Дневники искупления (Приговорённая к чувствам)

Утром в гостиной обнаружился Кол — он сидел на диване, закинув ноги на подлокотник, и лениво листал какую-то книгу. Кажется, настоящий. — Доброе утро, — пропел он, увидев её. — Выглядишь усталой. Плохо спала? — Нормально. — Лжёшь, — Он ухмыльнулся, — но я не в обиде. Хочешь кофе? Элайджа сварил. Он у нас главный по цивилизованности. Несса налила себе кофе и села напротив. Разговор не клеился — Кол был непривычно задумчив. Потом вдруг отложил книгу и сказал: — Слушай, я хотел извиниться. За вчерашнее. Клон — это была дурацкая идея. Я не думал, что он... в общем, я не хотел, чтобы так вышло. — Ты уже извинялся. — Знаю. Но ты мне всё равно не веришь. — Я не знаю, кому здесь верить, — честно ответила Несса. — Поэтому не верю никому. — Мудро, — Он помолчал. — Но, может, дашь мне шанс реабилитироваться? Тут неподалёку есть одно место. Старая мельница. Красиво, тихо, никаких клонов. Я мог бы тебя проводить. Прогуляемся. — Зачем тебе это? — Скучно. А ты — единственный человек в этом доме, который не пытается меня убить или читать морали. Это освежает. Мельница оказалась и правда красивой. Старое каменное здание на берегу реки, увитое плющом. Вода шумела, перекатываясь через остатки деревянного колеса. Пахло мокрым камнем и осенней листвой. Кол рассказывал какую-то историю о том, как они с Ребеккой прятались здесь от охотников в девятнадцатом веке. Несса слушала вполуха, разглядывая пейзаж. Солнце припекало, она сняла пиджак и осталась в лёгкой блузке. А потом Кол замолчал на полуслове и нахмурился. — Что? — Слышишь? Она прислушалась. Скулёж. Тихий, жалобный. — Собака, — сказала она, поднимаясь. — Или ловушка. Стой, я проверю. Но она уже шла на звук. В кустах, у корней старого дуба, лежал пёс. Крупный, чёрный, с белым пятном на груди. Задняя лапа — в ржавом капкане. Кровь, грязь, мухи. Пёс поднял голову и посмотрел на неё — не рычал, не скулил больше. Просто смотрел. Будто понял: либо она поможет, либо никто. — Чёрт, — выдохнула Несса и опустилась на колени. — Кол, помоги. Надо разжать. Кол подошёл, заглянул через её плечо и скривился. — Это дворняга. Брось. Ты ей не поможешь, только руки порежешь. — Помоги разжать капкан. — Несса... — Он закатил глаза. — Ты в вампирском лесу, в городе, где людей убивают каждую неделю. А ты сидишь в грязи, пытаясь спасти шавку, которая, скорее всего, сдохнет через час. Это не благородно. Это глупо. Она подняла голову и посмотрела на него. Внутри уже закипало. — Серьёзно? — сказала она. — Ты мне будешь рассказывать, что глупо, а что нет? — А что, есть кандидатура получше? — Да уж точно не ты. Кол хмыкнул, скрестил руки на груди. — Ну давай, расскажи мне. Ты у нас теперь эксперт по благородству? Вчера клон тебя чуть не трахнул, а ты даже не поняла, что это не я. Отличный эксперт. Просто блестящий. Несса выпрямилась. Медленно. Пёс заскулил, но она уже не слышала. — Ты сейчас серьёзно? — Её голос стал тихим. Опасным. — Ты напоминаешь мне о том, как твой клон меня лапал, чтобы выиграть спор? — Я не пытаюсь выиграть спор. Я пытаюсь объяснить тебе, что ты не всесильна. Ты человек. Ты слабая. Ты не можешь спасти каждую дворнягу в этом лесу. Иди домой, обработай руки и не строй из себя героиню. — А ты не строй из себя того, кому не плевать, — отрезала она. — Тебе плевать. Ты привёл меня сюда, чтобы развлечься. Чтобы я тебя развлекала. Потому что тебе скучно. Потому что ты не знаешь, чем себя занять, если не развлекаешься за чужой счёт. — О, ну конечно, — он всплеснул руками. — Давай, расскажи мне, какой я плохой. Ты это любишь. У тебя отлично получается. — А ты даёшь повод. — Я даю повод? — Он шагнул ближе. — Ты меня знаешь три дня, Несса. Три дня. А уже ставишь диагнозы. Может, это не я пустой, а тебе просто нравится находить в других дерьмо? В этом твоё искупление? Тыкать всех носом в их недостатки и чувствовать себя святой? — Я не чувствую себя святой. — Нет? — Он склонил голову, разглядывая её. — А мне кажется, да. Ты смотришь на нас, вампиров, и думаешь: «Я человек, я лучше». Удобно. Очень удобно. — Я так не думаю. — Думаешь. Просто не говоришь вслух. — Он помолчал. — Знаешь, в чём разница между нами? Я не притворяюсь. Я знаю, кто я. А ты — ты сама не знаешь. Ты мечешься между «я стерва» и «я исправляюсь», и в итоге не выходит ни того, ни другого. Удар попал в цель. Несса замолчала. Внутри что-то оборвалось — не от злости. От правды. — Может, ты и прав, — сказала она тихо. — Может, я не знаю. Но я хотя бы пытаюсь. А ты даже не пробуешь. Кол открыл рот, но осёкся. Что-то изменилось в его лице — ушла усмешка, ушёл вызов. Осталась только усталость. — Ладно, — сказал он. — Может, и не пробую. Но я хотя бы не делаю вид, что спасаю мир, когда всего лишь спасаю собаку. — А разве это не одно и то же? Он посмотрел на неё. На пса. На капкан. И вдруг выдохнул — шумно, раздражённо, но уже без злости. — Чёрт с тобой, — сказал он. — Давай сюда этот капкан. Одна ты его не разожмёшь. — Я думала, тебе плевать. — Мне и плевать. Просто если ты сдохнешь здесь от столбняка, Клаус меня прикончит. А я ещё не готов умирать. Он опустился рядом на корточки и взялся за края капкана. Вдвоём они разжали его — она направляла, он давил. Пёс выдернул лапу, взвизгнул, но тут же затих, прижался к Нессе. Она стянула пиджак, оторвала рукав блузки и перевязала рану. — Готово, — выдохнула она. — Жить будет. Кол поднялся, отряхнул руки. — Я не извиняюсь, — сказал он. — Я и не прошу. — И ты всё равно стерва. — Знаю. — Но не самая плохая. — Он помолчал. — Из тех, кого я встречал. Она подняла голову и встретила его взгляд. Он не улыбался. Но и не злился. Просто смотрел — будто увидел что-то, чего не замечал раньше. — Ладно, — сказал он. — Пойду, скажу Клаусу, что ты опять во что-то вляпалась. И ушёл. А Несса осталась сидеть на траве, прижимая пса к себе. Тяжесть от ссоры всё ещё сидела в груди, но к ней примешивалось что-то ещё. Покой. Слабый, но настоящий. Она сделала плохой поступок — наговорила лишнего, ударила по больному. Но потом сделала хороший — спасла жизнь. И тело отвечало на оба. Где-то внутри, под свинцовой тяжестью, теплился свет. И он стоил того. — Ну что, — прошептала она, гладя пса по голове. — Будем считать, что день удался. И тут вода в реке остановилась.Течение замерло. Шум стих. Даже ветер перестал качать ветки. Пёс поднял голову и тихо заскулил. Несса обернулась к воде — и увидела её. Старуха стояла на другом берегу. Та самая. Маленькая, сгорбленная, в бесформенном пальто и выцветшем платке. Тёмные глаза блестели на морщинистом лице. Она не шла по воде — просто стояла, будто и не было никакой реки. — Неплохо, — произнесла она знакомым шуршащим голосом. — Для начала. — Вы, — выдохнула Несса, поднимаясь. — Опять. — Опять. — Старуха усмехнулась. — Не рада меня видеть? А зря. Я, между прочим, с проверкой. — И как? Прошла? — Пока нет. Но ты хотя бы начала понимать разницу. — Она кивнула на пса. — Вот это — доброе дело. Маленькое, сопливое, без свидетелей. Ты никому не расскажешь. Никто не похвалит. Но ты сделала. И почувствовала. Несса молчала. — А с мальчишкой-вампиром ты перегнула, — продолжила старуха. — Сильно перегнула. Но вы хотя бы поговорили. Уже прогресс. Раньше ты бы просто ушла. А тут осталась. И он остался. И вы даже почти помирились. — Это не я. Это он. — Врёшь. — Старуха прищурилась. — Ты знаешь, что врёшь. Но я не за этим. — Она посмотрела куда-то за спину Нессы, в сторону города. — Там, в Мистик Фоллс, сейчас назревает кое-что. Ничего глобального — просто очередная вампирская склока. Но тебе стоит вернуться побыстрее. — Зачем? — А вот это ты узнаешь сама. — Старуха поднесла палец к губам. — Тссс. Не хочу портить сюрприз. И исчезла. Вода снова зашумела. Ветер закачал ветки. Пёс перестал скулить и лизнул Нессе руку. — Возвращаемся. Она почти бежала через лес. Пёс, прихрамывая, ковылял рядом — она не хотела оставлять его, но и ждать не могла. Что-то подгоняло её изнутри — не предчувствие, скорее инстинкт. Старуха просто так не появлялась. У опушки она столкнулась с Ребеккой. Та стояла у машины с ключами в руке и выглядела взволнованной. — Садись, — бросила она. — Что случилось? — Совет. Основатели. Они нашли труп вампира на границе города и решили, что это повод для новой облавы. Никлаус с ними... разбирается. Элайджа с ним. А в городе сейчас ищейки — если они найдут кого-то без приглашения, начнётся резня. Несса открыла дверцу, пёс запрыгнул на заднее сиденье. Машина рванула с места. — Я думала, Совет — это люди, — сказала она, пристёгиваясь. — Люди, — подтвердила Ребекка. — Но у них есть вербена, осиновые колья и полная уверенность, что вампиров надо уничтожать. А мэр Локвуд — трус. Если надавят, он сдаст всех. Они въехали в город. На центральной площади было пусто — слишком пусто для дневного времени. Несса заметила закрытые ставни, припаркованные фургоны, людей в форме. — Шериф Форбс, — сказала Ребекка. — Мать Кэролайн. Она не плохая, но у неё работа. И работа сегодня — найти нарушителей. — Каких нарушителей? — Тех, кто проник в город без приглашения. — Как я? Ребекка посмотрела на неё. — Именно. Машина свернула в переулок. Ребекка заглушила мотор и повернулась к Нессе. — У тебя нет документов. Нет истории. Ты появилась из ниоткуда. Если Совет узнает — тебя арестуют. А потом либо вышлют, либо... — она не закончила. — Либо? — Либо найдут способ обвинить в том, что ты заодно с вампирами. Здесь это работает именно так. Пёс на заднем сиденье тихо заскулил. Несса сжала кулаки. Только что она спасла собаку, почти помирилась с Колом и получила одобрение от старухи. А теперь её могут арестовать или убить. — Что нужно делать? — спросила она. — Сидеть тихо. Не высовываться. Я отвезу тебя в особняк — там безопасно. Совет не сунется в дом Майклсонов. По крайней мере, без приглашения. — А если сунется? — Тогда, — Ребекка усмехнулась, и в её улыбке мелькнуло что-то хищное, — они об этом пожалеют. Она завела мотор. Но не успела тронуться — на переулок выехал фургон шерифа. За ним ещё один. И ещё. Дорога была перекрыта. — Чёрт, — выдохнула Ребекка. Из фургона вышел мужчина в форме — высокий, с седыми висками и усталым лицом. — Мисс Майклсон, — произнёс он. — Прошу прощения, но у нас проверка. Всем, кто находится в городе без регистрации, необходимо пройти в участок. — У меня есть регистрация, — холодно ответила Ребекка. — У вас — да. — Он перевёл взгляд на Нессу. — А вот ваша пассажирка... Я её не знаю. А я знаю всех в этом городе. Несса вышла из машины. Пёс на заднем сиденье зарычал, но она жестом остановила его. Внутри всё сжалось — но не от страха. От злости. Она не для того прошла через ад в Чикаго, через перемещение между мирами, через вампирский подвал и клона Кола, чтобы её арестовали на провинциальной дороге. — Я Несса Блэр, — сказала она спокойно. — Я гостья семьи Майклсон. — У вас есть документы? — Нет. — Приглашение в город? — Я прибыла неофициально. Мужчина вздохнул, будто выполнял скучную работу. — Тогда прошу пройти в участок. Мы выясним, кто вы и откуда. Если нарушений нет — отпустим. Ребекка вышла из машины и встала рядом с Нессой. — Шериф, — сказала она тихо, — я бы на вашем месте хорошо подумала, прежде чем арестовывать гостью моего брата. — Я не арестовываю. Я задаю вопросы. — Ваши люди с оружием задают вопросы? Забавный у вас метод. Ситуация накалялась. Несса видела, как люди шерифа переглядываются. Кто-то сжимал в руке осиновый кол — явно не для неё. Они ждали вампиров. Они искали повод. И тут из-за угла вышел Клаус. Без спешки. Без угрозы. Просто вышел и встал рядом с Нессой — будто прогуливался мимо и решил присоединиться. — Добрый день, шериф, — произнёс он с той самой ленивой улыбкой, которая не обещала ничего хорошего. — Какие-то проблемы? — Никаких проблем, мистер Майклсон. Просто стандартная проверка. — Вот и отлично. — Он взял Нессу под руку. — Моя гостья, Несса Блэр. Она со мной. Если у вас есть вопросы — задавайте их моему адвокату. А если вопросов нет — мы поедем домой. Шериф смотрел на них. Несса чувствовала, как напряглась рука Клауса — не от страха, от готовности. Он был готов драться. За неё. — Хорошо, — сказал шериф наконец. — На этот раз — проезжайте. Но я запомню это, мистер Майклсон. — Я на это рассчитываю. Они сели в машину. Ребекка завела мотор, и фургоны расступились. Когда город остался позади, Несса выдохнула. — Спасибо, — сказала она. — Пока не за что, — ответил Клаус. — Но будет. Совет не отступится. Они знают, что я привёл в город человека. Теперь ты под прицелом. — Мне не привыкать. Он посмотрел на неё. Уголки его губ дрогнули. — Знаю. Поэтому ты мне и нравишься. Особняк встретил их тишиной. Пёс, которого Несса назвала Призраком — за белую отметину на груди и за то, что он появился из ниоткуда, — устроился на кухне. Элайджа, увидев его, ничего не сказал, только приподнял бровь и налил себе чай. Кол сидел в гостиной. Когда Несса вошла, он поднял глаза, и на секунду между ними повисло напряжение. А потом он вдруг сказал: — Жива. Отлично. А то я уже думал, придётся мстить Совету. А это скучно. — Ты бы за меня мстил? — спросила она. — Ну, — он растянул слово, — ты не самая худшая из людей. Было бы жаль. Это было почти извинение. Почти примирение. Она кивнула — коротко, по-деловому. — Взаимно. Клаус подошёл к камину и обернулся ко всем. — Итак. Совет знает о Нессе. Значит, завтра они попытаются найти способ до неё добраться. У нас два варианта: либо прятать её, либо дать ей официальный статус в городе. — Какой статус? — спросила Ребекка. — Гостья семьи Майклсон. С письменным приглашением от мэра. — Он посмотрел на Нессу. — Это означает, что тебе придётся сыграть роль. Ты — мой деловой партнёр из Чикаго. Приехала обсудить инвестиции. Это объяснит твоё присутствие и даст временную защиту. — Я не умею играть роли, — сказала Несса. — Умеешь. Ты играла роль стервы годами. Теперь сыграй роль делового партнёра. Это проще. Она хмыкнула. В чём-то он был прав. — Хорошо. Что мне делать? — Завтра утром мы едем в мэрию. А сегодня... — он помолчал, — просто будь осторожна.