Святая ложь на двоих

Ваш автомобиль тормозит в темном переулке за пару кварталов до нужного места. Даже здесь уже можно понять, что это один из самых элитных районов города, о котором ты и не подозревала. Обычные люди сюда не то что бы не заглядывают - они сюда даже не забредают, так как количество нулей на их счете критически мало для вступления в такое общество. Для Сайлуса же это плевое дело. Как обычный поход в супермаркет для тебя. За высокими заборами прячутся особняки богатых ублюдков и частные клубы для тех, кто ворочает немыслимыми деньгами. Конечно же, не совсем законно, но кого это волнует? Здесь свое государство, а значит, и свои собственные законы. Сайлус отпускает близнецов, приказывая им дожидаться вас на границе квартала, и направляется к тебе. Он сам надевает на тебя маску, которая немедленно скрывает верхнюю часть лица, делая тебя абсолютно неузнаваемой. Затем надевает свою — хищную, темную с черными кристаллами, идеально дополняющую его образ в солидном костюме. — Придется пробраться через черный ход. Мы должны остаться незамеченными прежде чем сольемся с толпой, — поясняет он и ты киваешь. Вы бесшумно минуете служебный коридор и пару закрытых помещений, и только потом оказываетесь возле крутой лестницы, ведущей вниз. Это всё еще не вход в клуб и ты догадываешься о том, что Сайлус бывал здесь неоднократно. — Пара пролетов вниз, коридор, и мы сможем войти в основной зал со стороны бара. Он манит тебя пальцем и ты следуешь за ним, стараясь балансировать на шпильках. Заметив твою черепашью скорость, он подхватывает тебя под колени, и вот ты уже держишься за его плечи, пока он торжественно, словно самый ценный приз, несет тебя вниз по лестнице. Задержав свое дыхание, ты слушаешь свое тело, едва справляясь с подступающим жаром от его рук. Это действительно несправедливо — быть несовместимой с таким мужчиной. Когда он опускает тебя на ноги, ты продолжаешь держаться за него, хотя в этом уже нет какой-либо необходимости. Вы возле нужной двери, ведущей в подсобку. — Вокруг будет слишком много пафоса и голодных до легкой добычи толстосумов, так что постарайся держаться рядом, как бы больно это ни было. Они не должны видеть нас раздельно. Ты, преодолевая жжение, позволяешь ему расположить руку у тебя на талии, так, что она непременно ложится на оголенную часть спины. Сайлус держится слишком уверенно для того, у кого внутри сейчас бушует ураган, и ты удивляешься его выдержке. Она явно сильнее, чем у тебя. В тот момент как вы выходите из подсобки бара, вокруг вас проходят несколько таких же как и вы импозантных и дорого выглядящих пар. А в воздухе клуба царит атмосфера роскоши и порока. Сверкают хрустальные люстры, льется неприлично дорогое шампанское и бурбон, а лица сотен гостей, как и ваши, скрыты под золотыми, серебряными и шелковыми масками. Элитный карнавал, на котором попахивает кровью и грязными деньгами. Все вокруг смеются, делают ставки на подпольные лоты и даже не подозревают, что среди них находятся две опасные личности. — Пора, котенок. Иначе нас раскроют раньше, чем я засеку протокор и людей, в лапах которых он оказался, — вкрадчиво шепчет Сайлус, и твоя кожа покрывается мурашками. Он лишь поглаживает тебя большим пальцем по спине, но это уже вынуждает тебя сжать зубы. Это сложно терпеть, но ты обязана. Ты всё еще помнишь, для чего ты здесь. Твоя часть сделки непременно должна быть выполнена безупречно. Оказавшись практически в центре зала, где больше всего людей, он резко притягивает тебя к себе за талию, сокращая дистанцию. Ты едва не вскрикиваешь от боли и неожиданности, пока его глаза вспыхивают огнем. Вы сталкиваетесь в резонансе, и чем ближе ваши лица друг к другу, тем отчаяннее бьется твое сердце. Дрожь овладевает телом, а глаза наполняются влагой. Чтобы не упасть на высоченных каблуках, тебе приходится положить ладони ему на плечи, и кожа под тканью его костюма тут же отзывается миллионами покалывающих разрядов. Вы кружите по залу среди таких же пар, став частью этого сумасшествия. Ты чувствуешь проскальзывающие по вам взгляды. Сайлус картинно склоняется к твоему уху, нашептывая фальшивые нежности, а затем и пошлости, сам в этот момент сканируя пространство сквозь прорези маски. — Мне даже не нужно утруждать себя, представляя, что на тебе сегодня. Потому что я сам выбрал это белье для тебя, — шепчет он, задевая своими губами мочку твоего уха. От этого твои ноги слабеют и ты еще больше цепляешься за его плечи. На тебе самое изысканное нижнее белье, которое ты когда-либо носила. Ты просто заставила себя надеть его в угоду вашей договоренности. А еще, прямо сейчас, оно предательски стало влажным от его слов и прикосновений. Управляя тобой, словно марионеткой, он ведет вас чуть левее, смещаясь вглубь клуба, подальше в тень. Он продолжает смотреть то на тебя, то по сторонам, пока ты фальшиво и кокетливо улыбаешься, хотя внутри всё просто кипит от страха, возбуждения и боли одновременно. Эта смертельное зелье из чувств прожигает тебя и держит в тонусе, заставляя помнить о пограничном состоянии Калеба, и что в этот самый момент он, возможно, на пути к неминуемой смерти. — Еще немного, я почти у цели, — говорит он, подталкивая тебя бедрами ближе к колоннам. В этот момент сложно не оценить его ответное возбуждение. Ты тут же краснеешь как девчонка. Сайлус же облизывает губы кончиком языка — он знает, что ты почувствовала его. Но время не терпит, и вот он замирает. Его взгляд фокусируется на группе мужчин в дальнем конце зала — тех, кто, по его словам, украл его протокор. Группа начинает движение к выходу. Нужно было немедленно действовать, но в последний момент яркий взгляд Сайлуса притягивает внимание одного из группы. Их замечают. — Не двигайся, котенок, — выдыхает Сайлус, и его кадык дергается. И прежде чем ты успеваешь что-либо понять и предпринять, он одним движением обхватывает твое лицо за подбородок и впивается в твои губы поцелуем. Это вовсе не было нежностью. Это стратегическая маскировка и одновременно чистый, безумный акт отчаяния мужчины, который слишком долго сдерживался. Но природа не прощает вам этой дерзости. Эволы внутри взрываются диким и смертоносным резонансом. Но, кажется, вас уже ничто не может остановить. Ты ощущаешь ритм сердца Сайлуса, он сбивается и трепещет, острая физическая боль подталкивает судорожно впиться пальцами в ткань его пиджака. Тебе невыносимо, удушающе больно… и одновременно невероятно, до безумия хорошо. Это запретное притяжение двух неистовых сил, которые стремятся слиться и уничтожить друг друга. И если бы поцелуй, схожий с пыткой каленым железом, не прекратился ровно через мгновение, последствия могли бы быть непоправимыми для вас обоих. — Спасибо за прикрытие, — говорит он в твои истерзанные губы, глядя куда-то вдаль. Ты следишь за его взглядом и понимаешь, что он засек нужных людей. — Протокор у них. Жди меня здесь. — Но Сай… — Ни шагу с этого места, милая. Ты даже не заметишь, как я уже вернусь. Ты с трудом выпускаешь его пиджак из хватки своих пальцев. Тяжело дыша, он оставляет тебя, обожжённую вашими Эволами. Твои руки мелко дрожат от потери опоры, ты едва стоишь на каблуках и смотришь, как он, превращаясь в смертоносную тень, сливается с толпой и исчезает из поля твоего зрения. Прижавшись спиной к холодной колонне, ты пытаешься успокоить бушующий внутри Эвол. Если Зейн увидит на очередном плановом твое сердце, он наверняка сделает нешуточный выговор. Друг детства был куда более безжалостным, чем могло показаться на первый взгляд. Губы всё еще горят от прикосновений. Ты остаешься одна среди сотен чужих для тебя масок. Но стоит тебе повернуть голову, как ты понимаешь, что ты уже давно не одна. Из темноты за тобой наблюдают опасные глаза.

***

Это была ловушка, спланированная лично против Сайлуса. Ты просто попадаешься под горячую руку как отличный повод для шантажа. Из тени бесшумно вырастают массивные фигуры в черных одеждах и таких же черных глухих масках. В ту же секунду срабатывают мощные глушители Эвола, что подкашивает твои колени и валит тебя на пол, прямо так, в изысканном платье. Ослабленная вашим поцелуем, ты едва ли можешь сопротивляться, когда тебя лишают последних сил инъекцией чего-то, что туманит твой разум. Руки и ноги отказываются подчиняться. — Да он сделает ради этой крохи что угодно, бьюсь об заклад. Посмотри, какая хорошенькая, — говорит один из них гнусавым голосом и треплет тебя по щеке и волосам. Твои глаза совершенно не фокусируются, из них лишь льются слезы отчаяния. Как вещь, тебя кидают в багажник внедорожника и везут, по ощущениям, несколько часов. За это время ты успеваешь вырубиться несколько раз, и, когда вы оказываетесь на месте, ты едва соображаешь, что происходит. Спустя час ты открываешь глаза, сидя в морозном, пропитанном солью и мазутом воздухе заброшенного дока. Этот воздух обжигает твои легкие своим тошнотворным амбре. Руки затекают за спиной, намертво стянутые блокирующими браслетами. Силы Эвола на нуле, ровно как и твои, но мысли о Калебе и его жизни позволяют тебе оставаться в сознании. Шелковое платье теперь является чужеродным пятном среди этой грязи и бетонных стен. Ткань на бедре испачкана в черном, но тебя это волнует меньше всего. Ты поднимаешь взгляд и смотришь сквозь решетку клетки, в которую тебя заперли как цирковое животное. Перед тобой здоровый качок с квадратным лицом и взглядом хаски. Ты не знаешь, кто он. Возможно, основатель этого маскарада тщеславия или лидер преступной группировки, которая нацелена против Сайлуса, но ведет он себя так высокомерно, будто владеет всем миром и тобой в том числе. Он бросает тебе карнавальную маску Сайлуса как кость собаке прямо перед прутьями решетки. Его хищное и циничное лицо искажено тонким уродливым шрамом, задевающим бровь и половину лба. — Я удивлен, как ты еще тут все не заблевала, красотка, — с издевкой произносит он, остановившись в паре шагов и лениво присаживаясь на корточки. В его руках блеск клинка. — Твой ненаглядный лидер Оникайнуса сейчас едва жив после встречи с нами. Он вряд ли придет к тебе на помощь, но, мы уверены, отдаст нам всё из своей ценной коллекции, потому что нам мало лишь одного протокора. — Ты его совсем не знаешь, — выплевываешь ты. — Сайлус уничтожит тебя одним взглядом! — Интересно, — продолжает похититель, пропуская твои слова мимо ушей. — Что он скажет на то, что я нагну тебя прямо тут? Идиот. Какой же идиот. Ты слушаешь бред, вырывающийся из его рта, с опущенным взглядом. На обветренных губах со смазанной помадой всё еще горит ваш поцелуй, а через доли секунды появляется едва заметная горькая усмешка. Наконец, ты осмеливаешься и поднимаешь на него свой спокойный, леденящий душу взгляд. Чему ты и научилась за всё время жизни с горячим Сайлусом, так это хладнокровию. — Радуйся, пока он не нагнет тебя, мальчик, и не засунет твой клинок тебе же в задницу. Они думают, что нашли уязвимое место Сайлуса? Как бы ни так. Это не обычный человек, и ты как никто знаешь об этом. Он не ведется на условия и компромиссы. Он - кошмар этого города и всей Зоны 109. Беспощадный и железный лидер Оникайнуса, который никогда и ни при каких обстоятельствах не прогнется под чужой смехотворный шантаж. Он даже не станет вести с ними переговоры. Ты больше чем уверена, что пока этот тупоголовый придурок запугивает тебя, Сайлус уже уничтожил полгорода на пути к тебе. Его холодная ярость выжжет остатки здравого смысла и ему будет плевать на конспирацию. Он обратится к первобытной и самой темной стороне своего Эвола, чтобы найти и спасти тебя. Он придет и уничтожит этот док до основания. Ты знаешь это так же четко, как и то, что завтра наступит рассвет. Сайлус уже идет за тобой и его ярость смертельна. Стоит главарю отойти, как тишина ангара заполняется для тебя призрачным удушающим звуком — мерным, стерильным писком медицинских приборов. Твои мысли мгновенно переносятся обратно, в подземный операционный блок Зоны 109. Там, за толстым стеклом, сейчас лежит Калеб. Сколько часов прошло с тех пор как ты подписала те бумаги? Успели ли лаборанты и доктор Энзо вскрыть чип? Дрогнула ли рука доктора, когда он извлекал проклятое устройство из головы Калеба? Ты до боли сжимаешь кулаки за спиной, чувствуя, как блокираторы врезаются в кожу запястий. Отчаяние холодной змеей сдавливает твое горло. Калеб может умереть прямо сейчас, на том стальном столе, в полном одиночестве, так и не узнав, что тебя держат в заложниках. Или, что еще страшнее, он может прямо сейчас приходить в себя, просыпаться «чистым листом», испуганным, непомнящим собственного имени и лица той единственной, которая обещала всегда быть рядом, но променяла последние минуты на криминальную сделку. — Калеб, пожалуйста, держись, — молишь ты еле заметным шевелением губ. Слезы рвутся наружу, но ты вздрагиваешь, когда док сотрясается, наполняется визгом шин и невыносимым грохотом. Высоко на крыше раздается зловещий клекот. Ты вскидываешь голову и видишь, как рушится часть потолка, а в отверстие заглядывают два светящиеся как у Сайлуса антрацитово-черных глаза. Мефисто. Ворон Сайлуса. Птица делает пару кругов под крышей и в ту же секунду тяжелые железные ворота ангара содрогаются от оглушительного, выбивающего барабанные перепонки удара штурмового автомобиля Оникайнуса. Время переговоров официально закончилось.