Право на счастье

Это должно было стать триумфом его карьеры, но стало началом новой главы их жизни. Вечер первой персональной выставки Дейдары в Токио гудел голосами критиков и блеском софитов, но Итачи, хоть и гордился своим омегой, мыслями находился в другом месте. Когда толпа немного поредела, он мягко коснулся локтя Намикадзе и увлек его за собой — вверх по лестнице, мимо охраны, на крышу здания. Там, под ночным небом, где огни города казались лишь отражением далеких звезд, Итачи замер. Холодный ветер трепал полы его пальто, а Дейдара, всё еще возбужденный успехом, восторженно рассказывал о «настоящем искусстве, которое должно взрывать сознание». Брюнет не стал перебивать его, и молча опустился на одно колено, протянув коробочку с блеснувшим кольцом, отчего омега осекся на полуслове. Весь его боевой задор испарился, сменившись ошеломленным молчанием. — Итачи... ты... — выдохнул он, рассматривая взволнованное лицо, и счастливо улыбнулся. Согласие было получено, скрепленное поцелуем, который для обоих значил гораздо больше, чем любые слова. Но если предложение было красивым моментом затишья, то подготовка к свадьбе превратилась в вихрь, затянувший всех членов семьи.

***

Гостиная поместья Учих превратилась в нечто среднее между штабом стратегического планирования и мастерской безумного художника. Воздух буквально искрил от статического электричества — предсвадебная лихорадка накрыла всех присутствующих, превращая обычный вечер в бурлящий котел из идей, споров и смеха. Дейдара, чьи волосы были стянуты в высокий, растрепанный хвост, метался от одного края стола к другому. Перед ним лежали веера образцов: от тончайшего шелка до тяжелого бархата. — Нет, нет и еще раз нет! — блондин в сердцах хлопнул ладонью по каталогу. — Бежевый? Вы серьезно? Это свадьба, а не поминки! Мне нужен цвет... цвет кобальта, глубокий, как ночное небо, и золото! Много золота, чтобы всё сияло, когда мы будем зажигать! Итачи, вопреки всеобщей суете, выглядел как человек, познавший дзен. Он сидел в глубоком кресле, и его лицо буквально светилось мягкой радостью, которая заставляла Саске невольно засматриваться на брата. Мужчина поймал жениха за руку, когда тот в очередной раз проносился мимо, и мягко притянул его к себе на подлокотник. — Дыши, любимый, — прошептал он, ласково целуя длинные пальцы омеги. — Мы найдем именно то, что нужно, Саске уже отправил запрос поставщикам. — Верно, все будет по высшему разряду! — вставил Наруто, который сидел на полу, утопая в ворохе пригласительных. — Мы выжмем из этих дизайнеров всё! Гляньте лучше на список гостей. Нам нужно подтвердить рассадку, иначе Темари нас убьет за то, что мы посадили Шикамару слишком близко к фуршету — он же уснет прямо в тарелке. Семья Учиха и семья Намикадзе сплотились в этом безумии так тесно, что границы окончательно стерлись. Матери, вооруженные блокнотами, вели ожесточенную дискуссию о флористике. — Только не розы, Микото! — Кушина экспрессивно жестикулировала. — Дейдаре нужно что-то более дикое, яркое! Может, орхидеи в сочетании с какими-то экзотическими травами? — А я думаю о лилиях сорта «Касабланка», — мягко, но настойчиво возражала брюнетка. — В сочетании с золотыми нитями в декоре это подчеркнет статус события. Всё-таки Итачи — старший наследник. Саске, сидевший за ноутбуком и методично вбивавший данные в таблицу, только хмыкнул. — Если вы добавите еще больше золота, гости ослепнут в первую же минуту. — Цыц! — хором отозвались женщины, и Учиха-младший предпочел уткнуться обратно в монитор, пряча легкую улыбку. Обсуждение списка гостей превратилось в отдельный вид развлечения. — Значит, Нагато и Конан прилетают вместе с Яхико? — уточнил Саске. — Да, — подтвердил Итачи. — Конан уже прислала эскизы бумажных декораций, она хочет сделать тысячу журавликов как символ долголетия и мира. Яхико пообещал, что проследит, чтобы они не загорелись от «пиротехнических идей» Дейдары. — Кстати, о гостях, — Наруто подмигнул брату. — Нейджи сказал, что Гаара действительно придет с Ли. В комнате на секунду повисла тишина. — До сих пор не могу в это поверить, — покачал головой Саске. — Наш отмороженный и... Рок Ли? С его «силой юности»? — А что? — Наруто расхохотался. — Гаара сказал, что с ним ему никогда не бывает скучно. К тому же, Ли обещал, что на свадьбе они исполнят «танец пяти огней» в честь женихов. Я лично хочу на это посмотреть! — А Хината и Киба? — спросил Дейдара, немного успокаиваясь. — Они как? — Киба завалил Хинату цветами, а его пес теперь обожает её больше, чем самого хозяина, — Наруто улыбнулся. — Шикамару и Темари... Ну, там всё стабильно. Она вовсю строит этого ленивца, он ворчит, хотя выглядит абсолютно довольным своим положением. А Канкуро шутит, что он одинокий волк, так что на него нужно одно пригласительное. Когда матери ушли на кухню обсуждать меню, а Наруто увлекся спором с Саске о том, какое вино лучше заказать, Итачи и Дейдара на мгновение остались в одиночестве. Пока ещё Намикадзе наконец-то расслабился, положив голову на плечо своего жениха. — Все точно нормально? — тихо спросил он. — Весь этот шум, толпы народа... Это ведь не совсем твой стиль. Брюнет повернул голову и поцеловал его в висок. Его взгляд был мягким и влюбленным. — Мой стиль — это ты. И если ради того, чтобы увидеть твою улыбку у алтаря, мне нужно пригласить половину Токио и выдержать споры о цветах и меню — я сделаю это с удовольствием. Дейдара покраснел, прижимаясь ближе. — Зануда. Но самый лучший зануда в мире.

***

Ослепительно белый фасад свадебного салона в центре Токио обещал большой выбор, но внутри него назревала буря, способная снести все манекены в радиусе километра. Семья Намикадзе полным составом находилась в этом месте уже четвертый час, а сам салон по счету был третьим. Вокруг Дейдары горой громоздились отвергнутые наряды. Классические смокинги, шелковые кимоно, авангардные асимметричные сюртуки — всё это было безжалостно забраковано. — Скучно! — он в очередной раз вылетел из примерочной, нервно сдергивая с себя белый пиджак. — Это выглядит так, словно я собрался на похороны собственной креативности! Искусство — это взрыв, а не эта унылая белизна! Блондин рухнул в кожаное кресло, скрестив руки на груди, и его длинные ноги раздраженно задергались. — Всё, я ухожу, женитесь сами. Я лучше в студии глину полеплю, чем буду выглядеть как офисный планктон на собственной свадьбе. Кушина с тревогой посмотрела на мужа, который только беспомощно развел руками. Дейдара в таком состоянии был неуправляем. — Так, истеричка, остынь, — Наруто подошел к подскочившему брату и, игнорируя его возмущенный вскрик, усадил обратно в кресло, крепко прижав за плечи. — Сиди здесь. Мам, пап, последите за ним, чтобы не сбежал и не взорвал салон, а я пойду и найду то, что нужно. — Ты ничего не понимаешь в искусстве! — крикнули ему вдогонку, но Наруто уже целенаправленно зашагал к стойке ресепшена. Он не собирался сдаваться, подключив к поискам двух консультантов и администратора салона. Вчетвером они начали прочесывать бесконечные ряды вешалок, лазить по складам и листать каталоги эксклюзивных коллекций. — Мне нужно что-то яркое, но белое, — объяснял Наруто, листая очередной фолиант с эскизами. — Чтобы оно сияло, но не как новогодняя елка. Вы понимаете? Продавцы переглядывались, явно не понимая, но продолжали искать. Спустя час, когда омега уже начал отчаиваться, его взгляд упал на закрытый чехол в дальнем углу склада. — А это что? — он подошел ближе и потянул за молнию и его глаза расширились. В полумраке склада висел наряд, который, казалось, был создан для Дейдары. Ткань была ослепительно белой, но по ней шла деликатная вышивка стилизованных звезд и созвездий, выполненная тончайшими серебряными нитями, крошечным жемчугом и бисером. Они не бросались в глаза, но при каждом колыхании ткани декор начинал мерцать, словно далекий млечный путь. — Это оно... — прошептал Намикадзе, чувствуя, как сердце забилось чаще. Он подхватил чехол и, сияя от восторга, побежал обратно к семье. — Дейдара! Вставай! Я нашел! — Наруто ворвался в зону отдыха, подхватил взвизгнувшего от неожиданности брата одной рукой и, не обращая внимания на его вопли, буквально впихнул в примерочную, всучив чехол с костюмом. — Держи! И не смей выходить, пока не наденешь! Задёрнув шторку перед перекошенным от злости лицом, Наруто, довольный собой, уселся к родителям, потирая руки. — Вот увидите, это будет бомба. Супруги переглянулись с надеждой. Из примерочной доносилось ворчание и шуршание ткани, но спустя несколько минут штора медленно отодвинулась и повисла тишина, в которой было отчетливо слышно, как Минато судорожно вздохнул. Дейдара стоял перед зеркалом, разглядывая костюм: белоснежный, матовый шелк, который идеально держал форму длинного пиджака-хаори, запахивающегося на манер кимоно в комплекте с узкими брюками, которые подчеркивали стройный силуэт. Но главное чудо творилось на ткани — вышивка с добавлением серебряных нитей и бисера создавала эффект звездного неба, и при малейшем движении Дейдары, звезды на его плечах и груди мерцали. — О боже... — Кушина вскочила с дивана и, сияя от радости, стала обходить сына кругом, рассматривая со всех сторон. — Милый, ты... ты просто невероятный. Это так красиво! Наруто, где ты нашел эту прелесть?! Тот сидел с довольным видом, откинувшись на спинку дивана, и чуть ли не мурлыкал от удовольствия. — Я же говорил, что найду то, что нужно. Просто нужно было немного креатива. Минато, сидевший рядом, вытирал слезы платком, уже не стесняясь. — Мой мальчик совсем взрослый... Такой красивый... — он всхлипнул. — Почему вы выросли так быстро? Дейдара стоял, застыв, и смотрел на себя в огромное зеркало во весь рост. Он видел, как серебряные звезды мерцают на его плечах при каждом вдохе, как синяя подкладка рукава мелькает при движении, добавляя акцент и понимал, что это именно то, что нужно. — Хм... — он невольно улыбнулся. — Наруто, ты... ты молодец. Он повернулся к зеркалу в профиль, любуясь тем, как звезды стекают по его спине. — Итачи потеряет дар речи, когда увидит меня в этом. Семья Намикадзе, наконец-то довольная и успокоенная, покинула салон, унося с собой наряд, который должен был стать символом начала новой жизни Итачи и Дейдары.

***

Свадебная церемония была спланирована как баланс между вековыми традициями и неукротимым духом Дейдары. Зал для церемоний в загородном поместье Учиха был преображен до неузнаваемости. Строгость японской архитектуры здесь смешалась с авангардным видением омеги: по всему периметру тянулись композиции из белых орхидей и синих гортензий, а под потолком парили сотни бумажных журавликов, которые Конан создавала вручную в течение месяца. Итачи стоял на возвышении, и каждый вдох казался ему слишком громким в этой торжественной тишине. Его угольно-черное кимоно словно поглощало свет, делая его фигуру еще более статной и строгой, но сегодня его руки, обычно неподвижные и спокойные, подрагивали. Он то и дело касался ткани, проверяя, в порядке ли все, пока Саске не накрыл его ладонь своей. — Старший брат, если еще раз поправишь пояс, то просто развяжешь его, — негромко произнес брюнет, стоявший рядом в качестве поддержки. — Успокойся, ты выглядишь безупречно. Итачи бросил на него короткий взгляд и едва заметно улыбнулся дрожащими губами. — Я не из-за наряда переживаю. Просто... до сих пор не могу поверить, что он сказал «да». Саске хмыкнул, поправив воротник чужого кимоно. — После того, как он заставил нас всех три недели искать «тот самый оттенок синего», у него просто нет шансов передумать. Даже отец... смотри. Итачи проследил за взглядом Саске. Фугаку сидел в первом ряду, выпрямив спину, и хотя его лицо сохраняло привычную серьезность, он не сводил глаз со старшего сына, и в этом взгляде было только признание и радость. Микото рядом с ним сжимала платок, её глаза уже блестели от непролитых слез. Наруто, сидевший по другую сторону прохода, то и дело подмигивал Саске и широко улыбался Итачи, одними губами шепча: «Всё круто!». Его присутствие, яркое и живое, разбавляло густую атмосферу волнения. Внезапно тяжелые звуки традиционного оркестра смолкли, и зал наполнился чистым, пронзительным звоном колокольчиков, который сменился вибрирующим соло на виолончели. Двери в конце зала медленно разошлись. Дейдара шел под руку с отцом с гордо поднятой головой, и его голубые глаза, обычно горящие вызовом, сейчас были наполнены такой нежностью, что Итачи почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Когда они поравнялись с алтарем, Минато, чей голос заметно дрожал, произнес положенные слова передачи, но Учиха их почти не слышал. Его внимание было поглощено тем, как омега аккуратно вложил свою ладонь в его руку. Итачи посмотрел на Дейдару, и все заготовленные речи вылетели из головы. Он видел крошечную капельку пота на виске жениха, видел, как дрожат его длинные ресницы, и как отчаянно он пытается сохранить свою дерзкую ухмылку, хотя его губы заметно подрагивали. И именно в этот момент он сдался. Самообладание, ковавшееся годами дисциплины, рассыпалось и первая горячая слеза скатилась по щеке, оставляя влажный след на бледной коже. Он пытался её скрыть, но было поздно. — Итачи... — прошептал Дейдара, чуть крепче сжимая чужие пальцы. — Ты чего, зануда? — Ты просто... — брюнет сглотнул, пытаясь справиться с комом в горле. — Ты такой красивый. Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — омега шмыгнул носом, и его глаза тоже подозрительно заблестели. — Хватит доводить меня до слез на моей собственной свадьбе! Под тихий смех гостей, они оба попытались успокоиться, и как только все притихли, священнослужитель начал обряд бракосочетания: — Согласен ли ты, Учиха Итачи, принять Намикадзе Дейдару как своего законного супруга? — вопрос прозвучал в абсолютной тишине. — Согласен, — его голос был негромким, но наполненный таким счастьем, что Кушина не выдержала и громко всхлипнула, уткнувшись в плечо мужа. Когда настала очередь Дейдары, он на секунду замялся от переполнявших его чувств. Он посмотрел на звезды на своем рукаве, затем на Итачи, который теперь улыбался сквозь остатки слез. — Согласен, — выдохнул блондин. — И обещаю, что со мной твоя жизнь никогда не будет скучной. Когда они обменивались кольцами, руки обоих дрожали. Саске, сидевший рядом со счастливым Наруто, едва заметно кивнул брату, легко улыбаясь. Начало их свадьбы стало самым трогательным событием, которое когда-либо видело поместье. Это не было просто объединением двух влиятельных семей — это было торжество двух душ, которые нашли друг друга вопреки всем правилам и логике. Итачи и Дейдара стояли у алтаря, готовые к своему первому супружескому поцелую, и весь мир вокруг них, казалось, на мгновение замер, отдавая дань уважения их любви.

***

Торжественная часть сменилась ярким и оглушительным вихрем банкета. Огромный зал, который еще час назад был наполнен благоговейной тишиной, теперь содрогался от смеха, звона бокалов и ритмичной музыки. Официанты едва успевали разносить подносы, а воздух был пропитан ароматом дорогих вин и изысканных блюд. В центре зала, где паркет был натерт до зеркального блеска, развернулось настоящее побоище. Наруто, избавившись от пиджака и оставшись в одной рубашке с закатанными рукавами, устроил танцевальный баттл с Кибой. Музыка била по ушам тяжелыми басами, и омега, используя свою невероятную координацию, выдавал такие финты, что гости невольно расступались. — Это всё, на что ты способен, слабак?! — задыхаясь от смеха, кричал Наруто, делая резкий разворот на руках. — Гляди, как работают профессионалы! — Мечтай больше, придурок! — хохотал Инузука. Киба не отставал, его движения были резкими, почти звериными, а Акамару, сидевший у края танцпола в нарядном ошейнике, заливался радостным лаем. Победу в итоге присудили Намикадзе — просто потому, что он умудрился вплести в танец элементы каратэ, сорвав шквал аплодисментов. Пока омега громко и восторженно праздновал победу, вскинув руки вверх, из тени материализовался его альфа, который с абсолютно невозмутимым видом обхватил блондина за талию и, проигнорировав его попытки вырваться, потащил в сторону семейного стола. — Саске-е-е, ты видел?! Я его сделал! — сиял Наруто, пытаясь обнять того за шею. — Видел, чемпион, — хмыкнул Учиха, усаживая его на стул и пододвигая тарелку с едой. — А теперь замолчи, ты не ел с самого утра, а мне не нужен голодный обморок посреди праздника. У барной стойки же происходило нечто, заставившее Нейджи и Тен-Тен едва не подавиться своими напитками. Гаара, который обычно был образцом спокойствия, после пары бокалов шампанского превратился в самого преданного фаната на свете. Он буквально «прилип» к Рок Ли, который сегодня выглядел непривычно нарядно в своем костюме. — Ли... — проникновенно говорил Гаара, глядя на брюнета своими обычно холодными, а сейчас подернутыми туманом глазами. — Ты... ты как лесной пожар. Такой замечательный. Я так благодарен Нейджи, за то, что познакомил нас. Если бы не он, я бы никогда не узнал, что можно обсуждать тренировки три часа подряд и ни разу не заскучать. — Гаара-кун! Ты слишком добр ко мне! — омега покраснел так сильно, что его лицо почти слилось с алым галстуком. — Моя сила юности бьет через край от твоих слов! Хьюга, наблюдая за этой картиной, прикрыл глаза ладонью и тяжело вздохнул. — Что я наделал... — пробормотал он, хотя в уголках его губ таилась улыбка. — Да ладно тебе, это же безумно мило! — Тен-Тен весело толкнула его в бок. — Посмотри на них, они буквально светятся! На другой стороне зала Темари, чей взгляд мог резать металл, тащила Шикамару в сторону танцующих пар. — Милая, ну зачем... Это так хлопотно, — стонал Нара, пытаясь изобразить крайнюю степень усталости. — Давай просто посидим на террасе и посмотрим на луну? Она сегодня почти полная. — Луну ты увидишь из окна машины по дороге домой, — отрезала блондинка, посильнее сжимая его ладонь. — Сегодня свадьба твоего друга, и ты станцуешь со мной, иначе я сама вышвырну тебя отсюда. Марш в круг! Шикамару обреченно вздохнул, пробормотав свое фирменное «проблематично», но как только его рука легла на талию Темари, выражение его лица изменилось. Он вел её уверенно и нежно, доказывая, что за его ленью скрывается мужчина, готовый на всё ради своей женщины. Когда музыка сменилась на плавную и тягучую мелодию, ведущий объявил первый танец молодых. Гости расступились, образуя круг, в центр которого вышли молодожены. Итачи обнял Дейдару, и белый шелк костюма омеги ослепительно контрастировал с черным кимоно альфы. Они двигались медленно, словно плыли. — Глянь на Гаару, — тихо рассмеялся блондин, утыкаясь носом в плечо альфы. — Кажется, завтра ему будет очень стыдно. — Главное, чтобы Ли не заставил его бегать вокруг поместья на руках в качестве искупления, — улыбнулся Учиха, прижимая супруга ближе. — Ты счастлив? Дейдара поднял голову и посмотрел темные в глаза и улыбнулся. — Больше, чем когда-либо, муженёк. Этот вечер... он идеален. К ним постепенно присоединялись другие пары: Минато кружил Кушину, которая то и дело вытирала слезы счастья; Фугаку и Микото танцевали рядом и даже Саске, наконец, вывел смущенного Наруто в круг. Когда банкет подошел к своей кульминации, и гости, разомлевшие от изысканных блюд и искренних тостов, начали выбираться на широкую террасу, Дейдара вдруг остановился у самого края балюстрады. Он обернулся к Итачи, и в свете садовых фонарей его глаза азартно блеснули. — Все думают, что свадьба — это традиции и скучные обеты, — омега широко улыбнулся, доставая из кармана небольшое устройство, похожее на старый детонатор. — Но я обещал тебе, что наша жизнь не будет скучной. Настоящее искусство не хранится в музеях, оно вспыхивает в сердце и остается там навсегда. Итачи подошел ближе, мягко положив руку на плечо своего омеги, чувствуя, как от того исходит волна восторга. — Я весь во внимании, — тихо произнес он, и Дейдара нажал кнопку. Сначала была тишина, а затем из глубины темного сада, скрытого за вековыми соснами, в небо с резким свистом взметнулись десятки залпов. Это были не обычные магазинные салюты, а настоящее профессиональное пиротехническое шоу, которое Дейдара проектировал вместе с мастерами своего дела в течение нескольких месяцев. Небо превратилось в гигантский холст — вместо беспорядочных огней, в вышине расцветали четкие узоры. Первый залп раскрылся огромным кобальтовым цветком, который медленно вращался, рассыпаясь золотыми искрами. — Боже мой... — выдохнула Кушина, прижимаясь к Минато. Следом за синими цветами небо прошили серебряные стрелы — они сталкивались, образуя сетку, которая подозрительно напоминала созвездие Кассиопеи. Лазерные проекции, скрытые в кронах деревьев, подхватили огненный танец, создавая объемные фигуры прямо в воздухе, и над головами гостей пронеслись птицы. От финального залпа не было грохота — лишь ослепительная белая вспышка, которая на несколько секунд превратила ночь в день. Когда свет начал гаснуть, он не исчез бесследно — сотни крошечных частиц начали медленно оседать на сад, словно золотистый снег. — Это «белый взрыв», — прошептал Дейдара, не отрывая взгляда от неба. — Он не разрушает, а освещает путь. Брюнет смотрел на то, как одна из мерцающих частиц опустилась на светлые волосы супруга, и осторожно повернул его к себе, заставляя отвлечься от небесного шоу. — Ты сам — мой свет, — сказал Итачи так тихо, что его услышал только муж. — Спасибо за это чудо. Дейдара улыбнулся, и уткнулся лбом в плечо альфы, пока за их спинами гости взрывались аплодисментами, а Гаара, окончательно забыв про приличия, восторженно доказывал Ли, что это шоу было «почти таким же вдохновляющим, как его тренировки». Этот вечер остался в памяти каждого как момент, когда старые традиции не просто встретились с современным искусством, а слились с ним в одном обжигающем, ярком и счастливом порыве.