Право на счастье

Завершение второго семестра ощущалось как финишный рывок марафонца. Когда оценки были выставлены, Микото и Кушина, которые сдружились, организовали «совет матерей». — Минато, мы просто обязаны поехать! — омега буквально лучилась энергией, раскладывая на столе брошюры загородного рёкана. — Микото нашла потрясающее место в горах. Горячие источники, тишина и снег! — Ну раз уж Микото-сан приглашает, — Минато улыбнулся, глядя на воодушевленных сыновей, — и у меня как раз выдалась свободная неделя, мы едем. Рёкан встретил их скрипом старого дерева и густым ароматом хвои. Горы вокруг были укрыты ослепительно белым одеялом, а из открытых бассейнов на улице поднимались клубы пара. Расселение прошло быстро. Микото, мудро рассудив, что ребятам нужно отдохнуть от школьного напряжения, распределила комнаты традиционно: Наруто с Дейдарой в одном просторном номере с футонами, Саске с Итачи — в соседнем. Родители заняли комнаты в другом крыле, чтобы дать молодежи свободу. — Ну что, мелюзга, кто первый в сугроб? — Дейдара, едва бросив сумку, уже натягивал теплый пуховик. На заднем дворе рёкана развернулась эпическая битва. Наруто, полный энтузиазма, лепил снежки со скоростью пулемета, пытаясь попасть в Саске. Учиха-младший, сохраняя на лице выражение надменного спокойствия, виртуозно уклонялся, пока один из снежков не прилетел ему прямо в затылок. — Ах так, добе? — Саске хищно прищурился. — Ты сам напросился. Итачи и Дейдара, вместо того чтобы утихомирить младших, сами втянулись в процесс. Дейдара вылепил целую армию снарядов, а Итачи помогал Саске выстраивать тактическую оборону из снежных блоков. В итоге все четверо оказались по уши в снегу, раскрасневшиеся и абсолютно счастливые. Наруто хохотал так громко, что с веток соседних сосен осыпался иней. Когда солнце начало клониться к горизонту, окрашивая горы в розовый цвет, Минато и Фугаку вышли на крыльцо, наблюдая за тем, как их сыновья достраивают огромного снеговика, которому Наруто пристроил свою кепку. — Всё, я официально превратился в льдинку, — простучал зубами Наруто, когда они вернулись в дом. — Мне срочно нужен источник. Рёкан предлагал раздельные зоны для купания. Мужская часть источников была разделена на несколько приватных ванн под открытым небом, огороженных бамбуковыми ширмами и природными валунами. Наруто и Дейдара отправились в свою часть. Погружение в обжигающе горячую воду после целого дня на морозе ощущалось как перерождение. — Ка-а-айф... — выдохнул Наруто, прикрыв глаза и положив на голову свернутое полотенце. — Ты как? — Живой, — Дейдара откинулся на край ванны. — Итачи, кстати, неплохо бросает снежки. Не думал, что он такой азартный. Наруто молчал, прислушиваясь к звукам за бамбуковой стеной. Там, в соседнем секторе, слышались голоса братьев Учиха, заглушаемые плеском воды. Вечер закончился общим ужином в традиционном зале. Ребята сидели в юкатах, расслабленные и сонные после воды. Саске сидел рядом с Наруто, и когда их колени случайно соприкоснулись под низким столом, никто из них не отстранился. — Завтра пойдем на склон, — негромко сказал брюнет, глядя на друга. — Я видел, там есть тропа к старому храму. Хочешь? — Конечно хочу, теме, — улыбнулся Наруто. Кушина и Микото, наблюдавшие за ними с другого конца стола, обменялись понимающими взглядами. Каникулы только начались, но этот вечер уже стал для всех них чем-то гораздо большим, чем просто поездка на источники.

***

Утро в горах было пронзительно ясным. Воздух казался густым и сладким, а снег под ногами скрипел так звонко, что каждое движение казалось нарушением торжественной тишины леса. Наруто, натянув яркую оранжевую куртку, первым выскочил на тропу. — Эй, вы внизу! Догоняйте! — крикнул он, разворачиваясь на ходу. Саске шел чуть позади, сохраняя привычный темп, а Итачи и Дейдара замыкали процессию. Старшие братья о чем-то негромко переговаривались, и по тому, как Дейдара активно жестикулировал, было ясно, что он увлеченно объясняет Итачи какой-то концепт «взрывного искусства». Тропа к храму петляла между вековыми соснами, ветви которых низко склонялись под тяжестью снежных шапок. На одном из крутых подъемов Наруто, увлекшись созерцанием водопада вдалеке, оступился на обледенелом корне. Он уже приготовился к неминуемому знакомству с сугробом, но сильные пальцы Саске мертвой хваткой вцепились в его предплечье. — Смотри под ноги, бестолочь, — негромко бросил он, но голос был лишен привычной язвительности. Он не отпустил руку Наруто сразу, а помог ему восстановить равновесие, задержав ладонь на мгновение дольше, чем того требовала ситуация. — Спасибо, теме, — омега шмыгнул носом, чувствуя, как от этого мимолетного контакта по телу разливается тепло, которое не мог дать ни один пуховик. Когда они достигли вершины, перед ними открылся старый синтоистский храм. Его красные ворота-тории ярко контрастировали с белизной вокруг. — Красиво, — Дейдара остановился, доставая телефон, чтобы сделать пару кадров. — Глянь, какой контраст цветов. Итачи подошел к нему почти вплотную, глядя не на храм, а на профиль Дейдары. — Согласен. Застывшая гармония иногда говорит больше, чем тысячи слов. Пока старшие застряли у ворот, Наруто и Саске подошли к самому святилищу. Там стояла небольшая каменная чаша для омовения, вода в которой почти замерзла. Наруто потянулся к колокольчику, чтобы привлечь внимание божеств, но его руки в тонких перчатках едва заметно дрожали от холода. Саске молча встал ближе и накрыл ладони Наруто своими, согревая их своим теплом. — Твои перчатки слишком тонкие, — констатировал Учиха. Он вытащил из своего кармана грелки-хикари и вложил их в руки блондина. — Держи. И не спорь. — Ты подготовился, да? — Наруто обернулся, и его лицо оказалось совсем близко к лицу брюнета. — Я же обещал ждать, — ответил Саске, глядя ему прямо в глаза. — А делать это легче, когда ты не болеешь и не ноешь от холода. Второй день каникул был объявлен днем сноуборда. На горнолыжной базе царило оживление, и Наруто, который до этого стоял на доске всего пару раз, чувствовал себя так, будто ему снова пять лет. — Так, — Итачи, выглядевший в горнолыжном костюме как модель из журнала, поправлял крепления. — Начинаем с учебного склона. — Ску-у-учно! — Наруто уже пытался застегнуть свои ботинки, смешно подпрыгивая на одной ноге. — Я хочу на красную трассу! Саске вздохнул и, подойдя к Наруто, присел перед ним на колено. — Стой смирно, идиот. Ты застегнул крепление слишком слабо, на первом же повороте вылетишь из доски. Наруто замер, глядя на склонившегося Саске. — Я и сам могу... — смущенно пробормотал он, но сопротивляться не стал. Когда они, наконец, вышли на склон, началось настоящее шоу. Дейдара, как оказалось, был фанатом фристайла. С криком «Искусство — это полет!» он рванул на трамплин, выполнив сложный трюк, который заставил даже Итачи одобрительно свистнуть. Сам же Итачи же скользил по склону с такой грацией, будто он не ехал по снегу, а парил. Наруто повезло меньше. На первом же серьезном вираже он не рассчитал скорость и, замахав руками, совершил зрелищное кувыркание через голову, закончив свой путь в мягком, к счастью, сугробе. Саске тут же затормозил рядом, подняв целое облако снежной пыли, которая осела на ресницах Наруто. — Ты жив? — в голосе Саске слышалась настоящая тревога. Наруто вынырнул из снега, выглядя как испуганный сурикат — с кучей снега за шиворотом и сбившейся набок шапкой. Он секунду хлопал глазами, а потом заливисто расхохотался. — Видел, как я?! Это был мой секретный прием «Снежный ком»! Саске залип на смеющегося, раскрасневшегося Наруто, а затем протянул ему руку, помогая подняться. — Ты неисправим. Когда ты перестанешь пытаться свернуть себе шею? Давай, держись за меня. Я покажу тебе, как правильно переносить вес на кант. Оставшуюся часть дня они провели вместе. Саске буквально страховал Наруто, придерживая его за плечи на сложных участках. К концу дня Наруто уже уверенно съезжал вниз, чувствуя спиной присутствие Саске. Когда они, усталые и промокшие, возвращались к подъемнику, Наруто вдруг сказал: — Знаешь, теме... Мне нравится, когда ты такой. — Какой? — Саске вопросительно приподнял бровь. — Ну... не придурок, который всё решает за других, а просто Саске, который не дает мне свалиться с горы. Парень промолчал, но он крепче перехватил свою доску, и в лучах заходящего солнца было видно, как на его губах играет едва заметная, но совершенно искренняя улыбка.

***

После активного дня на склоне рёкан окутал уютный полумрак. Пока родители о чем-то увлеченно спорили в общем зале, молодежь оккупировала комнату омег. К удивлению Наруто, ужин приехал не из ресторанной кухни рёкана. Саске, закатав рукава юкаты, по-хозяйски распоряжался у плитки в углу комнаты. На столе уже стояли идеально нарезанные закуски, а аромат от закипающего набэ заставлял желудок Наруто исполнять голодные марши. — Подожди еще пару минут, добе, — бросил Саске, ловко снимая пенку с бульона. Наруто во все глаза наблюдал за тем, как Учиха уверенно орудует кухонными принадлежностями. Движения были четкими, почти артистичными. — Поверить не могу... ты умеешь готовить? — Наруто присел у стола, завороженно глядя на процесс. Саске на мгновение замедлился, а потом чуть заметно усмехнулся, не отрывая взгляда от горшка. — С детства люблю помогать маме на кухне. Она говорит, у меня к этому талант. Но отец... — Саске помрачнел. — Он считает, что стоять у плиты — это «омежье» дело, недостойное альфы. Поэтому дома мы играем в шпионов. Иногда я готовлю весь ужин полностью, а когда отец возвращается и хвалит еду, мы с мамой и братом дружно киваем, мол, да, она сегодня превзошла себя. Он до сих пор свято уверен, что я даже чай заваривать не умею. Итачи, сидевший рядом с Дейдарой, негромко подтвердил: — Это наш маленький семейный заговор. Когда Саске, наконец, разлил набэ по пиалам, Наруто первым зачерпнул бульон. Его глаза округлились, а палочки на секунду замерли в воздухе. — Боже... теме, это... это преступно вкусно! — выдохнул он, отправляя в рот кусочек нежнейшего тофу. — Ты издеваешься? С такими руками ты собрался идти и перекладывать бумажки? Брюнет растерянно пожал плечами, усаживаясь напротив. — Не знаю. Это просто хобби. Скорее всего, после обучения я буду помогать Итачи с делами компании, когда он примет пост. Это логично. — Логично, но скучно! — Наруто энергично махнул палочками. — Слушай, тебе нужно открыть свой ресторан или сеть, чтобы люди ели это и плакали от счастья! Саске сначала отмахнулся, пробормотав что-то про «глупые фантазии добе», но Наруто заметил, как в его взгляде на секунду промелькнула искра — настоящая, живая мысль, за которую он зацепился. Дейдара, уплетая овощи, согласно хмыкнул. — Я вот тоже думаю о своем деле. Не хочу работать «в стол», хочу арт-студию. Большую, с высокими потолками. Буду обучать всех желающих своему искусству, принимать заказы на масштабные инсталляции. Папа говорит, это может стать прибыльным, если подойти с умом. Итачи кивнул, подливая омеге чай. — Я бы хотел взглянуть на это. Вечер проходил в удивительном спокойствии. Не было того липкого напряжения, которое преследовало их после признаний. Саске и Итачи держали слово — они не давили, не пытались сократить дистанцию силой. Они просто были рядом: подавали салфетки, следили, чтобы у омег не остывал чай, и слушали. Наруто чувствовал, как внутри него тает лед. Было странно и чертовски приятно видеть Саске таким — домашним, открытым, признающимся в своих «неправильных» увлечениях. В этой тихой комнате, под мерный шум, Наруто вдруг понял, что начинает привыкать к этому новому ощущению безопасности в присутствии альф. После сытного набэ и жарких споров о будущем в комнате стало душно. Дейдара и Итачи ушли в холл, чтобы найти родителей и узнать, во сколько те закажут такси до склона, а Наруто почувствовал, что ему жизненно необходим глоток свежего воздуха. Он накинул теплую куртку прямо поверх юкаты и вышел на широкую деревянную веранду, опоясывающую рёкан. Ночь была оглушительно тихой. Звезды, не приглушенные городскими огнями, были непривычно яркими, и цепляли взгляд. Наруто облокотился на перила, глядя на заснеженные вершины, серебрившиеся в лунном свете. Мороз мгновенно ущипнул за щеки. — Замерзнешь, — негромкий голос раздался справа. Учиха стоял в паре метров, прислонившись спиной к стене. Он был в своей темной куртке, но не застегнут, а в руках держал две банки горячего кофе из автомата. Он подошел и протянул одну Наруто. — Держи. Чтобы руки не окоченели. — Спасибо, теме, — омега обхватил теплую жестянку, чувствуя, как тепло просачивается сквозь кожу. Некоторое время они стояли молча. — Слушай... — Наруто заговорил первым, не отрывая взгляда от горизонта. — Я всё думаю о том, что ты сказал про отца. И про то, что ты «шифруешься». Это... это же паршиво, разве нет? Жить так, будто часть тебя — какая-то ошибка, которую надо прятать. Саске сделал глоток кофе, его взгляд стал задумчивым. — Я привык. В клане Учиха есть определенный стандарт. Альфа должен быть стальным, должен вести за собой, должен презирать слабость. Кулинария, искусство, излишние эмоции — всё это отец считает атрибутами тех, кто подчиняется, а не правит. — Но ты же не такой, — Наруто резко повернулся к нему. — Ты готовишь, рисуешь... ты даже сейчас стоишь здесь и греешь мне руки этим кофе, хотя мог бы просто сидеть в тепле. Это не слабость, это и есть ты. Брюнет посмотрел на омегу и в лунном свете его глаза казались почти черными провалами, но в глубине зрачков отражались звезды. — Я долго думал, что если я откроюсь тебе, то потеряю право быть твоим соперником. Что ты посмотришь на меня так же, как отец — с разочарованием. Наруто фыркнул, чувствуя, как внутри закипает привычное упрямство. — Ты дурак. Твоя еда сегодня... это было круче любой твоей победы в спарринге. Потому что это было по-настоящему. Саске чуть заметно улыбнулся и подошел на шаг ближе. Дистанция сократилась до опасного минимума, но Наруто не отступил. Наоборот, он почувствовал, как его собственное тело предательски тянется к этому теплу. — Добе, — тихо позвал Саске. — Я обещал не давить. И я буду держать слово. Но я хочу, чтобы ты знал: когда я говорил, что мне нужен только ты... я имел в виду именно это. Мне не нужен «удобный» омега. Мне нужен ты — со всеми твоими амбициями, криками и даже твоим неумением стоять на сноуборде. Блондин закусил губу, пряча лицо в воротник куртки. Сердце колотилось в ребра так сильно, что, казалось, Саске может это услышать. — Я... я всё еще не знаю, Саске. Мне нужно время. Но... — Наруто набрался смелости и посмотрел Учихе прямо в глаза. — Но я больше не хочу, чтобы ты прятался. Хотя бы передо мной. Если решишь открыть свой ресторан — я буду твоим первым и самым вредным критиком. Саске не выдержал и коротко рассмеялся. — Идет. Они простояли там еще долго, пока кофе в банках не остыл, а иней не покрыл перила веранды. Наруто чувствовал, как с каждым словом, с каждым общим вдохом на морозе пропасть между ними затягивается, превращаясь в надежный мост.

***

Последнее утро в рёкане началось не с пения птиц, а с тихой паники. Микото, обычно пунктуальная до тошноты, заболталась с Кушиной и совершенно потеряла счет времени. — Ох, ужас! Мы же не успеем накрыть полноценный завтрак до приезда такси! — всплеснула руками Микото, вбегая в кухню. — Фугаку уже проснулся, он терпеть не может задержек… Саске, уже полностью одетый в дорогу, лишь коротко кивнул. Он сбросил кофту на спинку стула и одним движением завязал фартук поверх рубашки. — Мама, просто стой на раздаче. Наруто, Дейдара — на помощь. На кухне воцарилась динамика, которой позавидовал бы любой ресторан. Саске работал на пределе: его пальцы летали над доской, шинкуя овощи. Он одновременно следил за тремя конфорками. Воздух наполнился шкворчанием масла и ароматом соевого соуса. В какой-то момент в коридоре послышались тяжелые, мерные шаги. — Отец, — Саске заметно побледнел, его движения стали дергаными. Пытаясь переставить раскаленную сковороду с лососем, он не рассчитал угол, и горячее масло брызнуло ему на тыльную сторону запястья. Парень даже не вскрикнул — лишь резко втянул сквозь зубы воздух, но сковороду не выпустил. Его лоб покрылся испариной, в глазах отразился детский, почти иррациональный страх перед разочарованием Фугаку. — Саске, ты… — начал было Наруто, заметив покрасневшую кожу на руке альфы, но тот лишь коротко рявкнул: — Поднос! Быстро! Наруто сработал как молния. Он буквально вылетел в коридор навстречу Учихе, размахивая руками. — Фугаку-сан! Доброе утро! — Блондин затараторил так громко, что у отдыхающих в соседних номерах постояльцев, должно быть, заложило уши. — Вы видели, какой там наст сегодня? Я только что проверил! Пойдемте, я покажу вам снеговика в окне холла, мы ему вчера такую челюсть приделали — вылитый физрук нашей Академии! Мужчина, опешив от такого напора и физической невозможности пройти мимо энергичного омеги, вынужден был остановиться. — Наруто-кун, я полагаю, завтрак… — Завтрак уже на столе, Микото-сан просто чудо, как всё успела! — Намикадзе теснил главу клана Учиха к обеденному залу. В это время в кухне старшие братья работали в абсолютной синхронности. Итачи подхватил брата под локоть, за секунду прижимая холодное полотенце к ожогу, пока Дейдара расставлял тарелки. Саске успел выскочить из фартука и пригладить волосы за мгновение до того, как отец вошел в зал. Завтрак прошел идеально. Фугаку, попробовав рыбу, довольно кивнул: — Дорогая, сегодня вкус особенно насыщенный. Прекрасная работа. Микото мягко улыбнулась, а Саске, Наруто и Дейдара синхронно опустили глаза в свои тарелки, едва сдерживая смешки. Итачи лишь едва заметно приподнял уголок губ, глядя на брата. Перед самым отъездом, когда вещи уже были загружены, Наруто и Саске вышли на задний двор забрать ту самую кепку со снеговика. — Эй, — блондин остановился, глядя на тающий под утренним солнцем снег. — Значит, возвращаемся в коробку? Снова тесты, расписания... Саске достал из кармана сложенный листок. Это был быстрый набросок: горы, ломаные линии храма и Наруто — взъерошенный, с сияющими глазами. — Это чтобы ты помнил, — Саске протянул рисунок. — В коробке сидят те, кто боится, а мы с тобой не из их числа. И про ресторан... я подумаю. Если господин будущий министр пролоббирует мне лучшие условия. Наруто бережно спрятал рисунок во внутренний карман. — Ловлю на слове, Учиха. Дорога домой превратилась в бесконечную серую ленту, зажатую в пробке. Машины двигались рывками. Когда авто Намикадзе в очередной раз замерло, из-за снегопада соседняя черная машина Учих поравнялась с ними. Наруто не мог видеть Саске — тот сидел за водителем, а обзор Наруто перекрывал Дейдара, который буквально прилип к стеклу. Итачи в соседней машине тоже смотрел на него. Между ними было меньше полуметра. Итачи смотрел на Дейдару своим привычным, но теперь каким-то особенно мягким взглядом. Он медленно поднял ладонь и прижал её к холодному стеклу. Дейдара, чьи уши стали ярко-пунцовыми, на секунду замялся, но потом, словно сдаваясь, прижал свою руку напротив. Наруто, наблюдая за этой «немой драмой» со своего места, едва сдерживал хихиканье. Он достал телефон и быстро набрал сообщение: Наруто: «Твой брат сейчас взглядом дыру в моем прожжет. Это так неловко и мило одновременно, что я сейчас лопну!» Ответ пришел почти мгновенно: Саске: «Ты еще не видел, как Итачи улыбается в отражении стекла. Это пугающее зрелище, у него абсолютно потерянный вид». Наруто: «Ха! Похоже, твой "идеальный брат" сломался. Кстати, как рука? Сильно болит?» Саске: «Пустяки. Стоило того, чтобы увидеть, как ты забалтываешь моего отца. Спасибо, добе». Наруто: «Всегда пожалуйста, теме. С тебя ужин, когда вернемся. Только чур готовим без экстрима и ожогов!» Наруто поднял глаза и снова посмотрел на брата. Тот всё еще держал руку на стекле, а Итачи в ответ едва заметно одними губами произнес: «До встречи». Машины тронулись. Контакт разорвался, и Дейдара, резко оторвавшись от окна, натянул капюшон на самые глаза, чтобы скрыть счастливую улыбку. Наруто откинулся на спинку сиденья, чувствуя, как его собственная рука невольно сжимает телефон. Усталость окончательно взяла свое. Под мерный шум дворников Наруто сполз плечом на Дейдару, который приобнял брата, и оба омеги уснули, унося с собой запах горного снега в шумный, неоновый Токио.