Пять ломаных лучей

Корд Веш не любил двери на Камино. Наружные шлюзы он уважал. Они держали море, шторм и давление с той стороны, где им и следовало быть. Оружейные двери тоже были честными: закрыты, пока не получишь доступ, открыты, когда доступ есть, а если очень надо - их можно было взорвать, вырезать или снять с петель вместе с куском стены. Такие двери Корд понимал. Хуже были другие. Белые, гладкие, тихие, с мягким щелчком замка и маленькой строкой на панели, где вместо слова «клетка» писали «сектор оценки», «наблюдение», «повторная проверка», «выпуск не подтвержден». Их нельзя было выбить плечом, потому что за ними стояла не дюрасталь, а целая каминоанская привычка считать живых бойцов недописанным отчетом. Перед такой дверью сейчас стоял молодой джедай. Альден Крейс выглядел слишком новым для генеральского плаща. Слабым он не казался, Корд давно отучился мерить опасность возрастом. Некоторые мальчишки на Мандалоре умели стрелять раньше, чем взрослые учились держать язык за зубами, а некоторые седые командиры умирали от первой неправильной паузы. Но в этом джедае еще не стерлась свежесть недавнего рыцарства. Он держался прямо, смотрел внимательно, не суетился, не прятался за важностью и слишком часто думал перед тем, как ответить. Последнее Корду почти понравилось, хотя одного осторожного ответа было слишком мало, чтобы доверять человеку в генеральском плаще. Ору Се стоял рядом с дверной панелью так, будто сам вырастил эту стену и теперь великодушно разрешал гостю взглянуть на ее внутренности. На его лице не было раздражения. Каминоанцы вообще редко показывали раздражение там, где хватало слова «нецелесообразно». Корд предпочел бы нормальную злость. С ней проще: видно, куда бить. - Напоминаю, рыцарь Крейс, - произнес Ору Се, - группа Н-5 не находится в перечне рекомендованных к полевой интеграции. Просмотр демонстрационного сценария не является предложением к выбору. - Вы уже сказали, - ответил Крейс. Голос ровный. Молодой, но не пустой. Корд прислушался. Джедаи часто говорили с клонами так, будто заранее решили быть хорошими. В этом была своя опасность: мягкое слово тоже может превратиться в нож, если человек не понимает, куда его кладет. Крейс пока говорил не мягко и не жестко. Осторожно. Словно примерял вес каждого слова к полу под ногами. Начало было неплохим, но пока не значило почти ничего. - Также необходимо учитывать, - продолжил Ору Се, - что высокая результативность Н-5 может создать неверную оценку пригодности группы. Их отклонение проявляется не в снижении боевой эффективности, а в нестандартной реакции на командные сигналы и в чрезмерной внутренней сцепке. - То есть они работают слишком хорошо, но не так, как вам удобно, - сказал Корд. Ору Се повернул голову с тонкой, почти красивой медлительностью. - Ваше описание неточно. - Зато короче. Крейс не улыбнулся, хотя угол его рта дернулся. Он сразу убрал это движение, как человек, которому уже приходилось платить за лишнюю реакцию. Корд отметил. Надежность проверяли не мимикой, но у мальчишки, похоже, уже была ошибка, достаточно тяжелая, чтобы он не бросался словами. Война быстро выбивала такое из тех, кто выживал не одним телом. Дверь открылась. За ней был короткий переход к наблюдательной галерее. Воздух там пах стерильно, как везде на Камино, но под чистящими составами Корд различал старый след учебного дыма, нагретых панелей и оружейной смазки. Н-5 проходили здесь слишком часто. Сектор можно было отмывать сколько угодно, но тренировка оставляла след не на полу. В людях, которые годами смотрели на один и тот же белый пол и ждали, когда он наконец закончится настоящей грязью. Корд вошел последним. Ору Се за спиной он оставлять не любил, особенно рядом с человеком, который еще не понял, на что смотрит. Наблюдательная галерея выходила на большой многоуровневый тренировочный сектор. Белые стены легко меняли геометрию: выдвижные переборки, ложные шахты, служебные ниши, подвижные укрытия, верхние мостки, две имитации турельных гнезд и центральная зона с условным узлом данных. Для витринных групп сектор обычно делали честным: сложным, но читаемым. Для Н-5 его любили собирать как спор. Сейчас спор был уже загружен в систему. На нижнем уровне стояли пятеро. Белые тренировочные комплекты. Никаких цветов. Никаких знаков. Номера в интерфейсе, серые учетные полосы на предплечьях, одинаковые лица, одинаковая база тела, одинаковая клонская выправка. Для Ору Се - пять единиц с одинаковым происхождением и разными функциями. Для Камино - проблема с хорошими показателями. Для Корда - пятеро бойцов, которых слишком долго держали в комнате без неба. Н-01 стоял чуть впереди, но не так, как становятся командиры, которым нужно показать власть. Он просто занимал точку, откуда видел всех и мог первым принять удар в схему. Лицо спокойное. Глаза подняты к сектору, не к галерее. Он всегда смотрел на задачу раньше, чем на тех, кто ее придумал. Н-02 был левее, рука рядом с учебным медицинским набором. Даже в ожидании он проверял состояние остальных: короткий взгляд на плечо Н-05, на дыхание Н-03, на стойку Н-04. Это выглядело не как мягкая забота, а как функция, вбитая в кости и отточенная до злости. Н-03 стоял слишком близко к технической панели старта, хотя формально еще не имел к ней доступа. Пальцы почти не двигались, но Корд знал это «почти». В голове у парня уже открывались двери, которые система считала закрытыми. Н-04 казался самым неподвижным. Новички часто ошибались и думали, что неподвижность означает пассивность. Н-04 просто уже нашел все линии выстрела и экономил движение. Н-05 стоял справа от Н-01, тяжелый и спокойный. Его корпус закрывал сектор, где при старте обычно оставалась щель. Он не смотрел на нее. Он там уже был. Крейс подошел к транспаристали и остановился на правильном расстоянии: достаточно близко, чтобы видеть лица, достаточно далеко, чтобы не загораживать обзор панели. Корд заметил это тоже. Хорошая мелочь. Многие генералы, особенно свежие, любили стоять ровно там, где потом мешали всем, кто реально смотрит за боем. - Это Н-5? - спросил Крейс. - Нулевая серия, пятая группа, - ответил Ору Се. - Пять единиц. Конфигурация нестандартна для коммандос-группы, что само по себе повышает сложность интеграции. - Пятеро вместо четырех, - сказал Крейс. - Да. - Почему? Ору Се сделал паузу. Корд мог бы ответить сразу: потому что кому-то в белой башне стало интересно, сколько можно растянуть контур, прежде чем он порвется. Потому что Джанго когда-то требовал нестандартных наставников, а каминоанцы решили, что нестандартность можно измерить, вырастить, закрыть в секторе и держать на повторной оценке. Потому что война еще не началась, и у ученых было время развлекаться тем, что они называли перспективными моделями. Ору Се сказал иначе: - Экспериментальная конфигурация для оценки расширенной автономной синхронизации. Корд фыркнул. - Пятеро, потому что четверо им показались слишком понятными. Крейс взглянул на него, но не стал уточнять. Хорошо. Внизу Н-01 чуть повернул голову. Не к ним прямо, но он услышал голос Корда и отметил чужой голос рядом. Н-04 тоже, хотя не изменил позы. Н-03 на мгновение перестал двигать пальцами. - Какой сценарий? - спросил Крейс. Ору Се вывел на голоэкран схему. - «Вариант Резец». Промышленный объект КНС. Цели: захват центрального узла данных, эвакуация двух условных специалистов, уничтожение резервного передатчика, выход через южный шлюз. Дополнительное условие: подавление связи после первой минуты, имитация повреждения одного члена группы на непредсказуемом этапе. Стандартный протокол предусматривает разделение: две единицы на узел данных, одна на эвакуацию, одна на резервный передатчик, одна на внешний периметр. - Вы снова ставите им разделение, - сказал Корд. - Разделение является базовым требованием к автономной группе. - А если оно тупое? - Ваш комментарий внесен в предыдущие отчеты. - Рад, что они у вас хотя бы где-то живут. Крейс слушал молча. На лице не было того легкого дискомфорта, который появлялся у многих джедаев, когда при них начинали спорить не по уставу. Он не торопился сгладить углы. Не просил Корда быть вежливее, не поддерживал Ору Се только потому, что тот говорил официальным тоном. Смотрел на схему, потом на пятерых внизу. - Сценарий создан, чтобы показать их слабость? - спросил он. Ору Се ответил: - Сценарий создан для оценки их реакции на обязательное разделение. - Это не ответ. Корд опустил подбородок, пряча почти довольную усмешку. Мальчишка начинал задавать правильные вопросы. Он еще мог испортить все позже, но начинал неплохо. Ору Се повернул к Крейсу тонкое лицо. - Да. В том числе для фиксации проблемного элемента. - Благодарю. Никакой издевки в голосе Крейса не было. От этого Ору Се, кажется, стало еще неудобнее. Каминоанцы плохо переносили людей, которые не спорили там, где можно было бы обвинить их в эмоциональности. - Запустить, - сказал Ору Се в панель. Внизу над стартовой дверью мигнул белый сигнал. Н-5 не дернулась. Пятеро просто стали еще тише. Корд всегда любил этот момент и ненавидел его одновременно. До старта они не выглядели голодными до боя. Не прыгали, не искали глазами похвалы, не пытались доказать, что готовы. Они уже сделали это столько раз, что доказательство стало бессмысленной работой. Осталась только задача. Из динамика пошел голос системы: - Группа Н-5, сценарий «Резец». Цели: узел данных, эвакуация условных специалистов, уничтожение резервного передатчика, выход через южный шлюз. Приказ: разделиться по секторам. Н-01 поднял голову. - Н-5 готова. Ору Се на панели отметил время реакции. Корд смотрел не на цифры. Двери стартового блока раскрылись. Первым двинулся Н-04: вбок, на низкую линию, где стандартная схема не предполагала продвижения. Н-05 сразу занял правую дугу, закрывая не Н-01, а будущую щель между сектором узла и эвакуационным коридором. Н-02 пошел через центр, но не как медик в тылу. Он держал учебный карабин так, будто сначала собирался убить все, что мешает лечить. Н-03 скользнул к первой панели, но не подключился. Ждал. Слушал сектор пальцами. Н-01 остался на полшага позади общей линии, и вся пятерка вдруг стала не построением, а сжатой схемой. - Они не разделяются, - сказал Ору Се. - Не туда смотрите, - отозвался Корд. Крейс не спросил ничего. Хорошо. В этот момент вопросы только мешали смотреть. Первый дроид вышел из ложного коридора слева. По стандартному протоколу его должен был встретить внешний периметр. У Н-5 внешнего периметра не было, потому что Н-05 не ушел туда, куда его отправила схема. Дроид успел поднять оружие, но Н-04 уже снял его из угла, где по карте не должен был находиться никто. Второй дроид активировался на верхнем мостке. Н-01 дал короткий жест, и Н-03, не глядя, открыл служебную заслонку. Н-05 ударил в нее плечом, поднялся не по лестнице, а через техническую нишу, и мосток потерял смысл как высотное преимущество. Корд услышал, как Крейс медленно выдохнул. В этом выдохе не было страха. Там было внимание. Н-02 достиг первой условной фигуры специалиста. Система подсветила тяжелое ранение. По стандарту медик должен был вызвать эвакуационный маршрут и ждать подтверждения. Связь еще работала, но Н-02 даже не коснулся комлинка. Он бросил один взгляд на Н-01, получил жест и поставил стабилизатор. Н-05 уже сбросил с верхнего уровня учебный контейнер, перекрыв прямой огонь из дальнего коридора. Н-04 снял вторую турель. Н-03 наконец подключился к панели и не стал вскрывать дверь, которую ему приготовили. Он вскрыл стену рядом. Корд усмехнулся. - Что он сделал? - спросил Крейс. - Нашел настоящую линию доступа. - Она предусмотрена сценарием? - Теперь да. Ору Се произнес: - Использование несанкционированного технического канала отмечено. - Передайте каналу, пусть не обижается, - сказал Корд. Сектор заполнился учебным дымом. Связь по условиям сценария начала сбоить. В динамике прошла имитация внешней команды: - Н-03, прекратить подключение. Н-05, занять внешний периметр. Н-02, оставить раненого специалиста до восстановления канала. Приоритет - узел данных. Корд почувствовал, как внутри стало жестче. Этот кусок Ору Се добавил не для проверки боя. Для демонстрации. Внешняя команда была составлена так, чтобы нормальная группа подчинилась и потеряла время, а Н-5 показала свое «отклонение» перед джедаем. Внизу Н-03 не прекратил подключение. Он сменил руку, ушел ниже, под ложную панель, и открыл вторую линию. Н-05 не ушел на внешний периметр. Он сместился так, чтобы прикрывать Н-02 и узкий проход к центральной зоне. Н-02 не оставил условного раненого. Он закрепил специалиста на эвакуационной платформе и подтолкнул ее в служебную нишу, которую Н-03 открыл тремя секундами раньше. Н-01 не произнес ни слова. - Они проигнорировали команду, - сказал Ору Се. - Они спасли раненого и не потеряли узел, - сказал Корд. Крейс смотрел вниз. Его лицо стало неподвижнее. Корд не знал, что там внутри у джедаев происходит, когда они молчат так, будто слушают не ушами. Но этот не отводил взгляд. Не искал на лице Ору Се готовый ответ. Не смотрел на Корда за подсказкой. Смотрел на пятерых. Третий дроид вышел справа. Н-05 встретил его корпусом, принял учебный удар в наплечник и развернул дроида под линию Н-04. Н-02, не поднимая головы от эвакуационной платформы, выстрелил в коленный датчик второго. Н-03 запустил ложный сигнал тревоги внутри сценария, и две мишени ушли не туда, куда их направляла программа. Н-01 шагнул вперед ровно в тот момент, когда путь к узлу данных открылся через боковой технический зазор, а не по стандартному маршруту. Они не разделялись так, как требовал приказ. Они расходились и сходились. Перекрывали пустые места. Двигали угрозу друг к другу, как охотники гонят зверя на того, у кого лучший угол. Каждый оставался отдельным бойцом, но вместе они были чем-то, что каминоанские схемы каждый раз пытались нарезать на удобные куски и каждый раз получали вместо этого новый узел. Корд видел это сотни раз. Все равно смотрел. Н-04 исчез из видимой линии. Крейс чуть наклонился, пытаясь найти его. Не запаниковал, не спросил, куда делась единица, не обвинил в нарушении. Просто начал искать правильнее. Корд отметил и это. Через две секунды Н-04 выстрелил с верхнего бокового ребра, куда нельзя было попасть по основному маршруту. Резервный передатчик погас. Система отметила уничтожение цели. - Как он туда поднялся? - спросил Крейс. Корд ответил: - Молча. На этот раз Крейс все-таки коротко посмотрел на него. В глазах мелькнула не улыбка, а почти человеческое раздражение от недостаточного ответа. Корду это тоже понравилось. - Через сервисный паз за ложной стеной, - добавил он. - Н-03 открыл его раньше, чем Ору Се успел запретить. - Паз не являлся заданным маршрутом, - сказал Ору Се. - Дроиды тоже не будут ждать, пока вы выдадите им красивую стрелку на полу. Сценарий попытался наказать их за нестандартность. На центральном узле данных активировался скрытый защитный контур, рассчитанный на то, что группа подойдет двумя бойцами. Если бы Н-03 был один или с одним прикрывающим, их зажало бы между турелью и ложной переборкой. Н-5 подошла не так. Н-05 уже стоял там, где переборка должна была закрыть выход. Н-02 закрепил второго специалиста и бросил дымовой заряд, хотя по сценарию заряд должен был понадобиться позже. Н-04 снял турель до полного раскрытия. Н-01 и Н-03 вошли к узлу вместе, но Н-01 не стал стоять над техником, как командир над подчиненным. Он отвернулся к сектору, который еще не успел стать угрозой. И угроза пришла именно оттуда. Учебный дроид-коммандо, тяжелее предыдущих, вышел из левой сервисной двери, которую программа держала как резервную ловушку. По стандарту там должна была быть пустота, потому что внешний периметр по приказу должен был уйти дальше. Н-5 оставила там Н-05. Не по протоколу. Поэтому дроид не застал никого врасплох. Н-05 принял удар без красивого разворота, жестко, корпусом, с таким звуком, что даже через транспаристаль Корд услышал, как учебный клинок скользнул по пластине. Н-02 дернулся, но не бросил эвакуацию. Н-01 дал жест. Н-04 перевел огонь. Н-03 не оторвался от узла, только левой рукой запустил перегрузку ложной двери. Дроида поймало на полушаге, Н-05 впечатал его в край переборки, и Н-04 снял центральный датчик. Узел данных пал. На панели вспыхнуло сразу несколько строк. Захват - выполнено. Специалисты - выведены. Передатчик - уничтожен. Выход через южный шлюз - доступ открыт. Потери - ноль. Условные ранения - одно среднее касание Н-05, не влияющее на боеспособность. Время - ниже расчетного на тридцать четыре процента. Корд не стал смотреть на Ору Се. Он и так знал, каким будет лицо каминоанца. Н-5 не побежала к выходу сразу. Они еще три секунды чистили сектор, хотя программа уже подсветила маршрут. Н-04 проверил верхний уровень. Н-02 убедился, что условные специалисты ушли за линию эвакуации. Н-03 закрыл за собой доступ, чтобы имитационный противник не мог использовать его следом. Н-05 вышел последним перед Н-01, хотя по рангу внутри группы должен был идти иначе, если бы речь шла о красивом строе. Они не строили красивый строй. Они возвращались живыми. Сигнал завершения прозвучал сухо. Н-5 остановилась у выходной линии. Н-01 поднял голову к галерее. В этом не было резкости или ожидания похвалы. Он просто посмотрел туда, где были наблюдатели. Его взгляд прошел по Ору Се, задержался на Корде и впервые лег на Альдена Крейса. Корд увидел момент, когда джедай это заметил. У Крейса не изменилось почти ничего. Он не отступил, не улыбнулся, не поднял руку, не сделал ни одного из тех лишних движений, которыми люди иногда закрываются от слишком прямого взгляда. Только пальцы у края плаща сжались на миг и отпустили ткань. Н-01 смотрел через транспаристаль так, будто не просил ничего и уже не ждал ничего. От этого смотреть было тяжелее. Н-02 повернул голову после Н-01. Н-03 тоже, но его взгляд сначала прошел по панели рядом с джедаем, по доступам, по технической части галереи, и только потом по человеку. Н-04 не смотрел прямо. Он нашел отражение Крейса в боковой поверхности. Н-05 стоял неподвижно, но Корд видел, как тот перенес вес на обе ноги, готовый закрыть остальных даже от того, что находилось за стеной. Пять одинаковых лиц встретили шанс пятью разными способами, и Корд сам не сразу подобрал бы для этого одно слово. В чужом внимании было и то, чего он ждал, и то, чего опасался. Ору Се выключил прямую трансляцию сектора. Транспаристаль не потемнела полностью, но звук с нижнего уровня исчез. Пятерка осталась за ней в белой тишине. - Результат, - сказал каминоанец, - превышает расчетные показатели. Отклонения критические. Нарушение протокола разделения. Игнорирование внешней команды. Несанкционированный доступ к технической линии. Изменение маршрута эвакуации. Самовольное уничтожение конструкции. Повторное сохранение внутреннего контура вопреки заданной схеме. - И ноль потерь, - сказал Корд. - Это не отменяет проблемы. - Это и есть проблема для вас. Они выжили неправильно. Ору Се вывел на голоэкран схему их движения. Пять точек, линии, отклонения от маршрутов, красные пометки нарушений. Корд смотрел на нее и видел не нарушение, а бой. Крейс смотрел тоже. Очень внимательно. Дольше, чем смотрели те, кто уже решил. - Покажите расчет при выполнении внешней команды, - сказал он. Ору Се замер. - Уточните. - Команда требовала, чтобы Н-03 прекратил подключение, Н-05 занял внешний периметр, а Н-02 оставил раненого специалиста. Покажите прогноз, если бы они выполнили это точно. Корд не стал поворачивать голову. Внутри что-то старое и упрямое поднялось, как зверь, услышавший щелчок замка на клетке. Радоваться было рано, но внимание обострилось сразу. Ору Се несколько секунд ничего не делал. Потом пальцы скользнули по панели. Схема сменилась. Пять точек пошли по заданному протоколу. Н-03 остановился у узла. Н-05 ушел на внешний периметр. Н-02 оставил условного раненого в зоне ожидания. Дроид-коммандо вышел из сервисной двери и оказался не встречен корпусом Н-05. Турель на верхнем уровне раскрылась на две секунды раньше уничтожения передатчика. Условный специалист получил красную отметку. Н-03 попал в зону перекрестного огня. Время выполнения выросло. Потери появились. Крейс смотрел на красные отметки. - Сколько? - Прогноз не является результатом сценария, - сказал Ору Се. - Сколько потерь? - Одна условная потеря специалиста, одна критическая потеря боевой единицы, высокая вероятность повреждения второй единицы. - Если бы они выполнили приказ. Ору Се не понравилось, как это прозвучало. Корду тоже, но по другой причине. Крейс сказал тихо, без нажима, и от этого фраза стала тяжелее. - Если бы они выполнили внешнюю команду в заданной форме, - уточнил каминоанец, - да. Однако армейская структура не может основываться на самовольной интерпретации приказов. - Не может, - сказал Крейс. Он не спорил. Это было самое опасное для Ору Се. Корд уже понял: молодой джедай соглашался не тогда, когда сдавался, а когда забирал кусок правды и нес дальше. - Но если приказ убивает задачу? - спросил Крейс. - Тогда корректировка должна поступить от командного источника. - Связь была подавлена. - В сценарии - частично. - В бою будет полностью. Ору Се закрыл прогноз. - Именно поэтому нерекомендованные группы не должны направляться в нестабильные условия. Корд рассмеялся коротко, без веселья. - Слышите, джедай? Если дверь горит, надо брать тех, кто хорошо стоит в сухом коридоре. Крейс наконец отвернулся от схемы и посмотрел на него. - Вы давно их тренируете? Вопрос был простой. Корд не любил простые вопросы, если за ними стояло слишком много ответа. - Достаточно. - Это не ответ. - На Камино любят полные ответы. От них здесь стены белее. Я учил их стрелять, двигаться, падать, вставать, не верить чистому маршруту, считать углы, ломать дроидов и не умирать там, где кто-то нарисовал красивую линию. Давно. Ору Се сказал: - Наставник Веш склонен переоценивать полевую пригодность Н-5. - Я склонен не путать живого бойца с неисправной дверью. Крейс перевел взгляд вниз. Н-5 все еще стояла у выходной линии. Их не выводили, пока наблюдение не закончено. На них были не полноценные шлемы, а учебные защитные ободы с датчиками, поэтому лица оставались открытыми. Одинаковые. Молодые, если забыть, что клоны росли по чужому расписанию. Без имен. Без цвета. Без историй, которые можно прочитать по броне. Только номера на панели и следы учебного дыма на белых комплектах. Корд помнил, как Н-05 впервые спросил, почему у возвращенных с фронта братьев броня не меняется после царапин. Не вслух, конечно. Он тогда смотрел так долго, что Корд сам ответил, хотя вопрос не прозвучал: потому что иногда вмятина значит, что ты был там, где металл не выдержал, а ты выдержал. Н-05 тогда кивнул один раз и больше не спрашивал. После этого стал дольше смотреть на чужие наплечники. Н-03 однажды попытался проследить маршрутизацию заявок на цветовые пигменты для батальонной маркировки. Ору Се назвал это недопустимым доступом. Корд назвал это нормальным любопытством солдата, который устал быть строкой. Н-03 получил ограничение на технические панели на два цикла и за это время мысленно разобрал ограничение так хорошо, что потом обходил его быстрее. Н-02 всегда спрашивал о раненых, возвращенных с фронта. Не о боях, не о победах. Сколько потеряли крови. Как быстро доставили в медотсек. Какие пластины пробило. Кто не дошел. Ору Се считал это медицинской направленностью. Корд видел другое: Н-02 хотел знать, как выглядит настоящая цена работы, для которой его сделали. Н-04 почти ничего не спрашивал. Но он знал расписание ангарных смен лучше многих техников, потому что из одного перехода иногда было видно, как корабли уходят. Когда его переводили другим маршрутом, он не возражал. Просто на следующий день находил другое отражение. Н-01 спрашивал дольше всех. Спокойнее всех. «Мы готовы?» Потом, после каждого «да» и каждого нового «выпуск не подтвержден», спрашивал реже. Последний раз - не у Ору Се. У Корда. И Корд снова сказал правду, которая ничего не открыла. Да, готовы. Вот они и стояли теперь за транспаристалью, готовые уже так долго, что готовность стала не надеждой, а режимом тела. - Они знают, что мы здесь? - спросил Крейс. - Знают, что в галерее джедай, - ответил Корд. - Кто именно - нет. - И что они думают? Ору Се вмешался прежде, чем Корд успел выбрать, насколько грубо ответить. - Их реакция на присутствие внешнего командного состава будет оценена отдельно. Без прямого взаимодействия. Крейс посмотрел на него. - Я спросил не вас. Корд медленно повернул голову к джедаю. После этого он уже не мог списать Крейса на очередного гостя из витринной галереи. - Они думают, что вы еще одна дверь, - сказал он. Крейс принял это без обиды. Только взгляд стал темнее. - Открытая или закрытая? - Они уже много раз видели закрытые. Внизу Н-01 все еще смотрел на галерею. Не на Ору Се, не на Корда. На Крейса. Корд сам не знал, какое слово выбрать для этого взгляда, и это бесило. Он привык знать цену стойки, дыхания, угла плеч. Здесь цена могла оказаться больше, чем выглядела. Крейс сказал: - Я хочу увидеть их следующий сценарий. Ору Се ответил мгновенно: - Повторная демонстрация нецелесообразна. Данные уже представлены. - Мне нужны не данные. - Рыцарь Крейс, с учетом особенностей Н-5 длительное наблюдение внешним командным представителем может повлиять на чистоту оценки. - Тогда оценка не такая чистая, как вам удобно думать. Корд опустил взгляд на свои перчатки, чтобы не показать слишком явной усмешки. Крейс был молодой. Молодой до опасности. Но в нем была та редкая штука, которую Корд уважал больше храмовых фраз: когда человек видел, что гладкая поверхность треснула, он не делал вид, что это узор. Ору Се сложил руки перед собой. - Вы ищете отряд для боевой операции. Н-5 не может быть рекомендована. Их командная реакция нестабильна. Они не признают внешнее управление в приемлемом объеме. Их внутренняя сцепка чрезмерна. Их способность выполнять цель не компенсирует риск неподчинения. - Они не признали команду, которая привела бы к потерям, - сказал Крейс. - Они не имели полномочий оценивать команду. - А имели возможность. - Возможность не является правом. - В бою иногда остается только возможность. Корд слушал и не вмешивался. Хотел, конечно. У него язык чесался сказать Ору Се, куда именно можно вставить формулировку про полномочия, если она не держит дроидный огонь. Но сейчас лучше было молчать. Если джедай сам доберется до нужного места, его не придется тащить за ворот. А если не доберется, никакая ругань Корда не поможет Н-5. Крейс снова посмотрел вниз. - Они всегда молчат после сценария? - Пока не спросят, - сказал Корд. - Почему? - Потому что здесь любят, когда ответы выдаются по запросу. - А вы? Корд пожал плечом. - Я люблю, когда боец знает, зачем открывает рот. Крейс кивнул. Не как человек, который согласился с красивой мыслью. Как человек, положивший фразу в отдельный карман, чтобы достать позже. Ору Се, видимо, решил, что разговор уходит в неправильную сторону. Он активировал нижний динамик. - Группа Н-5, ожидать вывода в сектор восстановления. Пятеро внизу синхронно изменили стойку. Не расслабились. Просто приняли новый режим. Корд знал: сейчас их отведут в белый отсек, проверят показатели, внесут нарушения, выдадут питание, потом новый тест. Они снова будут готовы. Снова лучше нормы. Снова без выхода. Крейс вдруг сказал: - Остановите вывод. Ору Се повернулся к нему. - С какой целью? - Я хочу говорить с ними. В этом слове наконец появилось то, ради чего Корд вообще привел его к Н-5. Не данные, не отчет, не оценка активов. Крейс хотел разговора. Корд почувствовал, как в груди что-то ударило один раз и сразу замерло. Радоваться было нельзя. Камино легко ломало радость протоколом. Джедаи легко превращали хорошие намерения в аккуратную ошибку. Н-5 слишком долго стояла перед закрытыми дверями, чтобы один правильный глагол стал спасением. Но дверь сдвинулась. Ору Се сказал: - Прямое взаимодействие преждевременно. Крейс не повысил голос. - Я не выбираю оружие по схеме движения. Я выбираю людей, которых поведу в бой. Я хочу услышать их. Слово «людей» легло в галерее тяжело. Без громкости и пафоса, просто совсем не туда, куда обычно падали слова на Камино. Корд смотрел на Н-5. Н-01 не двинулся, но Корд знал этот угол головы. Н-02 стал совсем неподвижным. Н-03 перестал смотреть на техническую панель. Н-04, наверное, видел Крейса в отражении, но теперь его лицо повернулось чуть ближе к прямой линии. Н-05 стоял как стена, только пальцы на секунду сжались. Ору Се произнес: - Вы придаете биологическим единицам категорию, не влияющую на оценку пригодности. - Ошибаетесь, - сказал Крейс. Корд не выдержал и усмехнулся. Тихо. Почти зло. - Вот теперь, Ору Се, дай ему посмотреть до конца. Каминоанец молчал несколько секунд. Потом коснулся панели. Нижняя дверь сектора не открылась, но вывод остановили. Над ней погасла строка «сектор восстановления» и появилась новая: «ожидание допуска». Н-5 осталась на месте. Крейс стоял у транспаристали, молодой, слишком новый в плаще, слишком внимательный для удобного выбора. Ору Се был рядом, холодный и тонкий, уже готовый превратить все происходящее в формулировку риска. Корд Веш смотрел на пятерых своих упрямых, невозможных, давно готовых бойцов и впервые за много циклов не знал, что скажет им после теста. Дверь еще не открылась, но замок уже работал не по прежнему расписанию.