Сплошная КОТОстрофа

Серафим безынтересно возится ложкой в кастрюле, когда Андрей обнимает сзади и смущённо урчит на ухо, настолько громко мурча, и настолько сильно виляя хвостом, что удивляет даже хозяина. — Ты чего, Кисунь, чего? — ласково улыбается на его едва картавое мурчание Сидорин. — Ласки хочешь? Андрей стеснительно прикрывает ладошками красные щёки, распыляя сладкое мурчание по всему дому. — Ну, Пирочка, сейчас приготовлю и поглажу, подожди. — Нет, сейчас! — по-детски топает ножкой кот. — Ну иди сюда, иди — привыкший к его капризам Серафим быстренько сливает воду, выключая плиту, и наконец-таки поворачивается к котёнку, зацеловывая лобик. Кот решительно вцепляется в шею, целуя хозяина в губы так сильно, что кажется почти прокусывает нижнюю губу. — Так ты не просто ласок хочешь… — улыбается Серафим, поднимая смущенного до красноты Андрея на руки и тот привычно обхватывает тело конечностями, утыкаясь в ямку на плече, мурчать не прекращает. Сидорин загнанно целует кота в макушку, садится на постель. — Ты поэтому второй день не отлипаешь? — избавляясь от его кофты, шепчет с ухмылкой Серафим, игриво бродя руками по открывшейся груди. Андрей не отвечает, только сильно дрожит, мурлыкая. — Мог просто попросить. — Стыдно. — только отвечает кот, спрятав взгляд. — Ох, мой маленький, стыдливый мальчик, — Серафим расцеловывает щеки, губы, носик, бегая руками по грудине, массирует плечи котёнка, и аккуратно сжимает один из сосков. Андрей обычно громкий. Вот и сейчас, не стесняясь, мычит желанно на ухо. В штанах твердеет, Серафим чувствует. Он же и торопится от них кота избавить, приподнимая на своих коленях. Андрей почти порнушно дышит на его плечах, вылизывая шею. Серафим мягко подставляет кадык, чтоб дать коту большую свободу действий. — Сними, — просит Пиро, дёргая за кофту и вновь впивается языком в ключицу. Лижется частенько, это он любит, да. Сидорин с трудом перетягивает кофту чрез свои руки и оголяет подкаченный торс. Андрей разрешения не просит, молча спускается ниже, вылизывая грудь, мурчит. Серафим пытливо сжимает пальцы в его волосах, чешет за ушками в такт языку. — Умница, — томно вздыхает Сидорин, и мокрыми засосами пробегает по его шее. С ним, как с Глебом, шаблонной тактики нет. Андрей любит эксперименты. Серафим спускается ниже, почти бьющийся обо всё от удовольствия хвост оглаживает у основания и грубоватым движением сжимает зад, кусаясь за поджатое ушко. — Хозяин, пожалуйста… Сидорин тихонько проводит пальцем по кадыку, оттягивает ошейник, второй рукой осторожно касается члена, но не берёт его. Андрей, до этого мурчащий, только капризно стонет. — Ну пожалуйста! Хозяину приходится сделать почти невидываемый заворот рукой, чтоб дотянуться до полки со смазкой, не глядя за спиной, и аккуратно раскрыть тюбик. Персиковый запах наносится на широкие его пальцы и он ласково гладит дырочку. Андрей плавится, стеснительно прикрывает рот и удивлённо ёрзает. С ним подготовки как-то не хочется, и Серафим не терпеливо входит сразу членом, предварительно хорошенько смазав чужие ягодицы. Кот в ответ громко стонет, раскатисто, и цепляется когтями за кучерявые пряди, поджимая уши вниз. — Да, да, продолжай, Серафимочка, да… — просит краснеюще на ухо, настолько тихо, что едва слышно. Сидорину эта картина до того нравится, что он с искрами в глазах смотрит на тающего кота снизу вверх, не отрывая взгляда. Андрей старается не смотреть, это неловко, но мурчит, мурчит невыносимо палевно, сжимая пальчики на всех конечностях. Он же сам начинает двигаться, опускаясь в меру собственных возможностей, и как только сосредотачивается на ритмике движений, Серафим сразу же поддаёт снизу, уводя и без того неровный темп в бесконтрольное русло. Заканчивает Андрей быстро, буквально чрез пару особо интенсивных минут, и задыхаясь то ли от стыда, то ли в ощущениях, просто спадает на плечо хозяина головой. — Ну и грязь, — облизывая вспотевшую кожу плеча, произносит. — Грязь по твоей инициативе, Пирочка. — довольный подмигивает Серафим.