В тени драконьих крыл

Зимний сад Малфой-мэнора был пуст и тих. Снег, падавший последние несколько дней, укрыл все дорожки и лабиринт живой изгороди, превратив его в белый лабиринт, где даже ветер, казалось, затихал, боясь нарушить тишину. Солнце уже клонилось к закату, отбрасывая длинные, синие тени на снег, и холодный воздух обжигал лёгкие при каждом вдохе. Драко Малфой сидел на старой каменной скамье, скрытой от посторонних глаз высокими стенами из замёрзшего самшита. Его платиновые волосы были слегка растрёпаны, мантия распахнута, а в руках он держал тонкую палочку из тёмного дерева, на конце которой тлел серебристый дымок. Он подносил её к губам время от времени, делая короткие затяжки, и дым таял в холодном воздухе, не оставляя запаха. Только лёгкий горьковатый аромат — что-то среднее между полынью и старой магией — наполнял пространство вокруг него. Он смотрел в одну точку, на замёрзший фонтан в центре лабиринта, но не видел его. Его мысли были заняты другим — женщиной, которая лежала неподвижно в его доме, в комнате, которую он приказал согреть, хотя сам не понимал, зачем ему это. Она была его врагом, его пленницей, его обязанностью. Но она также была единственной, кто смотрел на него с такой ненавистью, что это заставляло его чувствовать себя живым. И теперь она ушла в себя, и он не знал, вернётся ли она. Он сделал ещё одну затяжку, чувствуя, как серебристый дым обжигает горло. Магическая смесь, которую он курил, помогала ему сосредоточиться, но сегодня она не помогала. Только пустота, которая росла внутри него с каждым днём. Внезапно воздух рядом с ним сжался, и раздался тихий хлопок. Драко не вздрогнул. Он даже не повернул головы, когда Блейз Забини аппарировал прямо в центре лабиринта, стряхивая снег с мантии. — Ну и местечко ты выбрал, — сказал Блейз, оглядываясь. Его голос был лёгким, почти шутливым, но в глазах мелькнула тень беспокойства, которую он быстро спрятал. — Мипси сказала, что ты здесь. Я думал, ты в библиотеке или в своей комнате. А ты тут... медитируешь? Или просто мёрзнешь ради удовольствия? Драко не ответил. Он продолжал смотреть на фонтан, и его лицо оставалось непроницаемым. Серебристый дымок медленно поднимался вверх, тая в холодном воздухе. Блейз подошёл ближе и сел на скамью рядом с ним, на расстоянии, которое позволяло им говорить, но не прикасаться друг к другу. Он посмотрел на палочку в руках Драко, но ничего не сказал. Они оба знали, что это такое. — Как продвигается работа над зельем? — спросил Драко наконец, и его голос был ровным, лишённым эмоций. Он всё ещё не смотрел на Блейза. Блейз вздохнул и откинулся на спинку скамьи. В его голосе слышалась привычная шутливая нотка, но она звучала натянуто. — Ну, если бы у меня была нужная концентрация и ингредиент, я бы уже сварил его. Но, как я и говорил, нужен один редкий компонент. Корень Кровавой Луны. Без него зелье не сработает. Драко медленно повернул голову, и его серые глаза встретились с глазами Блейза. В них мелькнул холодный интерес, смешанный с раздражением. — И что он делает? Почему именно он? Блейз вздохнул и развёл руками, словно объяснял что-то очевидное, но всё равно сложное. — Корень Кровавой Луны — редкий ингредиент. Он помогает восстановить повреждённое магическое ядро и вытянуть сознание из любого состояния транса. Если я добавлю его в зелье, шансы вернуть Грейнджер вырастут на семьдесят процентов. Без него зелье просто не сработает, и мы рискуем потерять её навсегда. Драко прищурился, и его пальцы сжали палочку сильнее. — И где же он растёт? Не тяни, Блейз. Блейз отвёл взгляд. Его голос стал чуть тише, и в нём впервые послышалась неуверенность. — В лесу неподалёку от Стоунхенджа. Это место охраняется древней магией. Дафна отправилась за ним, но она не знает, что её там может ждать. Я сказал ей, что это просто редкий ингредиент для другого зелья, чтобы она не задавала лишних вопросов. Драко резко повернулся к нему. В его голосе зазвучал холодный гнев, который он больше не пытался скрывать. — Ты послал её за ним? Ты не сказал ей, насколько это опасно? Ты думаешь, она не поймёт, что это связано с Грейнджер, если увидит, куда идёт? Блейз поднял руки в примирительном жесте, но в его глазах мелькнула тень вины. — Она не знает, что именно я ищу. Она думает, что это для другого зелья. Я не вру ей, Драко, я просто... не говорю всей правды. — Ты должен был сказать ей, — сказал Драко, и его голос был ледяным. — Если она попадёт в беду из-за того, что ты не был с ней честен... — Она справится, — перебил его Блейз, и в его голосе послышалась резкость. — Она сильная. Они замолчали на мгновение, и в воздухе повисло напряжение. Драко не сводил с него глаз, и в его взгляде горел холодный огонь. Блейз отвёл взгляд, но не уступил. Через несколько секунд Драко отвёрнулся и снова посмотрел на замёрзший фонтан. Его голос стал тише, но не теплее. — Я слышал, у вас с Дафной не всё гладко. Ты постоянно ссоришься с ней. Что случилось на этот раз? Блейз вздохнул, и в его голосе впервые послышалась искренняя усталость. Он провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть напряжение. — Мы ссоримся, потому что она хочет, чтобы я был более открытым. Но я не могу быть открытым, Драко. Я делаю то, что должен. Я защищаю её. Если она узнает правду, она попытается вмешаться, и это может стоить ей жизни. Драко молчал. Он не давал советов, не произносил тёплых слов — он просто слушал, глядя на снег. Блейз усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Люблю, — сказал он тихо, и в его голосе слышалась горечь. — Даже когда она кричит на меня и говорит, что я бессердечный. Люблю, потому что она единственная, кто видит меня настоящего. Даже когда я пытаюсь скрыть это. Драко молчал. Его лицо оставалось непроницаемым, и только пальцы, сжимающие палочку, слегка напряглись. Блейз посмотрел на него и добавил тихо: — Ты тоже не говоришь о том, что чувствуешь. Ты просто сидишь здесь и куришь эту дрянь. Но я знаю, что ты думаешь о ней. О Грейнджер. Драко резко повернулся к нему. В его глазах мелькнула ледяная сталь, и его голос стал тихим, но опасным. — Заткнись, Блейз. Не лезь не в своё дело. Блейз поднял руки в примирительном жесте, но улыбка на его лице стала шире. — Хорошо, хорошо. Как скажешь. Они замолчали, и тишина снова опустилась на лабиринт. Снег продолжал падать, укрывая их плечи белым саваном.

***

Гермиона стояла в библиотеке вместе с Гарри, Роном, Джинни, Джейкобом, Люпином, Невиллом, Луной, Кэти Белл и другими членами Ордена. Перед ними были разложены карты Шотландии, на которых были отмечены маршруты и места для временных убежищ. В воздухе чувствовалось напряжение, смешанное с решимостью. — Мы должны перевезти их на остров, — говорил Гарри, указывая пальцем на точку у берегов Шотландии. — Это единственное безопасное место. Пожиратели не сунутся туда, потому что там нет магической ценности. Мы перевезём припасы, поможем построить дома, обеспечим всем необходимым. — А если они не захотят уходить? — спросил Майкл Корнер, стоявший в углу. — Они ведь потеряли всё, и теперь мы говорим им, что они не могут вернуться домой. Они могут не согласиться. Гермиона шагнула вперёд, и её голос был твёрдым. — Мы объясним им. Они поймут. У них нет другого выбора. Их дом скоро утонет в болоте, и если они останутся, они умрут. Рон стоял отдельно от всех, почти не участвуя в обсуждении. Он выглядел подавленным, его плечи были опущены, а глаза избегали встречаться с кем-либо. Он избегал смотреть на Гермиону. Гарри заметил это и сказал: — Рон, у тебя есть что добавить? Рон поднял голову, и в его глазах мелькнула усталость. — Нет. Всё в порядке. Ты прав, Гарри. Это единственное решение. Он отвернулся, давая понять, что не хочет продолжать разговор. Гермиона почувствовала, как её сердце сжалось. Она знала, что он всё ещё злится на неё, и это заставляло её чувствовать себя ещё более одинокой. В этот момент в библиотеку вошли несколько вампиров, которых Гарри привёл из замка. Они были высокими и бледными, их глаза горели красноватым светом. Их лидер, мужчина с длинными чёрными волосами и холодным лицом, шагнул вперёд. — Мы готовы помочь вам, — сказал он, и его голос был глубоким, как гул колокола. — Мы знаем маршруты отряда Малфоя. Мы видели, как они передвигаются. Если вы готовы, мы можем нанести удар одновременно и застать их врасплох. Гарри кивнул, и на его лице появилась тень решимости. — Мы начнём операцию в полночь, — сказал он. — Я предлагаю план: разделиться на три группы. Первая — прикрытие. Вторая — основной удар. Третья — отступление. Всё должно быть слаженно. Мы не можем позволить себе ошибок. Гермиона слушала его, и в её груди поднималось что-то холодное и тяжёлое.

***

Ночь опустилась на Площадь Гриммо. Гермиона стояла у двери штаба, готовая к вылазке. Она смотрела на звёзды, которые виднелись в разрывах облаков, и чувствовала, как холод проникает под её мантию. Вокруг неё собирались остальные члены Ордена — Гарри, Люпин, Джейкоб, Невилл, Кэти, и другие. Рон стоял в стороне, но не смотрел на неё. Она знала, что эта ночь изменит всё. Она чувствовала это каждой клеткой своего тела. Она не знала, что Малфой уже ждёт их в лесу, что её поймают, что она потеряет свободу и магию. Она не знала, что этот момент станет началом её самого тёмного пути. Она шагнула вперёд, в темноту, и холодный ветер ударил ей в лицо.