Шелкопряд

– Дело сделано, кэп, – Монтгомери вручил ему список с вычеркнутыми до единого пунктами и аккуратно посчитанными расходами. – Можем плыть. – Не можем, – хмуро ответил Джеймс. – Мы ждём лорда Беккета и Воробья. – А на кой нам эта птица? – Лорд Беккет хочет, чтобы "Жемчужина" сопроводила нас через Атлантику. – Дела. – Да уж. – Вопросы задавать можно? – Пожалуй. – Нам есть, чего бояться, чтоб понадобилась охрана из пиратов? – Не думаю, что дело в пиратах, – осторожно сказал Джеймс. – Просто есть некоторые сложности... с морем. – С морем всегда сложности, – философски отозвался Монтгомери. – Но я вас понял, кэп. И, вынув трубку, он принялся с чувством, с толком, с расстановкой её набивать и раскуривать, олицетворяя собой совершенную непоколебимость никакой жизненной ерундой, пиратами, бурями и странностями начальства. Джеймс остался стоять рядом – делать всё равно было нечего, а к этому спокойствию хотелось приобщиться. – Вы узнали его корабль. Сталкивались раньше? – С кораблём – да, с Воробьём – нет. Тогда капитаном другой был. – Барбосса, – сообразил Джеймс. А следом сообразил ещё кое-что: – Подождите, но они же тогда были... Выговаривать это даже спустя всё, чему лично был свидетелем, было неловко. – Прокляты? – понятливо хмыкнул Монтгомери. – Были. Видел. Те ещё рожи. – Расскажете? – Да что рассказывать. Стояли в порту, ночь, тишь, тут слышу, такелаж скрипит, да не наш. Оглядываюсь – идёт. Чёрная, бесшумная, сперва решил, что чудится. Но они, внаглую, мимо прошли – и давай палить по берегу. А у меня на борту – я, юнга да кок в подпитии, остальные на берег сошли... – Подождите, – Джеймс всмотрелся в него с новым пониманием. – Так вы были капитаном тогда? – Был, – спокойно подтвердил Монтгомери, выдыхая дым. – Пока не вообразил себя Финном Маккулом и не пальнул им в корму. Само собой, пока я бегал в одиночку пушки перезаряжал, они пять раз успели развернуться и пальнуть в ответ. На том моё капитанство и закончилось, вместе с беднягой "Шелки". – Вы не могли знать, что их нельзя убить. – А ты меня не утешай, кэп. Знал, не знал, головой думать надо было, а не героизмом. Тут Джеймс мог только вздохнуть с полным пониманием, но столь же полным отсутствием альтернативы. Если ты видишь, что можешь вмешаться, ты вмешаешься, а проклинать всё будешь уже потом, когда поздно. – А юнга? – спохватился он. – И кок? – Живы, – кивнул Монтгомери; у Джеймса отлегло от сердца. – Малец потом во флот служить пошёл. С пиратами бороться. Может, до чего и дослужился уже. – А вы ходите простым навигатором. – Меня устраивает. Когда б ещё я в такую историю попал? – он выразительно окинул взглядом Джеймса, "Эйрену", "Жемчужину"... Джеймс невольно улыбнулся: – Говорите почти как Кейтлин. Монтгомери только хмыкнул и затянулся снова. Прошло ещё около получаса, когда на берегу наконец появились ожидаемые лица. Шли рядом, Воробей оживлённо трещал, Беккет внимательно слушал. Под мышкой у Воробья торчал какой-то свёрток. Джеймс вот даже не хотел знать, что там. Беккет взглянул на него, чуть улыбнулся: – Капитан Норрингтон, отчёт о происшествиях. – Всё спокойно, – отозвался Джеймс. – К отплытию готовы. – Прекрасно. – Беккет кивнул, отчего-то задержал взгляд на Монтгомери, который без лишней поспешности выколачивал из трубки пепел, как-то затейливо обстукивая её о предплечье, и пошёл к шлюпкам. Уже на палубе, командуя отплытием, Джеймс заметил, как Беккет подходит к Монтгомери и что-то спрашивает; тот ответил, выглядя несколько удивлённым, и Беккет отошёл с удовлетворённым видом. – Я могу спросить, о чём вы говорили? – полюбопытствовал Джеймс позже, когда корабли легли на курс и можно было слегка расслабиться. – Можете, – Беккет лукаво улыбнулся. – Я спросил мистера Монтгомери, не было ли в его клане в начале прошлого века человека по имени Дэвид, который ушёл в море и стал пиратом. Джеймс нахмурился, спешно соображая. – И... что мистер Монтгомери ответил? – Что такой человек был, и это его двоюродный прадед. Джеймс в тихом ошеломлении посмотрел на дверь, за которой полчаса назад скрылся... очевидно, двоюродный правнук Дэйви Джонса. – Как вам это вообще в голову пришло?! – У них одинаковые глаза, сложение и манера выбивать трубку. – Не самые надёжные улики. – Поэтому я и задал вопрос. – Что ж, будем знать, – подытожил Джеймс, понятия не имея, как ещё относиться к подобной информации. Разве что порадоваться, что темпераментом Монтгомери пошёл не в Джонса: представить того за кропотливой работой по счислению курса с использованием хрупких чувствительных приборов было невозможно. – А что за дело было у Воробья, и зачем понадобились вы? – О, пустяки. Ему нужно было проникнуть в дом к губернатору Перейра, а я всё равно был приглашён на обед, поэтому счёл возможным оказать ему содействие. Джеймс резко втянул воздух. – А если бы он попался!? Беккет невозмутимо пожал плечами: – Я бы сказал, что впервые вижу этого человека. – Да, только его корабль почему-то пришвартован рядом с вашим! – Тише, Джеймс. Чтобы это понять, нужно знать, что мой корабль – это "Эйрена", а не один из кораблей Компании, стоящих в порту с другой стороны острова, на которую открывается прекрасный вид из столовой в резиденции губернатора. – О господи, – Джеймс заслонился рукой. – И ради чего вы полезли в эту авантюру? – В основном чтобы не остаться в долгу за сопровождение нас до Карибов. Но, должен признать, это было довольно... забавно. Джеймс мысленно взвыл. И пообещал себе в следующий раз всё-таки пристрелить Воробья без суда и следствия. – Что он украл у губернатора? – Некий ритуальный кинжал из Индии. – И зачем он ему? – Мне не удалось добиться ответа.