Право на счастье

Вторник всегда тянулся медленно, но для параллели первогодок он стал легендарным. Виновником торжества был Орочимару-сенсей — человек, чей взгляд напоминал холодное прикосновение стали. На его уроках химии всегда стояла такая тишина, что было слышно, как оседает пыль на штативах. Он давно наблюдал за Дейдарой Намикадзе. Его раздражала привычка юноши игнорировать учебники, но учитель не мог не отметить: парень понимал материал на интуитивном уровне. — Намикадзе-кун, — голос профессора прошелестел по классу, заставив учеников втянуть головы в плечи. — Раз уж вы считаете мои лекции по кинетике химических реакций скучными настолько, что позволяете себе лепить птиц из жевательной резинки… Прошу к демонстрационному столу. Покажите нам «мгновенное высвобождение энергии». Но учтите: если вы просто устроите задымление, я отстраню вас от лаборатории до конца семестра. Дейдара на секунду замер, а затем хищно улыбнулся. Он поправил челку и уверенным шагом подошел к столу, на ходу надевая защитные очки. Яхико, предчувствуя зрелище, незаметно достал телефон и включил камеру. — Вызов принят, сенсей, но мне понадобятся ассистенты. Нагато, Конан — к столу. Класс затаил дыхание. — Мы продемонстрируем реакцию каталитического разложения пероксида водорода, но в закрытой системе с контролируемым вектором выброса, — четко произнес Дейдара. — Нагато, замеряй парциальное давление. Конан, подготовь раствор иодида калия. Блондин взял концентрированный раствор и добавил в него густой полимерный состав. — Секрет в поверхностном натяжении. Мы не дадим кислороду просто улететь, а заставим его создать форму. В решающий момент Дейдара впрыснул катализатор и начал максимально быстро раскручивать магнитную мешалку. Реакция пошла мгновенно: кислород и водяной пар начали расширяться внутри полимерной пленки. Но вместо хаотичной пены, благодаря точным расчетам Дейдары и Конан, из большой колбы вырвался ослепительно-белый, плотный поток, который под воздействием центробежной силы закрутился в большую, сияющую спираль. В лучах ламп это выглядело как застывший вихрь света, который медленно кристаллизировался прямо в воздухе. — Это — экзотермический процесс, — выдохнул Дейдара. Орочимару медленно облизнул губы, в его глазах блеснуло редкое одобрение. Впервые за годы работы он не нашел, к чему придраться. Это была  наука, превращенная в чистое искусство.

***

После звонка на большой перерыв Учиха Саске не направился, как обычно, к уединенному выходу на крышу или не остался сидеть в пустом классе. Вместо этого он, сохраняя на лице выражение абсолютного спокойствия, последовал за Наруто прямиком в общую столовую. — Ты уверен, теме? — омега обернулся у самых дверей, поправляя лямку рюкзака. — Там шумно, пахнет жареным маслом и Киба постоянно орет. Твой тонкий аристократический слух не пострадает? — Заткнись, усуратонкачи, — сухо бросил Саске, хотя внутри у него всё сжалось от непривычного предвкушения.   Когда они переступили порог, гул голосов на мгновение стих. Десятки глаз уставились на эту странную пару: сияющий, как начищенный чайник, Наруто и идущий на полшага позади Саске, чья аура заставляла окружающих невольно расступаться. — Эй, пошли туда! — блондин активно замахал рукой, завидев знакомые макушки. Они направились к длинному столу, где уже обосновались Киба, Чоджи и Шикамару. Последний, при виде Саске едва не подавился чаем, а Акамару, сидевший под скамьей, тявкнул. Киба, нервно оглянувшись, принялся запихивать щенка в рюкзак, боясь, что его заметят. — Ого, какие люди в нашем болоте! — Инузука усмехнулся, подвигаясь, чтобы освободить место. — Учиха, ты не перепутал дверь? Пятизвездочный ресторан на соседней улице. — Ой, не начинай, — Наруто бесцеремонно усадил друга между собой и Чоджи. — Теме сегодня с нами. Чествуйте героя, он, между прочим, вчера помог мне не свернуть шею в парке. Саске молча открыл свой бенто. Аккуратно уложенные онигири и овощи сильно контрастировали на фоне горы чипсов Чоджи и сэндвича Наруто. — Слышал-слышал, — Киба прищурился, облокотившись на стол. — Вся школа гудит о том, как вы вдвоем в кустах валялись. Скажи честно, Учиха, каково это — стать личным телохранителем Намикадзе? Он тебя прикормил своими дурацкими шутками или ты просто решил, что быть его «ручным альфой» — это выгодно? За столом повисла тяжелая тишина. Сакура и Ино, сидевшие за соседним столиком, замерли, ожидая бури. Саске действительно начинал злиться, его пальцы крепче сжали палочки для еды. Внутри него всколыхнулась темная волна ярости, готовая обрушиться на Инузуку за его идиотские слова, но Наруто среагировал быстрее. Он не взорвался криком, как обычно, вместо этого он медленно опустил свой сэндвич и посмотрел на Кибу непривычно серьезным, твердым взглядом. — А ну прикуси язык, — голос Наруто прозвучал низко и веско. — Саске мне не «телохранитель» и уж тем более не «ручной». Он — мой друг. И если ты думаешь, что можешь нести эту чушь только потому, что он ведет себя приличнее нас всех, то ты ошибаешься. Он спас меня, когда я летел с дерева. А ты бы так смог, прежде чем начать болтать? Киба опешил. Он привык к перепалкам с Наруто, к шуму и гаму, но такая реакция застала его врасплох. Шикамару лениво кивнул, подтверждая слова блондина, а Чоджи перестал жевать, глядя на пристыженного альфу. — Ладно-ладно, — буркнул он, отводя глаза. — Я же просто пошутил. Учиха, без обид. Саске чувствовал, как в груди что-то мелко дрожит. Он привык, что за него заступается Итачи, привык с возрастом защищать себя самостоятельно. Но никогда еще сверстник не вставал между ним и другими просто потому, что считал его другом. Это было странное, новое чувство, но однозначно приятное. — Ешь молча, Инузука, — негромко произнес Саске. Он впервые за весь обед поднял глаза и посмотрел прямо на блондина. В этом взгляде была едва уловимая благодарность. Наруто, заметив это, расплылся в улыбке и, как ни в чем не бывало, потянулся к бенто Саске. — Так, раз мы всё выяснили... Теме, дай один онигири! Я за тебя заступился, имею право на комиссионные! — Еще чего, — Саске ловко отбил его руку палочками. — Ешь свою еду. Весь стол взорвался хохотом. Даже Шикамару улыбнулся, глядя на то, как Учиха, вопреки своим словам, всё же пододвинул коробочку с едой ближе к Наруто, который уже увлеченно рассказывал о новой технике в каратэ, когда двери столовой распахнулись с таким грохотом, будто их вынесло взрывом. В зал ввалилась компания первогодок с параллели, где в центре, окруженный восторженно галдящими одноклассниками, вышагивал Дейдара. Он выглядел абсолютно счастливым: щеки горели румянцем, а глаза сияли. — Я вам говорю, Орочимару чуть язык не проглотил! — громко смеялся Яхико. Наруто подскочил с места, едва не перевернув еду Саске. — Дей! Что там у вас стряслось?! О чем все гудят? Дейдара плюхнулся на скамью рядом с братом. — Я показал этому змею, на что способен! Яхико, покажи им. Тот с гордым видом выложил телефон на стол и нажал «play». Наруто и Саске склонились над экраном. Когда на видео из колбы вырвался сияющий вихрь, Наруто издал вопль, который, казалось, услышали в соседнем квартале. — ВА-А-АУ! Дей! Это же... это же просто отвал башки! — Наруто схватил брата за плечи, начиная его трясти. — Ты видел, теме?! Ты видел этот бабах?! Это мой брат! Мой брат — гений, даттебайо! Саске всматривался в экран, анализируя точность движений Дейдары на видео. Он понимал, каких расчетов стоила такая «красота». — Концентрация катализатора была идеальной, — негромко произнес Саске, поднимая взгляд на Дейдару. — Ты рисковал, если бы давление подскочило еще на пару паскалей, колба бы лопнула. — Риск — это часть композиции, Учиха, — Дейдара довольно откинулся назад, принимая из рук Нагато стакан сока. Вокруг их стола мгновенно образовалась толпа. Наруто по десятому кругу пересматривал видео, демонстрируя его каждому встречному, и буквально светился от гордости. Саске, который обычно ненавидел шум, поймал себя на мысли, что ему… комфортно. Громкий смех Яхико, спокойные комментарии Конан и восторженные крики Наруто создавали странное ощущение уюта. В этом ажиотаже не было места холодным ожиданиям его клана — только живые, искренние эмоции. В этот момент Итачи, проходивший мимо столовой в компании одноклассников, остановился у открытых дверей. Он увидел своего брата — не одинокого и холодного, а окруженного шумом и смехом. — Ты чего завис? — спросил высокий бета. Брюнет хмыкнул, скрестив руки на груди, но в его глазах читалось облегчение. — Ничего. Ладно, пойдем, пока Какаши-сенсей не пропал в неизвестном направлении.

***

Вечер в поместье Учиха был традиционно тихим, наполненным лишь едва слышным шелестом деревьев за окном и размеренным стуком капель воды в саду. В столовой царил порядок: накрытый стол, негромкий звон посуды и привычная скованность, которая всегда сопровождала совместные ужины в присутствии главы семьи. Микото, мягко улыбнувшись, разлила чай и посмотрела на сыновей. — Как прошел ваш день? Итачи, ты сегодня задержался. Он кивнул в благодарность, принимая чашку. — Мы с одноклассниками засиделись в клубе астрономии, мама. Затеяли один эксперимент по моделированию гравитационных линз. Очень увлекательный процесс, хотя и требует колоссальных расчетов. Он на мгновение замолчал, а затем его взгляд потеплел. — Но, честно говоря, все разговоры в клубе и в коридорах сегодня были не о космосе. Вся школа буквально стоит на ушах из-за Намикадзе Дейдары, может, ты слышала о нем — сын министра финансов. Говорят, он провел какой-то феноменальный опыт на химии. Итачи повернулся к младшему брату. — Саске, ты ведь видел это? Учиха-младший, который до этого момента молча изучал свой рис, заметно оживился. Плечи расслабились, а в глазах промелькнул живой блеск. — Да, — он отложил палочки и достал телефон. — Его одноклассник снял это на видео и скинул Наруто, а тот отправил мне. Смотрите. Он положил телефон на стол, и на экране расцвел ослепительный вихрь света, созданный Дейдарой. Саске начал рассказывать, и чем больше он говорил, тем живее становилась его речь. Он объяснял тонкости реакции, но быстро перешел на атмосферу в столовой, на то, как Наруто буквально светился от гордости за брата, как он кричал на весь зал, привлекая внимание. — Наруто… он невероятно гордится им, — Саске едва заметно улыбнулся. — Мы сегодня много обсуждали это после тренировки в клубе каратэ. Он говорит, что это только начало и они с братом еще покажут всем, на что способны. Он очень упорный, хоть и шумный. С ним… интересно. Микото слушала, затаив дыхание. Было так непривычно видеть, как её обычно замкнутый, холодный сын «оттаивает», рассказывая про своего друга, и она чувствовала прилив искреннего счастья. Саске, наконец, нашел кого-то, кто вытащил его из панциря. — Это замечательно, сынок — тихо произнесла она. — Я рада, что у тебя есть такой… — Довольно. Голос Фугаку был тихим, но не терпящим возражений. Глава клана, до этого хранивший молчание, даже не поднял взгляда от своей тарелки. — Саске, тебе стоит больше фокусироваться на себе и своих достижениях, а не тратить время на этих омег. Пустые восторги по поводу чужих успехов не сделают тебя лучше. Твоя дружба с сыновьями Намикадзе становится излишне заметной. Перемены произошли мгновенно. Воодушевление исчезло, лицо застыло, превратившись в безжизненную маску, а взгляд потускнел. Медленно убрав телефон в карман, он снова взял палочки. — Да, отец. Извини. До конца ужина больше не было произнесено ни слова. Микото и Итачи обменялись короткими, полными горечи взглядами. Им обоим было больно видеть, как Фугаку одним движением руки погасил тот свет, что только что зажегся в Саске, но перечить главе клана в такие моменты было бесполезно. Позже, когда Саске уже был в своей комнате, готовясь ко сну, в дверь негромко постучал и вошел Итачи. Он сел на край кровати брата и долго молчал, глядя на его напряженную спину. — Младший брат, — мягко позвал он. — Отец… он не это имел в виду. Он переживает за тебя, за твое будущее и репутацию клана. Он просто не умеет проявлять заботу иначе, кроме как через требования и дисциплину. Саске не оборачивался, продолжая смотреть в окно. — Тебе не нужно слушать его в этом вопросе, — продолжал Итачи, и его голос стал тверже. — С кем общаться, с кем делить свое время — это только твой выбор. Наруто — хороший друг. Я вижу, как он влияет на тебя, и это влияние правильное. Не закрывайся от мира только потому, что отец боится его непредсказуемости. Парень наконец обернулся. В его глазах всё еще стояла обида, но слова брата подействовали, как бальзам на свежую рану. Напряжение в плечах немного спало. — Спасибо, Итачи, — тихо ответил он. Когда брат ушел, Саске лег на кровать и в последний раз за день разблокировал телефон. На экране высветилась иконка мессенджера с ярко-оранжевым аватаром. Он посмотрел на последнее сообщение — какой-то глупый смайлик и пожелание удачи на завтрашнем спарринге. Чувство холода, оставшееся после слов отца, отступило. Поставив будильник на семь утра, он положил телефон под подушку и закрыл глаза. Завтра будет новый день. И завтра он снова увидит Наруто.

***

Собираясь утром на учебу, Саске, уже полностью одетый в школьную форму, понял, что в спешке забыл телефон. Крикнув брату, что догонит его через минуту, он бросился обратно в комнату. Спустя мгновение, уже спускаясь по лестнице и на ходу проверяя сумку, он замер. Его слух уловил приглушенные голоса из кабинета отца. Дверь была приоткрыта — лишь на тонкую щель, но этого хватило, чтобы слова Фугаку пригвоздили его к месту. — ...Ты слишком мягка к нему, Микото, — голос отца звучал тяжело и безапелляционно. — Дружба с этим Намикадзе не принесет ничего хорошего. Я вообще не понимаю, зачем этим омегам потакают в их непомерных амбициях. Это ненормально и идет вразрез с порядком и традициями. Саске должен равняться на лучших, а не пропадать в компании тех, кто не знает своего места. Парень мертвой хваткой вцепился в перила. Ответ матери был тихим, полным терпения, но он уже не слушал. Внутри всё заледенело. Беспокойство Итачи, заметившего резкую смену настроения брата, не помогало — в Академию Саске пришел еще более хмурым и закрытым, чем обычно. Весь учебный день он напоминал собственную тень. На уроке по истории Саске сидел неподвижно, уставившись в одну точку на доске. Когда преподаватель вызвал его, он ответил безупречно, но голос звучал сухо и безжизненно, словно у механической куклы. Наруто, сидевший за соседней партой, весь день изнывал от тревоги. Он строил рожицы, подсовывал записки, всячески пытаясь «достать» друга, но всё было впустую. Учиха лишь мельком взглянул на него и снова погрузился в свои мысли. — Эй, теме, погнали в столовую? Там сегодня булочки с карри! — Наруто преградил ему путь после третьего урока, сияя своей привычной улыбкой. — Я не голоден, — коротко бросил Саске, обходя его стороной. — Да ладно тебе! Пойдем, посидим с ребятами, Шикамару обещал новую мангу принести... Но Учиха не слушал. Как только Наруто отвлекся на окликнувшего его Кибу, он буквально растворился в толпе, сбежав на задний двор и спрятался в тени старой ивы — там, в одиночестве, было проще удерживать маску безразличия. Наруто, оставшись один посреди коридора, нахмурился. Он не понимал, что произошло, но твердо решил растормошить притихшего друга. В голову пришла дерзкая мысль. Ухмыляясь, он набрал сообщение: «Мам, можно я приведу друга на ужин?», и, получив согласие, отправился искать брата. В этом деле ему определенно нужен был подельник. После занятий в клубе каратэ Учиха надеялся незаметно уйти, но Наруто ждал его у самого выхода, скрестив руки на груди. — Даже не думай сбежать, теме! Ты идешь ко мне. Это не обсуждается. — Намикадзе, отстань, — Саске попытался пройти мимо, но блондин вцепился в его пиджак с упорством клеща. — Нет! Ты весь день как привидение. Я не отпущу тебя в таком состоянии! В этот момент к ним подошел Дейдара, на ходу застегивая сумку. Его взгляд быстро оценил обстановку: мрачный, как грозовая туча, Саске и вцепившийся в него Наруто. — Проще согласиться, Учиха, он не отстанет. — Дейдара усмехнулся, подходя с другой стороны. — Брось это дело. Мама уже раскатала тесто для пиццы и заварила чай. Если мы придем без тебя, она нас обоих на атомы расщепит, так что пошли, у меня нет лишнего времени слушать его вопли. Под этим двойным натиском бастионы Саске рухнули. Вздохнув, он достал телефон и быстро напечатал брату: «Зайду к Наруто на ужин. Прикрой меня перед отцом, скажи, что я в библиотеке или на допзанятиях». Ответ пришел почти мгновенно: «Понял, развлекайся».

***

Дом Намикадзе встретил его шумом и невероятными ароматами. Стоило им переступить порог, как из кухни выглянула Кушина. Её ярко-красные волосы были собраны в небрежный пучок, а на щеке белел след от муки. Омега улыбнулась так широко и искренне, что Саске на мгновение ослеп от этого тепла. В этот миг он четко осознал: вот от кого Наруто унаследовал свою способность освещать всё вокруг. — Саске-кун! Наконец-то! — Кушина вытерла руки о фартук и, подойдя, просто обняла его. Это не было формальным жестом — это было крепкое, материнское объятие, пахнущее домашним уютом. — Наруто мне все уши про тебя прожужжал! Проходи скорее, не стой на пороге. Наруто же, не давая гостю опомниться, схватил его за локоть и потащил вверх по лестнице. — Пойдем, я покажу тебе свою комнату! У меня там новые плакаты и коллекция редких карточек, ты обязан это увидеть! Саске едва успевал переставлять ноги, замечая уютные мелочи: семейные фото на стенах, забытый шарф на перилах, мягкий свет ламп. Комната Наруто была верным отражением хозяина — боксерская груша, висевшая в углу, творческий беспорядок, горы дисков и оранжевое постельное белье. Омега с упоением выуживал из ящиков свои «сокровища», засыпая Саске фактами об играх. — Ужин готов! Мальчики, спускайтесь, а то всё остынет! — звонкий голос Кушины был хорошо слышен и на втором этаже, но Наруто так увлекся экскурсией, что даже не шелохнулся, продолжая что-то рассказывать. В коридоре послышались тяжелые шаги, и в дверях появился Дейдара, который без лишних слов подошел к брату, ухватил его за шкирку, как нашкодившего котенка, и потащил к выходу. — Эй! Пусти, гад! Я еще не всё рассказал! — забарахтался Наруто. — Потом договоришь. — Дейдара кивнул гостю, приглашая следовать за ними. Спустившись, Саске вошел на кухню вслед за братьями. Кушина суетилась у плиты, расставляя тарелки, и он, чувствуя неловкость от того, что стоит без дела, тихо подошел к ней. — Могу я чем-нибудь помочь? — Какой ты вежливый! — Кушина просияла. — Не буду отказываться, держи приборы и салфетки. Пока они накрывали на стол, она засыпала его вопросами: о еде, книгах, музыке. Женщина слушала внимательно, и Саске поймал себя на том, что отвечает всё более охотно. В разгар беседы хлопнула входная дверь, и послышался удивленный, но бодрый голос Минато: — Я дома! О, у нас сегодня гости? Кушина вышла встречать мужа, и через десять минут Минато вошел на кухню, уже переодетый в простую домашнюю футболку и брюки. Он тепло поздоровался с Саске, пожав ему руку, и присоединился к ужину. Ни о каком молчании за столом и речи не было. Мужчина расспрашивал сыновей об успехах в школе, интересовался прошедшим днем и не забывал про Саске, интересуясь его впечатлениями об Академии, несмотря на видимую усталость после рабочего дня. Брюнет сидел, погруженный в свои мысли. Контраст с его собственной семьей был оглушительным. Его мать была такой же ласковой, хоть и более тихой, но разница между отцами ставила его в тупик. Фугаку требовал результатов, Минато же интересовался чувствами и впечатлениями. — Ты такой спокойный, Саске-кун, — Кушина мягко рассмеялась, — Спасибо, что приглядываешь за Наруто, он у нас слишком порывистый, сначала делает и только потом думает. Надеюсь, ты не сильно устаешь от него. — На самом деле... я рад, что мы подружились, — вдруг негромко произнес Саске, глядя в свою тарелку. — Сначала было сложно, но сейчас дни в Академии кажутся не такими скучными. И благодаря нашим совместным тренировкам я стал сильнее. Его стиль боя непредсказуем, и это заставляет меня расти. Наруто, который в этот момент как раз пытался незаметно стащить кусочек мяса из тарелки Дейдары, замер, а его рука так и осталась висеть в воздухе. Он посмотрел на друга и расплылся в такой искренней улыбке, что Саске пришлось отвести взгляд. После обеда Кушина затащила всех в гостиную и достала тяжелый фотоальбом. — А теперь — время позора! — объявила она под стоны Дейдары, который попытался сбежать, но был пойман отцом. Наруто же привычно устроился на полу, положив голову на колени матери, и Кушина начала нежно перебирать его волосы, переворачивая страницы. Саске замер от такой открытой нежности, но быстро увлекся снимками маленького Наруто — еще без его характерных шрамов. Сравнивая того ребенка на снимке с нынешним, шумным и сильным парнем, он чувствовал странный укол нежности. — А вот это Дейдара, — Кушина ткнула в снимок чумазого блондина. — Насмотрелся химических опытов по телевизору и решил повторить. В итоге — минус брови и плюс генеральная уборка в гараже. — Мама, ну хватит! — Дейдара спрятал лицо в ладонях. — А здесь маленький Наруто пытается заплести Дею косичку, — продолжала она, показывая фото, где Наруто полный энтузиазма и с высунутым от усердия языком, запустил руки в волосы брата, на голове которого красовалось нечто, больше похожее на воронье гнездо. Атмосфера была настолько расслабляющей, что Саске сам не заметил, как перестал контролировать свои слова: — Кажется, с возрастом твои парикмахерские таланты не изменились, судя по твоей прическе сейчас, добе. — Эй! У меня отличная прическа, теме! — вскинулся Наруто. Дейдара картинно простонал: «Опять они за свое...», а Кушина со смехом протянула руки и ласково потрепала обоих по головам, успокаивая. Саске густо покраснел от этого жеста, но незаметно улыбнулся — точно так же мама гладила его в редкие минуты уединения. Когда пришло время уходить, Минато, несмотря на протесты Саске, вызвал ему такси. — На улице уже темно. Мне будет спокойнее, если ты доедешь с комфортом, — безапелляционно сказал он. Прощание было таким же шумным: Наруто энергично махал рукой, чуть не сбивая с ног Дейдару, который лениво опирался на косяк. Кушина стояла рядом, поправляя воротник на пиджаке Саске, будто он был еще одним её сыном, а Минато улыбался, положив руки на плечи младшего сына, сдерживая его пыл. Учиха ехал домой в такси, глядя на огни ночного города, и понимал, что этот вечер изменил в нем что-то очень важное.

***

Когда дверь захлопнулась и машина скрылась за поворотом, Саске еще несколько секунд стоял у ворот поместья, вдыхая прохладный ночной воздух. Вокруг воцарилась привычная, давящая тишина кланового квартала, которая теперь казалась ему не величественной, а какой-то безжизненной. Он вошел в дом, стараясь ступать бесшумно, но на кухне горел мягкий свет. Там, за низким столом, Итачи и Микото о чем-то негромко беседовали. Увидев Саске, мать просияла, а Итачи заинтересованно прищурился. — Саске! Ну как ты сходил? Рассказывай всё! — её глаза светились любопытством и радостью. Не ожидавший такого напора, он немного растерялся. — Всё... всё прошло хорошо, мам. Было очень вкусно, — буркнул он, чувствуя, как краснеют уши, и быстро ретировался в свою комнату. Спустя десять минут, когда Саске уже переоделся и сел за стол, в дверь негромко постучали. — Заходи, — выдохнул он. Итачи вошел, прикрыв за собой дверь, и облокотился на косяк, скрестив руки на груди. — Мама в восторге, но она так и не вытянула из тебя подробностей. Расскажешь мне? Саске замялся, вертя в руках карандаш. — Там всё по-другому. Было странно наблюдать, как министр убирает со стола и смеется над тем, как его сыновья дерутся за последний кусок пиццы. Итачи прошел вглубь комнаты и сел на край кровати, внимательно слушая. — Все семьи разные, ты должен это понимать. — Я видел их детские фотографии, — вдруг сказал Саске. — Кушина-сан показывала альбом. Они там такие… счастливые. Он замолчал, подбирая слова, а затем растерянно поднял глаза: — Брат, почему отец так боится этого? Почему он назвал их «ненормальными»? Итачи вздохнул, его лицо на мгновение отразило глубокую усталость. — Отец привык к порядку, к традициям. Для него искренность Намикадзе — это хаос, который он не понимает. Саске кивнул. В этот момент его телефон, лежавший на столе, завибрировал. Он разблокировал экран и тихо фыркнул. — Смотри. Итачи наклонился ближе. На экране светилось селфи Наруто: он сиял улыбкой, на заднем плане Кушина в шутливой борьбе пыталась обнять Дейдару, который вырывался, а Минато, стоя позади них, тепло улыбался, положив руки на плечи жене и старшему сыну. Наруто: «Родителям ты понравился, теме! Мама обещала испечь булочки, так что в следующий раз тащи с собой Итачи, пусть тоже посмотрит, как мы живем. Места хватит всем!» Саске не заметил, как на его губах появилась слабая, но искренняя улыбка. Итачи легонько потрепал его по волосам, как в детстве. — Кажется, у нас намечаются интересные выходные, — негромко произнес старший брат. — Знаешь, я пожалуй, приму это приглашение. — Отец будет в ярости, — заметил юноша, хотя в его голосе уже не было прежнего страха. — Пусть, — отрезал Итачи, вставая. Когда брат ушел, Саске еще долго смотрел на фотографию этой шумной, странной, но бесконечно доброй семьи. Заблокировав телефон и вернувшись к занятиям, он точно знал: теперь его мир стал намного больше, чем стены поместья Учиха. И никакие слова отца не смогут это изменить.