свобода
7 июля 2026 г., 14:15
Второй день ада. 15 подростков, которые накосячили стояли около забора центра и нервно курили. У всех было дикое желание послать всех нахуй и уйти бухать.
— Блять, мне за решеткой больше нравилось.— съязвила Кира.
И раздался гогот. Ну как обычно. Бросили бычки и на выдохе пошли на первый этаж.
— Опа, стоять.— Илья Владимирович с улыбкой подошел к ребятам.— Мы идем с вами сейчас угадайте куда?
— Мы не хотим даже думать.— ответила Виолетта, покачав головой.
— Пока весь центр убирает учебные классы, вы идёте на улицу! Круто же, да?— он будто насмехался над группой «б» и другими.
— Зачем на улицу?— устало спросила Кира.
— Сейчас узнаете, пойдемте.— он махнул рукой и все пошли вслед за ним на улицу.
Обошли центр, и увидели стадион. Ну отлично, блять.
— Твою мать.— протянула Лиза, закрывая лицо руками.
— Нам пиздец.— добавила Мишель.
Виолетте это тоже показалось стремным, спорт это не про нее абсолютно. Она недовольным взглядом смотрела на тренера, физрука верней.
— Физические нагрузки это именно то, что вам нужно. Бежим 10 кругов, в конце каждого останавливаетесь, и п говорите от чего вы избавляетесь, ваши пагубные привычки, и так далее.— Алексей улыбнулся и указал на дорогу.
— Ну блять, ну его нахуй.— Крис закрыла лицо ладошками, возумщая свое недовольство.
Остальные тоже стояли в ахуе, и только у одного была тошнотворная улыбка на лице — у Ильи Владимировича. Не злобная конечно.
—Я в рот ебала блять!— Виолетта наконец открыла рот, и лучше бы не открывала.
— Малышенко, я добавлю еще один круг.— пробурчал физрук, пафосно оглядывая ребят.
— Если ты его добавишь я развернусь и уйду нахуй.— не выдержала Малышенко, размахивая руками. Было дикое желание развернуться и уйти.
— Тихо, тихо, ты че.— Кира повернула Виолетту к себе.— Успокойся.
— Я спокойна, а че он блять?— психовала, указывая рукой на тренера, который стоял в ахуе.
— Ну гандон он, не спорю, надо просто пробежать, потом пойдем покурим, я тебе дам сигарету с кнопкой.— Кира заулыбалась, Виолетта слегка улыбнулась в ответ.
И они рванули. Первый круг был нормальным. Трудные договорились заранее, что будут бежать не быстро, потому что они не соревнуются.
Второй круг. Ещё нормально. Третий уже пиздец. Дыхалка сказала всего доброго, ведь все присутствующие курящие, пьющие и не только. Короче печенкам пизда.
— Давайте, я в вас верю!— поддерживал Сергеев, видя как те страдают.— Сложнее чем нюхать, правда?
Потом шел пятый круг. Это уже было, казалось, невыносимым. Им все же не по 13 лет.
— Я блять сейчас сдохну нахуй.— верещал Саша.
И наконец 10 круг. Одновременно все пробежали последний круг и обессилено упали на траву, громко дыша.
— Я горжусь вами!— захлопал в ладоши Илья Владимирович, садясь на корточки.— Вы сделали первый шаг навстречу к себе.
— Первый!?— все удивлённо перевели взгляд на Сергеева, приподнимаясь.
Он тут же засмеялся. Они не стали терять время, и тут же почесали в центр. У Виолетты было только одно желание в голове, это набухаться, пойти к Даше, чтобы она ее пожалела, но точно не торчать тут.
— Пять минут на покурить и на второй этаж.— скомандовал Илья Владимыч.
Секунда. И подростков уже в холле не было. Сразу же подожгли сигареты, и устроились на подоконнике.
— Как и обещала.-Кира протянула шатенке сигарету с кнопкой, садясь рядом.
— Спасибо, Кир.— во все клыки улыбнулась Виола и затянулась.
Они так жадно курили сигареты, будто не видели их никогда. Это было единственное успокоение, наверно, для каждого.
— Напомните, а когда мы съебываем из центра?— Виолетта изогнула бровь, держа между пальцев сижку.
— Как только 18 стукнет, сразу съебываешь.— засмеялась Медведева, положила руку на ее плечо.
— Дак мне через месяц 18.— удивлённо подняла глаза.
— Жалко.— тихо прошептала Медведева, чтобы никто, кроме нее не услышал.— А как праздновать будешь?
— С друзьями, в Псков поедем, как обычно.— засмеялась Виолетта, вспоминая своих кентов.
— Ясно.— Кира не подала виду, но почему то ее это задело. Появилось какое то странное чувство. Она смотрела на Малышенко и понимала что чем то, но сука привлекает.
Она же как ребенок. В буквальном смысле ребёнок. Кира удивлялась ее искренности, гиперактивности, и вот она что думала, то говорила. И это она считала сильным.
Перекур кончился. Народ поплелся на второй этаж. Зашли в кабинет, увидели снова мужчину, который серьёзно и строго смотрел на подростков.
— Записываем то, что я говорю, и потом выходите и пересказываете все то, что я говорил.— пафосно бросил тот.
— Нет, это вообще пиздец. — Крис бросила ручку. — Илья Владимирович, че за хуйня?
— Захарова, по губам получишь.— пригрозил Сергеев. Ну а Крис не дура, поняла.
Взяли ручки. Виолетта пропускала слова через раз: «Я эту хуйню уже писала два года назад». Проходить одно и то же, если за год не помогло, второй тоже идёт в пизду.
Очередная лекция. Так сильно, по химии, математике и психологии подростки еще не скучали никогда.
— Илья Владимирович, я хочу на уроки.— прошептал умоляюще Мирнонов, кладя ручку подальше.
— А я хочу пить кофе в своем кабинете, но вместо этого с утра до вечера рядом с вами сижу.— раздраженно выпалил старший.
— Зачем вы с нами сидите, мы и так справимся.— Саша развел руками.
— Ага, а вы в первую же минуту уйдёте, либо устроите как обычно какой то пиз.. пипец.— кашлянул, не сдержался.
Кира откровенно пялилась на Виолетту. Ей было интересно, чем она ее так зацепила то блять. Уже много лет Медведева испытывает полное безразличие ко всему. Но тут произошел какой то сбой видимо.
— Чего ты?— Виолетта подняла наивные глазки на Киру.
— Да ничего, скучно просто.— нервно пожала плечами.
— Хочешь порисуй у меня на руке.— Малышенко с улыбкой вытянула левую руку, потом сразу сменила ее на правую.
— Давай.— Кира взяла ручку и начала рисовать красивые эскизы на руке младшей. Рисовать она не умела особо, решила нарисовать красивые цветочки.
Виолетта положила голову на правую руку и с интересом наблюдала за каждым штрихом.
— Малышенко!—окликнул Илья Владимирович, заметив что те занимаются хуйней вместо лекции.
— Руки устали, ну.— она заулыбалась своей манящей улыбкой, которая сглаживала углы везде и всегда.
Он цокнул, но трогать не стал. Кира дальше продолжала творить на руках Виолетты. Остальные кто пытался отлынивать, кто делал вид что писал, в общем наебали систему.
Лекция закончилась и потом пошли в холл. Сели на ебаный диван.
— Рада вас видеть, сегодня мы пишем второй шаг. Мы пришли к убеждению, что сила более могущественная, чем наша собственная, может вернуть нам здравомыслие. Его главная цель это преодолеть безнадежность, осознать наличие помощи вне себя и найти надежду на выздоровление.— она раздала опять эти ебучие листочки и ебучие ручки, которые уже снились в страшных снах.
— У меня такое ощущение, что мы по вене шныряем 10 лет.— тихо сказала Крис и остальные засмеялись.
— А это не так?— услышал Илья Владимирович.— Крис, ты попала сюда по моему в 14 лет, угадаешь по какой причине?
— Я поняла, всё.— она взяла листочек и начала писать.
Хотелось послать нахуй. Хотелось бросить и уйти. Но все прекрасно понимали, что это хуйня нужна чтобы от них отъебались. Нужно чтобы Сергеев увидел прогресс и отпустил их.
— Илья Владимирович, мне через месяц 18 лет, почему я должна этим страдать?— Виолетта закрыла лицо листочком.
— Потому что в 18 лет, Малышенко, ты уже сядешь.— звучало как мотивация. Мотивация бросить.
Писали эти шаги нахуй уже на отьебись. Потому что после этого ещё надо было пиздовать на уроки, и писать еще там.
— Я нахуярюсь после этого.— говорила Рони, усердно писав.
Рони это девчонка с детского дома, которая также попалась ментам. Редкий случай, когда детдомовский учится не в школе, а в центре для трудных.
Спустя время написали второй шаг и сдали листочки.
— Можно мы домой пойдём, ну пожалуйста?— в глазах Мишель читалось искренняя усталость. Также как и у всех.
— Вы усвоили то, что вам говорили все эти дни?— оглянул взглядом подростков, давая надежды.
— Да, мы больше никогда.— убедительно произнес Саша.— Клянёмся!
— С завтрашнего дня продолжаем обучение в нормальном темпе, но учтите, ещё раз и вы пойдёте все дружно в рехаб.
И тут разделись крики. Радостные, детские, наивные крики уставших трудных подростков, которые мечтали об этом эти два дня.
— Блять, я так счастлива.— глаза Киры зажглись огоньком, обнимая родную группу «б».
— Я люблю вас, бабы.— Захарова засмеялась, прижимая каждого к себе.
— Э.— Саша покосился на длинноволосую.
— Ты тоже на бабу сойдёшь.— махнула рукой и раздался гогот. Свободный.
_____
Дайте хотя бы намек на то, что это кто то читает☀
