Зелье для мудрых

Глава 39: Оставайся голодным, оставайся глупым Краткое содержание: Переломный момент. Примечания: (см. примечания в конце главы) --- Текст главы Финн сжал челюсть, сжимая пальцами копьё. Кровь из его запястья, стекающая по руке, попала в ладонь и окрасила пальцы, липкое вещество покрыло его хватку. Из-за этого копьё скользило в руках, и Финну приходилось постоянно перехватывать его. А'стуиалб на мгновение заколебался на больной ноге, затем его мышцы напряглись, и он бросился на него. Финн вдохнул, воздух застрял в лёгких, каждая клетка тела готовилась к жестокому удару. Он крепко сжал копьё и выбросил его вперёд, прежде чем А'стуиалб успел атаковать, заставляя того легко перенаправить удар и увернуться. Однако его инерция понесла его вперёд, и Финн едва успел увидеть летящий в его лицо кулак, прежде чем тот врезался ему в висок. Сила сотрясла его череп, и он упал на землю за секунды, ослеплённый грязью, попавшей в лицо. Холодное онемение разлилось по его лицу, когда он застонал от боли, устало перекатываясь на спину. Адреналин мгновенно вспыхнул, и он выбросил копьё вверх, вонзая его между двумя зазубренными клинками, направленными прямо ему в лицо. А'стуиалб нависал над ним, одно колено упиралось в землю, дреды соскользнули с плеч и качались в воздухе. Дыхание Финна участилось от паники, когда его дрожащие руки толкали наруч, и из его губ вырывался сдавленный крик страха каждый раз, когда существо увеличивало давление. Он знал, что не сможет победить его в битве силы, и в отчаянном порыве перехватил копьё за основание и рванул. Противоположный конец взлетел вверх и ударил его по маске, отбросив клинки от его лица. Потеря равновесия не позволила удержать натиск, и клинки вонзились в землю. Один из них пронзил левое плечо Финна, и из его горла вырвался ужасный крик. Существу потребовалась лишь секунда, чтобы прийти в себя, а затем он вырвал зазубренные клинки прямо из его плеча, разрывая ещё больше слоёв мясистой плоти. Белые пятна вспыхнули перед глазами Финна, он не мог сопротивляться, когда копьё вырвали из его рук и отбросили далеко в сторону. Оно с грохотом упало на небольшую гряду камней, сжавшись обратно в свой маленький карманный размер. Человек закашлялся, когда его большая рука безжалостно сжала рану, агония пульсировала по всей руке и даже до ключиц. Мольбы начали срываться с его губ, прежде чем он успел остановиться, его рука слабо вцепилась в его руку в попытке отодрать её. Шум в ушах усилился, мысли неслись вскачь, все они диктовали ослепляющую боль и будущее его ужасной участи. Горячие слёзы выступили на глазах и потекли по лицу, прежде чем он успел остановить их. — Твои трюки были забавны, пока длились, — промурлыкал А'стуиалб, яд капал с каждого слова. Его когти впились в чувствительную плоть, и из его горла вырвался ещё один беззвучный крик. — Но я устал. Весь воздух вышибло из его лёгких, когда рука сжала его шею, раздавив горло. Глаза Финна расширились до предела, холодный ужас охватил его сердце. Словно он ничего не весил, Яутжа рванул его вверх, пока он не почувствовал, как его спина врезалась в ствол дерева, позвоночник содрогнулся от боли. Его губы дрожали, он отчаянно вцепился в его запястье, пятки царапали дерево в жалкой попытке найти опору. Кровь превратилась в расплавленную лаву в его черепе, и казалось, что его лёгкие разрывает бушующий огонь. Не помогало и то, что кулак А'стуиалба снова врезался ему в живот, оставляя лишь болезненный, хриплый стон, сорвавшийся с его губ. Его тело впало в состояние полного шока, когда его зрение взорвалось звёздами, которые усиливались с каждым убийственным ударом по животу. Боль не прекращалась, как бы его мозг ни умолял об этом. Казалось, удары посылали резкие уколы в рёбра, сковывая мышцы. Его нижняя губа дрожала, глаза скользнули по земле, расфокусированные и застеклённые, так как воздух отказывался попадать в лёгкие. Он ничего не мог с этим поделать, не мог дать сдачи, даже не мог говорить. Его горло саднило и сжималось, так сильно, что он был уверен, что его глаза вот-вот выскочат из орбит. Гнев огромного существа утих, его кулак сжался, а затем он наконец отстранился, откинув плечи назад и окинув взглядом лицо человека. Измученный такой болью, потерявший все краски, его пальцы медленно теряли хватку на его запястье. Его жалкие попытки сопротивляться затихали, и А'стуиалб подумывал прикончить его здесь и сейчас. Сжать хватку, пока его маленькая шея не будет полностью раздавлена в его руке. Но А'стуиалб счёл это слишком скучным. Его когти разжались, и тело человека с грохотом рухнуло на землю. Его конечности бесполезно дрожали, он едва мог пошевелить пальцем. Лёгкие Финна отказывались работать, мучительно пытаясь сделать вдох. Пелена безнадёжности начала окутывать его, когда он яростно закашлялся, его грудь содрогнулась в ужасном спазме. Его пальцы царапали грязь, когда он отчаянно вцепился в свою шею, кожа была напряжена и болела. Было ли глупо думать, даже на долю секунды, что у него есть шанс? Все тренировки, похвалы и поддержка? Неужели всё это было напрасно? Финн не мог даже выдавить из себя всхлип, когда огромная рука запуталась в его волосах и рванула его голову вверх. Глаза человека прищурились сквозь пелену, слишком затуманенные, чтобы видеть или мыслить ясно. Он чувствовал только боль. Боль и агонию, разрывающую каждую часть его тела. Он даже не мог сопротивляться, когда А'стуиалб разбил его лицо о дерево. Отвратительный хруст пронзил его череп, его губы наполнились свежей горячей кровью, которая текла из носа и стекала по подбородку. Он чувствовал металлический привкус, от которого глаза наполнились слезами. Он почувствовал, как его тело ударилось о землю, и сдавленный всхлип застрял в горле. — Перестань, пожалуйста, — прохрипел он, рот был полон крови. Его грудь вздымалась, и он лихорадочно выплёвывал жидкость. — Уже умоляешь? — усмехнулся А'стуиалб. — Я даже не начинал. Финн чувствовал головокружение. Желчь подступила к горлу. Грязь прилипла к его коже, а раны горели от боли, особенно плечо. Он умрёт от заражения раньше, чем А'стуиалб закончит с ним, но его конечности отказывались повиноваться. Они сильно дрожали, почти пытаясь свернуться в клубок. Лёгкие Финна содрогались от рыданий. Он почувствовал, как рука схватила его за одежду и дёрнула на спину. Финн уставился на размытые деревья и листья высоко над ним, прежде чем в поле зрения появилась холодная маска А'стуиалба. — Вот что я думаю, — вздохнул Яутжа, проводя большим пальцем по его пятнистой коже, смахивая слёзы. Финн вздрогнул от грубого прикосновения, отвратительная дрожь пробежала по его спине. Палец скользнул к его челюсти, крепко обхватив её, не давая человеку пошевелить головой, даже если бы он попытался. Хватка вызвала пульсацию в носу, давление ударило по задней стенке глаз. Был ли у него сломан нос? Ощущалось именно так... — Ты исчерпал свои жалкие маленькие идеи, Мягкое Мясо. Но всё кончено. — Он грубо отпустил его челюсть, и голова Финна с глухим стуком ударилась о землю, вырвав у него тихий стон. — Я сделаю так, чтобы все смотрели, как я заставлю тебя кричать. Я сниму с тебя кожу и сломаю каждую жалкую кость в твоём теле. Может быть, если будешь хорошо себя вести, я позволю тебе умереть чуть менее мучительной смертью. Дыхание Финна перехватило, когда его рывком поставили на ноги, так быстро, что он даже не успел осознать нахлынувшую волну головокружения и тошноты. Чёрные точки заплясали перед глазами, его удерживали только крепкие руки А'стуиалба. Он услышал смешок, эхом отдавшийся в черепе. — Жалко. Человек застонал, когда рука обхватила его талию, и его хрупкое тело легко взвалили на плечо. Живот Финна неудобно давил на плечо, впиваясь в такое место, что тошнота подступила к горлу. Кровь забила нос, руки судорожно искали опору, чтобы прочистить дыхательные пути. Это почти напомнило ему момент с Дра'аком — жгучий, палящий запах их убежища в лесах острова, когда его перекинули через плечо существа, как мешок муки. Горе сжало его сердце, когда он вспомнил последнее выражение лица Пинка, пытавшегося защитить Финна, пока его уносил монстр. Тот факт, что Пинк умер практически ни за что. И теперь, когда Финн собирался умереть, это чувствовалось ещё хуже. Это заставляло его чувствовать себя ужасно. Всё, что он сделал, чтобы защитить его, а теперь он готов всё бросить. Желчь обожгла горло, желудок скрутило. — Я-я сейчас вырвет, — выдохнул он, извиваясь в железной хватке, дёргая ногами. Он ахнул, когда чувство сжатия начало сдавливать его голень. — Скажешь ещё хоть слово, и я сломаю тебе ногу, — прошипел А'стуиалб. Медленный шаг, которым шло существо, приводил Финна в ужас. Паранойя и страх впились острыми когтями в его сердце, уходя в самые пятки. Это было нечестно. Всё это было нечестно. Почему он должен был это делать? Почему его подвергали такой ужасной участи и за что? Ради чего всё это? Финн закусил щёку. Он слышал шум воды. Лениво подняв глаза, Финн заметил кое-что среди деревьев. Маленькие чёрно-красные шарики. Его дыхание перехватило. А'стуиалб вёл его обратно к источнику воды, к тому самому ручью. «Двусторонние Мечи» прятались в листве, пока пейзаж менялся. В глубине сознания Финн разработал план, который был настолько глупым, что мог сработать. Затаив дыхание и игнорируя боль в плече, он протянул руку вперёд, позволив пальцам скользнуть сквозь листья, прежде чем сомкнуть их вокруг нескольких ягод. Они легко оторвались от стебля, оставив несколько штук на ладони. Одна выскользнула из пальцев и упала на землю, покатившись в грязи. Он вцепился в них, пытаясь дотянуться до ещё нескольких. Он чувствовал, как листья щекочут его пальцы, но больше взять не мог. Яутжа уже вышел из леса, приближаясь к тому месту, где они свалились в небольшой пруд. Финн чувствовал, как от нервов у него падает сердце, пульс участился, когда его беззаботно дёрнули назад, и его спина с глухим стуком ударилась о землю. Он вскрикнул от боли и почувствовал, как ягоды вылетели из его ладони, раскатившись по полу. Он мгновенно напрягся и рванул вперёд, его плечо кричало от перенапряжения. Прежде чем он успел схватить их, что-то схватило его за плечо и оттащило, впиваясь в рану. Запах крови ударил в нос, и он сдержал болезненный крик, его спина слегка выгнулась. А'стуиалб наклонился, подняв одну из ягод с земли с рычащим смешком на губах. — Голоден? — дразнил он, лениво подбирая остальные, сжимая их в ладони, а затем его нога врезалась в бок Финна, отправив его кувыркаться в грязи и ударяясь о камни. Камни впились в его позвоночник, и он тихо застонал, обхватив руками торс. Боль пульсировала, пронзая рёбра. Он почувствовал резкий рывок за пояс штанов, и, прищурившись, увидел, что А'стуиалб забрал остатки его ягод. Он с ужасом наблюдал, как остатки его еды высыпались в ладонь существа, смешиваясь с «Двусторонними Мечами». Он попытался приподняться на дрожащих руках, но А'стуиалб схватил его за челюсть и грубо прижал к камням, впиваясь в лопатки. Его челюсть дёрнули назад, взгляд устремился в небо, ноги волочились по земле в слабой попытке уползти. Существо опустилось на одно колено, его свободная рука потянулась к маске. Раздался громкий шипящий звук, эхом разнесшийся по воздуху, когда пальцы Финна слабо вцепились в его запястье, испачканное кровью и грязью. Его коготь скользнул под маску, приподнимая её и отбрасывая в сторону, пока она не остановилась. Горящие глаза Финна напряглись, пытаясь увидеть, но его шея была неудобно вытянута, и он тихо застонал в ответ, зажмурившись. А'стуиалб слегка наклонил голову. — Возможно, ты прав. Мы должны использовать это время, чтобы набраться сил, а? Глаза медика выпучились, когда он почувствовал, как что-то протолкнули ему в горло, перекрывая дыхательные пути и неудобно давя на заднюю стенку горла. Он почувствовал что-то холодное и мягкое на конце, его грудь судорожно вздымалась от рвотного позыва, когда пальцы А'стуиалба проникли глубже в его горло, неудобно скользя по языку. Он чувствовал, как слюна собирается вокруг губ, стекая по подбородку, когда его лёгкие молили о воздухе. Вторжение принесло новый холодный ужас в его сердце, когда он понял, что именно Яутжа протолкнул ему в горло, оседая в желудке. Это были его ягоды. И А'стуиалб забрал их обе. Его вырвало, когда пальцы выскользнули изо рта, оставляя его кашлять и задыхаться от этого отвратительного ощущения. Слёзы наполнили его глаза, когда его дыхание участилось, и он в панике вцепился в его запястье. Он не знал, дали ли ему «Двусторонний Меч». Если да, то Финн умрёт от отравления. Он увидел, как А'стуиалб на мгновение поднял взгляд, прежде чем его мандибулы скривились в том, что можно было описать только как усмешку. — В чём дело? — дразнил он, медленно перекатывая одну из ягод между пальцев. — Я был уверен, что Дра'ак уже приучил тебя к тому, чтобы у тебя во рту было много чего, а? Человек задыхался, его конечности дрожали от страха. Он зажмурился, когда рыдание вырвалось из его горла, и он отчаянно замотал головой. Его мысли неслись вскачь, крича в черепе — его могли отравить. Он не знал, какую ягоду А'стуиалб запихнул ему в горло. У него кружилась голова? Он был липким? Ему казалось, что его грудь сжимается, паранойя охватывала каждую часть его тела. Он не хотел умирать так. Он не хотел умирать. Хватка на его челюсти сжалась, и из его горла вырвался стон. Он заметил, что А'стуиалб бросил ягоду себе в рот, она исчезла за зубами, а затем он покатил другую в том же положении и наклонился ещё ближе к дрожащему телу Финна. Он попытался глубоко вдохнуть, но не мог контролировать дыхание. Он почувствовал, как два пальца скользнули в его горло, и ещё одна ягода скользнула по плоти, застревая как можно глубже. Приглушённый, сдавленный крик вырвался из его горла, его ноги отчаянно дёргались, пытаясь вырваться. На этот раз его воздух, казалось, закончился быстрее, и только когда его глаза начали закатываться, А'стуиалб наконец сжалился над ним. Он отпустил его челюсть, позволяя человеку обмякнуть на камнях, вцепившись в грудь и яростно кашляя. Он слегка согнулся, когда ужасный сухой кашель разорвал его горло, пытаясь вырвать, но не в силах. Человек издал испуганный крик, когда его снова схватили и грубо прижали к земле. Он заметил, как А'стуиалб отправил остатки ягод в рот, а затем потянулся к своему поясу. Разум Финна был слишком спутан, чтобы мыслить рационально. Он не мог сосредоточиться на том, сколько «Двусторонних Мечей» он собрал, или на том, что шансы отравить А'стуиалба должны быть на его стороне. Он боялся только того, что в его желудке заваривается что-то опасное, медленно убивающее его изнутри. Он издал стон, когда острое лезвие прижалось к его щеке, и его слёзы быстро закапали на него. — Есть какие-нибудь предложения, с чего мне начать? — насмехался Яутжа, его мандибулы садистски скривились, когда он медленно провёл острым краем по его щеке. — Я думал о чём-то простом… Финн почувствовал, как огромная рука сжала его запястье, с такой силой прижимая к земле, что ему пришлось сдержать шипение. Через мгновение это не помогло, так как А'стуиалб неловко вывернул его конечность, и Финн услышал, как в воздухе раздались множественные хрусты, сопровождаемые ошеломляющей, непостижимой болью. Крик вырвался из его горла, агония пульсировала в конечности, когда Яутжа отпустил её, позволяя ей упасть на землю. Финн громко зарыдал и прижался черепом к земле, его тело яростно дёргалось, пытаясь сбросить с себя огромное существо. Его кости, должно быть, были раздроблены. Боль была слишком удушающей. — Больно? — усмехнулся А'стуиалб, схватив его за другую руку и проведя ею по земле, сжимая так, что Финн захлебнулся мольбами, умоляя не причинять ему больше боли. Он зажмурился, его зрение слишком затуманилось от боли, и слёзы потекли по его лицу, когда он начал звать Дра'ака, не в силах остановиться. Существо над ним, казалось, замерло, а затем его мандибулы щёлкнули, и из глубины его горла вырвался смех. — Твоя пара теперь не сможет тебя спасти, — промурлыкал он, вонзая нож в его плоть, оставляя на предплечье Финна длинные полосы, по которым мгновенно выступила кровь. Они были похожи на красные жемчужины, но от боли у Финна перехватило дыхание, и его спина выгнулась. Он скоро впадёт в шок, и он знал, что если это произойдёт, А'стуиалбу станет скучно, и он избавится от него. — Но он может смотреть, как я тебя разделываю. Затем я вырву твой позвоночник и выставлю твой череп в витрине с трофеями, чтобы он мог видеть, что я сделал. Лицо человека исказилось, лицо было испачкано кровью, грязью и слезами, оставляя грязные полосы на красной коже. — Я думаю, я отрежу тебе пальцы, — размышлял вслух А'стуиалб, прижимая его запястье так, чтобы его пальцы совпали с лезвием. Острый край прижался к его мизинцу, словно дразня, провоцируя его. — Один за другим. Позволить тебе кричать ещё больше для твоей пары, прежде чем я сниму с тебя кожу от пояса и ниже. Глаза Финна вылезли из орбит, когда лезвие отсекло часть его мизинца, начиная погружаться в плоть. Кровь хлынула по его ладони, и он издал панический крик, отчаянно мотая головой. — Нет, нет, нет, пожалуйста, пожалуйста, — закричал он, его голова металась из стороны в сторону. — Пожалуйста, перестань! Пожалуйста, пожалуйста! И тут существо остановилось, и его хватка, казалось, ослабла. Он откинулся назад на мгновение, его дыхание участилось, и он вытащил лезвие из его плоти. Финн слабо прижал руку к груди, его пальцы сильно дрожали, и от боли он издал стон. Яутжа, казалось, покачал головой, затем из его горла вырвался тихий стон, и его дыхание становилось всё тяжелее и тяжелее. Он что-то пробормотал на своём языке, его пальцы потеряли хватку на кинжале. Он, казалось, упал в грязь, как раз в тот момент, когда огромное существо опустило голову, прижимая руку к груди. Финн смотрел на него заплаканными глазами, его слипшиеся ресницы на мгновение сомкнулись, пытаясь игнорировать боль, разрывающую его тело. — Некоторые… — ему пришлось проглотить сухой ком в горле, плоть была слишком ободрана от криков и плача. — …некоторые из этих ягод… были отравлены… Взгляд А'стуиалба, казалось, поднялся, затуманенно остановившись на его лице. — Ты… отравил себя, — выдохнул человек, его губы изогнулись в слабой, призрачной улыбке. Яутжа чувствовал последствия яда, а Финн — нет. Это означало, что А'стуиалб съел все «Двусторонние Мечи». Финн был в порядке. С ним всё будет хорошо. Он не мог сдержать нескольких слезинок, скатившихся по его щекам, внутренне крича от радости, осознавая, что А'стуиалб сделал то, о чём Финн молился, чтобы он сделал на своём пути полного и безграничного высокомерия. Человек издал тихий смешок. — …идиот.