Право на счастье

Время быстро пролетело с того памятного «звездного» финала свадьбы Итачи, и жизнь закрутилась в своем привычном, стремительном ритме. Для Саске эти месяцы стали настоящим испытанием на прочность. Отработав положенные три года в семейной корпорации, он, наконец, получил от отца скупое, но значимое одобрение. Фугаку, видя упорство младшего сына, лично помог с подбором здания в престижном районе и наладил логистические цепочки с лучшими поставщиками. Дальше Саске действовал сам, практически поселившись на объекте, контролируя каждый вбитый гвоздь. Дизайн он доверил Дейдаре, поставив жесткое условие: «Никаких взрывов. Это ресторан, а не современная галерея». Омега ворчал, но в итоге выдал шедевр — тонкий синтез минимализма и глубоких, насыщенных текстур. Наруто же в это время буквально тонул в делах на работе. Министерство завалило его сложными кейсами, и он возвращался домой настолько измотанным, что сил хватало только на короткий ужин и сон. Учиха намеренно не пускал его внутрь ресторана под предлогом того, что «там еще пыльно и неинтересно», хотя на самом деле берег сюрприз до последнего момента. И вот, когда последние штрихи были доделаны, Саске стоял посреди своей кухни. Идеально отполированная нержавеющая сталь столов отражала свет мощных ламп, в воздухе все еще витал запах свежей краски, новой мебели и едва уловимый аромат чистящих средств. Все было готово. Плиты ждали первого огня, ножи были наточены до бритвенной остроты, а в холодильных камерах уже томились заготовки для тестового меню. Он посмотрел на свои руки, которые слегка дрожали. Это была его мечта, выстраданная годами учебы и работы под гнетом фамилии Учиха. — Пора, — тихо произнес он, поправляя воротник пиджака. Выйдя на улицу, он завел машину, и, представляя реакцию возлюбленного, поехал за ним на работу. Машина подъехала к зданию министерства как раз в тот момент, когда Наруто, пошатываясь от усталости, выходил из стеклянных дверей. Омега выглядел изможденным: галстук ослаблен, рубашка помята, а в глазах — вселенская печаль по несданным отчетам. Завидев альфу, он вяло махнул рукой, и приземлившись на переднее сиденье, обмякнул с тяжелым вздохом. К ремню безопасности он потянулся только после того, как автомобиль тронулся с места. — Теме? — Наруто удивленно моргнул, понимая, что едут они в противоположную от квартиры сторону. — Мы сегодня разве не дома ужинаем? — Сегодня особенный вечер, — коротко ответил Саске, выруливая в поток машин. Когда через пятнадцать минут автомобиль остановился в тихом, уютном переулке, Наруто даже не сразу понял, где они. Но когда он поднял глаза на фасад здания, отделанного темным камнем, его сердце пропустило удар. Над входом висела минималистичная вывеска, на которой тонкой линией было выгравировано всего одно слово: «Sharingan». — Это что... это оно? Ты уже... Саске, ничего не сказав, вышел из машины, обошел её и открыл дверь Наруто. Взяв омегу за руку, он повел его внутрь, приложив ключ-карту к электронному замку. Внутри Намикадзе накрыло осознание масштаба. Ресторан был безупречен — стены были отделаны темным деревом и декоративной штукатуркой графитового цвета, а освещение было приглушенным и точечным — мягкие лучи падали на прямо массивные столы. Но самой главной, сакральной деталью была стена в конце зала, притягивающая взгляд с первого мгновения. Там, на огромном панно, Дейдара воплотил свой самый глубокий замысел. Из тысяч мельчайших кусочков золотой, синей, черной и белоснежной плитки была выложена богиня Аматерасу. Она не была изображена в традиционном стиле — Дейдара придал её лику черты современной, властной и мудрой женщины. Её волосы, выполненные из золотой мозаики, переливались, словно лучи солнца, а платье, сотканное из синих и черных плиток, напоминало ночное небо, усыпанное звездами. Богиня стояла, протягивая руки вперед, и из её ладоней исходил мягкий, теплый свет, воплощенный в матовых белых элементах. Наруто шел по залу, словно во сне. Он протянул руку и коснулся шероховатой поверхности стены, затем провел пальцами по спинке кресла. Его лицо было таким ранимым и беззащитным, что Саске почувствовал, как внутри у него самого всё сжимается от волнения. — Добе? — брюнет подошел к нему сзади, осторожно касаясь локтя. — Тебе... не нравится? Что-то не так? Наруто резко развернулся, щеки были мокрыми от слез, которые он даже не пытался смахнуть, но улыбка была настолько яркой, что, казалось, она осветила весь этот зал. — Ты шутишь? — голос омеги дрожал от переполнявших его чувств. — Саске, это... это просто идеально. Он сделал шаг вперед и вцепился в лацканы пиджака брюнета, глядя ему прямо в глаза. — Я невероятно горжусь тобой, ты проделал огромный путь, и шел к этому, несмотря ни на что. Видеть, как твоя мечта оживает... Это так хорошо, что даже больно. Учиха облегченно выдохнул и притянул мужчину к себе, крепко обнимая. Он уткнулся носом в его золотистые волосы, вдыхая аромат мяты, который плотно ассоциировался с домом. — Ну чего ты, — негромко проговорил он, пытаясь вернуть себе привычную ироничную манеру, хотя его голос всё равно выдавал волнение. — Не помню, когда ты успел стать таким чувствительным. Видимо, работа в министерстве размягчает мозги. Наруто коротко ударил его ладонью по плечу, но даже не подумал отстраняться. Наоборот, он прижался еще теснее, слушая ровный стук сердца альфы. — Заткнись, Учиха. Просто закрой свой рот и дай мне минутку порыдать от счастья, я имею на это право. Саске усмехнулся и только плотнее замкнул кольцо рук. За окнами шумел вечерний Токио, мигали огни, спешили люди, но здесь время словно замерло. — Мы откроемся в следующую субботу, — прошептал брюнет. — И ты будешь сидеть за самым лучшим столиком. — Я буду сидеть там каждый день, — сквозь смех ответил Наруто. — Пока ты меня не выгонишь. — Не выгоню, — пообещал Саске, целуя его в макушку. — Никогда.

***

Кухня встретила их блеском стали и тихим, едва уловимым гулом работающих холодильников. Это место было сердцем заведения — просторным, продуманным до мельчайших деталей и залитым ровным, мягким светом. Саске, едва переступив порог, словно преобразился: его плечи расправились, а в движениях появилась та отточенная уверенность, которая бывает только у мастера на своем законном месте. — Садись за остров, — Саске кивнул на высокий стул, стоящий прямо напротив рабочей зоны. — Сегодня ты — единственный клиент. Он подошел к встроенной аудиосистеме, и через мгновение пространство заполнили звуки легкой музыки. Наруто, всё еще не отойдя от увиденной Аматерасу, послушно сел, во все глаза рассматривая помещение. — Поверить не могу... — омега провел ладонью по гладкой поверхности острова. — Тут всё такое... профессиональное. Теме, как ты вообще справился с логистикой? Нанять поваров, официантов, составить меню и винную карту... Это же безумие. Брюнет тем временем уже достал из холодильника кусок мраморной говядины и свежие овощи. Нож в его руке мелькал с быстротой молнии — идеальные ломтики падали на доску один за другим. — Отец помог с поставщиками, но персонал я отбирал сам, — ответил Саске, не отрываясь от работы. — Шеф-повара я переманил из Киото, он стажировался во Франции. Официанты прошли двухнедельный тренинг по этикету и знанию меню. Всё должно быть безупречно, в этом районе конкуренция бешеная, и если мы облажаемся в первый же вечер, «Шаринган» станет просто дорогой игрушкой. А я этого не допущу. На раскаленной сковороде зашипело масло, и по кухне разнесся аромат чеснока, розмарина и жареного мяса. Наруто невольно сглотнул. — Ты маньяк, Учиха, — улыбнулся мужчина, подпирая щеку рукой. — В хорошем смысле. Ты всегда доводишь всё до конца. — А как иначе? — альфа бросил на него быстрый взгляд и тут же вернул его к плите. — Кстати, как твои дела на работе? Ты в последнее время выглядел так, будто готов объявить войну всей юридической системе Японии. Наруто тяжело вздохнул, вспомнив заваленный бумагами стол. — Ох, не спрашивай. Коррупционный скандал в строительном секторе. Эти старики в совете думают, что могут прятать счета вечно, так что приходится перерывать архивы десятилетней давности. Изматывает жутко. Но... — он снова обвел взглядом кухню. — Глядя на это, я понимаю, что всё не зря. Брюнет ловким движением выложил стейк на тарелку, дополнив его карамелизированной морковью и нежным пюре из пастернака. Поставив блюдо перед возлюбленным, он наблюдал за его реакцией. — Ешь, пока горячее. Это рецепт, который я дорабатывал специально для открытия. Наруто не заставил себя ждать. Первый же кусочек заставил его зажмуриться от удовольствия. — Боже... Если твой повар сможет хотя бы вполовину также, гарантирую, у дверей будет стоять очередь до самого порта. Они продолжали болтать, обсуждая планы на неделю и смеясь над очередной выходкой Дейдары, который предлагал встроить в столы скрытые дым-машины для «эффекта внезапности». Саске подливал Наруто вино, но сам почти не ел, выглядя необычно задумчивым. Когда тарелка омеги опустела, а музыка сменилась на более медленную композицию, брюнет вдруг замолчал. Он опустил руки в карманы брюк, отвел взгляд в сторону блестящих кастрюль и как-то странно замялся. — Наруто... — начал он, и в его голосе прорезалась несвойственная ему хрипота. — М-м? — Намикадзе, пребывающий в блаженной сытости, лениво повернулся к нему. Альфа медленно достал из кармана небольшую бархатную коробочку, при виде которой Наруто замер, а вся его веселость мигом улетучилась, сменившись оглушительным шоком. Он во все глаза смотрел на коробочку, пока Саске, пальцы которого заметно дрожали, не открыл её. Внутри, на синей подушечке, покоилось кольцо из белого золота. Лаконичное, строгое, но с небольшим черным бриллиантом, который в свете кухонных ламп казался бездонным колодцем Наруто перестал дышать. Он смотрел на кольцо, затем на Саске, который внезапно покраснел так сильно, что его лицо могло бы соперничать с цветом спелого помидора. Видя, что омега оцепенел, брюнет, вместо того чтобы произнести красивую речь, просто схватил его за руку. — Так... — пробормотал Учиха, дрожащими пальцами доставая кольцо и буквально силой надевая его на палец Наруто. — Вот. Носи. В кухне повисла мертвая тишина. Намикадзе смотрел на кольцо на своем пальце, потом на альфу, который отвернулся, делая вид, что его безумно заинтересовала чистота вытяжки. Прошло секунд десять, прежде чем плечи Наруто начали мелко подрагивать. Сначала послышался тихий всхлип, который тут же перерос в звонкий, безудержный хохот. Блондин смеялся до слез, утирая глаза свободным кулаком. — Теме! — простонал он сквозь смех. — Ты серьезно?! Ты просто надел его на меня?! Я вообще-то... я вообще-то не давал своего согласия! Ты даже не спросил! Саске, всё еще красный как рак, фыркнул и сложил руки на груди, не поворачиваясь. — Поэтому я и не спрашивал, — буркнул он. — Знал, что ты начнешь нести всякую чушь и паясничать. Теперь оно на тебе, значит, ты мой. Смирись. Наруто посмеивался, любуясь тем, как черный бриллиант мерцает на его руке. Это было так в стиле Саске — без лишних слов, но с такой скрытой за этим грубым жестом нежностью, что сердце заходилось в бешеном ритме. Внезапно Намикадзе вскочил со стула, и в его глазах заплясали чертенята. — Ах так?! Смириться, значит?! Не успел Саске обернуться, как блондин, используя свои навыки каратэ и природную прыгучесть, буквально перемахнул через высокую стойку острова и приземлился прямо на него, обхватывая руками и ногами. — Ты что творишь?! — заорал брюнет, теряя равновесие. Они оба с грохотом повалились на кафельный пол, Саске больно ударился лопатками, а Наруто сверху придавил его своим весом, не переставая хохотать и осыпать лицо альфы быстрыми, хаотичными поцелуями. — Идиот! Уймись! — мужчина пытался отпихнуть его, но его возмущение таяло на глазах. Омега отстранился всего на секунду, заглядывая темные в глаза. Его лицо сияло таким неприкрытым счастьем, что Саске почувствовал, как все его колючки просто испаряются. — Я люблю тебя, придурочный Учиха! — выкрикнул Наруто, снова прижимаясь к его губам. — И да, я согласен! Хоть ты и дебил! Саске вздохнул, его руки сами собой легли на чужую талию, притягивая ближе. Он смотрел на смеющегося, раскрасневшегося омегу и сам начал улыбаться — открыто и искренне. — Я знаю, — тихо ответил он, отвечая на поцелуй. — Я тоже тебя люблю. Они лежали на полу новой кухни, под звуки музыки и немое благословение Аматерасу, которая смотрела на них из зала, и были счастливы.

***

Подготовка к этому дню заняла почти год — срок, который для нетерпеливого Наруто казался вечностью, а для прагматичного Саске пролетел как один миг в бесконечной череде дел. Было всё: и споры до хрипоты из-за меню, и долгие ночи в кабинете, где они вместе рассаживали гостей по карточкам, пытаясь угодить всем. Но когда над Токио взошло яркое весеннее солнце, заливая загородное поместье мягким светом, стало ясно — оно того стоило. Сад преобразился. Молодожены выбрали стиль, который брюнет иронично назвал «организованным хаосом»: глубокий синий цвет клана Учиха переплетался с оранжевыми акцентами — любимым цветом Наруто. Столы, накрытые тяжелыми скатертями, ломились от блюд, которые Саске придирчиво проверял, доведя поваров до нервного тика. Наруто в своем ослепительно белом костюме выглядел так, словно сам излучал свет. Его галстук, который Саске поправлял ему уже в десятый раз, опять слегка сбился набок от бесконечных объятий с гостями, но омегу это не заботило. Он смеялся, хлопал по плечам бывших одноклассников из школы и то и дело порывался подбежать к фуршетному столу, пока Саске не перехватывал его, собственнически приобнимая за талию. Самым заметным гостем, безусловно, был Дейдара. Омега, чей живот уже отчетливо округлился под свободным шелковым кимоно нежно-голубого цвета, был воплощением энергии. Он не мог усидеть на месте ни минуты, постоянно вмешиваясь в разговоры и критикуя декор, хотя сам же помогал его создавать. — Мелкий, если ты еще раз скажешь, что ваши пригласительные были «милыми», я взорву эту беседку! Они должны были быть провокационными! — Дейдара активно жестикулировал, возмущенно смотря на веселящегося брата. Сзади него, словно тень, следовал Итачи, который когда-то внушал трепет своим спокойствием, а сейчас выглядел как самый встревоженный человек в мире. Он бегал за мужем, держа наготове стакан воды и мягкую подушку. — Любовь моя, пожалуйста, не делай резких движений, — брюнет осторожно придержал омегу за локоть, когда тот решил резко развернуться к подошедшему Саю. — Ты не пил воду последние полчаса. Вот, я принес. — Учиха, ты меня душишь своей заботой! — Дейдара картинно закатил глаза, но всё же послушно отпил из стакана и на мгновение прислонился к плечу супруга, позволяя тому поцеловать себя в висок. — Они такие счастливые. Тот проследил за взглядом омеги. Молодожены в этот момент о чем-то перешептывались, и Саске, обычно скупой на эмоции, смотрел на своего мужа с открытой, почти болезненной нежностью, не отпуская от себя далеко. Итачи мягко улыбнулся, глядя на них, и на мгновение прижал Дейдару к себе крепче, чувствуя, как внутри омеги толкается их ребенок. У барной стойки, вдали от танцующей молодежи, разыгрывалась сцена, которая наверняка вошла бы в анналы истории обеих семей. Намикадзе Минато, чье самообладание пало под натиском саке, сидел, понурив голову, пока Учиха со стоическим спокойствием подливал ему воду. — Фугаку... — блондин шмыгнул носом, вытирая слезы рукавом хаори. — Ты же понимаешь... Это несправедливо. Я растил их, учил... А теперь? Мой дом пуст! Ты забрал у меня обоих! Сначала Итачи очаровал Дейдару своим этим... интеллектом и спокойствием... Теперь Саске! Он просто пришел и надел кольцо на моего Наруто! Теперь весь мой род — Учихи! Брюнет, чей рот едва заметно дернулся в намеке на ухмылку, тяжело вздохнул и покровительственно похлопал друга по плечу. — Перестань причитать, ты не теряешь сыновей. Мы теперь — одна семья. Считай, что это слияние активов. Их жены, стоявшие неподалеку, только переглянулись и вздохнули. — Мужчины... — Кушина покачала головой. — Даже на свадьбе детей они умудряются говорить о «влиянии». Ну их, пойдем лучше проверим, не съел ли Наруто торт до начала церемонии. Когда сумерки опустились на сад и зажглись множество фонариков, а музыка стала спокойнее, Наруто, наконец, оказался в объятиях Саске. Они стояли на краю террасы, наблюдая за танцующими гостями. Гаара, подобрав момент когда они не будут окружены толпой, подошел вместе с Ли, который восторженно рассказывал о «пламени вечной любви», и Наруто сгреб их обоих в охапку. — Я так рад, что вы все здесь, — прошептал омега, обнимая альфу. — Спасибо, друг. Сабаку редко улыбался, но сейчас его взгляд был теплым. — Ты заслужил это счастье, как никто другой. А ты, Учиха, попробуй только его расстроить — и тебе придется иметь дело с юридическим отделом «Суны». Саске притянул Наруто ближе, собственнически обнимая его за плечи. — Поверь, я слишком долго этого ждал, чтобы так рисковать, — он ненадолго замолчал, а потом с ухмылкой довольно посмотрел на красноволосого. — И вдруг, если ты забыл, он сейчас тоже Учиха. Когда друзья разошлись, Наруто поднял голову и посмотрел на мужа. На его пальце поблескивало кольцо, а на губах играла та самая улыбка, которую Саске полюбил еще в старшей школе — яркая, красивая и искренняя. — Теме... — прошептал омега, цепляясь пальцами за воротник его пиджака. — Я так счастлив, что даже страшно. Это вообще нормально? — С тобой ничего не бывает «нормально», добе, — брюнет мягко улыбнулся, и в его глазах отразились огни праздника. — Всё всегда — слишком. Слишком громко, слишком ярко... и слишком хорошо. Они стояли посреди шумного, веселого праздника, окруженные любовью своей огромной семьи. Минато всё еще плакал на плече у Фугаку, Итачи продолжал бегать за Дейдарой с подушкой, а Наруто и Саске просто были друг у друга. Под немым благословением звезд и под присмотром златоволосой Аматерасу, они начали свой путь в «навсегда».