Оставь надежду всяк сюда входящий

‎Проснулся Гарри на полу гостиной - там же, где вчера рухнул. Шея затекла, в спине поселилась тупая боль, а во рту стоял вкус пепла и желчи. За окном едва брезжил рассвет - серый, водянистый, лондонский. Дождь наконец прекратился, оставив после себя низкие облака и лужи, в которых отражалось безнадежное небо. ‎ ‎Он сел, потер лицо ладонями. Часы показывали начало седьмого. Из комнаты Драко не доносилось ни звука - то ли спал, то ли пребывал в том пограничном состоянии между явью и химическим сном, которое Гарри уже научился распознавать. ‎ ‎Вчерашняя ночь прокручивалась в голове, как дрянная колдография. Лаборатория. Клетки с донорами. Бэгмен на свободе. Высокий в капюшоне. И главное - предатель в Аврорате. Кто-то, кто вытащил Бэгмена из-под стражи, пока Гарри был уверен, что тот сидит в камере. Кто-то, кто теперь знал, что Поттер сунул нос в дела «Алого корня». ‎ ‎Он поднялся, накинул плащ и прошел на крошечную кухню. Сварил кофе - маггловским способом, в старой турке, которую нашел здесь при первом осмотре. Запах кофе немного разогнал туман в голове. Он налил две чашки, одну оставил на столе, со второй подошел к двери Драко и тихо постучал. ‎ ‎— Малфой. ‎ ‎Тишина. ‎ ‎— Малфой, я слышу, что ты не спишь. ‎ ‎— С чего ты взял? — донеслось хриплое из-за двери. ‎ ‎— Ты дышишь слишком часто. И ты не кашляешь. Когда ты спишь, ты всегда кашляешь. ‎ ‎Короткая пауза. Потом - звук шагов, и дверь открылась. ‎ ‎Драко выглядел ужасно. Даже по его собственным меркам. Серое лицо, воспаленные глаза, мокрые от пота волосы, прилипшие ко лбу. Он кутался в одеяло, как в мантию, и его била крупная дрожь - та самая, которую Гарри уже видел вчера, но теперь она стала сильнее. Ломка. Самая настоящая, неприкрытая, безжалостная. ‎ ‎— Доброе утро, — сказал Драко сдавленно. — Надеюсь, кофе - это не метафора. ‎ ‎— Кофе - это кофе, — Гарри кивнул на стол. — Иди, выпей. ‎ ‎Драко прошаркал в гостиную, рухнул на диван, обхватил чашку обеими руками. Сделал глоток, поморщился. ‎ ‎— Господи, Поттер. Ты варишь кофе, как аврор. Горький и безжалостный. ‎ ‎— Я думал, тебе нравится горькое. ‎ ‎— Мне нравится горькое с сарказмом, а не с привкусом гари, — он сделал еще глоток, и его немного отпустило - по крайней мере, дрожь стала менее заметной. — Ладно. За то, что не спрашиваешь, как я себя чувствую, отдельное спасибо. ‎ ‎— Я помню уговор, — сказал Гарри, садясь в кресло напротив. — Никакого морализаторства. ‎ ‎— Ты учишься. Это пугает. — Драко откинулся на спинку дивана, закрыл глаза. — У тебя есть план? Кроме как сидеть и ждать, пока «Алый корень» свернет лабораторию и исчезнет? ‎ ‎— Есть. Мы идем в Аврорат. ‎ ‎Глаза Драко открылись. ‎ ‎— Прости? ‎ ‎— Мне нужно узнать, кто отпустил Бэгмена. Это можно сделать только изнутри. Я зайду в управление, подниму записи о задержании, прослежу, кто имел доступ к камере, кто подписывал документы. Ты останешься здесь. ‎ ‎— Нет. ‎ ‎— Что значит «нет»? ‎ ‎— То и значит, — Драко поставил чашку на стол. — Ты не пойдешь в Аврорат один. Ты сам сказал вчера - там предатель. Возможно, не один. Если они узнают, что ты копаешь под них, ты не выйдешь оттуда живым. ‎ ‎— Я аврор. Я не могу просто не явиться на работу - это вызовет подозрения. ‎ ‎— А ты явись. Но не один. Я пойду с тобой. ‎ ‎Гарри уставился на него. ‎ ‎— Ты? В Министерство магии? Ты, бывший Пожиратель смерти, которого каждый второй там готов упечь в Азкабан за косой взгляд? ‎ ‎— Именно. — Драко криво усмехнулся. — Потому что никто не заподозрит, что я - твой информатор. Они будут слишком заняты презрением ко мне, чтобы заметить, что я смотрю и слушаю. К тому же... — он замялся, — у меня там есть один контакт. Человек, который может знать, что произошло с Бэгменом. Из технического персонала. Он мне должен. ‎ ‎— С чего ты вдруг рвешься в Министерство? Ты же ненавидишь это место. ‎ ‎— Ненавижу, — согласился Драко. — Но я еще больше ненавижу сидеть здесь и трястись, пока ты рискуешь шкурой. Если сделка работает в обе стороны, я должен отрабатывать свою часть. А это значит - идти туда, куда ты идешь. ‎ ‎Гарри помолчал, переваривая услышанное. В словах Малфоя была логика - извращенная, опасная, но логика. И еще в них было что-то новое. Что-то похожее на... ответственность? Или, может быть, просто желание не оставаться в стороне. ‎ ‎— Ладно, — сказал он наконец. — Пойдешь со мной. Но сначала... ‎ ‎— Что? ‎ ‎— Ты примешь то, что тебе нужно. — Гарри заставил себя произнести это ровно, без тени осуждения. — Я не хочу, чтобы тебя скрутило прямо в Атриуме. ‎ ‎Драко долго смотрел на него, потом медленно кивнул. ‎ ‎— Ты действительно учишься, — повторил он тихо, и в его голосе не было сарказма. ‎ ‎..... ‎ ‎Министерство магии встретило их привычным гулом: цокот каблуков по мраморному полу, шелест мантий, гул голосов, отражающийся от высоких сводов. Гарри шел через Атриум быстрым шагом, стараясь не привлекать внимания, но это было невозможно: само его появление всегда вызывало взгляды. А сегодня рядом с ним шел Драко Малфой - бледный, осунувшийся, но с гордо поднятой головой и надменным выражением лица, которое он нацепил, как боевую маску. ‎ ‎Они договорились заранее: Драко изображает просителя, которого Гарри сопровождает по административному делу. Легенда была шаткой, но никто не стал бы допрашивать Гарри Поттера в коридоре. По крайней мере, пока. ‎ ‎У лифтов их окликнули. Гарри обернулся и увидел Рона Уизли, спешащего к ним с кипой бумаг в руках. Рыжие волосы торчали в разные стороны, галстук был перекошен, а на лице застыло выражение хронической усталости - обычное состояние главы отдела по борьбе с контрабандой. ‎ ‎— Гарри! Ты куда пропал? Тебя не было на утренней летучке. И... — Рон осекся, заметив Драко. Его лицо медленно вытянулось. — Малфой. Какого черта? ‎ ‎— Уизли, — процедил Драко с той самой интонацией, от которой у Гарри в школе сводило челюсти. — Все так же ослепительно рыж и неослепительно умен. ‎ ‎— Что он здесь делает? — Рон повернулся к Гарри, игнорируя Драко. ‎ ‎— Он помогает мне по одному делу, — сказал Гарри, понижая голос. — Рон, это долгая история. Я потом объясню. ‎ ‎— Надеюсь, что объяснишь. Потому что водить бывшего Пожирателя смерти по Министерству - это... это даже для тебя слишком. ‎ ‎— Я не бывший, — вставил Драко с ленивой улыбкой. — Я все еще Пожиратель. Просто удаленка. ‎ ‎Рон побагровел. Гарри схватил его за локоть и отвел в сторону. ‎ ‎—Рон, послушай. Дело серьезное. В Аврорате утечка. Кто-то отпустил арестованного, которого я сдал три дня назад. Я должен узнать, кто и как. ‎ ‎Рон уставился на него. ‎ ‎— Руфус Бэгмен? Да, я слышал, что его отпустили. Недостаток улик, кажется. ‎ ‎— Недостаток улик? — Гарри почувствовал, как внутри закипает ярость. — Я взял его с поличным. У него в карманах были запрещенные артефакты. Какие еще улики нужны? ‎ ‎— Я не знаю, Гарри. Я не в курсе деталей. — Рон нервно оглянулся. — Но если ты прав, и кто-то в Аврорате работает на преступников... это плохо. Очень плохо. ‎ ‎— Поэтому я здесь. ‎ ‎Рон помолчал, потом кивнул. ‎ ‎— Ладно. Я прикрою тебя, если что. Но будь осторожен. И... — он покосился на Драко, — с ним тоже будь осторожен. ‎ ‎— Я всегда осторожен. ‎ ‎— Нет, Гарри. Ты никогда не был осторожен. Тем более с ним. Именно это меня и беспокоит. ‎ ‎Он хлопнул Гарри по плечу и ушел, бросив на Драко последний подозрительный взгляд. ‎ ‎— Трогательная сцена, — прокомментировал Драко, когда они вошли в лифт. — Дружба, проверенная годами. Прямо до слез. ‎ ‎— Заткнись, Малфой. ‎ ‎— Молчу. Просто скажу, что твой Уизли прав. Ты не осторожен. ‎ ‎— Ты тоже. ‎ ‎— Я - нет. Но я хотя бы знаю, когда нужно бежать. — Лифт остановился на уровне Аврората. — Ладно. Где мне искать своего контакта? ‎ ‎— Технический персонал - на минус третьем. Архив. ‎ ‎— Отлично. Встретимся здесь через час. И, Поттер... — Драко на секунду задержал его взгляд. — Если что-то пойдет не так, не геройствуй. Просто уходи. Я сам выберусь. ‎ ‎— Ты только что сказал противоположное тому, что говорил вчера. ‎ ‎— Я полон противоречий. Это часть моего шарма. ‎ ‎Двери лифта закрылись, оставив Гарри одного на уровне Аврората. Он глубоко вздохнул и направился к архиву задержаний. ‎ ‎..... ‎ ‎Архив был маленькой, пыльной комнатой в конце коридора, куда редко заглядывали оперативники. Здесь работал старый клерк по имени Альфред - сухой, как пергамент, человечек с бельмами вместо глаз и вечно поджатыми губами. Он не любил авроров. Он вообще никого не любил, кроме своих папок. ‎ ‎— Мистер Поттер, — проскрипел он, когда Гарри вошел. — Какая неожиданная честь. Чем обязан? ‎ ‎— Мне нужны записи о задержании Руфуса Бэгмена. Три дня назад. Я хочу знать, кто подписал его освобождение. ‎ ‎— Это закрытая информация. Вам нужно разрешение начальника отдела. ‎ ‎— Я и есть отдел, — сказал Гарри, кладя на стол значок. — И у меня нет времени на бюрократию, Альфред. Пожалуйста. ‎ ‎Клерк поджал губы еще сильнее, но через минуту перед Гарри уже лежала тонкая папка. Он пролистал ее - протокол задержания, опись изъятого, рапорт дежурной группы. А вот и документ об освобождении: «В связи с недостаточностью улик и процессуальными нарушениями при задержании». Подпись: Гвендолин Райт, младший помощник главы Аврората. ‎ ‎Гарри знал это имя. Райт работала в Министерстве лет пять, пришла сразу после Хогвартса, со Слизерина. Тихая, незаметная, исполнительная. Он никогда не обращал на нее особого внимания. ‎ ‎— Кто дал ей право подписывать освобождение? — спросил он. ‎ ‎— Она исполняла обязанности дежурного в ту ночь, — ответил Альфред. — Мистер Бэгмен был отпущен под подписку о невыезде. ‎ ‎— Подписку о невыезде, — повторил Гарри, чувствуя, как холод расползается по груди. — Которую он немедленно нарушил. Кто-нибудь проверял его после освобождения? ‎ ‎— Это не в моей компетенции. ‎ ‎Гарри захлопнул папку. Райт. Он не знал, предатель она или просто пешка. Но ниточка вела к ней. А значит, нужно было с ней поговорить - осторожно, не спугнув раньше времени. ‎ ‎Он вышел из архива, направляясь к лестнице, ведущей в административное крыло. У лифта он столкнулся с Драко, который выглядел так, словно только что проглотил что-то особенно мерзкое. ‎ ‎— Что у тебя? — спросил Гарри. ‎ ‎— Сначала ты. ‎ ‎— Освобождение подписал кто-то по имени Гвендолин Райт. Младший помощник. Слизеринка. ‎ ‎— Райт, — повторил Драко, и его глаза сузились. — Я помню ее. Тихая мышка. Никто не обращал на нее внимания. Идеальное прикрытие для шпиона. Но это не все. ‎ ‎— Что ты узнал? ‎ ‎— Мой контакт в техническом отделе сказал, что Бэгмена выпустили по звонку. Кто-то позвонил дежурному офицеру и приказал освободить. Без бумаг, без формальной процедуры. Просто устный приказ. И знаешь, кто звонил? ‎ ‎— Кто? ‎ ‎— Некто, представившийся главой Аврората. Но Робардс был в ту ночь в Брюсселе, на конференции. Мой человек проверил по журналам - звонок был внутренний, из его кабинета. ‎ ‎Гарри замер. Робардс. Его начальник. Человек, который дал ему это дело. Человек, который знал о каждом его шаге. ‎ ‎— Ты уверен? ‎ ‎— Нет. Но это объясняет, почему Бэгмен вышел так быстро. И почему дело пытались замять. Если Робардс замешан... — Драко не договорил. ‎ ‎— Это значит, что мы не можем доверять никому в Аврорате, — закончил Гарри. — Даже тем, кто кажется союзниками. ‎ ‎— Именно. И я бы на твоем месте не ходил сейчас к Райт. Если она подставная, Робардс уже знает, что ты копаешь. А если Робардс знает... ‎ ‎— То он попытается меня остановить. ‎ ‎— Или убить, — добавил Драко без тени иронии. — Ты не в школе, Поттер. Здесь не ставят колы за нарушение правил. Здесь убивают. ‎ ‎Они стояли в пустом коридоре, глядя друг на друга. В свете магических факелов лицо Драко казалось совсем изможденным, но в его глазах горела странная, почти отчаянная решимость. Гарри вдруг осознал, что этот человек - наркоман, бывший враг, падший аристократ - сейчас, возможно, единственный, кому он может доверять. ‎ ‎— Уходим отсюда, — сказал он. — Сначала на квартиру. Перегруппируемся. И решим, что делать дальше. ‎ ‎— Разумно. Я начинаю волноваться за твое психическое здоровье. ‎ ‎Они двинулись к выходу. Но у самого Атриума их перехватили. Двое авроров в форме - крепкие, с ничего не выражающими лицами - преградили дорогу. ‎ ‎— Мистер Поттер? Вас просят пройти в кабинет главы Аврората. Срочно. ‎ ‎Гарри переглянулся с Драко. ‎ ‎— Я как раз собирался уходить. Передайте, что зайду позже. ‎ ‎— Это не просьба, сэр, — произнес один из авроров, и его рука легла на палочку. — Это приказ. ‎ ‎Воздух сгустился. Гарри чувствовал, как Драко напрягся рядом с ним, готовый в любой момент отпрыгнуть, броситься бежать или сделать что-то еще более безрассудное. Он незаметно коснулся его запястья - предупреждающий жест. ‎ ‎— Хорошо, — сказал он спокойно. — Но мой спутник подождет меня здесь. ‎ ‎— Спутник пойдет с вами. Приказ касается обоих. ‎ ‎Драко тихо, почти неслышно выдохнул. Гарри понял, что выбора нет. Если они попытаются сопротивляться сейчас, в самом сердце Министерства - это будет конец для обоих. ‎ ‎— Ведите, — сказал он. ‎ ‎..... ‎ ‎Кабинет Робардса находился на верхнем этаже Аврората, с видом на весь Лондон. Сегодня окна были зашторены тяжелыми портьерами, и единственным источником света служил камин, в котором горел неестественно зеленый огонь. ‎ ‎Гавейн Робардс стоял спиной ко входу, глядя в пламя. Это был высокий, сухощавый человек с седыми висками и тяжелым взглядом, который всегда казался Гарри слишком проницательным. ‎ ‎— Поттер. И мистер Малфой, — произнес он глухо. — Какая неожиданная пара. Садитесь. ‎ ‎Они сели. Авроры, сопровождавшие их, остались за дверью. ‎ ‎— Я слышал, вы интересуетесь делом Бэгмена, — продолжал Робардс, все еще не оборачиваясь. — Это... неожиданный поворот. Я думал, вы занимаетесь мелкими кражами в Косом переулке. ‎ ‎— Дело Бэгмена связано с более крупным расследованием, сэр, — ответил Гарри, стараясь сохранять ровный тон. — Я собирался доложить, когда наберу достаточно улик. ‎ ‎— Достаточно улик, — повторил Робардс, и в его голосе послышалась странная усмешка. — Поттер, вы всегда были идеалистом. Вам казалось, что справедливость - это пазл, который можно сложить, если найти нужные кусочки. Но мир не так прост. ‎ ‎Он наконец повернулся. Его лицо было бледным, под глазами залегли глубокие тени, но взгляд оставался острым, как лезвие. ‎ ‎— Вы знаете, сколько дел я закрыл за свою карьеру? Сотни. И каждое требовало компромиссов. Где-то - не заметить мелкое нарушение. Где-то - отпустить виновного, чтобы поймать более крупного. Где-то - закрыть глаза на то, что происходит в тенях, потому что свет не должен знать. ‎ ‎— Это не компромисс, сэр, — сказал Гарри, чувствуя, как холодок бежит по спине. — Это предательство. ‎ ‎Робардс усмехнулся. ‎ ‎— Вы молоды, Поттер. Вы не понимаете, как устроена власть. «Алый корень» - это не просто банда. Это часть системы. Они дают то, что не может дать Министерство. Они контролируют тех, кого мы не можем контролировать. И они платят за молчание. ‎ ‎— Вы с ними заодно, — выдохнул Гарри. ‎ ‎— Я с ними в соглашении, — поправил Робардс. — Как и многие здесь. Вы думаете, я один? Оглянитесь. Каждый, кто сидит в этих кабинетах, либо боится, либо получает свою долю. Это не предательство, Поттер. Это прагматизм. ‎ ‎Рядом с Гарри напрягся Драко. Он молчал, но его руки сжались в кулаки. ‎ ‎— Зачем вы нам это говорите? — спросил он тихо. — Зачем раскрываете карты? ‎ ‎— Потому что вы уже знаете слишком много, — Робардс перевел взгляд на него. — А еще потому, что я хочу дать вам выбор. Вы можете уйти. Забыть это расследование. Бэгмен исчезнет, лаборатория переедет, никто не пострадает. А вы, Поттер, сохраните свою должность, свою репутацию и свою жизнь. ‎ ‎— А если я откажусь? ‎ ‎Робардс посмотрел на него почти с жалостью. ‎ ‎— Тогда вы станете проблемой. А проблемы в этом мире решаются просто. ‎ ‎Повисла тишина. Гарри чувствовал, как внутри него рушится последнее, что оставалось от веры в систему. Человек, которому он доверял, который дал ему значок аврора, который хвалил его за «принципиальность» - этот человек оказался частью того самого зла, с которым Гарри поклялся бороться. ‎ ‎— Я отказываюсь, — сказал он. ‎ ‎Робардс вздохнул. ‎ ‎— Жаль. Искренне жаль. ‎ ‎Он поднял палочку. Но в тот же момент Драко, который до этого сидел неподвижно, как статуя, метнулся вперед. В его руке блеснуло что-то - не палочка, а маленький серебряный флакон, который он швырнул прямо в камин. ‎ ‎Флакон взорвался. Зеленое пламя взметнулось до потолка, наполнив комнату едким, удушливым дымом. Гарри узнал этот запах — «Дыхание морфеи», та самая дрянь из квартиры Миддлтон. ‎ ‎— Бежим! — крикнул Драко, хватая его за рукав. ‎ ‎Они бросились к двери. Сзади гремели проклятия, но дым скрывал их от глаз Робардса. Дверь распахнулась — двое охранников снаружи уже лежали на полу, оглушенные, а над ними стояла Гвендолин Райт с палочкой наизготовку. ‎ ‎— За мной, быстро! — крикнула она, и Гарри не успел удивиться. ‎ ‎Они побежали по коридорам Министерства - трое теней в лабиринте власти. Где-то сзади выла сирена. Кто-то кричал. Но они не останавливались, пока не вырвались через служебный выход на грязную маггловскую улочку, пахнущую мусором и свободой. ‎ ‎Райт остановилась, тяжело дыша. Она была молодой женщиной с острыми чертами лица и цепкими, умными глазами. ‎ ‎— Я не предатель, — сказала она, прежде чем Гарри успел задать вопрос. — Я работаю на Сектор внутренних расследований. Мы следим за Робардсом уже полгода. Но он был осторожен. А тут появились вы и спугнули его. ‎ ‎— Почему вы помогли нам? ‎ ‎— Потому что без вас у нас не было свидетеля. А теперь есть. — Она посмотрела на Драко, который стоял, прислонившись к стене, и судорожно кашлял. — И потому что вы — единственные, кто готов идти до конца. Это редкость. ‎ ‎— Что теперь? — спросил Гарри. ‎ ‎— Теперь мы работаем вместе, — сказала Райт. — Я знаю, где Робардс хранит компромат на «Алый корень». И я знаю, как до него добраться. Но нам нужно спешить: после сегодняшнего они попытаются замести следы. ‎ ‎Гарри переглянулся с Драко. Тот все еще кашлял, но в его глазах блеснул знакомый огонек - азарт пополам с отчаянием. ‎ ‎— Ладно, — сказал Гарри. — Ведите. ‎ ‎...... ‎ ‎Вечером они вернулись на квартиру - втроем. Райт расположилась в гостиной, разбирая какие-то документы. Драко ушел в свою комнату почти сразу, бросив на ходу, что ему «нужно восстановиться». Гарри знал, что это значит, но промолчал. ‎ ‎Через полчаса он постучал в дверь. ‎ ‎— Малфой. ‎ ‎— Открыто. ‎ ‎Драко сидел на кровати, скрестив ноги. Перед ним лежали зеркальце, лезвие и рассыпанный порошок. Он только что закончил - зрачки были расширены, движения - плавными и точными. ‎ ‎— Ты в порядке? — спросил Гарри, садясь на край кровати. ‎ ‎— В относительном. А ты? ‎ ‎— Не знаю. Сегодняшний день перевернул все, во что я верил. ‎ ‎— Добро пожаловать в реальный мир, Поттер, — усмехнулся Драко. — Мир, где герои оказываются предателями, а наркоманы-шлюхи спасают твою задницу. ‎ ‎— Ты спас мне жизнь. Снова. ‎ ‎— Я помню. Запиши куда-нибудь, чтобы не забыть. — Он затянулся сигаретой, выпустил дым. — Ты еще не задал свой вопрос дня. ‎ ‎Гарри помолчал. ‎ ‎— Почему ты остался? Ты мог сбежать. Там, в Министерстве, у тебя была возможность уйти. ‎ ‎Драко долго смотрел на него. Потом отвел взгляд. ‎ ‎— Потому что ты единственный, кто смотрит на меня не как на мусор. Даже сейчас. После всего. — Он горько усмехнулся. — Это жалко, да? ‎ ‎— Нет, — сказал Гарри. — Это честно. ‎ ‎Они сидели в тишине, пока дождь снова не забарабанил в окно, и Гарри почувствовал, как что-то между ними - хрупкое, еще не названное - становится чуть более прочным. Чуть более настоящим. ‎