнаты. Все сидели на полу в гостиной, поджав ноги, укрывшись пледами, которые Джин раздал каждому. За окном уже стемнело, и только свет настольной лампы освещал их лица. - Знаете, — сказал Хосок, жуя печенье, которое Джин испёк специально для этого вечера. — Мы так много тренировались, что я почти забыл, как выглядит обычный вечер. — Это и есть обычный вечер, — ответил Тэхен, не отрываясь от своего блокнота. — Мы сидим вместе, говорим, рисуем. Разве это не обычное? — Обычное для нас, — улыбнулся Чимин. — Но не для других. — А что другие? — фыркнул Юнги. — Другие не сидят в пижамах в пятницу вечером и не обсуждают, как они будут завтра бегать за мячом, рискуя сломать шею. – Ты рискуешь только заснуть на площадке, — подколол его Чонгук. — Я засыпаю только после того, как забиваю три подряд, — парировал Юнги, не открывая глаз. – Это был удар ниже пояса, — сказал Хосок, прижимая руку к груди. — Но справедливый. — А давайте честно, — сказал Джин, откидываясь на диван. — Кто из нас действительно боится завтрашнего матча? Тишина повисла в комнате. Все переглянулись. — Я боюсь, — признался Чимин первым. — Не потому, что я слабый. А потому что я не хочу подвести вас. Я знаю, что я маленький, что меня легко обойти. Но я хочу быть там, где нужно. — Ты у нас самый быстрый, — сказал Намджун. — И самый точный в защите. Ты не подведешь. — А я боюсь, что не успею за Сонхуном, сказал Хосок. — Он быстрее меня. Я знаю. Я видел его игры. Но я хотя бы попытаюсь его раздражать. – Ты уже его раздражаешь, — усмехнулся Юнги. — Ты всех раздражаешь своим прыгучим счастьем. — Это комплимент? — нахмурился Хосок. – Это факт, — улыбнулся Юнги. — А я боюсь... — начал Тэхен, и все повернулись к нему. Он поднял глаза от блокнота. — Я боюсь, что мой бросок не сработает. Что когда я закрою глаза, мяч упадёт не туда. Но я всё равно попробую. Потому что если я не попробую, я никогда не узнаю. — Это самое мудрое, что я слышал сегодня, — сказал Намджун. – Это не мудрость, — ответил Тэхен. — Это просто... Я. — А я боюсь, что упаду, — сказал Джин. — Не на площадке, а в жизни. Что я не смогу быть достаточно сильным для всех вас. — Ты — наша стена, — сказал Чонгук. — Ты держишь нас всех. Даже когда ты не на площадке, ты держишь. — Спасибо, — тихо сказал Джин и отвернулся, чтобы никто не видел его влажных глаз. – А я боюсь, – сказал Чонгук, – что не справлюсь с ожиданиями. Что все будут ждать от меня многого, а я... я просто человек. — Ты — больше, чем человек, — сказал Намджун. — Ты — наше будущее. И настоящее. — А ты? — спросил Чонгук, глядя на капитана. — Ты чего боишься? Намджун замолчал. Он смотрел на свои руки, потом на каждого из них. — Я боюсь, — сказал он медленно, — что я не смогу быть достаточно хорошим капитаном. Что я подведу вас. Что я сделаю неправильный выбор. И что кто-то из вас пострадает из-за меня. — Никто не пострадает, – твёрдо сказал Чимин. – Мы идём вместе. И мы не дадим друг другу упасть. – Это не про падения, — сказал Юнги, открывая глаза. — Это про то, что мы умеем вставать. Мы уже вставали. Мы будем вставать. Даже если завтра мы проиграем – мы встанем. Даже если кто-то ошибётся — мы встанем. Мы — команда. Тишина повисла в воздухе, но это была тёплая тишина. — А давайте придумаем что-то смешное, предложил Хосок, чтобы разрядить атмосферу. — Например, если Юнги завтра заснёт на площадке, мы его разбудим, крикнув «атака!». — Я не сплю на площадке, — возразил Юнги. — Ты спишь везде, — парировал Чимин. — Я видел, как ты заснул в раздевалке, стоя. – Это была медитация, — невозмутимо ответил Юнги. — Ты храпел, — сказал Тэхен. — Это была вибрация. Все засмеялись. — А если Чонгук забьёт победный мяч, — сказал Джин, — мы выбежим на площадку и сделаем волну. – Ты серьёзно? — спросил Чонгук, покраснев. – Всегда. — А если я промахнусь? — спросил Тэхен. — Тогда мы скажем, что ветер подул, – ответил Намджун. — Это всегда срабатывает. – Ветер не всегда дует в зале, — заметил Чимин. — Тогда мы скажем, что это был дух баскетбола, — улыбнулся Хосок. – Ты веришь в духов? — спросил Юнги. – Я верю в нас, — ответил Хосок. Они замолчали, и вдруг Джин сказал: — А знаете, что я понял за эту неделю? — Что ты лучший повар в мире? — спросил Чимин. – Это я знал и раньше, — улыбнулся Джин. Я понял, что мы — не просто команда. Мы — настоящая семья. Мы ссоримся, мы смеёмся, мы плачем, но мы всегда вместе. И это самое важное. – Даже если завтра мы проиграем, — сказал Намджун, — мы уже выиграли. Потому что мы нашли друг друга. — Это слишком пафосно, — заметил Юнги, но в его голосе не было насмешки. — Это правда, — сказал Тэхен. — Я нарисую это потом. Нашу семью. — Только без моей пижамы, — попросил Хосок. — С пижамой, — твёрдо сказал Тэхен. — Она часть твоего характера. — А что я нарисую? — спросил Чонгук. — Ты будешь забивать, — сказал Намджун. — Это всегда. Они ещё долго сидели, рассказывая друг другу глупые истории, вспоминая, как познакомились, подкалывая Юнги за его вечную сонливость, Джина — за его бесконечную заботу, Хосока — за его гиперактивность, Чимина — за его перфекционизм, Тэхена — за его странные философии, Чонгука — за его вечные тренировки. Они смеялись до слёз, пока в комнате не стало совсем темно. И только когда часы пробили полночь, Намджун встал: — Нам пора спать. Завтра важный день. — Ты прав, — сказал Чимин. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — ответили все. Они разошлись по комнатам, но перед уходом Намджун задержался у двери и посмотрел на пустую гостиную. Он знал, что завтра будет трудно. Но он также знал, что у него есть шестеро братьев, которые пойдут с ним до конца. Он закрыл дверь и услышал, как Чонгук уже бормочет во сне, повторяя схемы. Как Хосок танцует в коридоре, не в силах уснуть. Как Джин тихо поёт на кухне, моя посуду. И ему стало тепло на душе. — Мы справимся, — прошептал он и пошёл в свою комнату. Но он ещё не знал, что завтрашний день принесёт не только матч, но и первый серьёзный удар, который проверит их дружбу на прочность. ─── Суббота. 9:00 утра. Спорткомплекс «Чонгу». Раздевалка гостевой команды. Они сидели на скамейках, уже переодетые, с мячом в руках, который стал их талисманом. Намджун смотрел на каждого из них и видел не просто игроков — он видел семью. — Вы готовы? — спросил он. — Готовы, — ответили все. — Тогда выходим. И помните: мы — команда. Даже если кто-то упадёт, мы его поднимем. Даже если кто-то ошибётся, мы прикроем его. Мы сделаем это вместе. — Вместе, — повторили они. И они вышли на площадку, где их ждал Сонхун с холодной улыбкой. Но Намджун не смотрел на него. Он смотрел на своих. И знал, что они готовы ко всему.