Право на счастье

Дейдара пришел на крышу на десять минут раньше. Ветер кусал лицо, но ему это нравилось — холод помогал собраться с мыслями перед встречей с Итачи. Книга по технике обжига, обещанная Учихой, была лишь предлогом, и Дейдара это понимал. Как будто он не мог найти её в библиотеке. Дверь на крышу со скрипом отворилась. Дейдара обернулся, ожидая увидеть стройную фигуру Итачи, но вместо него на бетонную площадку вывалилась компания из трех альф второгодок. Вид у них был вальяжный, а запах — смесь парфюма и самоуверенности — мгновенно заставил Дейдару напрячься. — О, гляньте-ка, — один из них, высокий шатен, улыбнулся. — Ты же Намикадзе? Который представлял школу на выставке. Ждешь кого-то или просто любуешься видом? — Не ваше дело, — Дейдара отвернулся, чувствуя, как внутри закипает раздражение, смешанное с липким, неприятным холодком. — Проваливайте. — Какой колючий, — альфа подошел ближе, нарушая личное пространство. — Мы просто хотели познакомиться. Может, тебе нужна компания? Дейдара попытался пройти мимо них к выходу, но путь ему преградили. — Дайте пройти, — его голос дрогнул, что разозлило его еще сильнее. — Эй, не будь такой занозой, — альфа резко схватил его за предплечье, дернув на себя. — Мы с тобой по-хорошему, а ты… В этот момент альфа, желая «осадить» строптивого омегу, резко выбросил порцию доминантного, тяжелого феромона. В его понимании это был лишь способ привлечь внимание, заставить подчиниться. Но для Дейдары мир в ту же секунду рухнул. Звук хлопающей двери на крыше превратился в звук выбиваемой двери из его детства. Перед глазами всё поплыло, а в ушах, перекрывая свист ветра, зазвучал истошный, надрывный женский крик. Дейдара побледнел до синевы, его зрачки расширились, он начал заглатывать воздух ртом, но легкие словно окаменели. Он не видел парней перед собой — он видел тени из прошлого. Альфы, заметив, что омега буквально сползает по стене, а его лицо искажается в нечеловеческом ужасе, перепугались. — Эй… ты чего? Мы же просто… Черт, валим, пока нас не застукали! Они рванули к выходу, чуть не сбив с ног поднимающегося Итачи. Учиха проводил их тяжелым, подозрительным взглядом и, предчувствуя неладное, выскочил на крышу. — Дейдара! — брюнет в два прыжка оказался рядом с ним. Омега сидел в углу, обхватив колени руками, и его колотило так, что зубы стучали. Услышав голос и почувствовав еще один — пусть и знакомый, но всё еще запах альфы, он вскрикнул и попытался отползти, вжимаясь в бетон. — Нет! Не подходи! — голос был сорванным, полным дикого ужаса. Он не узнавал друга, в его глазах Учиха был лишь еще одной опасностью. Итачи замер, пораженный. Понимая, что его присутствие только ухудшает ситуацию, он дрожащими руками набрал номер единственного, кто сможет помочь. — Наруто… крыша. Быстро. С Дейдарой беда. Через три минуты дверь на крышу едва не слетела с петель. Наруто влетел на площадку, его лицо было белым как мел. За ним, едва поспевая, вбежал Саске — он просто увидел, как блондин сорвался с места, и не смог остаться в стороне. — Дей! — Наруто мгновенно оценил ситуацию и рявкнул на альф. — Вы оба, назад! Отойдите к двери! Итачи и Саске, пораженные его тоном, подчинились. Парень упал на колени перед братом, загораживая его собой от Учих. — Ш-ш-ш, это я. Ты в безопасности. Давай, дыши вместе со мной. Наруто действовал четко, привычно. Он обхватил лицо брата ладонями, заставляя смотреть на себя, и начал выпускать свой мягкий запах, который всегда успокаивал Дейдару. Постепенно судорожные вдохи омеги стали тише, и он уткнулся лбом в плечо Наруто, продолжая мелко дрожать. Блондин, не выпуская брата из объятий, достал телефон и набрал Кушину. После коротких гудков, он, явно пытаясь держать себя в руках, выдавил: — Мам, у Дея приступ. Приезжай, мы уходим. Он поднял глаза на Учих. Взгляд Наруто был холодным и колючим, чего Саске не видел никогда. — Что случилось? — Я не знаю, — глухо ответил Итачи. — Столкнулся в дверях с тремя альфами, они убегали. Зашел и увидел его таким… Наруто горько усмехнулся. Вина за то, что он оставил брата одного в месте, где полно самоуверенных придурков, жгла изнутри. Он слишком расслабился, пустил ситуацию на самотек, за что и поплатился. — Саске, — обратился он к другу. — Сходи и забери наши сумки. Альфа, который хотел задать сотню вопросов, просто кивнул и исчез за дверью. Он чувствовал, что сейчас не время для споров. Наруто аккуратно подхватил Дейдару на руки, и тот сразу спрятал лицо в шее брата. — Итачи, — Намикадзе посмотрел на подавленного и растерянного брюнета. — Я всё объясню позже. Сейчас нам нужно уехать. Когда они спустились в холл, Саске уже ждал у входа с сумками и куртками. Через минуту к воротам с визгом тормозов подлетела машина Кушины. Женщина выскочила из салона, её лицо было сосредоточенным и серьезным. Она ничего не спросила — просто открыла заднюю дверь. Саске передал ей сумки, и омеги скрылись в машине. Автомобиль сорвался с места, оставляя братьев Учих на тротуаре. Братья стояли в полном молчании, морозный воздух обжигал легкие. Итачи стоял неподвижно, его взгляд был прикован к пустому участку дороги. Саске видел, как на скулах брата гуляют желваки. — Ты их запомнил? — коротко спросил младший. — Высокий шатен с кольцом в ухе, — голос Итачи был лишен эмоций. — С ним были двое, они вроде из клуба регби. Я видел их в столовой. — Хорошо.

***

Клуб регби находился в цокольном этаже спортивного комплекса. Когда братья Учиха вошли в раздевалку, там было шумно: те самые трое альф, перебивая друг друга, со смехом обсуждали, как «тот ненормальный чуть не отбросил коньки от обычного феромона». — Прикинь, он реально начал задыхаться! — смеялся шатен, вытирая шею полотенцем. — Я думал, Намикадзе покрепче будут, а он… Дверь раздевалки захлопнулась с глухим щелчком. Смех оборвался. Итачи шел первым. Его походка была обманчиво мягкой, но аура подавляла физически. Саске следовал за ним тенью.  — Учиха? — шатен нахмурился, пытаясь сохранить лицо. — Вам чего здесь… — Ты выпустил феромоны давления на омегу, — Итачи произнес это почти шепотом, но голос прорезал тишину раздевалки, как скальпель. — Это нарушение кодекса Академии и прямое нападение. — Слышь, мы просто пошутили… — начал было второй, покрепче, делая шаг вперед. Саске мгновенно перехватил его движение, сдерживая свою злость. — Еще один шаг, и я позабочусь о том, чтобы ты больше никогда не вышел на поле. Итачи подошел к шатену вплотную. Тот был выше, но под взглядом старшего Учихи начал медленно оседать. — Завтра утром вы трое заберете документы. Без лишнего шума. Если я увижу вас еще хоть раз… я сделаю так, что ваше «развлечение» станет достоянием общественности, а вы сами — позором Академии. — Ты не можешь… — всхлипнул шатен. — Я могу куда большее, чем ты способен вообразить, — спокойно ответил Итачи и развернулся, вместе с братом направляясь к двери. Они вышли из спорткомплекса, когда на город опустились сумерки. Саске ждал, что они поедут к Намикадзе, но Итачи покачал головой. — Нет. Сейчас нельзя, мы можем навредить. Нужно ждать. Вечер по приходу домой тянулся невыносимо долго. Около девяти вечера Итачи, наконец, решился. Он набрал номер Наруто и поставил на громкую связь. Саске сидел напротив, впившись взглядом в телефон. — Да? — голос был тихим, измотанным. На заднем плане слышался шум воды. — Прости, что беспокою. Как он? На той стороне послышался тяжелый вздох. — Понемногу приходит в себя. Мама дала ему успокоительное, он... он почти всё время молчит. Но физически уже лучше. Спасибо, что позвонил. — Нам жаль, — вставил Саске. — Мы нашли тех, кто это сделал. Они больше не побеспокоят. — Я догадывался, что вы не оставите это просто так, — слабо усмехнулся Наруто. — Но сейчас… Внезапно на том конце провода послышался какой-то шорох, звук борьбы и громкий голос, резкий и надрывный: — Дай сюда! Послышалось прерывистое дыхание, а затем голос Дейдары зазвучал прямо в трубку — он явно перехватил телефон у брата. — Итачи! Ты слышишь меня? — Слышу, Дейдара, — голос Итачи мгновенно стал мягким, почти умоляющим. — Если ты… — парень запнулся, голос на секунду дрогнул, но он заговорил снова, еще тверже. — Если ты всё еще уверен, что тебе нужен такой, как я… Приезжай завтра вечером. Я расскажу всё один раз. Если после этого захочешь уйти — я пойму. Всё, отбой! Короткие гудки заполнили комнату. Саске и Итачи переглянулись. — Он позвал меня, — прошептал Итачи, и в его глазах впервые за вечер промелькнула искра надежды, смешанная с огромной тревогой. — Он сильный, — Саске положил руку на плечо брата. — Сильнее, чем кажется.

***

Весь следующий день в Академии Саске и Итачи чувствовали себя так, будто находились в эпицентре невидимого шторма. Троица регбистов действительно не явилась на занятия — по коридорам поползли слухи об их внезапном отчислении, но братья Учиха хранили молчание. Когда солнце начало садиться за высотки Токио, братья подошли к дому Намикадзе, где на пороге их встретил Наруто. Он выглядел измотанным, но кивнул им, пропуская внутрь. — Заходите. Мама и папа уехали в магазин, чтобы... в общем, чтобы нам не мешать. Дейдара ждет. В гостиной горел только торшер в углу, погружая комнату в мягкий полумрак. Дейдара сидел на диване, обхватив себя руками поверх объемного кардигана, словно пытался удержать собственное тело от распада. Когда альфы вошли, он даже не поднял головы. — Садитесь, — голос Дейдары был бесцветным. — Раз уж вы влезли в нашу жизнь, то должны понимать, с чем имеете дело. Наруто, наверное, считает, что я совершаю ошибку, вываливая это на вас, но я не хочу, чтобы вы строили иллюзии. Он глубоко вдохнул, и его взгляд стал тяжелым. — Для начала... — Дейдара посмотрел на Итачи. — Мы с Наруто не родные братья. Мой отец был младшим братом Минато, но после того как его и мамы не стало, дядя забрал меня и усыновил. Саске застыл, так и не донеся руку до спинки кресла. Итачи, обычно непроницаемый, на мгновение широко открыл глаза, и в этом жесте было столько немого потрясения, сколько Саске не видел у него никогда.  — Нас... нас похитили. Ради выкупа, ради давления на дядю — неважно, — голос Дейдары стал тише, и он начал медленно раскачиваться вперед-назад. — Мне было пять. Я не помню лиц, мой мозг стер их, оставил только серые пятна. Но я помню ощущения. Помню, как пахло в том подвале — сыростью, жженой резиной и... ими. Теми альфами. Дейдара судорожно вздохнул, его пальцы начали непроизвольно царапать ткань кардигана. — У меня нет четкой картинки, понимаете? Только обрывки. Помню, как этот запах — тяжелый, липкий — буквально вжимал меня в пол. Это как физический вес, тебя заталкивают в бетонную стену, и ты не можешь дышать. Я помню, как мой отец... я не видел, что с ним делают, но я слышал, как он кричал на них, пытаясь разорвать веревки. Слышал, как они смеялись и издевались над мамой. Итачи почувствовал, как в груди закипает ядовитая ярость. — Единственное, что я запомнил четко, это то, как папа погиб. Он смог вырваться и побежал на защиту на них, а потом был выстрел.— Дейдара зажмурился. — Через некоторое время послышались сирены и эти уроды запаниковали. Тот, что остался с нами, сорвался, видимо решив убрать свидетелей. Я помню, как он наставил на меня пистолет, а мама кричала мне бежать и прятаться. Дейдара задрожал мелкой, противной дрожью. Наруто молча взял его за руку, переплетая их пальцы. — Она бросилась на него, дала мне секунду. А я сбежал и забился в какую-то щель между ящиками и просто выключился. Меня нашли, когда люди Минато уже всё зачистили. Дейдара посмотрел на Итачи — прямо, почти вызывающе, несмотря на слезы. — Я ненавижу доминантность. Ненавижу, когда мной пытаются командовать. Моя психика ломается каждый раз, когда я чувствую силу, которую не могу контролировать. Вот такой я — сломанный псих. В комнате повисла давящая тишина, в которой отчетливо было слышно прерывистое дыхание Наруто. Итачи медленно подошёл к дивану, но не касался омеги, сохраняя уважительную дистанцию. — Дейдара, — его голос вибрировал от сдерживаемых эмоций. — Ты не «сломанный». То, что ты выжил и остался собой после такого — это не слабость. Это величайшая сила, которую я когда-либо встречал. Он понурил голову, пряча лицо. — Я не прошу тебя доверять мне прямо сейчас. Но я обещаю: я никогда — слышишь, никогда — не использую свою природу против тебя.  Саске посмотрел на Наруто. Тот сидел, опустив голову на плечо брата, и его плечи беззвучно вздрагивали. Теперь Учиха понимал каждое слово, каждый жест защиты Наруто в отношении к Дейдаре и это знание осело тянущей болью у него в груди.

***

Когда Итачи и Саске поднялись, чтобы уйти, в гостиной воцарилась звенящая тишина. Дейдара, окончательно вымотанный своим рассказом, прикрыл глаза, Наруто же молча поднялся, чтобы проводить гостей. Они вышли на крыльцо. Ночной воздух Токио после душной от эмоций гостиной казался обжигающе холодным. Итачи вышел первым, намеренно дав Саске и Наруто несколько минут наедине. Он отошел к воротам, застыв темным силуэтом под светом фонаря. Саске остановился на нижней ступеньке, повернувшись к блондину. Он смотрел на него долго, пытаясь осознать, сколько силы требовалось этому омеге, чтобы каждый день улыбаться, неся на плечах груз этой трагедии. Саске хотел пообещать защиту, хотел сказать, что сотрет любого в порошок за них, но вовремя прикусил язык. Он знал Намикадзе — тот не потерпел бы жалости. Это только оттолкнуло бы его. — Наруто, — негромко произнес Саске. — Я не буду говорить громких слов. Просто... я рядом. Что бы ни случилось, я не уйду. Блондин посмотрел на него, и в его глазах промелькнула благодарность за это понимание. — Спасибо, — прошептал омега. Саске медленно сократил расстояние и коснулся своими губами его губ. Это не была страсть, только тихая нежность и поддержка. На мгновение Наруто прикрыл глаза, позволяя себе просто почувствовать тепло, а затем Саске отстранился и кивнул в сторону брата. Они вместе подошли к Итачи, который стоял, вцепившись пальцами в холодную кованую ограду. Его плечи, всегда идеально ровные, сейчас были напряжены, а взгляд казался остекленевшим. — Итачи, — негромко позвал Наруто. Брюнет медленно повернул голову. Его лицо было бледным, почти прозрачным в свете фонарей. — Я альфа... — глухо произнес он. — Как я могу... как я вообще смею надеяться на что-то после того, что узнал? Омега подошел ближе. Он видел, что Итачи тонет в собственном чувстве вины и ужасе перед тем насилием, которое совершили люди в прошлом Дейдары. — Не вини себя в чужих грехах, — мягко сказал Наруто. — Ты — тот, кому он решил все рассказать, кому он доверился. Видя, что слова не помогают унять дрожь в руках старшего Учихи, Наруто сделал то, что считал нужным в этой ситуации. Он просто шагнул вперед и крепко обнял Итачи, который сначала замер, одеревенев. Но тепло Наруто, его спокойный, чистый запах и искреннее сострадание пробили чужую броню. Через секунду Итачи судорожно, почти до боли, вцепился в плечи омеги, утыкаясь лицом в его волосы. Он нуждался в этой поддержке, в этом простом человеческом жесте, который говорил: «Ты не враг». Саске стоял рядом, глядя на брата с нескрываемой болью. Через минуту Наруто мягко отстранился. — Ему сейчас нужно отдохнуть. И вам тоже. Идите. Блондин развернулся и ушел в дом, тихо прикрыв за собой дверь. Братья остались на пустой улице и Итачи достал телефон, дрожащими пальцами вызывая такси. Пока они ждали машину, ни один из них не проронил ни слова. Морозный воздух обжигал легкие, помогая немного прийти в себя после эмоционального шторма. Саске смотрел на свои руки, Итачи — на темные окна дома Намикадзе. Они просто стояли и переваривали то, что теперь их жизнь никогда не будет прежней.

***

Когда дверь дом закрылась, воцарилась гулкая, почти ватная тишина. Наруто постоял в прихожей несколько секунд, переводя дыхание, а затем медленно вернулся в гостиную. Дейдара всё так же сидел на диване, но его поза изменилась: он больше не сжимался в комок, а скорее обмяк, словно из него вытащили стальной стержень, который поддерживал его все эти годы. — Они ушли, — негромко сказал Наруто. — Хм, — Дейдара поднял голову. Глаза у него были покрасневшими, но взгляд стал более ясным. — Хочу чай. Они переместились в святая святых дома — на светлую кухню. Наруто привычными движениями наполнил чайник, и достал любимые кружки. Дейдара устроился на подоконнике, подтянув одно колено к подбородку. — Знаешь, — начал Дейдара, наблюдая за паром от чайника. — Когда я это говорил... я ждал, что они уйдут. В смысле, сразу. Встанут и скажут: «О, это слишком сложно для нас, удачи с психиатром». — Ты их недооцениваешь, — Наруто поставил перед ним кружку с ароматным чаем. — Они, конечно, те еще зануды, но верные. Саске... он вчера выглядел так, будто готов был голыми руками разнести ту крышу. А Итачи... — Что Итачи? — Дейдара замер с кружкой в руках. — Ему было больно, по-настоящему. Он чувствует вину просто за то, что он альфа. Дейдара опустил взгляд в чай. — Это глупо. Он ведь не они. Но... мне страшно. Теперь, когда он всё знает, он будет смотреть на меня как на хрустальную вазу. Будет взвешивать каждое слово, бояться подойти... Я не хочу жалости. — Итачи не похож на того, кто будет жалеть, — Наруто встал рядом, соприкасаясь плечами. — Скорее, он будет учиться защищать тебя так, чтобы ты этого не замечал. Дейдара нервно усмехнулся, прикусив губу. — Язык мой — враг мой. Теперь придется смотреть ему в глаза и понимать, что он знает обо всем. Это как... как будто я выставил свою самую неудачную, разбитую работу на главной выставке. — Или как будто ты наконец-то снял маску, которая тебе жала, — мягко поправил Наруто. — Ты ведь сам сказал: если захочет уйти после правды — пускай уходит. Он не ушел. Они просидели на кухне еще долго, разговаривая о мелочах. — Я не пойду завтра на учебу, — Дейдара произнес это глухо, глядя в пустую чашку. — Не могу. Мне кажется, есть увижу эти коридоры — задохнусь. — И не надо. Я останусь с тобой, устроим себе внеплановый перерыв. Когда входная дверь скрипнула и в прихожей раздались голоса родителей, братья вышли их встретить. — Как все прошло? — мягко спросила Кушина, обнимая обоих сыновей сразу. — Они адекватно все восприняли? — Лучше, чем ожидалось, — ответил Наруто. — Они все поняли. — Пап, — Дейдара поднял глаза на Минато. — Можно нам… пару дней побыть дома? Мужчина кивнул, уже доставая телефон. — Конечно. Я позвоню ректору и скажу, что вы подхватили какой-то агрессивный вирус. Немного отдыха вам не помешает. Вечер прошел непривычно тихо. Они сидели в гостиной все вместе, Кушина заварила травяной чай, а Минато начал рассказывать какую-то нелепую историю о неудачах на последнем совете министров, намеренно избегая серьезных тем. Атмосфера постепенно разряжалась, тяжелые тени прошлого отступали под натиском простого домашнего тепла. Когда пришло время ложиться, Дейдара поднялся первым. Он выглядел сонным и каким-то маленьким в своем огромном кардигане. Наруто пошел проводить его, но в коридоре Дейдара вдруг неосознанно, как в детстве, вцепился пальцами в рукав его толстовки. — Наруто... я у тебя сегодня побуду? — прошептал он. Тот только улыбнулся. — Конечно. Иди ложись, я сейчас. Наруто зашел в комнату Дейдары и после коротких поисков выудил с полки старую, зачитанную до дыр книгу. Вернувшись к себе, он переоделся и лег на кровать, и Дейдара же сразу пристроился рядом, привычно положив голову брату на грудь. Парень открыл книгу на заложенной странице. Это была их общая память — история, которую Кушина читала им сотни раз, когда мир вокруг казался слишком огромным и пугающим. — Помнишь? — спросил Наруто, перебирая светлые пряди Дейдары. — Помню, — отозвался тот, закрывая глаза. — Я всегда просил читать дальше, а ты засыпал на середине... Наруто начал читать вслух: — Тьма — это не отсутствие света. Тьма — это всего лишь иное зрение. Когда ты закрываешь глаза, мир не исчезает. Он просто становится ближе. Мальчик знал, что Солнечный Котенок не боится темноты, потому что он сам — частица света. И пока у тебя есть хотя бы искра внутри, ни одна тень не сможет тебя поглотить... Дейдара слушал, и перед его внутренним взором всплывали картинки из детства. Он вспомнил, как они менялись: одну главу читал он сам, гордясь своей беглостью, а вторую — Наруто, который всегда предпочитал просто слушать, подложив руки под голову. В те моменты не было страха, был только голос брата и запах семьи. «Тьма не вечна, — думал Дейдара, чувствуя, как веки тяжелеют. — Пока рядом есть те, кто готов держать тебя за руку, тьма — это просто время для сна». Он расслабился, ощущая тепло Наруто. Наконец-то паника не сжимала его горло. Засыпая, Дейдара подумал о том, что, несмотря на всё пережитое, жизнь подарила ему невероятных людей. Наруто продолжал читать, даже когда дыхание брата стало глубоким и ровным. Сейчас здесь, в этой комнате, было только спокойствие и этого было достаточно.