Между мирами

      Я не чувствовала тела.       Сначала была пустота — абсолютная, беззвучная. Я не могла понять, где у меня руки, где ноги, есть ли у меня вообще что-то, кроме сознания, которое парило в этой странной темноте. Я пыталась закричать, но горло словно перехватило ледяной рукой.       А потом меня швырнуло вниз.       Это было похоже на падение с большой высоты, только без ветра. Просто чувство, что ты летишь, а земля приближается слишком быстро. Я зажмурилась, ожидая удара, боли, хруста костей, но ничего из этого не последовало.       Я рухнула на что-то твёрдое. Было больно, но только как падение с дивана, не больше. Всё тело заныло, однако ничего не сломалось. Я лежала несколько секунд, не открывая глаз, просто пытаясь понять, жива ли я вообще. — Это был сон, — прошептала я. Голос прозвучал глухо, как будто я говорила в пустую бочку. — Просто сон. Я упала на остановке, ударилась головой и теперь лежу в больнице. Это сон.       Я открыла глаза.       Темнота. Но не та, что бывает ночью. Она была странной, с фиолетовым оттенком. Я прищурилась, пытаясь разглядеть что-то вокруг, и постепенно глаза привыкли.       Я лежала на полу. Он был прохладным, гладким на ощупь, словно полированный камень. Провела по нему ладонью — никакой пыли, никаких трещин. Идеально ровная поверхность, которая казалась неестественной.       Я села и огляделась.       Вокруг меня был зал. Большой, тёмный, с высокими потолками, которые терялись где-то вверху. Воздух был сухим, прохладным, с едва уловимым запахом озона как после грозы. А главное — свет. Он лился откуда-то снизу, от стен, и был странного, насыщенного фиолетового цвета.       Я подняла голову.       Кристаллы.       Они росли прямо из стен, пола, потолка — длинные, заострённые, с неровными гранями, которые переливались тёмно-пурпурным светом. Они были повсюду, освещая зал призрачным сиянием.       Я замерла. Сердце колотилось где-то в горле. — Что за херня? — прошептала я.       Никто не ответил.       Я поднялась на ноги, чувствуя, как дрожат колени. Всё тело болело, но я не могла оставаться здесь. Не могла сидеть в этом фиолетовом мавзолее и ждать, пока кто-нибудь придёт и скажет, что всё это — розыгрыш.       Взяла куртку в руки — здесь было прохладно, но не холодно, а зимняя куртка была слишком тяжёлой и неудобной, поэтому мной было принято решение снять её, и направилась к единственному выходу, который заметила — тёмному проёму в стене.       За ним начинался коридор.       Он был таким же тёмным, таким же фиолетовым, с кристаллами, которые росли вдоль стен, словно гигантские грибы. Стены были гладкими, чёрными, будто полированное стекло, в котором отражался пурпурный свет. Я шла медленно, стараясь не дышать слишком громко. Каждый шаг отдавался эхом, которое расползалось по коридору, множилось и возвращалось ко мне. — Здесь кто-нибудь есть? — позвала я, и голос мой дрогнул.       Ничего. Только эхо, которое повторило мои слова и растворилось вдали.       Коридор петлял, иногда раздваивался, и я выбирала путь наугад — чаще всего сворачивала налево, потому что так мне казалось правильным. Я чувствовала себя мышкой в лабиринте.       Прошла мимо нескольких дверей. Все они были закрыты, без ручек, без замков — просто гладкие чёрные панели, которые сливались со стеной. Только тонкая фиолетовая линия по краю выдавала, что это вообще дверь. Я толкнула одну из них, но она не поддалась. Потом другую. Тоже. — Да чтоб тебя! — рявкнула я, ударив по стене кулаком. Рука отозвалась тупой болью, но я даже не обратила внимания.       Побродив ещё несколько минут, я вышла в другой зал. Он был не похож на предыдущий. Этот был в разы больше.       Я остановилась в проходе, и у меня перехватило дыхание.       В большом зале стояли ряды каменных фигур. Они выстроились стройными шеренгами, бесконечными, насколько хватало глаз — сотни, а может, тысячи статуй, вырезанных из чёрного камня с золотыми прожилками.       Я шагнула вперёд, чувствуя, как по спине пробегает холод. Подошла к одной из статуй — это был воин. Высокий, массивный, в тяжёлых доспехах, с мечом, который он держал обеими руками. Его лицо было скрыто под шлемом, но даже сквозь прорези виднелись глаза — пустые, мёртвые, не выражающие ничего. — Кто вы такие? — прошептала я, касаясь пальцами холодного камня.       Статуя молчала, но я чувствовала странное, почти физическое давление, которое шло от неё. Как будто внутри камня что-то двигалось, жило своей тёмной жизнью.       Я отшатнулась и пошла дальше. Между рядами статуй было узко — едва хватало места, чтобы пройти. Я шла и невольно рассматривала их. Все воины были одинаковыми — в каменных доспехах и с мечом.       Я почти дошла до конца зала, когда услышала звуки.       Сначала это был просто шум. Там, далеко, в конце зала, откуда я пришла. Я замерла и прислушалась.       Шаги. Тяжёлые, мерные. Не один человек — несколько. И чей-то голос. Приглушённый, едва различимый.              Я почувствовала, как сердце подпрыгнуло в груди. Люди! Наконец-то! Я не знала, кто они, не знала, где нахожусь, но от мысли, что я здесь не одна, стало легче. Я развернулась и практически побежала к источнику звука, забыв про осторожность, забыв про холод и страх. — Эй! — крикнула я. — Подождите! Помогите мне!       Я почти выбежала из зала, как вдруг чья-то рука схватила меня за плечо. Резко, с силой, которая не оставила мне шанса даже вскрикнуть, меня дёрнули назад, вбок, за тёмную колонну, которая стояла у самого выхода.       Я попыталась вырваться, но вторая рука зажала мне рот. Тёплая, шершавая ладонь, от которой пахло потом и металлом. — Тихо! — прошипел голос над самым ухом. Мужской, молодой, но напряжённый, почти злой. — Молчи, если хочешь жить.       Я застыла. Страх сковал моё тело так, что я даже дышать перестала. Я прижалась спиной к холодной колонне и замерла, чувствуя, как сердце колотится о рёбра.       Шаги приближались. Неизвестные шли к залу, не спеша, как будто прогуливались. Я слышала их всё отчётливее. — ...Совет почти готов, — говорил один из них. Голос был грубым, немного скрипучим. — Осталось дождаться, когда все соберутся. Хрустальный король будет доволен. — Мм, — ответил второй. И больше ничего. Просто звук, больше похожий на механический.       Они шли медленно, не торопясь. Я не видела их, но слышала, как шаги отдаются эхом по каменному полу. Они прошли в нескольких метрах от меня, не заметив. — Следующий этап плана запустят, как только соберутся все члены. Оверлорд не терпит задержек. — Мм. — Иногда я жалею, что решил отказаться от голосового модуля, когда проектировал тебя. — Мм.       Голоса начали удаляться. Шаги затихали в где-то коридоре. Я слышала, как дверь открылась и закрылась, и стало тихо.       Я перевела дыхание. Руки незнакомца разжались, и я резко обернулась, готовая защищаться, драться, бежать. И увидела его.       В метре от меня стоял парень. Высокий — выше меня на голову, поджарый. На вид ему было лет двадцать, не больше. Тёмные, почти чёрные волосы, которые падали на лоб и были немного влажными. Светлые глаза, почти прозрачные, серо-голубые, смотрели на меня с настороженностью и любопытством. Лицо было худощавым, с острыми скулами и тонкими губами. На правой скуле — тонкий шрам, похожий на царапину от лезвия. Выглядел он так, будто не спал уже неделю. Под глазами залегли тёмные круги, а взгляд был напряжённым.       Я опустила взгляд ниже. На нём была тёмно-серая флисовая кофта с высоким воротом, свободные тактические штаны с множеством карманов и удобные треккинговые ботинки. На талии – ремень с кучей отделений, в некоторых что-то поблёскивало — то ли зажигалка, то ли компас.       Он был похож на туриста. Или на выживальщика. Или на человека, который оказался в этом аду не по своей воле и теперь пытается выжить. — Прости, что схватил, — сказал он тихо. Голос у него был низкий, но напряжённый — как струна, которую слишком сильно натянули. — Но если бы ты выбежала к ним, у тебя были бы большие проблемы.       Я смотрела на него, не зная, что сказать. В голове всё смешалось — страх, непонимание, странное чувство, что я попала в какой-то фильм ужасов. — Кто ты? — выдохнула я. — Где я? Что это за место, чёрт возьми?       Он провёл рукой по волосам, убирая прядь со лба — жест выдавал усталость. — Длинная история. — Он посмотрел на меня внимательно, скорее оценивающе, будто проверяет, не опасна ли я. — Ты не отсюда, да? — Я из России, — растерянно сказала я. — Я не про страну. — Он усмехнулся, но в усмешке не было веселья. Одна горечь. — Я про мир. Ты же тоже из другого мира? Добро пожаловать в Ниндзяго.       Я смотрела на него, не веря своим ушам. — Ниндзяго? — переспросила я, и голос мой сорвался на нервный смех. — Ты сам себя слышишь? Это ж мультик, по телеку крутили лет 10 назад. Ты хочешь сказать, что я попала в мультик? — Ну... не совсем мультик, — сказал он, и в голосе его проскользнула усталая ирония. — Это реальный мир. Просто параллельная вселенная. И да, здесь всё по-настоящему. Ниндзя, Оверлорд, кристаллы, которые превращают людей в камень. — Он помолчал.       Я моргнула. — Ты... ты шутишь? — Я три недели живу в этой крепости, питаюсь тем, что найду, и сплю в кладовке, — сказал он, и голос его стал жёстче. — Мне сейчас не до шуток.       Он оглянулся на коридор и сделал шаг ближе ко мне. — Нам нельзя здесь оставаться. У нас есть пара минут, пока они не вернулись. Я отведу тебя в безопасное место, и там всё объясню. Идёт? — А если я скажу «нет»? — спросила я, всё ещё настороженно его разглядывая. — Тогда я уйду один, — сказал он, и в голосе его не было злости — только усталость. — Но ты останешься здесь. А здесь есть только два варианта: стать камнем или… стать камнем. Выбор крайне ограничен. — Аргумент убедительный, — вздохнула я. — Ладно, пошли.       Он протянул мне руку. Я посмотрела на неё — обычную, человеческую, с мозолями и царапинами. — Меня Марк зовут. — Саша. — сказала я, пожимая ладонь.

***

      Мы шли по коридорам ещё минут пятнадцать. Марк двигался уверенно, но без лишней расслабленности — каждую секунду он был наготове. Иногда он останавливался, прислушивался к чему-то, чего я не слышала, кивал сам себе и шёл дальше. Его шаги были почти бесшумными.       Я ничего не спрашивала. Просто шла за ним, сжимая в руках куртку, чувствуя, как каждый удар сердца отдаётся в ушах. Где-то вдалеке слышались голоса, и я каждый раз замирала, но Марк только махал рукой: «Не бойся, идём дальше».       Наконец мы оказались в маленьком помещении, похожем на кладовку. Там не было кристаллов — только тусклый свет от фонаря который лежал на полу. В углу лежал спальный мешок, несколько пустых бутылок из-под воды. На стене было нацарапано что-то похожее на карту — линии, стрелки, пометки. — Моя берлога, — сказал Марк, закрывая за нами дверь и задвигая тяжёлый засов. — Не особо уютно, но лучше, чем ничего.       Он опустился на спальный мешок, снял пояс и потёр шею, устало прикрыв глаза.       Я села на пол напротив него, затем ещё раз внимательно его осмотрела. — Ты тут уже три недели? — всё-таки решилась спросить я. — Три недели, четыре дня, — уточнил он, открывая глаза. — Я считаю. Это помогает не сойти с ума. Ну, почти. — Как ты сюда попал?       Марк усмехнулся — горестно, без радости. — Я был в походе с друзьями. Мы собирались подняться в горы на Кавказе — я турист, люблю это дело. У подножия горы мы должны были встретиться с остальной группой. Я шёл к месту сбора, и вдруг земля под ногами провалилась. Или не земля. Какой-то чёрный лёд. Как у тебя, наверное. И вот я здесь. — Он провёл рукой по волосам. — Повезло, что я готовился к походу. Рюкзак со мной. Еда, вода, нож, зажигалка. Без этого я бы уже сдох.       Я сглотнула. — А твои друзья? Они... они не искали тебя?       Парень покачал головой. — Они даже не знают, где я. Думают, наверное, что я заблудился. Или сбежал. Или... не знаю. Они не смогут меня найти. Мы же по сути в другом мире...       Он помолчал, потом резко выпрямился и посмотрел на меня. — Ладно, хватит о грустном. Ты теперь здесь, и тебе нужно понять, что происходит. — Он кивнул на стену с картой. — Это храм Они, крепость Оверлорда. Он — главный злодей этого мира. И сейчас он строит армию из людей, которых похищает из нашего мира. Превращает их в камень. Ну, ты видела статуи. — Да. — Я поморщилась. — Очень вдохновляющее зрелище.       Я чувствовала, как голова идёт кругом. Но вдруг до меня дошло кое-что другое. — Стой, — сказала я, нахмурившись. — Откуда ты вообще всё это знаешь? Ниндзяго, Оверлорд, армия... — Мультик смотрел, — ответил мне Марк. Он усмехнулся, но в усмешке не было веселья — только усталое признание. — У меня младший брат есть. Ему десять. Мы вместе часто смотрели Ниндзяго. Он фанат. Я, честно говоря, сначала думал, что это тупой детский мультик. Но потом втянулся. — Он пожал плечами. — И когда я сюда попал, вскоре понял, где я. Сначала не поверил, думал, что у меня галлюцинации. Но статуи, кристаллы, этот фиолетовый свет... Я узнал их. Только в мультике это выглядело гораздо менее... реально.       Я моргнула, переваривая информацию. — Так, что последнее ты помнишь из мультфильма? — спросил меня брюнет. — Я вообще почти ничего не помню. Ну... смотрела когда-то, лет в десять, наверное. По «Карусели». Там были разноцветные ниндзя... Ещё заварушка с джинном была... И пираты какие-то. — Я беспомощно посмотрела на Марка. — Всё. Я даже имён героев не помню. Ну, кроме... — я напряглась, — ...Ллойда? Это тот, зелёный, да?       Марк усмехнулся — на этот раз почти искренне. — Да, Ллойд — зелёный. И джинны были. И пираты. — Он покачал головой. — Ты пропустила примерно... девять сезонов. Может, больше. — Серьёзно? — я округлила глаза. — Их что, до сих пор показывают? — Ага. — Брюнет протянул мне бутылку воды. Я взяла её, глотнула. — Здорово... И что теперь? — спросила я наконец, голос мой звучал устало.       Марк выпрямился. — План такой, — сказал он. — Скоро сюда проберётся Ллойд. Он попытается проникнуть на совет Хрустального короля — то самое собрание, про которое говорили те двое. Его спалят и поймают. А пока у нас есть ещё время, чтобы подготовиться. — И как мы узнаем, что он уже здесь?       Марк усмехнулся, и в его глазах мелькнула хитрая искра. — По звукам. Поверь, когда герои врываются в логово злодеев, тихо это не бывает. Взрывы, крики... Думаю, сложно будет не заметить. Но даже если будет тихо, я знаю несколько мест, где его могут держать.       Я подняла бровь. — То есть мы сидим и ждём, пока где-то бабахнет, а потом бежим туда? — Если хочешь звучать более героически, можем сказать, что мы «внимательно следим за обстановкой и готовимся действовать по сигналу», — сказал он с лёгкой улыбкой. — А если бабахнет не там, где надо? Забежим прям на собрание этого короля или что похуже? — Та придумаем что-нибудь... — Он легкомысленно пожал плечами.       Я закатила глаза. — Ладно, допустим, мы его найдём. Что дальше? — Дальше мы освобождаем Ллойда и помогаем смыться отсюда. Желательно не умереть в процессе.       Я смотрела на него, чувствуя, как страх смешивается с любопытством. — И это всё? «Найти ниндзя, освободить ниндзя, сбежать из злодейского логова»? Может, мне ещё дракона приручить и сыграть ему на скрипке? — О, ты умеешь на скрипке играть? — Нет, но если ты не соберёшься, я начну играть на твоих нервах. — Брось, я же пытаюсь разрядить обстановку. А что касается плана, то да, это всё. Нам бы для начало эти три этапа выполнить...       Я закатила глаза и задумалась. Вся эта ситуация всё ещё казалась мне странным кошмаром, бредом сумасшедшего. Но если Марк говорит правду, и мы действительно в Ниндзяго, то оказать помощь главному герою кажется логичным решением. Да, опасным, ведь к ним обычно и липнет всякая зараза в лице «всемогущего зла». Но по всем законам канона победа им гарантирована. И когда всё это закончится, они, как и подобает всем героям, найдут способ вернуть нас.       Я вздохнула, понимая, что уже приняла решение. Страх всё ещё сидел в груди, но теперь рядом с ним появилось что-то другое. Злость? Упрямство? Может, просто желание выжить, назло всему этому безумию. — Идёт, — сказала я, и голос мой звучал твёрже, чем я чувствовала. — Но если я умру, это будет на твоей совести.       Марк усмехнулся. — Принято