Искренне твой суперлучший друг, Кайл

Над ними проплыло облако, заслонив солнце, и участок земли, где стояли Стэн и его небольшая компания друзей, погрузился в тень. Воздух был наполнен криками соседских ребятишек — младших и старших, — редким кошачьим шипением и глухими ударами холодного баскетбольного мяча о грузное тело другого мальчика. Стэн был уверен, что это выглядело бы смешно, если бы следом не раздалось громкое, вызывающее невольную гримасу: — АЙ! Хотя потрёпанный, покрытый следами ударов и слегка выцветший мяч уже давно отскочил от земли, ничто не могло помешать Эрику Картману закатить настоящую истерику. — Господи, Кайл! Какого хрена это было?! — выкрикнул Эрик, растирая кончиками пальцев своё мясистое плечо. Его брови сошлись к переносице, а губы скривились так, словно он только что попробовал что-то кислое. Кайл поднял баскетбольный мяч с того места, где тот бесцельно катился по неровному асфальту баскетбольной площадки Южного Парка. — И какого хера ты меня спрашиваешь? — спросил Кайл, перебрасывая мяч с ладони на ладонь. На каждой руке он задерживал его на пару секунд, будто соревнуясь сам с собой в нелепой игре на удержание мяча в равновесии. — Не я же его бросил. — Ага, конечно, так я тебе и поверил, — фыркнул Эрик. Он обвиняюще ткнул в сторону Кайла указательным пальцем. — Зная тебя и твои еврейские штучки, ты наверняка сказал Стэну бросить его, пока я не смотрел! Выражение лица Кайла изменилось. Он прижал ладони к мячу с обеих сторон и резко перекатил его между руками. — Ничего подобного! — Да пошёл ты, Кайл! Ты хитрый уебок, светоходящий! Кайл заметно сильнее сжал баскетбольный мяч. Стэн видел, как под ладонями друга всё глубже вдавливается его поверхность. Он с опаской посмотрел на мяч и сказал: — Э-э, ребят, может, не надо… — Я не светоходящий, жирная гнида! — выкрикнул Кайл. Конечно же, его никто не слушал. Не то чтобы Стэн всерьёз рассчитывал, что его услышат сквозь напряжение, искрившееся в воздухе. Эрик раздражённо топнул ногой, сжимая кулаки. — Именно так и сказал бы светоходящий, блять! — Господи! Ты невозможен! — Это ты говоришь! Да ты сложнее, чем Венди, а она вообще девчонка! Стэн не мог не напрячься из-за этого замечания о своей девушке. Но больше он никак не отреагировал. Вспыхнувшее было желание заступиться за неё угасло почти так же быстро, как и возникло. И в следующую секунду Кайл снова сорвался на крик. — Не вешай на меня эту сексистскую хрень, придурок! — Сексистскую? С чего это вдруг сексистскую? Это, мать твою, не сексизм! Это, мать его, правда, блять! — Я бы посоветовал тебе расширить словарный запас, но ты даже слово «стул» по буквам написать не можешь! — Кайл провёл ногтями по поверхности баскетбольного мяча. — Это было в четвёртом классе, Кайл! В четвёртом классе! — воскликнул Эрик. — И это даже не моя вина! Та тупая обезьяна была бракованной! Всё, что она делала, — это дрочила! — Да о чём, мать твою, ты вообще говоришь, Картман?! — Да та ёбаная обезьяна из «Увлекательной фонетики с обезьянкой»! Моя мама купила эту хрень «Увлекательная фонетика с обезьянкой», и… — язык Эрика перестал поспевать за его мыслями. Он несколько раз запнулся, путаясь в звуках и слогах, пока наконец не заткнулся. Затем сделал шаг вперёд. — …и пошёл ты нахер, Кьяйл! Вот и всё. Это стало последней каплей. Глаза Кайла вспыхнули яростью, костяшки пальцев побелели от того, как крепко он сжал баскетбольный мяч. — Моё имя… — начал Кайл. — …не… Он занёс мяч над головой, готовясь бросить. — …«Кьяйл»! Кайл без колебаний запустил баскетбольный мяч Эрику прямо в голову. Уже через секунду тот врезался ему в лицо, и по площадке разнёсся громкий шлепок. Несколько секунд после удара единственными звуками вокруг были глухие, отрывистые удары мяча о землю да шорох, с которым он откатывался прочь. Стэн встретился взглядом с Кенни через всю площадку. Если за те годы, что они выросли, что-то и изменилось наверняка, так это отношение Эрика к дракам. Раньше он был достаточно труслив — и достаточно хорошо понимал свои шансы, — чтобы избегать драк как чумы. Теперь же Эрик Картман редко упускал возможность подраться. Особенно сильным он не был, но из-за лишнего веса (часть которого, без сомнения, превратилась в мышцы) справиться с ним было непросто. Классический подростковый «синдром неуязвимости» накрыл его ещё в восьмом классе и с тех пор никуда не делся. И Стэн, и Кенни это знали, и оба понимали, к чему могут привести импульсивные выходки Кайла. Когда кровь прилила к лицу Эрика после такого неожиданного удара (возможно, наполовину замёрзшим) баскетбольным мячом, он поднял руки на уровень пояса и быстрым шагом двинулся к Кайлу. — Ах ты кусок дерьма! — выкрикнул он, напрягая мышцы в предвкушении драки. — Я тебя, мать твою, убью, жидовская морда! — Да пошёл ты, жиртрест! Посмотрим ещё, как ты это сделаешь! — крикнул в ответ Кайл, тоже принимая боевую стойку. Но далеко дело не зашло: Эрик уже тянулся к воротнику куртки Кайла, чтобы схватить его. По мнению Стэна, всё это выглядело как классическая сцена из фильма про школьных хулиганов, особенно когда Эрик отвёл правую руку назад, замахиваясь для удара. Кайл поспешно вскинул руки и с такой силой толкнул Эрика в грудь, что тот пошатнулся. Однако Эрик так и не разжал хватку на воротнике Кайла. Стэн и Кенни мгновенно бросились в дело, подбегая, чтобы растащить их в разные стороны. Стэну пришлось обхватить Кайла сзади за туловище, тогда как Кенни помогал, отрывая руки Эрика от куртки Кайла. Стэн отступил назад, удерживая Кайла в руках, и наблюдал, как Кенни выбрал более «барьерную» тактику — встал между Кайлом и Эриком и изо всех сил попытался оттеснить Эрика назад. Оба более спокойных мальчика сдерживали двух разъярённых агрессоров, стараясь взять ситуацию под контроль. В целом это было совсем не просто — особенно с учётом того, что хватка Стэна на друге была не самой надёжной. Кайл был долговязым и гибким и легко мог вывернуться из захвата. Уже само по себе было чудом, что руки Стэна вообще удержали его хотя бы это короткое время. Звук, вырвавшийся из горла Кайла, когда он понял, что не может вырваться, слишком сильно напомнил Стэну льва, которого удерживают от того, чтобы разорвать добычу. — Отпусти меня, Стэн! — крикнул Кайл, снова пытаясь вырваться с внезапным приливом сил. Стэн сильнее сжал складки его куртки, удерживая его на месте. — Блять, чувак! Ты вообще на чьей стороне?! — Ты серьёзно? — ответил Стэн. — Мне правда нужно на это отвечать? Кайл глухо рыкнул, его мышцы наконец начали понемногу расслабляться. — Дай мне его ударить! Блять. Кенни испытывал похожие трудности, удерживая Эрика от попытки убийства. Он в итоге начал тыкать его локтем в грудь. Каждый раз Эрик отшатывался и громко вскрикивал в знак протеста. Кенни ничего не отвечал на его вспышки, оставаясь в той тишине, которая в последнее время стала для него слишком привычной. Единственное, что действительно спасало Кенни от настоящей ярости Эрика, — его рост. Хотя Эрик часто утверждал обратное, было довольно очевидно, что он слегка побаивался тех, кто был выше него. Эрик дёргался в руках Кенни, вопя: — Ты хочешь страдать, Кайл? А? Ты, блядь, хочешь страдать? Думаю, он хочет страдать, ребята, он точно хочет страдать! — Картман, сделай всем одолжение и заткнись нахуй, — сказал Стэн. — Пошёл ты, пиздолиз! — воскликнул Эрик. — Единственная причина, по которой эта лесбиянка Венди с тобой, это то, что у тебя нет яиц! Энергия Кайла резко вернулась — это было видно по тому, как снова напряглись мышцы и как он с новой силой упёрся в сопротивление Стэну. — О, ты невыносимый кусок… — Кайл оборвал себя, покраснев от усилия. — А? Что это? Что за сладкое-сладкое птичье пение я слышу? Это что, чувак из Джерси? — спросил Эрик. Он вытер лоб рукавом. С Кенни он уже перестал бороться — сдался и решил завязать. Но это не значило, что он обязан перестать оскорблять своего заклятого врага. — Чувак из Джерси который борется со своей джерсийскостью. Какой классный звук. И подумать только — всё благодаря твоей сучьей мамаше, да, Кайл? — Ох, ты бы хотел, ебучий м… — — Кайл, хватит, остынь, — сказал Стэн. Он осторожно ослабил хватку на куртке Кайла. Кайл сразу же вырвался, пошатнувшись в сторону. Он был готов к драке и уже держал себя в напряжении, но сейчас к Эрику не двигался, поэтому Стэн дал ему немного пространства. — Остыть! — крикнул Кайл. Из горла у него вырвался смешок — злой и неловкий. — Да, Стэн, конечно, я просто возьму и забуду, что этот мудак только что назвал мою маму сукой. Снова! — Да ладно, чувак. Я не думаю, что это хорошая… — — О, ты не думаешь, что это хорошая идея? Этот придурок просто так не отстанет, а мы, значит, должны всё свернуть, потому что тебе, видите ли, «не кажется, что это хорошая идея»? — рявкнул Кайл. Лицо у него уже начинало заливаться красным, почти как волосы. Стэн поднял руки, сдаваясь ещё до того, как всё окончательно взорвалось. — Ладно, ладно, господи, я просто… — Ладно, всё, заткнитесь нахрен все! — крикнул Кенни. И все послушались. Стэн повернулся к Кенни. Лицо у того тоже начинало краснеть, выражение — резкое и раздражённое, брови сведены в напряжении. Ладонь его правой руки упиралась в центр груди Эрика, удерживая его от очередного рывка. Сам Эрик, впрочем, выглядел так, будто куда больше интересуется своими ногтями. Когда все наконец замолчали, наступило мгновенное облегчение. Только сейчас Стэн смог выдохнуть и просто немного расслабиться, слушая привычные звуки Южного Парка. Игривые крики детей в соседнем парке стихли после их собственных воплей, а баскетбольный мяч был отброшен в сторону и больше не мог использоваться ни для чего опасного. Грудь Кайла тяжело поднималась от попыток вырваться, дыхание в этой внезапной тишине стало рваным и пустым. Дыхание Стэна тоже было слышно — но по другой причине: на каждом выдохе у него едва заметно свистело в дыхательных путях. Когда между четырьмя мальчиками наконец повисла тишина, Кенни заговорил. — Вы все ведёте себя пиздец как глупо, — сказал он. — Прям совсем, как настоящие умственно отсталые тупицы. В тишине никто не пропустил, как Эрик пробормотал: — Интересно это слышать от бедного белого отребья. Стэн отдал должное Кенни за то, что тот так легко проигнорировал эти комментарии. Он бросил взгляд на Кайла. Рыжий смотрел вниз, на асфальт, подошвы его ботинок скребли по покрытию баскетбольной площадки. — Картман, ты кусок дерьма, — сказал Кенни. Это оказалось настолько неожиданно, что Эрик на секунду потерял дар речи. Кенни, судя по всему удовлетворённый этим, повернулся к Кайлу. — Мы все знаем, что Картман — кусок дерьма. И он, конечно, заслуживает, чтобы на него обрушился гнев десяти тысяч острых Читос, но… чувак. Это не значит, что можно подставлять людей под удар из мести, понимаешь? — Кого это я подставил под удар? — помрачнел Кайл. — Себя, чувак, — ответил Кенни. Кайл озадаченно поднял голову. Кенни выдохнул и продолжил: — Тебе надо как бы… принять уже, что твоё тело не отмотается назад и не станет «всё нормально», после того как ты выбьешь из него всё дерьмо из этого чувака. Без обид, но Картман килограмм на сорок тяжелее тебя. Ты же не подойдёшь к сумоисту и не будешь ждать, что потом с тобой всё ок будет, да? Стэн и Кайл хмыкнули, но Эрик тут же встрял со своим вечным: — Я не толстый, у меня просто кость широкая. — Ответ — нет, не будешь, — отрезал Кенни. — Вот и тут то же самое. Картман тупой, да, но ты будешь идиотом, если не понимаешь, что с тобой будет, если полезешь в драку по-взрослому, с кулаками и вот этим всем. — Я не слабый, Кенни, — возразил Кайл. — О, поверь, я знаю, — Кенни оскалился и вытащил что-то из щели между зубами. В такой ситуации это выглядело неожиданно спокойно, почти буднично. — Ты сам по себе, как человек, вообще-то жёсткий. Упрямый до идиотизма и всё такое. Но твоё тело, чувак, с тобой бы поспорило. Кайл замолчал. — Просто немного пищи для размышлений, чувак, но… давай. Это твоя жизнь, делай что хочешь. Хочешь — бей сколько угодно жирных, я не знаю. Кенни вытер руку о штанину. Его взгляд поднялся и встретился со взглядом Стэна, потом скользнул к Кайлу. Они обменялись коротким, почти незаметным кивком — и на этом всё было решено. Кенни резко переключился, повернувшись к Эрику: — Кстати о жирдяях. Давай, чувак. Мы идём в KFC, и ты платишь. — Ч-что? Я когда на это согласился? — Эрик начал возмущаться, почти переходя в обиженное нытьё. — Только что, — спокойно сказал Кенни, с довольным видом. Он посмотрел на Стэна. — Вы тоже идёте? Стэн открыл рот, чтобы ответить, но Кайл его опередил: — Нет. Мы домой. В последний раз за этот вечер Кенни и Стэн встретились взглядами. — Ну… ладно тогда. Как хотите. И на этом всё закончилось. Кенни развернулся на пятках и почти силой потащил Эрика первые пару шагов прочь от площадки, но вскоре они скрылись из виду. Маленькая часть Стэна даже пожалела, что не пошла с ними, но после всего, что произошло буквально пару минут назад, он был выжат. Полностью. Абсолютно. Наглухо. Плечи сами собой опустились, и вместе с ними будто провалилась вся голова. Стэн посмотрел на Кайла и, протяжно выдохнув с хрипом, начал: — Ну. Я тогда пойду, и… — Твои родители дома? — выпалил Кайл. Сбитый с толку, Стэн переспросил: — Что? — Твои родители. Они дома? — Э-э, — пробормотал Стэн. — Нет? Они в каком-то театре… в Денвере на выходных или что-то такое. Не знаю. Я не вдавался в подробности… Кайл потянулся и схватил Стэна за рукав свитера. Пальцы аккуратно сжали ткань, стараясь не оставить следов. Это было непривычно — как и сам Кайл в этот момент. Его голос резко контрастировал с движениями, в каждом слове звучала уверенность. — Отлично. Значит, мы накуримся. — …а? — Ты слышал, — сказал Кайл. — Пойдём к тебе, возьмёшь свою траву, и мы накуримся в хлам. Стэна накрыло волной удивления — почти физически. Мозг пытался зацепиться за смысл того, что вообще происходит в голове у Кайла, но не получалось. Он был слишком вымотан. Кайл легко потянул его за рукав. — Давай, Стэн. Пошли, пока мы тут задницы не отморозили.