Вторая жизнь и сопряжённые с ней проблемы

Утро следующего дня началось именно так, как оно должно было начаться, исходя из вчерашних событий, но явно не так, как хотелось бы Харви. Дело в том, что где-то часов в шесть утра Раф начал обзванивать всех вокруг и просить... нет, даже заставлять всех срочно бросить все свои дела и собраться в офисе, потому что он понял всю их безответственность и решил взять дело в свои руки. Если вы думаете, какие такие дела могут быть в шесть утра, то Харви ответит вам, что в тот день собирался поспать хотя бы до десяти. Ну, или до девяти. Ладно, до восьми. Да и в семь, в целом, было бы неплохо... Но пропустить такое важное событие под названием "Раф наконец-то включил мозг (или нет)" Харви тоже не мог. Во-первых, такое случалось очень редко, а во-вторых, интересно посмотреть, как он собирается "взять дело в свои руки", а главное, какой Кристиан разрешит ему это сделать. В крайнем случае, посмотреть на то, как Раф будет доказывать начальнику, почему его план самый лучший, тоже хочется. Не то, чтобы Харви ходил на работу только из-за зрелищ, но зрелища - тоже важная деталь. Тем более, что если бы он не ходил на работу, его древняя принцесская сила могла и не проявиться, и никто не сказал бы ему, что он принцесса. И всё-таки почему-то ему было не так кристаллически всё равно на Фобию, Луну, своих родителей и прочих чудиков, потому что они ему ничего не сделали, а значит, нет причин их презирать. Хотя тот же Раф тоже ему ничего не сделал, даже наоборот, он спас ему жизнь при первой же их встрече, но Раф - это другое. Его Харви не презирает, а… ну, в общем, это другое. И если вы думаете, что у него двойные стандарты, то да, у него двойные стандарты. Но ему мы об этом не скажем, потому что я бы на вашем месте не спорила с обладателем чёрного пояса по тхэквондо (которым он благополучно не пользуется, но если вдруг воспользуется, то мало не покажется). Когда Харви зашёл в офис, там уже собралось много народу - все, кроме него, Хины, которая жила довольно далеко от офиса и не могла приехать за такое короткое время, и Юки, который, как мы помним, любитель поспать подольше, которого лучше не будить. Но на кучу заспанных работников, собранных с утра пораньше в одном душном офисе, Харви не особо обратил внимание. Его взгляд упал на огромную маркерную доску, стоящую в центре всего этого балагана, на которой синим маркером было написано "Сверхсекретная и очень важная операция по спасению Клайда Харрисона". Рядом с ней, поправляя забавный красный галстук, стоял Раф. Как всегда, он был одет так, как будто собирался на подиум в Париже, а в его взгляде читалось что-то среднее между "я - дива" и "мне выдали Нобелевскую премию по тупизму". Голубые линзы снова были на нём, а на укладку было потрачено, по подсчётам Харви, который в этом неплохо разбирается, около часа. В общем, пока к Рафу только два вопроса: первый - "как он умудряется в шесть утра так шикарно выглядеть?", а второй - "где он взял маркерную доску?" Увидев Харви, Раф засиял (если это слово можно применить к человеку, у которого любовь всей жизни пропала без вести, и который сейчас ждал Харви только для того, чтобы начать собрание) и помахал ему рукой, после чего указал на стул в нескольких метрах от доски и наконец заговорил: - О, привет, принцесса. Садись быстрее, итак уже ждали тут некоторых, - он кинул многозначительный взгляд в сторону Бонни. - Я ходил за продуктами, - оправдывался тот дрожащим голосом. Выглядел он так, как будто всю ночь плакал вместо сна, что с вероятностью девяносто девять процентов было правдой. - В шесть утра? - удивился Харви. С одной стороны, находящийся рядом магазин был круглосуточным, но с другой стороны, ходить в такую рань за продуктами, когда это можно сделать в любой другой момент, - это немного странно. - Так, а теперь все внимание на меня! - Раф несколько раз щёлкнул пальцами, чтобы все присутствующие посмотрели на него. - Я придумал гениальный план! - Если он снова заключается в том, что кто-нибудь лезет в вентиляцию, в том, что кто-нибудь штурмует вражескую базу без оружия, или что-нибудь ещё в этом роде, я тебя уволю, - пригрозила Рио, не отрываясь от чтения какой-то папки (возможно, чьих-то отчётов). - Я должен был это сказать, я его начальник, - заявил Кристиан. - Это неважно, - закатила глаза Рио и наконец посмотрела на Рафа скучающим взглядом из-под чёлки. - Так что там у тебя за план? - Вот мы, - Раф гордо снял колпачок с синего маркера и нарисовал на доске два кружочка: внутри одного была написана буква "л" (скорее всего, означающая "Левантер"), а внутри второго - буквы "к" и "в" (соответственно, "клуб волонтёров"). - А вот Клайд, - на другом конце доски он быстро набросал карикатуру на Клайда (получилось схематично, но похоже). - Мы не знаем, где он, - рядом с карикатурой появился вопросительный знак. - Но также есть тот противный тип с фиолетовым дымом, из-за которого мы и не знаем, где Клайд, - Раф нарисовал нечто среднее между гоблином и невнятной каракулей и прокомментировал: - Допустим, это он. Так вот мой план прост, как всё гениальное. Мы... - он вернулся к кружочкам на другом конце доски, - …приходим к нему… - он нарисовал пунктирную линию от кружочков к объекту "допустим, это он", - …устраиваем небольшую резню… - он зачеркнул схематичное изображение типа с фиолетовым дымом, - ...и Клайд снова с нами! - он пририсовал к карикатуре на бывшего напарника человечка с волосами до плеч и в плаще, подозрительно похожего на самого Рафа. - Та-дам! Ну, как вам? Все посмотрели на него, как будто он только что вместо плана рассказал им про османо-венгерскую войну XVI века, так ещё и неправильно рассказал. А так как Октавия знала об османо-венгерской войне XVI века больше всех (потому что они как раз проходили её в школе на истории), её взгляд был самым осуждающим, а осуждающий взгляд от Октавия - это зрелище не для слабонервных. Побочные эффекты: комплекс неполноценности, депрессия, суицидальные мысли, суицидальные действия. Однако единственным человеком, который выразил всеобщее осуждение, была Рио. Она демонстративно зевнула после довольно долгого общего молчания, демонстрируя, что она не воодушевилась от идеи Рафа, и лениво поинтересовалась: - Долго план придумывал? - Полночи не спал, - признался Раф. Он, конечно, не выглядел, как человек, который не спал полночи, но может, это работа мозгом на него так действует. - Ясно, я переоценила твои умственные способности, - тяжело вздохнула Рио. - И на этот раз я даже не про резню. К резне-то я уже привыкла, вы же нормально не можете задание выполнить. Сейчас я про другое. Ты хотя бы придумал, как мы приходим к нему? Мы же не знаем, где находится база "Церемонии". - О, не беспокойся, это я продумал! - улыбнулся Раф. - Котёнок! А ну-ка дуй сюда! Услышав обращение "котёнок", Харви был готов увидеть всё, но почему-то ему казалось, что сейчас откуда-нибудь выйдет или бывший Рафа, который был между Клайдом и... ну, тоже Клайдом, или реально котёнок. Но последний вариант сразу отсеялся, когда вошёл тот, кого Раф так ласково назвал котёнком, потому что этот человек явно не был котёнком в прямом смысле этого слова. Откуда-то из-за ближайшей двери появился парень, которого Харви никогда раньше не видел. Он выглядел очень молодым, с довольно длинными чёрными волосами, выразительными тёмными глазами и запоминающейся формой носа. Одет он был так, как будто сразу после этого совещания он собирается в клипе какой-нибудь женской группы в качестве красивого челика фоном: чёрно-белая куртка-бомбер поверх чёрной рубашки, джинсы с кучей дырок, которые явно были результатом многочисленных падений и лазания куда не надо, а не дизайнерским решением, и самые обычные кеды. В руках парень, как ни странно, держал чёрного плюшевого котёнка, в целом, выглядевшего вполне ухоженным для игрушки (на груди даже висел ошейник с бубенчиком). Единственное, что одна его лапка, похоже, не выдержала испытаний жизни, потому что была заменена на ярко-красную, явно от какого-то другого животного и из другого материала. Но это, пожалуй, только придаёт этому котёнку очарования (а Харви - знания, что его (котёнка, а не Харви) хозяин хоть и очень старательный, но шить нормально не умеет). Вошедший парень помахал всем рукой, демонстрируя кучу колечек на пальцах, и эффектно сел на стул, стоявший рядом с Харви. Тот заметил, что от парня пахнет довольно приятно, духи подобраны довольно хорошо, и, кажется, это женские духи... Но Харви ни в коем случае не осуждает. Уж лучше женские, чем мужские с каким-нибудь запахом кожаного дивана. Тем более, что у Харви вообще ни на какие духи денег не хватает. Можно, конечно, сказать об этом Юки, ему по-любому не жалко на благополучие своего "онии-чан". Но это уже звучит, как манипуляция. Да и вообще, жить за счёт своего парня, особенно если этот парень - девятихвостый демон-лис, - не самая лучшая идея. Нужно самому зарабатывать на жизнь, даже если начальник иногда не платит или платит, но так, что этого хватает только на самое необходимое, а иногда и на самое необходимое не до конца хватает. Так. Что-то мы резко от духов вошедшего парня перешли к обсуждению заработка Харви. Возвращаемся к теме разговора. - Энджел? - удивилась Рио. - Ты же вроде ушёл из организации. - Для меня нет ничего невозможного! - псевдопафосно взмахивая руками, воскликнул Раф, не давая парню с котёнком в руках сказать ни слова. - Я его нашёл и привёл сюда! - Я сам пришёл, - поправил парень с игрушкой в руках (судя по всему, его звали Энджел). - Да, конечно, ты же у нас такой самостоятельный, котёнок, прям весь в своего "учителя", - закатил глаза Раф. - Только этот "учитель" сейчас непонятно где как раз из-за своей самостоятельности! - Вообще-то, из-за того, что он столкнулся с сильной способностью и не смог ей противостоять, а его напарник на том задании, то есть ты, стоял в сторонке и бездействовал, - напомнила Рио. - Да, я тоже облажался, - признался Раф (и Харви мысленно записал этот день в список красных дней календаря: его бывший напарник наконец-то признал свою ошибку!) - Но сейчас это неважно! Важно то, что мы сейчас все спокойно слушаем этого облезлого котёнка, - он кивнул в сторону Энджела, - и идём спасать Клайда! - он снова обратился к недавно вошедшему парню, который сейчас смотрел на всё это с выражением лица зрителя, который уже не раз всё это видел, но ему ужасно нравится этот цирк: - Начинай. - Что ж, - вздохнул Энджел. - Всем привет, кто не знает, меня зовут Энджел. А это Нэро, - добавил он, легонько похлопав плюшевого котёнка по голове. - Да, я на какое-то время уходил из организации, но я думаю, сейчас никто из вас не будет это вспоминать, и мы все просто будем работать. Этого предателя вы же простили, - он указал рукой в сторону Рафа (тот возмущённо нахмурился, но ничего не сказал). - Моя сверхспособность - Black Cat, могу оживлять это чудо, - он снова похлопал Нэро по голове. - И какая нам от тебя практическая польза? - поинтересовался Кристиан. С утра он явно не планировал разбираться с подозрительными, а тем более, не факт, что полезными личностями, так ещё и Берри почему-то начала неодобрительно рычать на этого странного парня с игрушкой. Но Берри - это не показатель. Она и на Юки кидается, а он хороший. Ну, наверное, он хороший. Всё это время он был хорошим, во всяком случае. - Я знаю, где находится база "Церемонии", - заявил Энджел. На минуту повисла гробовая тишина, которая, пожалуй, была даже страшнее, чем если бы кто-то сразу начал нападать с ножом. Сначала все переваривали только что услышанную информацию. Потом те, кому удалось это переварить (а Харви, как вы понимаете, с его умением обрабатывать информацию, так ещё и рано утром, к этой категории не относился), посмотрели на Энджела по-новому ("по-новому" - это в основном "с подозрением"). В конце концов, из всех, кто присутствовал в комнате, был только один человек, который смог хоть как-то отреагировать на заявление Энджела, и это была Рио. Если бы на её месте был Харви, его реакция начиналась с вопроса "что?" и им бы и заканчивалась, но он, как мы помним, не смог даже понять толком, что им даёт знание Энджелом местонахождения базы "Церемонии", поэтому это не мог быть он. Что ж, а теперь хватит фантазировать, что у кого-то здесь, кроме Рио и, пожалуй, Октавии, есть мозг. Устало протерев лицо рукой и зевнув (всё-таки недосып даёт о себе знать), Рио с серьёзным видом посмотрела на Энджела и попросила: - Так, а теперь по порядку. - Я знаю, где находится база "Церемонии", - зачем-то повторил Энджел (видимо, для тех, кто в первый раз не понял его) и пояснил: - Как вы помните, я до сих пор не состою ни в какой организации, а значит, могу помогать любой из сторон... - ПРЕДАТЕЛЬ! - перебил его Кристиан. - ТЫ ЧТО, ПОМОГАЛ "ЦЕРЕМОНИИ"?! - Это был крайне неприятный опыт, - сказал Энджел, пожав плечами. - Кроме того, что они мне так и не заплатили, хотя обещали, они ещё и пытались ставить надо мной опыты. Но сейчас это неважно. Сейчас важно только то, что я знаю, где их база. Я проведу вас. План, конечно, ненадёжный, потому что они могли перенести базу в другое место, да и не факт, что тот парень находится там, но вспомним, кто его составлял... - он многозначительно посмотрел на Рафа и странно ухмыльнулся. - И нечего так улыбаться! - отреагировал тот. Это сегодня отсутствие Клайда мешает мне думать, а вообще-то, я очень хорош в составлении планов! - Планов побега от злого напарника после того, как накосячил - может быть, - согласился Энджел. - Я ТЕБЯ СЕЙЧАС!.. - начал было Раф, замахнувшись на собеседника, но вовремя вспомнил о самообладании (или о том, что без этого собеседника ему придётся придумывать новый план, потому что никто, кроме него, не знает, где находится база "Церемонии") и спокойно продолжил: - Что ж, я иду в паре с Харви, котёнок идёт с Бонни, - Бонни, услышав, что его берут на такое задание, просиял (Клайд обычно не брал его с собой, если дело касалось проникновений на вражеские базы или что-то подобное). - Мы с Харви входим внутрь, проводим с этим типом воспитательную беседу и, если что, устраиваем небольшую кровавую бойню. Бонни, котёнок, вы на подстраховке. - Но я тоже хочу устроить кровавую бойню! - возразил Бонни, и благодаря контрасту с его милой внешностью это прозвучало одновременно смешно и жутко. - Бон-Бон, нет, - вмешалась Мики. - Это слишком опасно для тебя. Вспомни, что "Церемония" ставит опыты над людьми, а значит на их базе может быть очень много... - Всё, да, я понял! - прервал её Бонни, и его голос прозвучал неожиданно нервно. - Постою в сторонке и буду помогать Клаю с улицы! Но если всё пойдёт не так, я приду и устрою кровавую бойню за моего Клая - последнюю фразу он добавил после того, как немного подумал, и его лицо выражало такой энтузиазм, что Харви уже хотел предложить ему пойти с Рафом вместо него. - Вот и умница, - улыбнулась ему Мики. События, происходившие следующие часа три или четыре, даже не требуют особого описания. Мы просто можем сказать, что у Харви за это время окончательно закипел мозг, потому что то Габриэль подходил к нему с вопросами, почему он не встретился вчера с родителями, то Раф приставал со своими странными, а главное, бессмысленными не то подколками, не то подкатами о том, что "что, принцесса, мы с тобой снова напарники", хотя ему-то точно нечему удивляться, это же он придумал этот план. Потом ещё и Бонни попросил его померить новый свитер для Клайда, как будто не мог попросить об этом Клайда. А, да, точно, он и не мог. Но он мог подождать, пока они его спасут, и попросить тогда. С их-то планом это, конечно, будет не сегодня, и вообще не факт, что они выживут, пробравшись на базу к работорговцам, которые ставят эксперименты над людьми и, судя по всему, владеют какими-то очень сильными сверхспособностями, хотя изначально они, кажется, против людей со сверхспособностями... Господи... Ну, или кто там?.. Короче, не важно. Как же всё это запутанно. Вот бы это всё побыстрее закончилось, и Харви смог бы наконец-то выспаться, встретиться со своими родителями в Фобии, уладить там все дела и жить спокойной жизнью. И почему только всё это происходит именно с Харви? Он же не главный герой какого-то дурацкого фанфика, у которого автор под чем-то, правильно? Хотя вот Ханне, похоже, так не считает. Кстати, он перед тем, как они выехали на задание, позвонил и сообщил, что в его новом фанфике они сражались с каким-то сумасшедшим человеком с очень сильной способностью, и предупредил, чтобы они были осторожны. Вот это, наверное, и называется настоящей дружбой: когда ты предсказываешь будущее и желаешь другу удачи, потому что он вряд ли вернётся. Не очень оптимистично, зато факт. Когда они ехали на задание, у Харви внезапно началась ностальгия по тем временам, когда они с Рафом ещё были напарниками. И хотя это было всего какой-то месяц назад, казалось, что прошли годы с того момента. Честно говоря, Харви даже скучал по дурацкому плейлисту Рафа, по его шуткам, над которыми смеётся только он (ну, и теперь Бонни, но только потому, что он вежливый и никого не хочет обидеть), по знакомому запаху дорогих духов, который одновременно раздражает и нравится, по безмятежной улыбке бывшего напарника, даже если они едут на смертельно опасное задание. Эх, были же времена ещё до "Церемонии", когда главной проблемой в жизни Харви был Раф, который был навязчивым, как комар, но без него было скучно. Как песня, которая надоедает, когда долго её слушаешь, но без неё ты не можешь. Наверное, что-то такое в Рафе всё-таки было…

***

Это было самое спокойное утро в жизни Клайд за последние двадцать семь лет его жизни. Впервые никто не бегал вокруг него с криками "ты забыл покормить котят", "Энджел опять вытворяет какую-то дичь" или "Клайд, вставай, конец света". Впервые он проспал хотя бы до восьми утра, а потом сразу зашёл этот псих с завтраком и коробкой с какой-то настольной игрой в руках. Игра Клайда, как вы понимаете, не очень интересовала, как и ответ на вопрос, в какой момент Райан успел пожарить девять яиц. После пяти приёмов пищи днём и только одного ночью есть хотелось ужасно. Пока Клайд методично уничтожал принесённые Райаном яйца, тот смотрел на него с умилением, иногда поправлял его пока не причёсанные волосы (чего Клайд вообще-то не позволял делать посторонним, это была привилегия Бонни и иногда Рафа) и вздыхал, на выдохе говоря какие-то комплименты. И всё было бы хорошо, если бы в какой-то момент он не сказал: - Знаешь, а ведь это хорошо, что ты теперь мой. Клайд от этого заявления даже перестал есть. Проглотив то, что уже было во рту, он посмотрел на Райана уничтожающим взглядом и суровым голосом уточнил: - Что ты сказал? - Я имел в виду, хорошо, что ты у меня! - поправил сам себя Райан, понимая, какую глупость только что сказал. - Тебе хорошо у меня? - Я ухожу, - коротко ответил Клайд и направился к двери, за которую он ни разу пока не вышел. Кокосик выбежал из какого-то угла и побежал за ним. Этот цирк пора было заканчивать. Еда и котёнок - это, конечно, хорошо, но меньше врагом Райан от этого не стал. Мало ли, вдруг это он его откармливает, чтобы потом съесть? В своей жизни Клайд ещё ни разу не встречал каннибалов, но зато встречал Юки. Так что он уже ничему не удивится. Только слегка коснувшись ручки двери кончиками пальцев, Клайд вдруг почувствовал, что на его левой ноге появилось что-то тяжёлое, что не только не даёт ему сдвинуться с места, но и тянет назад. Посмотрев вниз, он увидел, что от его ноги тянется тяжёлая железная (или просто металлическая) цепь, начало которой держит в руках Райан. Но это был вовсе не тот Райан, который две минуты назад поправлял Клайду волосы на голове и бормотал, какой он красивый. Сейчас лицо агента 002 выражало такую чистую ярость, что хотелось либо согласиться с его мнением, каким бы жестоким оно ни было, либо телепортироваться куда-нибудь подальше, чтобы он не нашёл. - Ты не смеешь уходить отсюда, - сквозь зубы прошипел Райан. - Я буду заботиться о тебе вечно, мы будем жить здесь долго и счастливо и умрём в один день. "Не дождёшься", - промелькнуло в голове у Клайда, и он со всей силы дёрнул ногой в цепи так, что Райан выронил начало. Однако это не помогло, потому что стоило ему начать подползать к двери (ходить было сложно, потому что с каждой секундой цепь на ноге как будто становилась тяжелее), как всё его тело: руки, ноги, шею, грудь - опутали всё новые цепи, тянущиеся, казалось, из углов комнаты. Они сильно стянули кожу, и стало так невыносимо больно, что Клайд сразу забыл о своей идее сбежать, да и вообще обо всех своих идеях. Просто лежал на полу, буквально замурованный в холодные тяжёлые цепи, и кричал (или старался кричать, но на грудь и шею слишком сильно давило, чтобы получилось громко). Райан посмотрел на всё это так, как будто это было в порядке вещей, одарил это зрелище самой злодейской, самой сумасшедшей, самой неприятной улыбкой, какая только существует, и со спокойным видом вышел за дверь, на прощание сказав только "цепи отпустят тебя, только когда ты искренне раскаешься".

***

Закончив с сеансом своего бессовестного вранья лучшему другу, 006 проводил агента 022 (того самого, который написал картину в кабинете главы "Церемонии") обратно в его кабинет, мило улыбнулся ему, похлопав по плечу, сказал, что всё будет хорошо, и пошёл по своим делам. Сегодня ещё нужно было заглянуть в архив за кое-какими бумажками, чтобы если вдруг брат начнёт творить какую-то откровенную дичь, 006 смог притвориться, что он тут вообще не причём. Что это за бумажки такие волшебные - загадка, однако поискать всё же следует. Может, что-то о неуплате налогов? Тогда все могут и закрыть глаза на нелегальность организации, эксперименты над людьми и работорговлю. Люди слишком много внимания уделяют налогам. Только заикнёшься о том, что кто-то не платит, и вот им уже всё равно на то, что твоя организация - это по сути секта, цель которой - вызвать... в общем, неважно. Главное, чтобы налоги платил, остальное само образуется. Кроме 006, в архиве был только один человек. 008. Мэйсон. Этот вечно беспокоящийся о чём-то и суетливый парень с видной за сто километров синей причёской и милой улыбкой, как у белочки. Честно говоря, 006 вообще не знал, что Мэйсон делает в их организации. Кажется, он пришёл за компанию с Райаном, и теперь не может оставить напарника одного, потому что никто не знает, что может случиться, если не приглядывать за ним, но явно ничего хорошего. Но в целом, сам по себе Мэйсон был довольно безобидным и даже вроде бы никого не убил. В общем, типичный пример хорошего человека, который попал в плохую компанию. - Привет, - удивительно робко для второго по важности после главы организации человека поздоровался 006, сам не зная, зачем начинает этот разговор. - Здравствуйте, - улыбнулся в ответ Мэйсон, раскапываясь из-под бумажек. - Что делаешь? - поинтересовался 006. - Да так, ищу тут кое-что, - отмахнулся Мэйсон, снова погружаясь в бумаги параллельно с разговором. - Райан в последнее время совсем с катушек съехал. Держит того парня из "Левантера" в заложниках в WONDERLAND. Вот я и ищу что-нибудь... чтобы вколоть ему какое-нибудь успокоительное, и он хотя бы какое-то время посидел спокойно, без насилия и заложников. - Эх, если бы все проблемы с головой решались так просто, - вздохнул 006, притворяясь, что не говорит о ком-то конкретном, но на деле имея в виду своего брата. - Да, было бы очень удобно, - согласился Мэйсон. - Вколол разок успокоительное - и всё, сразу здоровый человек. - Можно вколоть разок яд, - предложил 006. - Такой здоровый будет. В морге подтвердят. - Нет! - с плохо скрываемым ужасом в глазах воскликнул Мэйсон. - Райан, может, и не очень здоров и иногда раздражает, но убивать его я не буду! - Он тебе нравится? - спросил 006, и в его глазах загорелись огоньки интереса. Всё-таки каким бы серьёзным агентом тайной злодейской организации он ни был, сплетни и шипперить людей он любить не перестал. - Возможно, - отвёл взгляд Мэйсон, слегка покраснев (что в личном словаре языка смущённых людей агента 006 означало "да, но боюсь ему признаться"). - Это не так важно. Может и нравится, а может я просто забочусь о психическом состоянии своего напарника. - Ты не подумай, я не осуждаю, - уже гораздо более живым голосом, чем в начале разговора сказал 006. - Наоборот, можно сказать, даже благословляю. В конце концов, мы похожи: оба пляшем под дудку каких-то конченых психов, но не можем перестать, потому что любим их. Только ты любишь в романтическом плане, а я... Ну, ты понял. Ладно, приятно было поговорить, но я, к сожалению, ухожу. Мне ещё нужно кое-что дописать. И с этими словами 006 вышел из архива, на прощание даже обняв Мэйсона, явно вызвав у того культурный шок. Честно говоря, из-за всех этих разговоров он даже забыл, зачем изначально он в этот архив шёл. Но, видимо, судьба решила, что именно для болтовни с подчинённым и шёл. В конце концов, от разговора с приятным человеком на душе было даже теплее, чем если бы 006 нашёл нужные ему бумажки. Но теперь точно не надо забывать, что он идёт что-то дописывать. А то придёт некто рыжий и в кимоно и будет спрашивать, в чём дело.

***

Проходя по тёмным коридорам здания на окраине города, которое Энджел настойчиво называл базой "Церемонии", Харви чувствовал, что если в остальные дни им везло, и то появлялся Юки и устраивал кровавую бойню, то в самом Харви просыпалась какая-то непонятная сила и разрушала амулет, то сегодня точно случится что-то страшное. Кто-то обязательно должен умереть. А если никто не умрёт, значит кто-то обязательно пострадает. Причём серьёзно пострадает. Во всяком случае, Харви так казалось. Раф, однако, выглядел так, как будто был абсолютно уверен в том, что когда он найдёт этого психа с фиолетовым дымом, он (а вместе с ним, очевидно, и вся остальная "Церемония") сразу сдастся, вернёт Клайд ему... точнее, им всем и в основном, конечно, не ему, а Бонни. А, ну, и ещё, разумеется, они все будут валяться перед ним на коленях и ходить за него в магазин, пока он... налаживает дипломатические связи с бывшим напарником. Так вот, судя по тому, что Раф на ходу напевал песню из какого-то мюзикла и разглядывал свой маникюр и по самоуверенной ухмылке на его лице, в его голове исход событий должен быть именно таким. Как вообще можно петь в такой ситуации? - Я всё-таки считаю, что на это задание нужно было посылать Габриэля и Юки, - высказался Харви, хотя никто его не спрашивал. - Юки разобрался бы с этим психом, а Габриэль остановил бы его в нужный момент. Зачем идти нам, простым смертным, так скажем, я не знаю. - Затем, что идти с Юки Клайд никогда не согласится, - ответил Раф. - Ну да, - закатил глаза Харви. - А тебе-то он прям доверяет. - Да, - заявил Раф. - Поражаюсь твоему самомнению, - ядовито сказал Харви просто чтобы побесить напарника (но только на эту миссию!), потому что все знали, что если Клайд кому-то и доверяет, то Рафу или в крайнем случае Бонни. - Слушай, принцесса, моё самомнение - моё дело. И вообще, если что-то не нравится, ты можешь в любой момент развернуться и уйти, я всё сделаю сам, - зло ответил Раф. - Вот возьму и... Но договорить Харви не успел. С другого конца коридора послышались чьи-то шаги и негромкий разговор двух парней. У одного из них был довольно громкий, но не навязчивый, а приятный голос, у второго - гораздо тише и неувереннее. Болтали они вовсе не об экспериментах, рабах или в целом своей работе, а обсуждали вполне житейскую проблему: кто платит за обед. Конечно, Харви тоже не разговаривает с Юки только о том, как тот учит стажёров и ездить с Кварцем на задания в соседние города, но почему-то такой разговор среди агентов "Церемонии" показался ему удивительным. До этого члены этой организации казались ему просто бездушными машинами для убийств, и мысль, что все они такие же люди, как он (разве что они не наследные принцессы), почему-то не приходила в голову. Даже жалко стало, что Юки стольких из них убил. А ведь у них наверняка была семья, жёны, дети... Пока Харви стоял посреди коридора на базе организации, где его могли запросто убить и продать на органы, и размышлял о бренности бытия, Раф схватил его за руку и рванул к ближайшему повороту, чтобы спрятаться. Всё же они вроде как не собирались умирать ещё до того, как нашли того психа. Эта ситуация напомнила Харви тот случай, когда они подслушивали заседание стратегов. М-да. В истории, конечно, все события идут по кругу, но не настолько, чтобы почти одинаковые ситуации произошли с разницей в несколько недель. Стоя спиной к стене и стараясь не дышать слишком громко, Харви посмотрел на Рафа. Как ни странно, тому тоже пришла в голову эта мысль. Нет, не мысль посмотреть на себя, а мысль посмотреть на Харви. Не такой уж он нарцисс, чтобы смотреть на себя, пока человек, которому он спас жизнь при первой встрече, на него пялится. Раф улыбнулся, хотя и непонятно, что в этой ситуации такого смешного. Харви зачем-то сжал его руку крепче. Они постояли так ещё минуты три, пока шаги и голоса окончательно не стихли, после чего Раф высвободил свою ладонь из пальцев Харви и заговорил: - Вот это ты даёшь, цыплёнок. Романтики навёл. Будь мы парой, я бы тебя поцеловал. - Как хорошо, что мы не пара, - фыркнул Харви. - Ладно, идём уже. - Как скажешь, Цып, - хмыкнул Раф. Тот день явно готовил для них что-то гораздо более страшное, чем то, чего ожидал Харви. Сначала ему казалось, что никакой базы в этом месте нет, оказалось, есть. Потом он думал, что их сейчас засекут какие-то шкафы (в смысле, высокие, широкоплечие и очень сильные люди, а не просто шкафы), и им не поздоровится. В итоге обошлось. Так теперь ещё и выяснилось, что этот тип с фиолетовым дымом находится в здании и даже не скрывается. Тут явно какой-то подвох... Но разбираться с подвохом мы будем потом. Сначала нужно тут, как сказал Раф, устроить небольшую резню. Ну, или решить всё мирным путём, но это уже задача для профессионалов, какими, как вы понимаете, они не являются, что бы там Раф о себе не думал. Странный тип с фиолетовым дымом, который сейчас был без фиолетового дыма, находился в одной из комнат, в которой, скорее всего, располагалось что-то среднее между лабораторией и рабочим кабинетом, и очень громко и яростно ругался с тем приятным синеволосым парнем, с которым Харви тогда познакомился. О, Мэйсон, точно. Вот как зовут этого синего. А его напарника, если Харви не изменяет память (а она может, он вон первые восемнадцать лет своей жизни, оказывается, забыл и даже не догадывался об этом), зовут Райан. Да, кажется, так. А даже если и не так, это неважно. Главное, что это именно те типы, которые похитили (и может быть уже даже убили или сдали на опыты, прошёл так-то почти целый день) Клайда. А то нападут они с Рафом сейчас на кого-нибудь не того, и потом проблемы будут. Хотя они в любом случае будут, даже если никто в итоге не умрёт. Пока Райан рвал какие-то явно очень важные бумажки и кричал Мэйсону что-то про "ненавижу его" и "чтоб у него кошачий корм закончился" (Харви очень надеялся, что это он про Клайда), а тот в ответ пытался успокоить его и напоить ромашковым чаем, к ним в комнату вошёл... нет, ворвался… нет, влетел Раф. Его плащ эффектно развевался (он явно использовал для этого Gravity, ведь ветра в помещении с закрытыми окнами, а точнее, вообще без них, как вы понимаете, не было), а в одной из рук он держал пистолет, который всё это время, оказывается, у него был. Его лицо выражало такую решительность, как будто это была не реальная жизнь, а какой-то сериал про шпионов, где он главный герой, поэтому точно не умрёт. - Стоять! - скомандовал Раф. - "Левантер" здесь! В другое время и в другом месте Харви обязательно напомнил бы ему, что они, вообще-то, не в "Левантере" работают, да и говорить название своей (или не своей) организации при нападении - это довольно глупо, тем более, что им все эти названия снятся в ночных кошмарах примерно как тем, кто в "Левантере" или "клубе волонтёров", снится "Церемония". Но в целом, ситуация была не такая, чтобы придираться к названиям. Тем более, что "Левантер" звучит гораздо более поэтично. Харви не придумал ничего более умного, чем красиво встать за спиной у Рафа и тоже достать пистолет, который у него, конечно же, был с собой. Поймав на себе взгляд Мэйсона, он виновато улыбнулся, всем своим видом говоря "извини, ничего личного, просто работа", но это не было неловко, потому что Мэйсон улыбнулся точно так же и одновременно с ним. Кажется, они тут явно лишние, потому что разборки будут только у их напарников. Райан снисходительно посмотрел на Рафа и, закатывая глаза и улыбаясь, прямо как настоящий диснеевский злодей, произнёс медленным приятным голосом: - О, так это ты тот самый красноволосый урод, который нравится моей прелести. Ну, привет. Пришёл за Клайдом? - Куда ты его дел? - ядовито прошипел Раф, направляя пистолет прямо в Райану. - О, всего лишь запихнул его в другое измерение, - отмахнулся Райан. - Но не волнуйтесь, вы его оттуда всё равно не достанете. Можете считать, что он мёртв. Тем более, что возможно так и есть, - он щёлкнул пальцами, и на несколько секунд перед ним появилась картинка, где Клайд пытался вырваться из какой-то странной комнаты, где из пола и стен тянулись цепи, которые сжимали всю его кожу, кроме, разве что, головы. - А, нет, - удивлённо и даже слегка разочарованно сказал Райан. - Ещё живой. Но это ненадолго, вы за это время даже зайти в это измерение не сможете. Так что советую сказать всем, что вашего любимого Клайда больше нет в живых, и пойти домой. - ТЫ ЧТО С НИМ ДЕЛАЕШЬ?! - закричал Раф так громко, что у стоящего рядом с ним Харви заложило уши. - Думаешь, мало? - задумался Райан. - Могу ещё змей запустить. Услышав про змей, Раф окончательно перестал сдерживаться. Он с криком, который был похож на то, как собака рычит на другую собаку, набросился на Райана, схватил его за плечи, приставил к его виску пистолет и явно уже хотел начать ему угрожать (ему - это Райану, если что, а не конкретно его виску или своему пистолету). Тот, однако, даже не дёрнулся. Он даже не пошевелился, но Рафа быстро опутал фиолетовый дым, и напарник... исчез. Единственное, что Харви смог заметить - это странное и неяркое свечение из-под рубашки Райана, которое появилось одновременно с фиолетовым дымом. Кажется, там, под одеждой, у него что-то есть. Что-то, что ему помогает. Надо бы выяснить, что... Но как? Не раздевать же его, в самом деле. Во всяком случае, Харви ещё не настолько преисполнился, чтобы сделать это. Вместо того, чтобы подумать над планом, придумать что-то стоящее и победить Райана, следуя этому плану, Харви... просто продолжил стоять и угрожающе смотреть на противника. В голову не пришло ничего более умного. Как можно победить человека, который заставил двоих сильных агентов исчезнуть (как минимум, из этого измерения), а несколько дней назад дрался с богом? КАК?! Харви стоял и тяжело дышал (как ни странно, за время, пока он стоял, его никто даже пальцем не тронул), а Райан смотрел ему в глаза и всё так же улыбался, пока... пока откуда-то сбоку не обрушилась стена, и Райану в ногу не попала пуля из чьего-то оружия, и он не упал. Харви повернул голову в сторону, откуда произошёл выстрел. Там, на месте, где раньше была стена, стояли трое. Первыми двумя были Энджел и его Нэро. Однако последний больше не был тем милым плюшевым котёночком, каким был ещё несколько минут назад. Сейчас он выглядел скорее как гигантская, живая и невероятно сильная копия того маленького Нэро, которая, видимо, и проломила стену. А третьим вошедшим оказался Бонни. В вытянутой руке он, как и Раф с Харви, держал пистолет, однако рука его тряслась, а из глаз по щекам стекали слёзы. - Мистер Бонни! - Харви, пользуясь случаем, когда ни Райан, ни Мэйсон не смогут напасть, потому что заняты пулей в ноге у одного из них, подбежал к Бонни. - Вы в порядке?! - Я... Я... Да, - заикаясь, трясясь и смотря пустыми глазами в одну точку, ответил Бонни. - Я... Я выстрелил в него?.. В его голове пронеслось множество болезненных воспоминаний. Как люди в белых халатах и масках на лицах на его глазах расстреляли его родителей, как врачи в лаборатории расстреливали тех, кто сопротивлялся и не хотел выполнять их приказания, как потом, уже в "Левантере", на одном задании он увидел, как Клайду в плечо выстрелил кто-то из "клуба волонтёров", и сам Бонни ничего тогда не смог ничего сделать. И теперь, когда Клайд даже не факт, что жив, он и сам это сделал. Достал пистолет. Прицелился. Нажал на курок. Попал другому человеку в ногу. Причинил ему боль. Как когда-то причиняли боль ему, его сестре, его близким и друзьям. Почему-то в теории фраза "устроить кровавую бойню" звучала гораздо проще и приятнее, чем действительно выстрелить в человека. Но Харви, разумеется, не мог знать, что в мыслях у этого милого вязальщика сейчас происходит конец света, депрессия, проблемы с самооценкой и прочие радости жизни. В конце концов, к Ghost и даже к тайной принцесской силе умение читать мысли не прилагалось. Хотя может это и к лучшему. Харви бы не хотелось бы читать мысли того же Рафа, у которого вряд ли в голове есть что-то, кроме своей же внешности и иногда Клайда. Так, что-то мы опять в напряжённый момент думаем не о том, о чём нужно. Внезапно в Харви проснулся какой-то дух лидерства (Габриэль сказал бы, что это всё королевская кровь, но так как его здесь нет, можно выдохнуть, никто не будет об этом говорить), и он взял ответственность за это задание на себя. В конце концов, тут больше некому доверять. Харви сказал Энджелу, чтобы тот следил за Бонни, потому что мало ли, что этому вязальщику придёт в голову в таком состоянии, а сам уверенным шагом подошёл к упавшему на пол от выстрела и издающему звуки умирающего тюленя Райану и пытавшемуся обработать ему рану подозрительными жидкостями из баночек, стоящих на ближайшем столе. Честно говоря, Харви и сам не знал, зачем он подошёл. Это произошло как-то само собой. Как будто что-то внутри него само собой потянулось в сторону агентов "Церемонии". Однако стоило ему подойти, как Райан резко взмахнул рукой, смотря на Харви, как будто он был самым злейшим его врагом, и фиолетовый дым, словно чья-то огромная и очень сильная рука, схватила последнего за шею и начала душить. И в этот момент Харви действительно поблагодарил судьбу за то, что именно он был принцессой Фобии, и именно его сила заключалась в странном свечении и... ну, наверное, и в чём-то ещё, но пока только в том, чтобы сеять страх вокруг себя. Дело в том, что стоило дыму сжать горло Харви сильнее, как кожа у него засветилась, и Райана вместе с его способностью отбросило далеко в сторону. Это было чем-то похоже на то, что делал Габриэль, но было менее незаметным. Удар энергией сопровождался сиреневато-белой волной в воздухе и каким-то приторно-сладким запахом в воздухе. С трудом встав (на одну ногу, потому что вторая всё ещё была прострелена и не до конца обработана), Райан бросил в сторону Харви всё такой же ненавидящий, но уже чуть более... заинтересованный взгляд и процедил сквозь зубы: - Так это ты та принцесса, о которой все говорят? Ну, здравствуй. Приятно познакомиться, что ли. - Отпусти Клайда, - только и сказал Харви в ответ, потому что это единственное, что в этой ситуации было бы уместно. Мы тут на задание пришли, а не со всякими психами болтать. Немного подумав, Харви также добавил: - И Рафа. - А зачем? - не понял Райан, снова улыбнувшись, но на этот раз сделав самые невинные глаза на свете, из-за чего улыбка маньяка казалась ещё более жуткой. - Они же так друг друга любят. Вот я и оставил их наедине. Кроме того, это очень романтично, ведь они умрут в один день. Ну, может, один чуть раньше, соглашусь, но факт остаётся фактом. Харви резко взмахнул рукой (он и сам не понимал, зачем, но ему казалось, что так и надо), и в сторону Райана снова полетела волна сбивающей с ног энергии. Нет, ему определённо было жалко человека, в которого сначала выстрелили, а теперь ещё и добивают какой-то силой, происхождение которой не знает даже человек, который её использует. Но сейчас эта жалость вышла на второй план. Двух сильных агентов из их организации (ну, то есть из их организации только один, и тот сегодня сказал, что они из "Левантера") сейчас держат непойми где и непойми зачем. Тут, вы уж извините Харви за его жестокость, все методы хороши. После нескольких таких циклов атак Райан уже просто не мог встать. Кровотечение на ноге и из носа всё никак не останавливалось, а какие-то кости возможно даже были сломаны от многочисленных неудачных падений. И вот он, этот безжалостный агент "Церемонии", который может напасть даже на ребёнка, уже лежал на полу, почти не в силах даже пошевелиться. Харви подошёл к нему, встал над ним и, выставив пистолет вперёд, произнёс: - Отпусти их. Иначе я выстрелю, и после твоей смерти все будут говорить, что тебя победил какой-то австралийский цыплёнок с причёской Барби. - Ты... не... просто... цыплёнок, - хрипло произнёс Райан, стараясь приподняться на локти. - Ты... блин… ты наследная принцесса магического королевства. - Хорошо, - согласился Харви. - Тогда все будут говорить, что тебя победила сорокатрёхлетняя принцесса, которая даже не помнит, как она была принцессой. Отпусти их. - Только ради своего достоинства. Честно говоря, Харви и сам не ожидал, что такой шантаж сработает, потому что обычно, когда он так делал, люди выбирали умереть героической (или почти героической) смертью, чем выполнить условие, которое он им сказал, или выполняли условия, но только после нескольких несмертельных, но крайне неприятных и явно портящих жизнь выстрелов. Тут же человек, от которого подчинения ожидается меньше всего, согласился только после нескольких фраз с угрозой, которая сработает, как думал Харви, только на неуравновешенных подростков, которые считают, что они - самое лучшее, что есть во вселенной. Однако нет, оказывается, на таких психов, как Райан, это тоже срабатывает. Даже не вставая с пола, потому что в этом не было особой необходимости, Райан дрожащими руками достал из-за пазухи небольшой предмет, похожий на светящуюся фиолетовую звёздочку, и нарисовал им воздухе круг. В этот момент одна из стен в комнате буквально исчезла, и на её месте появился проход в просторную комнату. Мебель в ней и в целом её внешний вид мы описывать не будем, потому что Харви не особо успел её рассмотреть, потому что его взгляд был прикован только к двум объектам, которые, судя по всему, были Клайдом и Рафом. Первый из них действительно был связан цепями и явно находился уже на грани смерти, потому что лицо его было очень бледным, и он почти не двигался, а у второго цепь была только на одной из ног, причём довольно длинная и непонятно, зачем нужная, и он всячески пытался освободить Клайда, но каждая его попытка заканчивалась неудачей, а иногда даже усугублением ситуации. Харви посмотрел на Райана спокойным, почти властным взглядом и приказал ему отпустить их. Тот послушался. Приказал извиниться. Тот даже не стал придираться к этой просьбе или вообще хоть как-то реагировать и просто извинился (всё равно, правда, получил от удивительно быстро оклемавшегося, как будто ничего и не было, Клайда ногой в живот, но извинился). У Харви даже создалось ощущение, что это не угроза смерти и последующего позора среди коллег так подействовала на Райана, а что-то другое, как будто какой-то гипноз или что-то подобное. Закончив со всем этим и попросив у Мэйсона прощения за то, что чуть не убил его напарника, Харви обернулся и посмотрел на своих коллег. Бонни сжимал Клайда в своих объятиях, плакал и рассказывал, что его Клай очень смелый и теперь заслуживает что-нибудь сладкое после ужина, Раф пытался привести в порядок свою причёску, а Энджел превращал Нэро обратно в плюшевую игрушку. Кажется, всё возвращается на свои места. Вскоре они вышли на улицу и пошли в сторону места, куда Раф припарковал свою машину. По дороге Клайд зевнул, потянулся, как котёнок, как будто очень хотел спать или, наоборот, только что проснулся, и констатировал: - Ну, что я могу сказать? Спасибо, наверное, - неожиданно он повернулся к Харви и искренне улыбнулся, чего тот раньше в свой адрес ни разу не видел: - Особенно тебе. Уж я не знаю, что у тебя за демон внутри просыпается, что ты светишься, но ты молодец. - А я молодец, мистер Харрисон? - вмешался Энджел. - Это я указывал им дорогу досюда! - А, ты тоже здесь? - вздохнул Клайд. - Ну привет, маленький предатель. - О, предатель, ещё какой! - согласился Раф, видимо, обрадовавшись, что не его одного теперь так называют. - Представляешь, он работал на "Церемонию"! - ЧТО?! - поразился Клайд и обратился к Энджелу, чуть ли не напрыгнув на него, и яростно, но очевидно несильно схватил его за шею и начал трясти: - Я ДЛЯ ЧЕГО ТЕБЕ ЧИТАЛ ЛЕКЦИИ ПРО ГЕРОЕВ ИЗ "ЛЕВАНТЕРА"?! Я ДЛЯ ЧЕГО НАЗНАЧАЛ ТЕБЕ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ТРЕНИРОВКИ, КОГДА У ТЕБЯ ЧТО-ТО НЕ ПОЛУЧАЛОСЬ?! Я ДЛЯ ЧЕГО С ТОБОЙ ПИРОЖКАМИ ДЕЛИЛСЯ?! - Мистер Харрисон, прекратите, - спокойно попросил Энджел, убирая руки Клайда со своей шеи. - Я из-за Ваших лекций и ушёл. - ЧТО?! - ещё больше разозлился Клайд. - Просто все Ваши истории про героев заканчивались тем, что герой умер трагической смертью, и я решил, что не хочу быть героем, - пожал плечами Энджел. - Ну, и ещё Вы заставляли меня катать Вас на спине и покупать Вам еду. - Предатель, - фыркнул Клайд. - Меня окружают одни предатели. Только Бон-Бон у меня хороший, - услышав эту фразу, Бонни просиял и прижался к своему парню ещё крепче, чувствуя, что сегодня среди всех "фаворитов", так скажем, Клайда он самый нужный и самый любимый. Харви, хоть и внимательно слушал каждое слово, которое говорили ещё сегодняшние партнёры по заданию, шёл чуть подальше от этой компании бывших и нынешних сотрудников "Левантера", чтобы не мешать их семейным разборкам. Всё-таки это не его дело, пусть сами разбираются. У него своих проблем с парнем-демоном и родителями в другом измерении хватает. Однако его одиночество (относительное, конечно, но всё равно одиночество) нарушил Раф. Он оставил Бонни жаться к своему парню и мурлыкать (образно), какой он красивый, умный, сильный, смелый и так далее, а Энджела и Клайда - разбираться с тем, кто кого когда предал и у кого какие методы воспитания, и подошёл к Харви с счастливой улыбкой на лице. - Ну что, принцесса, доволен собой? Спасибо, что спас сегодня. В этот момент Харви даже остановился от неожиданности. Никогда он ещё не слышал, чтобы Раф говорил другим что-то подобное. Он скорее разорвёт своего спасителя на кусочки, чем признает, что тот его спас. И Харви прекрасно это понимает, потому что сам такой же. В этом плане они, конечно, два сапога пара: что от одного "спасибо" не дождёшься, что от второго. Но у Харви, допустим, был список тех, кому он будет выражать свою признательность за спасение (в этом списке был только один пункт - Юки), а с Рафом ничего не ясно. Он даже в разговоре с Клайдом вместо признаний в любви или хотя бы каких-то тёплых слов умудрялся за несколько минут назвать его коротышкой и помойным котом рекордное количество раз. Неудивительно, что тот до сих пор с Бонни. Именно поэтому Харви так сильно смутили слова благодарности, сказанные Рафом. Может, он этим фиолетовым дымом надышался? Или в него вселился какой-то демон? Или он просто сошёл с ума? В общем, вариантов много. Харви удивлённо посмотрел на Рафа и высказал своё мнение по поводу его неожиданной благодарности: - Ты? Говоришь мне "спасибо"? Да сегодня, кажется, метеорит упал. Или тебе что-то от меня нужно? Потому что если да - говори сразу. Я вот эти вот все намёки не люблю. - Да ничего мне от тебя не надо, успокойся, Цыпа, - отмахнулся Раф. - Просто поблагодарил тебя. - Что-то не похоже на тебя, - подозревающе сузил глаза Харви. - Ну, и ещё мне тут птичка нашептала, что ты принцесса какого-то там древнего королевства прозрачных чучундр, - пожал плечами Раф. - Что за птичка? - Харви старался не подавать виду, что тема с королевством его как-то касается, но всё равно напрягся. - Одна очень болтливая птичка по имени Сато Мики, которая пришла к Бонни с печеньем, пока я... гостил у них с Клайдом, - ответил Раф. - Гостил? - повторил за ним Харви, стараясь расфокусировать внимание собеседника, чтобы тот перестал так интересоваться его прошлым. - Не переводи тему, - укоризненно посмотрел на Харви Раф. - Просто ответь. Ты правда принцесса или это Бонни с Мики просто сплетники? - Ну, ладно, да, - признался Харви (он не видел смысла говорить неправду, потому что когда вокруг тебя постоянно маячит Габриэль с его вечным "мисс Лилит, Фобия, Фобия, помните про королевство, Вы слишком безответственная, будьте серьёзнее" и всей этой пургой, скрыть факт своего королевского происхождения будет довольно сложно). Признавшись самому вредному человеку в своей жизни (помимо, разве что, Октавии) в самом позорном факте о себе, Харви сразу спохватился: - Одно слово о трансгендерах - и следующий попавшийся мне в руки карандаш окажется так глубоко у тебя в... - Понял, понял, - остановил его Раф, но всё же издевательски улыбнулся и прошептал: - Принцесса-трансгендер. - Я ТЕБЯ СЕЙЧАС... - начал было Харви и уже даже замахнулся на бывшего (или уже опять нынешнего) напарника, но тот быстро и почти неуловимо поцеловал его в щёку и, хихикая, убежал куда-то вперёд. Харви широко раскрыл глаза, приложил руку к тому месту на щеке, где только что побывали губы Рафа, почувствовал, что краснеет, и... не придал этому никакого значения. Подумаешь, бывает. Раф с Клайдом, и в голове Харви это был уже как святой канон. А этот поцелуй не значит абсолютно ничего. Ханне вон тоже иногда... Но это уже совсем другая история. Суть в том, что оба этих раза не считаются, потому что у Рафа есть Клайд, а Ханне вообще гетеро. Вроде бы. В старшей школе, во всяком случае, он так говорил. Как-то так и закончилось это задание. Вроде бы, всё прошло гладко, да?

***

Вечер был на удивление спокойным. Никто не подрался, никто никого не съел за долги, никто не развёлся, девушки-вампиры (которые что-то подозрительно часто стали заходить) не устроили гарем Микаэля, хотя им явно очень хотелось, и остановить их смогла только Фран, которая кричала что-то про "здесь вообще-то приличное заведение", бегала вокруг с шваброй и била по голове всех, кто подходил к бармену ближе, чем на два метра. К концу вечера стало совсем скучно. Вечно сидящие в углу демоны решили пойти в сауну, потому что у кого-то из них был сертификат в сауну, девушки-вампиры, возмущённо шипя, ушли после того, как каждой из них досталось шваброй по голове, а Фран хоть и не собиралась уходить, за посетителя не считалась. Она так часто приходила, что была уже как часть интерьера или скорее как один из сотрудников. Кстати про сотрудников. Микаэль после ухода своего гарема перестал со всеми разговаривать и просто мрачно стоял в углу, испуская ауру "это я и моя девушка бутылка виски, мы с ней завтра поженимся, а вас всех не позовём, потому что вы предатели". Алмаз со скучающим видом смотрел на всё это, слушал, как фоном у них уже полтора часа подряд на повторе играет какой-то очень жизнеутверждающий, хоть и не очень весёлый саундтрек и как Фран планирует нашествие на измерение гномов, где кто-то задолжал ей денег, а она, между прочим, не такая богатая, чтобы об этом забывать. Кажется, сегодняшний вечер будет отличаться от всех остальных тем, что ничего не случится, и даже не появится новый повод для сплетен. Но не тут-то было. Чуть не выбив дверь своей ногой (а эта дверь видала и не такое, так что выдержала) и уронив какие-то звенящие штучки, которые Микаэль вчера утром повесил над дверью "для фэн-шуя", но они уже несколько раз падали, потому что он приклеил их на скотч, в бар зашёл Раф. Один. Вместе с ним не было ни Клайда, ни Юки, никого, кому могла бы прийти идея сходить в бар именно в Мирро или кто мог бы пойти с ним на свидание в этот бар. Кроме того, выглядел Раф очень подавленным, так что явно пришёл не на свидание и точно не проведать Алмаза, и это уже интересно. Это уже очень интересно. - Здравствуйте, - стараясь говорить профессиональным тоном (безуспешно, желание узнать, что случилось у этой напыщенной красноволосой козявки, было сильнее), поздоровался Алмаз. - Что будете пить? Я так понимаю, сегодня заказывать три тарелки мяса Вы не будете, ведь Ваш очаровательный спутник с бездонным желудком сегодня не с Вами. - Я не буду пить, - ответил Раф, садясь на стул и обречённо складывая голову на стойку. - Я пришёл только чтобы посидеть здесь и поразмышлять о жизни, пока на меня никто не смотрит и не задаёт тупых вопросов. - Ясно, - вздохнул Алмаз. - Микаэль, солнце, налей ему тот коктейль, после которого все танцуют на стойке и поют "Queencard". - Оставьте меня в покое, мистер Алмаз, я хочу просто… - начал было Микаэль, но демон его перебил: - А я хочу зрелищ. Так что вышел из своего угла и иди смешивать коктейль. А ты, - он ткнул пальцем в Рафа, - не возмущайся. Лучше рассказывай, что у тебя случилось. Сегодня настроение спасать вас от депрессии. - Что-то не похоже, - пробормотал Микаэль, ставя свою новую "девушку" на стойку и направляясь смешивать коктейль. - Ещё одно слово, и я выгоню тебя из дома, - пригрозил Алмаз и снова повернулся к Рафу: - Ну, рассказывай. - Нервы, - соврал Раф. - Проблемы на любовном фронте? - поинтересовался Алмаз. - Нет, - огрызнулся в ответ Раф. - Говорю же, нервы. - Кошатник-проглот любит какого-то вязального маньяка, а цыплячья принцесса не обращает на тебя внимания? - продолжал свой допрос Алмаз. - Вот же телепат недоделанный, - буркнул Раф. Алмаз коварно улыбнулся. Всё-таки ему нравилось его умение читать мысли, особенно когда кто-то пытался что-то от него скрыть. Люди, конечно, такие интересные. Думают, что если они будут уходить от ответа, никто не поймёт, что у них проблемы с личной жизни. И почему вообще они думают, что говорить о своих проблемах с симпатичным владельцем бара - это что-то неприличное? Он же только и делает, что сидит у себя в баре целыми днями и скучает. Никакой бурной молодости и всего прочего. Всё закончилось примерно тогда, когда Юки в двадцать седьмой раз вышел замуж за какого-то богатого и красивого тупицу и сказал, что он теперь примерная домохозяйка и больше не будет совершать набеги на соседние измерения и есть людей. Правда, буквально через неделю он уничтожил какое-то маленькое измерение, населённое в основном недопонятыми поэтами, съел половину его населения, а потом и своего мужа, который начал его в этом упрекать, из-за чего двадцать лет просидел в особо охраняемой магической тюрьме на Небесах, откуда сбежал, соблазнив всех стражей разом и ткнув одного из них зонтиком в живот... М-да уж. Отчаянная какая-то домохозяйка, нечего сказать. Но в общем, где-то с тех пор Алмаз и не участвовал в бесконечных авантюрах своего лучшего друга. Слишком уж это было опасно и как-то не очень вязалось с его образом загадочного хозяина бара. Да и за Микаэлем кто-то должен приглядывать, а то он без присмотра сдохнет с голоду. Короче, на на приключения времени и сил совсем нет. Поэтому остаётся только сидеть тут и выслушивать жалобы на личную жизнь от этого странного красноволосого агента нелегальной организации. Сейчас как раз отличный момент, чтобы этим заняться. И неважно, что он молчит и явно не хочет обсуждать это с еле знакомым демоном. - Ну, рассказывай, - Алмаз вышел из-за стойки и сел напротив Рафа. - Неразделённая любовь, путаница в чувствах, моральная дилемма, хочется просто лечь и умереть, как всё сложно? - Ты опять читаешь мои мысли? - вздохнул Раф. - Нет, - пожал плечами Алмаз. - Просто мой лучший друг - древнее могущественное существо, которое вместо того, чтобы признать, что ему нравится один наш общий знакомый, на протяжении девяти с лишним тысяч лет влюбляется в людей, а потом жрёт их на ужин, чтобы потом не страдать, когда они умрут от старости. - Чего? - не понял Раф. - Ничего, - ответил Алмаз. - Просто говорю, что разбираюсь в человеческой психологии, потому что моему другу они нравятся. Так что рассказывай, что там у тебя за драма века. - Понимаешь, - всё-таки начал рассказывать Раф, хотя его собеседник уже не надеялся, что с ним сегодня поговорят. - Я правда люблю Клайда. Даже когда он встречается с этим своим божьим одуванчиком, но при этом съедает всю мою еду и сморкается мне в простыню, когда болеет. Но когда я смотрю на Харви... мне кажется, в этот момент я даже забываю о Клайде. Я знаю, что это звучит, как бред, но мне кажется, он мне нравится. И теперь мне нужно или продолжить что-то налаживать с Клайдом и разбить сердце бедному Бонни, или попробовать что-то наладить с Харви и окончательно испортить отношения с Клайдом. - М-да, тяжёлый случай, - задумчиво оценил Алмаз, закуривая трубку. - А я вот так не считаю, - послышался голос бармена совсем рядом. - Мистер Раф, Вы слишком всё усложняете. Зачем выбирать кого-то одного? Соберите гарем. - МИКАЭЛЬ! - прокричал Алмаз, глядя на своего единственного сотрудника с таким осуждением, что у Рафа мурашки по коже побежали. - ИДИ КОКТЕЙЛЬ СМЕШИВАЙ! - Уже, - хитро улыбнулся Микаэль, пододвигая к Рафу стакан с чем-то ядрёно-розовым, но имеющим довольно приятный, хоть и резкий запах. - Между прочим, научно доказано, что наличие собственного гарема решает все проблемы в отношениях и положительно влияет на самооценку. - Ну и что же за учёные, которые это доказали? - ехидно поинтересовался Алмаз, закатывая глаза и выдыхая дым, который сложился в надпись "Микаэль, ты тупой". - Я, - без капли хоть какой-то скромности хотя бы для приличия ответил бармен. - Ты не считаешься, ты не учёный, - отмахнулся Алмаз. - У меня высшее математическое образование, между прочим! - возразил Микаэль. - И мы серьёзно сейчас будем это обсуждать? - вздохнул Алмаз. Ещё минут пять они спорили о том, считается ли это высшее образование или нет, потому что один из них клялся и божился (чем чуть не вызвал Габриэля), что заработал его честным трудом и годами усердной учёбы, а второй заявлял, что это всё подстава и враньё, потому что первый - племянник какой-то важной шишки в университете, где учился. Собственно, у Рафа своего мнения на этот счёт не было, да и было бы странно, если бы оно было. Почти незнакомые люди всё-таки. Да и не люди вовсе... Ситуация разрешилась с помощью единственного здраво мыслящего существа в этом заведении (хотя ощущение, что в этом городе или даже в этом измерении и нескольких соседних). Фран (а кто же ещё это мог быть?) оторвалась от стратегического складывания бутылок с соджу, из которого потом собралась сделать топливо для самолёта, в свою огромную и явно видавшую в своей жизни много интересного кожаную сумку и закричала удивительно громким для такого маленького и беззащитного с виду человека голосом: - Так, мужчины! А ну прекратили ссориться! Алмаз, ты тут, кажется, хотел устроить этому, - она беспардонно ткнула пальцем в Рафа, - консультацию психолога. Я, конечно, считаю, что нужно выбирать Клайда, потому что принцессу рыжик в жизни не отдаст, но тут уже как хочешь. Я всё-таки не эксперт по отношениям, у меня за всю жизнь только одна девушка была, и та меня бросила. Хотя она, кажется, даже была не в курсе, что я за ней ухаживала. Все остальные одновременно посмотрели на Фран. Слышать от неё что-то подобное было довольно неожиданно. Она почти никогда не вмешивалась в диалоги, а если это и происходило, то говорила она мало и в основном не по делу. А тут она даже перестала заниматься своим делом ради того, чтобы вмешаться в разговор, и сказала не "ребят, ну харе", а полноценную фразу. Ещё и о себе немного рассказала. Это, конечно, не сравнится с тем, как Юки в любой непонятный момент мог начать рассказывать истории из жизни то про то, как он служил у Чингисхана, то про то, как он соблазнял монахов в Тибете, то про то, как его хотели сжечь на костре, но относительно Фран, которая в основном только поёт и комментирует слова и действия остальных, - это, считайте, весь лор своей жизни рассказала. Алмаз и в самом деле после первого предупреждения перестал ругаться с Микаэлем, снова обратился к Рафу и, пафосно раскинув руку (только одну, потому что в другой всё ещё была трубка), объявил: - Приветствую тебя, смертный, в своём баре, а сегодня по совместительству ещё и кабинете психолога! - Этот бар всегда по совместительству кабинет психолога, потому что Вы вечно даёте посетителям дурацкие советы, - заметил Микаэль, и, судя по тому, что он использовал слово "этот", а не "Ваш", он всё ещё считал бар своим. - Потому что я забочусь о клиентах, а у тебя ноль эмпатии, - заявил Алмаз и продолжил свою психологическую консультацию: - Ну что, больной, на что жалуетесь? - Я не больной, - возразил Раф. - Все врачи так говорят, - закатил глаза Алмаз с видом человека, который объясняет двоечнику тему, которую они уже проходили, но она не отложилась у него в голове. - Но психолог - это же не… - начал было Раф. - Молчать! - перебил его Алмаз, положив палец на его губы (ему повезло, что это не был Клайд, который в таких случаях всегда кусает за палец). - Значит, теперь я психиатр, поздравляю, допрыгался. Так что, больной, на что жалуешься? - Я уже сказал, - ответил Раф. - Проблемы в личной жизни? Понятно, понятно, - с видом эксперта в психологии (и, видимо, ещё и психиатрии) закивал Алмаз, после чего хлопнул себя ладонью по колену, что явно было вариацией хлопка в ладоши, но одна рука была занята. - Что ж, это дело поправимо. Представь ситуацию. Я - это ты. Он постарался скопировать позу, в которой сидел Раф, и сделал такое смешное лицо (которое явно должно было быть страдальческим), что стоящий рядом Микаэль не смог сдержать смех и, кажется, даже передумал возвращаться к своей "девушке" и решил посмотреть, во что превратится весь этот цирк дальше. К слову, зря он это сделал, потому что следующей фразой Алмаза было: - А Микаэль, допустим, будет Харви. Микаэль, солнце, будь добр, изобрази Харви. - Ладно, - удивительно быстро, хоть и явно неохотно согласился Микаэль и принял позу и выражение лица, как будто он тут вообще первый раз, никогда не видел бары демонов и вообще он вовсе никакая не принцесса, а просто милая стесняшка, у которой длинные волосы, которые обязательно нужно поправлять каждые две секунды, потому что ему кажется, что его тут держат в заложниках (ну, то есть, единственное состояние, в котором он видел Харви). - Вот представь ваши взаимоотношения, - продолжал Алмаз и внезапно заговорил голосом, которым обычно в мультиках про животных изображают павлинов или просто кого-то очень гордого (но в данном контексте это была просто очень неудачная имитация голоса Рафа): - Ну что, принцесса, ты уже заметила, какой я нарцисс? - Да, конечно, - пропищал Микаэль, но потом видимо вспомнил, какой голос у Харви, и исправился, говоря басом: - А, пардон. Да, конечно. - О, знаешь, цыплёнок, ты мне нравишься, но я тебе об этом не скажу, потому что я - нарцисс, и твой парень меня убьёт. Поэтому я просто буду подавать тебе знаки, от которых ты, конечно, ничего не поймёшь, - с этими словами Алмаз неожиданно для всех, включая возможно себя, поцеловал Микаэля в щёку. Тот нисколько не смутился, как будто это было нормой, просто вытер то место, куда его только что поцеловали, и пробасил: - Но я не придам этому действию никакого значения, потому что Рафу нравится Клайд, а у меня любовь до гроба с Юки, потому что даже если я решу, что не люблю его, он меня никуда не отпустит, потому что я единственный, кто терпит его выходки. Разумеется, это всё было очень карикатурно и, может быть, не очень убедительно. Но почему-то при виде этого у Рафа что-то сжалось внутри. Слишком уж это было похоже на его жизнь. Прямо подозрительно похоже. То, как он притворяется высокомерным попугаем на людях, как пытается не столько подкатить к Харви или ухаживать за ним, сколько просто дать ему знать, что он ему нравится, как тот, кажется, даже не обращает на него внимания, потому что занят своим лисом и, может быть, ещё немного делами в своём королевстве. Или потому что просто не хочет обращать внимание? В общем, кто его знает, этого Харви? Он в целом загадочная личность. То он не пользуется на заданиях даже своим чёрным поясом и стоит в сторонке и боится, то в нём вдруг просыпается какая-то непонятная сила, и он всех спасает. - А теперь Микаэль изобразит нам Клайда, - заявил Алмаз. - Да пожалуйста, - кивнул бармен, вышел из-за стойки и, ни на секунду не сомневаясь в правильности своих действий и нисколько не смущаясь, сел к Алмазу на колени, и его выражение лица при этом было удивительно похоже на то, которое обычно у Клайда, когда он обижен на весь белый свет (то есть, почти всегда). Алмаз даже не попытался возмутиться. Весь его вид говорил только одно: "у меня на коленях и не такое бывало, вампира-бармена, который несколько минут назад агитировал посетителя собрать гарем, как-нибудь переживём". Вместо того, чтобы сказать "слезь с меня, тупица, ты тяжёлый", Алмаз продолжил разыгрывать их сценку, которую пока можно было описать только как "пугающе реалистичная пародия на жизнь Рафа": - Клайд, я люблю тебя! - Не выдумывай, предатель, - ответил Микаэль, лениво облокотившись на плечо Алмаза (ему явно нравилось играть роль Клайда). - У нас просто временное перемирие, а я просто жру за твой счёт. У меня есть парень, и он меня вполне устраивает. - А как же я?! - нереалистично обиженно, драматично и даже паникующе воскликнул Алмаз. - Неужели все те двенадцать лет для тебя ничего не значили?! - Было и прошло, - пожал плечами Микаэль. После этого Алмаз снова сделал то, чего от него не ожидал никто (кроме, может быть, Фран, которая наблюдала за этим спектаклем, если это можно так назвать, удивительно увлечённо для человека, который вообще изначально за топливом для самолёта зашёл и возможно ещё чтобы попугать девушек-вампиров). Дело в том, что Алмаз уже второй раз за вечер повернул голову своего бармена ("своего" в данном предложении означает "работающего в его баре", а не то, что вы подумали) в сторону своего лица и поцеловал его, но на этот раз не скромно в щёчку, а вполне себе страстно и удивительно искренне в губы. Микаэль сначала просто широко раскрыл глаза от удивления, а потом уже оттолкнул от себя Алмаза и возмутился, покраснев до кончиков волос и даже перестав обращаться на "Вы": - ТЫ КУДА СВОЙ ЯЗЫК СУЁШЬ?! МЫ ДОЛЖНЫ БЫЛИ ПОКАЗАТЬ РАЗНИЦУ МЕЖДУ ЕГО ОТНОШЕНИЯМИ С ХАРВИ И ЕГО ОТНОШЕНИЯМИ С КЛАЙДОМ, А НЕ УСТРАИВАТЬ ЗДЕСЬ... - Так в этом и есть разница между его отношениями с Харви и его отношениями с Клайдом, - пожал плечами Алмаз. - С Клайдом всё просто. Ну, почти просто. Во всяком случае, лучше, чем с Харви, потому что там хоть Юки нет. Ну, и Клайд проявляет хоть какой-то интерес к нему. Так что я считаю, что выбирать нужно Клайда. - Вы все хотите, чтобы я выбрал Клайда просто потому, что если я выберу Харви, Юки будет ревновать? - скептически поинтересовался Раф. - Да, - признался Алмаз. - Пойми, он только выглядит, как маленький пушистый зверёк, а на деле этот лисёнок жрёт людей, разрушает измерения и готов порвать любого, кто хоть пальцем притронется к тому, что "его". Так что лучше забыть пока про Харви. Подожди пока Юки наиграется в человеческие чувства или на крайняк влюбится в кого-нибудь другого и забудет про Харви, и тогда можно будет подумать. Понял? - Понял, - кивнул Раф и, улыбнувшись, встал со стула. - Спасибо вам всем. - Всегда пожалуйста, - ответил Алмаз и тоже улыбнулся, но не той загадочной и стрёмной, как у древнего существа, которое просто наблюдает за этими несмышлёнышами-человечками, и не той странной натянутой улыбкой, какую он использовал при посетителях, которые задолжали ему денег, а настоящей, приятной, как у человека (ну, демона), который только что помог своему знакомому и верит, что у этого знакомого всё получится. Раф вышел из бара под громкие обсуждения Микаэля и Алмаза, куда девать коктейль, который изначально был предназначен для их посетителя, потому что пить его никто не хотел, ведь состоял он в основном из водки, пыльцы фей и убойной дозы сахара. Кажется, всё не так уж плохо. Осталось только найти Бонни, который изначально отправился в Мирро за новой пряжей и просто взял Рафа с собой, "одному же скучно, а Клаю нужно отдохнуть" (именно поэтому тот пошёл в тот бар, потому что если бы ему правда хотелось бы выпить, он пошёл бы куда-нибудь в человеческом мире, а если бы нужно было поговорить - к психологу). И куда только подевался этот вязальщик невменяемый?

***

Звезда упала. Ещё одна. Только вот куда они падают, если в этом измерении, кроме звёздного неба, нет ничего? Может, они и не падают, а просто перемещаются с одного места на другое? А если так, то можно ли во время этого перемещения загадывать желание? Считается ли это за звездопад? Собственно, Юки этот вопрос не особо интересовал. У него уже давно не было никаких желаний. Разве что чтобы Харви-нии жил вечно. Они бы поженились, жили бы вдвоём где-нибудь на краю света (ну, или в Фобии, как получится), у них было бы десятеро лисят-детёнышей... Но разве можно загадывать что-то подобное во время звездопада? Тем более, что до этого ни одно подобное желание у Юки не сбылось. Грустно, конечно, но факт. Вселенная явно не хотела, чтобы китсунэ был по-настоящему счастлив. В голове крутилось множество мыслей. О том, что смесь для трубки заканчивается, о том, что дома в холодильнике лежит нога какого-то крайне невоспитанного человека, который нагрубил Юки в автобусе, о том, что от его онии-чан сегодня почему-то пахло тем красноволосым выскочкой, и стоит за ним проследить, о том, что душно, что скучно, что хочется домой к онии-чан, есть и спать, что тут запах, как будто молоко пролилось, что... Так, стоп, а зачем мы тут? А точно, Габриэль-нии же, кажется, хотел обсудить что-то важное, что ни в коем случае нельзя обсуждать при всех, потому что это сверхсекретно. Юки поклялся себе, что если этот крылатый дурак опять начнёт пытаться втирать что-то про любовь, он его точно съест и не посмотрит, что он бог. - Лисёнок, ты меня слушаешь вообще? - поинтересовался Габриэль. - Слушаю, - соврал Юки, но добавил: - Можешь, пожалуйста, ещё раз повторить, я просто не понял. - Могу, - подтвердил Габриэль, уже привыкший к тому, что китсунэ в большинстве случаев не очень-то внимательно слушает, что ему говорят. - Амулеты. Я на сто процентов уверен, что "Церемония" их использует. - Ты опять? - вздохнул Юки. - У тебя даже нет доказательств. - Есть, - возразил Габриэль и развернул какой-то свиток, который держал в руках и который выглядел, как будто двадцать пять лет пролежал в архиве на Небесах (а условия хранения там так себе, честно говоря). На нём было что-то написано на каком-то древнем языке, который знали только боги и то не все, и нарисовано девять небольших камушков разной формы и цветов: красный треугольник, оранжевый ромб, жёлтый пятиугольник, зелёный круг, голубой полумесяц, синий квадрат, фиолетовая звезда, розовое сердце и чёрный овал (который, к слову, был зачёркнут). Убедившись, что Юки хотя бы смотрит на рисунок на свитке, Габриэль продолжил говорить: - Это те амулеты, с помощью которых двадцать пять лет назад было совершено нападение на Фобию, а пять лет назад снова обнаружены и уничтожены Диего. Раньше их было девять, но сейчас уже восемь. Мисс Лилит уничтожила один из них во время первого пробуждения своей силы, если ты помнишь. Амулетом в виде фиолетовой звезды пользуется агент "Церемонии", который держал в заложниках того агента "Левантера"… как же его зовут? - Клайд-нии? - подсказал Юки. - Да, именно, спасибо, - кивнул Габриэль. - Сила этих амулетов во много раз увеличилась: если двадцать пять лет назад владелец фиолетовой звезды мог только создать изолированное пространство, то теперь он может создать своё собственное измерение, где всё подчиняется его желаниям. - И что ты предлагаешь? - поинтересовался Юки, лениво потягиваясь. - Нужно отобрать эти амулеты у "Церемонии", пока не стало поздно, а также выяснить, кто их изготавливает, и жестоко его покарать, - заявил Габриэль. - Что ты подразумеваешь под "жестоко его покарать"? - продолжал расспросы Юки. - Посадить в тюрьму на Небесах. Оттуда ещё никто не сбегал. Кроме тебя. - Поверь мне, человек или существо, способное на создание амулетов такой силы, сбежит из вашей тюрьмы запросто. Так что я предлагаю сразу съесть. - Какой же ты отвратительный. - Какой есть. Они оба синхронно засмеялись, хотя в этих словах не было ничего смешного. Разве что то, что семь лет назад, перед тем, как их отношения развалились, они тоже так вот сидели где-то в другом измерении, где никто их не видел и не слышал, и Габриэль в шутку назвал Юки отвратительным, когда тот уронил бутылку с сакэ в бездну и сматерился, а китсунэ улыбнулся и сказал: "какой есть". А потом кое-кому крылатому и в белом пришло письмо с Небес о том, что отношения между богом и демоном - это аморально и грязно, и пусть они прекратят немедленно, иначе они выгонят его с Небес. И что выбрал этот неблагодарный? Конечно же, подчиниться этим божественным с-с-с... собакам и улететь куда-то там к себе, даже не попрощавшись, в самый разгар ужасных событий апреля две тысячи восемнадцатого. И ему было всё равно, что после его ухода все чуть не погибли после атаки неизвестной сущности, что город был почти полностью разрушен, что его "лисёнок", которому он клялся в любви и которого потом бросил, потом несколько месяцев не мог спать, потому что ему снились кошмары, и он до сих пор спит с ночником, с включенным светом или в обнимку с кем-то, несмотря на весь свой огромный жизненный опыт. Но не будем о прошлом. Всё-таки это уже случилось, и изменить это мы уже никак не сможем. Остаётся только смириться и идти дальше. В конце концов, у Юки теперь есть Харви, а у Габриэля... ну, у Габриэля есть статус на Небесах, где все уже почти забыли о его прошлой "греховной" связи. Это, если задуматься, не так уж плохо. Юки зевнул, встал, отряхнул кимоно, хотя оно не нуждалось в том, чтобы его отряхивали, раскрыл зонтик и, уже разворачиваясь, сказал Габриэлю: - Ну, я пошёл. Мне домой надо. - Понимаю, - вздохнул тот. - Хочешь к своему онии-чан. - Да, - без тени смущения подтвердил Юки. - И ещё у меня мясо в холодильнике, наверное, уже в кусок льда превратилось. - Человечина? - поинтересовался Габриэль. - Другого не держим, - пожал плечами Юки. - Ладно, пока. - Доброй ночи, лисёнок, - улыбнулся в ответ Габриэль. - Пусть тебе снятся самые лучшие сны.