Отражение по обмену

Глава 9.

Семейные обстоятельства

Среда началась как обычный день. Энди сидела за столом и разбирала контракты, когда дверь кабинета открылась без стука. Миранда вошла с телефоном в руке, телефоном Энди. — Твоя мать звонит, — сказала она, протягивая телефон. — Уже третий раз. Я взяла трубку, потому что она звонит без остановки. Говорит, что срочно. Я сказала, что ты занята, но она настаивает. Энди встревоженно посмотрела на Миранду: — Что она сказала? — Я не знаю, — ответила Миранда, нажимая кнопку громкой связи. — Сейчас узнаем. — Алло? Голос матери Энди раздался из динамика, взволнованный и дрожащий: — Энди! Слава богу! Твой отец… у него сердечный приступ. Его увезли в больницу. Я не знаю, что делать… Энди побледнела и схватилась за край стола. Она зашептала Миранде, стараясь, чтобы голос не дрожал: — Спроси адрес больницы. Скажи, что я выезжаю. Миранда перевела взгляд на Энди, потом снова в трубку. Она говорила голосом Энди, но с интонацией, которая была абсолютно чужда телу: — Какой адрес больницы? Мать продиктовала адрес, её голос срывался на всхлипы. Энди слышала, как мама пытается держаться, но не может. — Я позвоню, держись. — сказала Миранда. Она нажала отбой и посмотрела на Энди. Её лицо было холодным и непроницаемым. — Ты не поедешь, — сказала она, и в её голосе не было ни капли сочувствия. Энди уставилась на неё: — Что? Это мой отец! У него сердечный приступ! Я должна быть там! — Ты не поедешь, — повторила Миранда, и её голос стал твёрже. — Подумай сама. Что ты скажешь им? Ты появишься в моём теле. Твои родители никогда не видели Миранду Пристли. Они не знают, что ты работаешь на меня? Знают. Они будут ждать свою дочь, а придёт незнакомая женщина, которая будет смотреть на них с нежностью и называть их «мама» и «папа». Это будет катастрофа. — Я могу сказать, что я твоя подруга, — сказала Энди. — Какая подруга? — Миранда усмехнулась. — Ты мой босс. Они будут ждать Энди. Если появится Миранда Пристли, они сразу поймут, что что-то не так. Они испугаются. Ты хочешь добавить им стресса в такой момент? Энди открыла рот, чтобы возразить, но Миранда продолжила: — И даже если ты придумаешь правдоподобную историю, ты не сможешь играть свою роль. Ты будешь плакать. Ты будешь смотреть на них с любовью. Ты будешь вести себя как их дочь. А они будут видеть Миранду Пристли. Это выглядит как минимум подозрительно, как максимум безумно. — Тогда поедешь ты, — сказала Энди. — В моём теле. — Я? — Миранда подняла бровь. — Ты хочешь, чтобы я поехала к твоим родителям и притворялась тобой? — Да, — сказала Энди. — Ты знаешь, как вести себя. Ты можешь сыграть мою роль. — Ты серьёзно? — Миранда покачала головой. — Я понятия не имею, кто они. Я не знаю их привычек, их историй, их ожиданий. Я не знаю, о чём вы говорите. Если я скажу что-то не то, они поймут, что я не ты. А если они поймут, что их дочь подменили… Она замолчала, давая Энди осознать масштаб катастрофы. — Мы ничего не можем сделать, — сказала Миранда. — Ты не можешь поехать как я, я не могу поехать как ты. Мы обе останемся здесь. Ты позвонишь матери и скажешь, что не можешь приехать из-за работы. Скажешь, что переведёшь им денег на лечение. — Я не могу так поступить! — крикнула Энди. — Это мой отец! Они нуждаются во мне! — Они нуждаются в своей дочери, — сказала Миранда, и в её голосе появилась сталь. — Но ты не можешь быть их дочерью, пока ты в моём теле. А я не могу быть тобой. Это просто факт. Энди смотрела на неё с ужасом. Она знала, что Миранда права. Но она не могла смириться с этим. — Тогда я поеду одна, — сказала она тихо. — В твоём теле. И скажу им правду. — Какую правду? — Миранда усмехнулась. — Что ты их дочь, которая поменялась телами со своим боссом? Они решат, что ты сошла с ума. А точнее, что я сошла с ума! — Тогда я скажу, что я твоя подруга, — сказала Энди. — Что ты не могла приехать, но ты попросила меня быть рядом с ними. Я буду просто помогать. Я не буду называть их мамой и папой. Я просто буду рядом. — Ты будешь плакать, — сказала Миранда. — Ты будешь смотреть на них так, будто они твои родители. Они увидят это. — Я могу сдержаться, — сказала Энди. — Ты не сможешь, — сказала Миранда. — Ты слишком эмоциональна. Я вижу это каждый день. Энди почувствовала, как внутри закипает злость. Она устала слушать, как Миранда говорит о ней как о слабой и неспособной справиться. — Я всё равно поеду, — сказала она, и её голос стал твёрдым. — Я не могу оставаться здесь, зная, что мой отец в больнице. Если я не поеду, я никогда не прощу себе это. И я никогда не прощу тебя, если ты остановишь меня. Миранда смотрела на неё долгую секунду. В её глазах боролись холод и что-то ещё. — Ты правда поедешь? — спросила она тихо. — Да, — сказала Энди. — Я уже заказала такси. Миранда молчала. Она смотрела на Энди, и её лицо было непроницаемым. — Ты не имеешь права ехать в моём теле, — сказала она наконец. — Я и так уже делаю это каждый день, — сказала Энди. — Какая разница, где я буду находиться? Она встала из-за стола и направилась к двери. Миранда смотрела ей в спину. — Ты не сможешь сыграть роль, — сказала она. — Я смогу, — сказала Энди, не оборачиваясь. Она вышла из кабинета, оставив Миранду стоять в пустом кабинете. В такси Энди сидела, глядя в окно, и чувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. Она купила билет на ближайший рейс в Цинциннати через приложение на телефоне Миранды. Два часа лёту. Она не знала, что скажет родителям, когда увидит их в теле Миранды Пристли. Но она знала, что должна быть там. Она вошла в аэропорт, прошла регистрацию и села в зале ожидания, чувствуя себя маленькой и потерянной. Вокруг неё были люди, которые куда-то спешили, и она чувствовала себя чужой среди них. Она была одна в теле женщины, которая не принадлежала ей. Объявили посадку на рейс в Цинциннати. Энди встала и направилась к выходу, чувствуя, как тяжесть лежит на плечах. Она почти дошла до входа на посадку, когда услышала голос за спиной: — Ты не собираешься ждать меня? Энди обернулась. Миранда (в теле Энди) стояла в нескольких шагах от неё с маленькой ручной кладью в руках и билетом в другой руке. На её лице было выражение крайнего неудовольствия. — Я думала, ты не едешь, — сказала Энди, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Я не еду, — сказала Миранда. — Я лечу. Она подошла ближе и остановилась перед Энди: — И ещё. Ты заставила меня почувствовать себя виноватой. Я не люблю это чувство. Так что мы летим в Цинциннати, навестим твоего отца, и вернёмся. Ты будешь делать то, что я скажу. Ты не будешь плакать при посторонних.Ты это я. И ты будешь вести себя соответственно. Энди смотрела на неё, и внутри разливалось странное тепло. Она хотела обнять Миранду, но знала, что это будет неуместно. — Спасибо, — сказала она тихо. Миранда пошла к выходу на посадку, и Энди пошла за ней. Когда они сидели в самолёте, Энди посмотрела на Миранду и сказала: — Я думала, ты не приедешь. — Я тоже так думала, — сказала Миранда, глядя в окно. — Но потом я поняла, что если ты улетишь в Цинциннати в моём теле и напортачишь, мне придётся расхлёбывать последствия. Это было бы невыгодно. — Ты всегда так холодно объясняешь свои поступки? — спросила Энди с лёгкой улыбкой. — Это называется рациональностью, — сказала Миранда. — Попробуй, может быть, понравится. Энди усмехнулась. Она знала, что Миранда говорит это, чтобы скрыть свои настоящие чувства. Но она была рада, что она здесь. Самолёт набрал высоту. Они летели в Цинциннати.