Пять ломаных лучей

В отчете Н-5 занимала меньше места, чем пятеро живых людей в тренировочном секторе. Альден сидел за гладким белым столом в административной комнате Ору Се и смотрел на строки, которые ровно, аккуратно и почти безупречно объясняли, почему эту группу нельзя выпускать на войну. Слева от него висел голоэкран с результатами последних сценариев. Справа - сводка по рекомендованным коммандос-группам, тем самым, которых ему показали первыми. У них было много зеленого: высокая командная надежность, стабильная реакция на внешнее управление, допустимые отклонения, готовность к интеграции. У Н-5 зеленого тоже хватало. Слишком много для группы, которую держали в закрытом секторе. Выполнение цели - стабильно выше расчетного. Потери в сценариях - ниже расчетного минимума. Реакция на неожиданный фактор - ускоренная. Эффективность при подавлении связи - высокая. Сохранение состава при осложнении маршрута - высокая. Командная надежность в стандартной иерархии - недопустимая. Последняя строка каждый раз перечеркивала все предыдущие. Ору Се стоял у дальнего края стола и не садился. Возможно, каминоанцы не любили сидеть во время неприятных разговоров. Возможно, он просто не считал это разговором. Для него происходящее оставалось процедурой, которую рыцарь-джедай осложнял лишними человеческими категориями. Корд сидел наоборот. Не потому что расслабился. Он занял единственное кресло так, будто проверял, выдержит ли оно его броню и терпение. Одна рука лежала на подлокотнике, пальцы время от времени постукивали по пластали: слишком медленно для нервов, слишком ровно для скуки. Альден перечитал строку еще раз. Командная надежность в стандартной иерархии - недопустимая. Он поднял взгляд. - Что значит «недопустимая» в точных цифрах? Ору Се коснулся датапада. На экране развернулась новая таблица. - При внешнем командном сигнале, не совпадающем с внутренней оценкой задачи, группа демонстрирует задержку исполнения, запрос уточнения или самовольное изменение формы выполнения. При повторном принуждении к выполнению команды без уточнения эффективность падает, а риск нестабильной групповой реакции возрастает. - Нестабильной реакции, - повторил Альден. - Да. - Что это значит в действии? Ору Се замер на долю секунды. Не от растерянности - выбирал формулировку. - Отказ от разделения. Блокировка навязанного маршрута. Перенос приоритета с формального командного сигнала на сохранение внутреннего контура и цели сценария. В двух ранних тестах - физическое препятствование разделению единиц при попытке внешнего вмешательства. Корд перестал стучать пальцами. Альден посмотрел на него, но мандалорец не сказал ничего. Только челюсть стала жестче. - Физическое препятствование? - спросил Альден. Ору Се вывел запись. На голоэкране возник тренировочный сектор, снятый сверху. Н-5 была младше - не лицами, лица у клонов всегда обманывали чужой взгляд, а движениями. Углы резче, паузы короче, меньше той жуткой выверенности, которую Альден видел сегодня. Сценарий был не боевой, скорее поведенческий: Н-03 в отдельном отсеке, остальные четверо по другую сторону перегородки. Из динамика шел приказ на продолжение индивидуального теста. Потом в отсеке Н-03 включилась имитация поражения электрическим разрядом. Имитация длилась слишком долго и выглядела слишком убедительно. Н-02 первым шагнул к двери. Н-05 оказался рядом через полсекунды. Н-01 поднял руку, будто собирался остановить, но жест не стал запретом. Н-04 уже был у боковой панели. Н-03 за перегородкой упал на одно колено. Внешняя команда велела оставаться на местах. Н-5 не осталась. Они вскрыли дверь за восемь секунд. Это не выглядело красиво или учебно. Н-05 ударил в створку плечом после того, как Н-04 и Н-01 вывели замок из штатного режима, а Н-02 проскользнул внутрь первым, хотя по логике безопасности должен был ждать завершения имитации. На записи не было звука, но Альден почти слышал скрежет пластали. В следующую секунду в сектор вошли каминоанские техники и два охранных клона. Н-05 встал между ними и Н-02. Н-01 поднял руку, и вся группа замерла только после того, как Н-02 коснулся шеи Н-03 и убедился, что тот жив. Запись остановилась. - Тест был в пределах безопасных параметров, - сказал Ору Се. Корд произнес тихо: - Они этого не знали. - Именно это и оценивалось. - Я помню, что оценивалось. Голос Корда стал настолько ровным, что Альдену не захотелось слышать, каким он будет громким. Он снова посмотрел на застывшую запись. Н-05 на ней стоял широкой белой стеной между братом и внешними. Н-02 склонился над Н-03. Н-04 держал угол. Н-01 не нападал и не угрожал. Он просто сделал так, чтобы никто не подошел, пока медицинская функция группы не закончила проверку. - После этого их не списали, - сказал Альден. - Списание не являлось оптимальным решением, - ответил Ору Се. - Уникальность отклонения и боевые показатели требовали дальнейшего наблюдения. Кроме того, наставник Веш настаивал на сохранении группы как перспективного полевого актива. - Перевод, - сказал Корд. - Я сказал, что если они спишут пятерых лучших бойцов из-за того, что те не стали смотреть на брата за перегородкой, значит, им надо выращивать не солдат, а мебель. Ору Се не повернулся к нему. - Ваше вмешательство зафиксировано. - Я старался. Альден устало провел пальцами по краю датапада. Белая поверхность стола была прохладной. На Камино все было прохладным, гладким, чистым. Даже жестокость здесь подавали под температурным контролем. - Покажите последний блок отчетов, - сказал он. - Вы уже видели сводные результаты. - Я хочу видеть не сводные. - Полные записи занимают значительный объем. - У меня есть время. Ору Се посмотрел на него без злости. Хуже - терпеливо, как на человека, который не понимает, что лишние детали только загрязняют правильный вывод. - Время боевого командования ограничено, рыцарь Крейс. - Поэтому я не хочу тратить его на удобную ошибку. Корд тихо хмыкнул. Ору Се развернул архив. Следующие полчаса Альден смотрел, как Н-5 снова и снова делает то, за что ее не выпускали. Сценарий с захватом узла связи: приказ требовал идти по центральному мостку, Н-5 ушла через сервисный канал, потому что мосток был очевидной зоной обстрела. Результат - цель взята, условные потери отсутствуют, нарушение маршрута критическое. Сценарий с эвакуацией: приказ требовал вывести условных гражданских через южный шлюз, Н-5 разрушила внутреннюю переборку и вывела их через техническую шахту, потому что южный шлюз был слишком чистым и потому подозрительным. Позже система подтвердила скрытую ловушку у шлюза. Результат - цель выполнена, нарушение структуры объекта недопустимое. Сценарий с потерей командира: внешний голос назначил Н-02 временным старшим, чтобы оценить перестройку. Н-5 на две секунды замерла, потом Н-01 остался центром решения, а Н-02 продолжил медицинскую функцию. Внешнее назначение не сработало. Результат - задача выполнена быстрее расчетного, командная гибкость признана неудовлетворительной. Сценарий с принудительным разделением: группа формально разошлась по секторам, но сохранила такие линии прикрытия, что разделение существовало только на схеме. Результат - выше нормы, отклонение повторное. Альден смотрел, делал заметки, задавал вопросы. Чем больше он видел, тем меньше оставалось удобных решений. Ору Се был не глуп. Это раздражало сильнее всего. Каминоанец не врал в лоб. Не подменял цифры. Не скрывал, что Н-5 побеждает. Он просто каждый раз возвращал разговор к тому, что армия не может строиться на группе, которая не признает внешнюю иерархию в стандартной форме. И это снова было правдой, от которой не получалось отмахнуться только потому, что ее произносил Ору Се. Альден не мог выкинуть ее только из-за холодного каминоанского голоса. Армия действительно не строилась на исключениях. На войне приказ должен проходить быстрее сомнения. Если каждый отряд начнет решать, какая форма приказа сохраняет цель, а какая нет, командование развалится не от дроидов, а от собственной свободы. Риф сказал бы это жестче. Мейра сказала бы мягче, но не стала бы делать вид, что проблемы нет. Н-5 не укладывалась в удобный ответ. И все же на каждой записи, где стандартная команда приводила бы к потерям, эти пятеро оставались живыми и вытаскивали условных раненых, узлы данных, друг друга, задачу. Победы выходили неудобными, неровными, раздражающими для таблиц. Зато без красных отметок там, где Ору Се видел допустимую статистику. Альден выключил очередную запись. - Сколько раз они провалили цель? Ору Се не ответил сразу. - Уточните параметры провала. - Цель сценария. Не форму, не маршрут, не внешний командный сигнал. Цель. Каминоанец коснулся датапада. На экране возникла короткая строка. - Полный провал цели за последние сто двадцать циклов не зафиксирован. Корд перестал стучать пальцами окончательно. Альден посмотрел на цифру. - Ни разу. - При условии, что вы исключаете параметры командной управляемости из оценки цели. - Я исключаю то, что не убивает задачу. - В долгосрочной полевой интеграции это может убить больше, чем отдельный сценарий. Альден откинулся на спинку кресла. Плащ неприятно натянулся на плечах, и он вдруг остро почувствовал, что устал. Усталость пришла не от записей, а от того, что решение все меньше походило на выбор хорошего варианта. Скорее на выбор той опасности, за которую он готов будет отвечать собственным именем. - Мне нужен канал связи с командованием, - сказал он. Ору Се сразу поднял голову. - Для подтверждения выбора рекомендованной группы? - Для запроса расширенного допуска на Н-5. Пауза стала длиннее. - Я настоятельно не рекомендую. - Это зафиксировано? - Многократно. - Тогда зафиксируйте еще раз, если нужно. Корд встал. Не резко, но кресло под ним коротко скрипнуло. - Джедай. Альден повернулся. - Да? - До запроса. Ору Се сказал: - Наставник Веш не имеет полномочий вмешиваться в... - Выйдем, - перебил Альден. Каминоанец замолчал. Корд уже шел к двери. Альден взял датапад, но оставил его на столе после короткой паузы. Не хотел нести с собой строки, пока снова услышит живой голос. В коридоре пахло чистящим составом и влажным воздухом из далекого внешнего шлюза. Стены, как и прежде, были белыми. Корд прошел несколько шагов и остановился у прозрачной секции, за которой виднелась посадочная платформа. Дождь снаружи шел плотной серой стеной. Где-то внизу вспыхивал маяк, исчезал за водой и появлялся снова. Корд смотрел не на дождь. Скорее сквозь него. - Я не собираюсь возвращать их через первый неудобный отчет, - сказал Альден. - Это еще не слово. - Вы хотите формулировку? - Я хочу, чтобы вы поняли, что подпишете. - Я не подписываю их жизнь в собственность. Корд повернулся к нему быстро. В глазах резко блеснуло что-то злое. - Вот это и проверьте у себя, пока не поздно. Альден замолчал. Эти слова ударили неожиданно точно. Он уже собирался ответить, что джедаи не владеют солдатами, что Великая армия Республики не частная дружина, что он не каминоанец, не покупатель, не хозяин. Все правильные слова выстроились легко, слишком легко. Он удержал их за зубами. Корд смотрел жестко, не давая спрятаться в правильности. - Они будут вашими, если вы их возьмете, - сказал мандалорец. - Не по документам. Не так, как любят думать люди, которые ставят печати. Хуже. Они будут смотреть на вас. Слушать вас. Подстраивать бой под вас. Ждать от вас направления. Если вы решите, что это удобно, вы их потеряете даже без Камино. Альден почувствовал, как пальцы сами потянулись к рукояти меча, и заставил руку остаться у бедра. Дело было не в угрозе со стороны Корда. Просто знакомый вес мог бы успокоить слишком быстро, а сейчас он не имел права пользоваться легким успокоением. - Вы говорите так, будто уже знаете, что они за мной пойдут. - Если вы откроете дверь - пойдут. - Почему? - Потому что вы спросили их, хотят ли они. Ответ прозвучал почти грубо. Альден сначала не понял всей тяжести. Потом вспомнил Н-05: «При наличии настоящей двери наружу». Вспомнил Н-01, который спросил, может ли он открыть выпуск. Вспомнил, как пятеро замолчали, когда Ору Се оборвал ответы. Для них вопрос действительно был не вежливостью. Вопрос был действием. - На Камино их никто не спрашивал? - сказал Альден. Корд посмотрел на дождь. - Их спрашивали, выполняют ли они задачи. Готовы ли по показателям. Понимают ли задачу. Стабильны ли после воздействия. Переносят ли разделение. Выживают ли. Никто не спрашивает молот, хочет ли он ударить по настоящему металлу. - Они не молот. - Вот именно. Альден выдохнул медленно. Коридор казался слишком узким для такого разговора, хотя места было достаточно. Наверное, дело было не в стенах. Дело было в том, что Корд с каждым словом убирал удобные перегородки между «выбрать отряд» и «взять ответственность». - Я не могу обещать, что им будет безопасно, - сказал Альден. Корд коротко усмехнулся. - Если вам нужен безопасный отряд, возьмите тех, кого вам уже показали. Они тоже хорошие бойцы. И некоторые из них умрут, потому что война вообще не спрашивает, кого мы любим больше. - Я не об этом. - Я знаю. Не обещайте им безопасность. Это ложь. Не обещайте им свободу. Вы не Совет и не вся Республика. Не обещайте, что всегда будете правы. Вы молодой джедай, и у вас это на лице написано. Альден почти болезненно усмехнулся. - Спасибо. - Пожалуйста. Обещайте только то, что можете удержать зубами. - И что это? Корд подошел ближе. Не давя, но так, что Альден видел старые царапины на его броне, мелкий темный след у крепления перчатки, потертость на краю нагрудной пластины. Эта броня была не красивой. Зато настоящей. Как вмятины, на которые Н-5 смотрела через ангарные переходы. - Что вы не возьмете их на пробу. Что не вернете их на Камино, потому что с ними сложно. Что если командование начнет орать после первого неудобного отчета, вы не спрячете глаза за «мне приказали». Что если они станут вашей проблемой, вы не отдадите проблему обратно тем, кто называл ее браком. Альден смотрел на него и думал о Мейре. В памяти поднялись не улыбка, не спокойные медитации, не тренировки с мечом и не то, как она поправляла его стойку двумя пальцами у локтя. Вернулась та миссия, транспорт после нее и его собственная попытка сказать «но цель выполнена», которую Мейра не позволила превратить в спасение. «Когда твое решение спасает цель и ломает людей вокруг нее, ты больше не имеешь права говорить только о цели». Тогда он злился. Сейчас наконец слышал. - Я могу обещать, - сказал он медленно, - что не возьму их как временную проверку. Если я выберу Н-5, я выберу отряд, а не образец. Я не подпишу возврат только потому, что они неудобны. Я не буду называть их безопасными, если они опасны, и не буду лгать командованию, что проблемы нет. Но пока они под моим командованием, я буду отвечать за них сам. Корд смотрел на него долго. - Слово джедая? Альден хотел ответить сразу. Красиво. Уверенно. Так, как отвечают в историях, где рыцарь кладет руку на сердце и мир становится понятнее. Вместо этого он вспомнил, что слово «джедай» не спасает от глупости. Он сам тому доказательство. - Слово Альдена Крейса, - сказал он. - И слово рыцаря-джедая, если первое вдруг покажется кому-то недостаточным. Корд принял это не улыбкой. Просто кивнул. Тяжело, коротко, по-мандалорски. - Сойдет. - Рад, что прошел вашу аттестацию. - Не прошли. Получили допуск к следующей ошибке. Альден все-таки усмехнулся. Ненадолго. Потом оба повернулись к двери административного зала. Ору Се ждал, когда они вернулись. На столе уже был открыт канал связи с командным узлом Республики и отдельным архивным пакетом для Совета. Каминоанец, похоже, не сомневался, что разговор в коридоре завершится либо отказом, либо еще более неудобным упрямством. Его лицо говорило, что оба варианта были нецелесообразны. - Вы готовы продолжить процедуру? - спросил он. - Да. Альден сел. На голоэкране вспыхнул знак связи. Изображение офицера штаба появилось с помехами: женщина в форме флота Республики, усталое лицо, темные круги под глазами, за спиной - шум командного помещения. Война не становилась менее настоящей от того, что Камино пытался говорить о ней чистыми строками. - Генерал Крейс, - сказала она. - Подбор завершен? - Да. Мне требуется расширенный допуск и полевое прикрепление группы Н-5. Офицер посмотрела в сторону, вероятно, открывая файл. - Н-5 не в рекомендованном списке. - Знаю. - Здесь пометка Камино о нестабильной командной реакции. - Читал. - И вы все равно запрашиваете их? - Да. Ору Се слегка склонил голову. - Рекомендация Камино остается отрицательной, - сказал он в канал. - Группа демонстрирует парадоксальную результативность при недопустимой командной нестабильности. Ее выпуск повышает риск нарушения иерархического управления. Альден взял эту фразу и почувствовал, как она ложится в память. Парадоксальная результативность. Недопустимая нестабильность. Для Ору Се это был приговор. Для войны - возможно, шанс. Офицер на голоэкране потерла переносицу. - Генерал Крейс, нам нужен отряд, который выполнит задачу, а не создаст дополнительный кризис. - Мне нужен отряд, который не умрет из-за того, что противник просчитал стандартное выполнение. - Вы готовы принять ответственность за отклонения? Вопрос был официальный. Слова из протокола. Но Альден услышал в нем голос Корда: «Если они станут вашей проблемой, вы не отдадите проблему обратно». - Готов. - Подтверждаете, что группа будет действовать только под вашим непосредственным командованием? - Да. - При отклонениях, потерях, нарушении взаимодействия с другими подразделениями ответственность первично ляжет на вас. - Подтверждаю. Офицер снова посмотрела в сторону. Помехи пробежали по ее изображению. - Совет получит копию. Камино требует право повторной оценки после первой полевой операции. Ору Се сказал: - И право немедленного возврата при подтверждении недопустимой нестабильности. - Нет, - сказал Альден. Слово вышло спокойно. Офицер подняла взгляд. - Уточните, генерал. - Повторная оценка - да. Медицинский и поведенческий мониторинг - да. Отчет после операции - да. Немедленный возврат на Камино без моего подтверждения - нет. Ору Се повернулся к нему. - Это нарушает процедуру контроля. - Тогда меняйте процедуру для этого случая. - Группа Н-5 является боевым активом Республики, выращенным и подготовленным на Камино. Альден услышал собственный пульс. Не громко. Просто отчетливо. - Группа Н-5 является подразделением армии Республики, - сказал он. - Если она будет прикреплена ко мне, решение о возврате после полевой операции не принимается без моего рапорта. Ору Се смотрел на него неподвижно. - Вы ограничиваете корректирующее вмешательство. - Я ограничиваю возможность вернуть живых бойцов в закрытый сектор, потому что первый отчет оказался неудобным. Корд в углу комнаты не сказал ни слова. Альден не смотрел на него. Не нужно было. Он чувствовал его молчание почти как руку между лопаток: не поддерживает, не толкает, просто проверяет, не согнется ли спина. Офицер на голоэкране долго молчала. Потом сказала: - Камино это не понравится. - Я заметил. - Операция, для которой вы запрашиваете группу, имеет высокий приоритет. Если Н-5 действительно показывает такие боевые результаты, командование готово утвердить ограниченный полевой допуск. Условие: группа прикрепляется к вам лично как экспериментальное ударное звено. Не передается другим генералам без отдельного решения. После операции - полный разбор. - Принято. - Оперативное обозначение звена? Ору Се уже открыл рот, вероятно, чтобы сказать «Н-5». Альден опередил его. - Коммандос-группа «Парадокс». В комнате стало очень тихо. Ору Се медленно повернул голову. - Это не утвержденное обозначение. - Утвердим. - На каком основании? Альден посмотрел на сводку на экране. Зеленые показатели, красные отклонения, слово, которое сам Ору Се произнес как дефект. - На вашем. Парадоксальная результативность при недопустимой командной нестабильности. Кратко - «Парадокс». Корд кашлянул. Может быть, чтобы скрыть усмешку. Может быть, чтобы не сказать что-нибудь лишнее. Офицер в канале несколько секунд смотрела на документы, потом, кажется, решила, что на фоне войны спорить о названии экспериментального звена - роскошь. - Условное оперативное обозначение принято. Коммандос-группа «Парадокс», старое каминоанское обозначение Н-5. Ограниченный полевой допуск под личным командованием генерала Альдена Крейса. Доставка на флагман генерала Мейры Тон после завершения оснащения. Камино сохраняет право наблюдения и запроса повторной оценки. Генерал Крейс сохраняет право первичного рапорта по возврату. Каждое слово становилось строкой. Каждая строка - дверью, которую Камино теперь не могло закрыть так же легко. - Подтверждаю, - сказал Альден. - Да пребудет с вами Сила, генерал. Она вам понадобится. Связь погасла. Ору Се не двигался. Его лицо оставалось гладким, но теперь гладкость казалась тоньше. - Ваше решение несет значительные риски. - Да. - Вы признаете это? - Да. - И все равно берете группу. - Да. - Почему? Альден устал от этого вопроса в каминоанской форме. Но сейчас, впервые за весь разговор, ему не хотелось отвечать спором. Он посмотрел на замершую сводку: «Парадокс», Н-5, ограниченный полевой допуск. - Потому что они были созданы для войны, - сказал он. - И война уже идет. Ору Се опустил взгляд к датападу. - Я подготовлю документы, снаряжение и процедуру передачи. До момента выхода группа остается в секторе контроля. - Нет. - Рыцарь Крейс... - Они услышат это от меня. Каминоанец поднял голову. - Нет необходимости. - Есть. - Вы уже инициировали эмоционально значимое прямое взаимодействие. Повторное усилит нестандартную реакцию группы. - Возможно. - Вы действуете вопреки рекомендации наблюдения. Альден встал. Плащ лег на плечи тяжелее, чем утром. Или это он наконец почувствовал его вес. - Я только что взял за нее ответственность. Ору Се мог бы спорить дальше, но формальная часть уже сместилась. Альден видел это по тому, как каминоанец свернул один документ и открыл другой. До решения он сопротивлялся. После решения начал его оформлять. Камино умело подчиняться процедуре, когда процедура выигрывала. До сектора Н-5 они шли втроем. Ору Се впереди с датападом, Альден рядом, Корд чуть позади. В переходах все было таким же белым, но Альдену казалось, что маршрут изменился. Стены остались прежними, зато смысл шагов стал другим. Страх был. Игнорировать его было бы куда опаснее, чем признать. Он боялся, что Ору Се прав. Что однажды в бою чужая команда не пройдет, его собственная будет недостаточно точной, Н-5 сохранит цель так, что рядом кто-то сочтет это бунтом. Боялся, что в нем самом найдется удобство: пять бойцов, которые уже сейчас смотрели на вопрос так, будто слово может быть дверью. Боялся, что Корд слишком хорошо знает, куда ведет первый выход с Камино. И все равно не мог выбрать тех, кого ему показали на витрине, только потому что с ними легче будет писать отчет. У двери Н-5 Ору Се остановился. - Формулировку сообщает командный представитель? - Да. Панель мигнула. Замок открылся. За дверью был сектор ожидания, не тренировочный зал. Пять клонов стояли в ряд, как будто их только что вывели из восстановления и поставили под новую проверку. Без брони «Катарн», без DC-17m, без знака, без цвета. Только белые тренировочные комплекты, номера на интерфейсе, одинаковые лица и слишком спокойные глаза. Н-01 смотрел на Альдена прямо. Альден подошел на несколько шагов и остановился. Не слишком близко. Не сверху. Ровно так, чтобы говорить с ними, а не объявлять в пустоту. Ору Се произнес: - Группа Н-5, по решению командования Республики вам присвоен ограниченный полевой допуск под личным командованием генерала Крейса. Вы будете переданы в статус экспериментального ударного звена после завершения процедуры оснащения и проверки. Слова были правильными. Полезными. Чистыми. И совершенно недостаточными. Альден повернул голову. - Я сам. Ору Се замолчал. Альден снова посмотрел на пятерых. Он видел, как Н-02 держит руку рядом с медицинским набором, хотя сейчас никто не был ранен. Как Н-03 почти не дышит, глядя на панель у двери, где уже изменился статус. Как Н-04 смотрит не прямо, но все равно на него. Как Н-05 стоит так, будто не позволит двери закрыться без борьбы, хотя не сделал ни одного движения. Как Н-01 ждет не надеждой, а вниманием, от которого любое неточное слово становилось опасным. Альден сказал: - Я выбираю Н-5. Никто из них не двинулся. Он продолжил, потому что одного красивого слова было мало, а слишком много слов могло испортить главное. - Это не пробная проверка и не тренировочный эксперимент. Выход с Камино утвержден. После оснащения вы переходите под мое командование как экспериментальное ударное звено. Оперативное обозначение - коммандос-группа «Парадокс». Н-03 моргнул на слове «коммандос-группа». Н-02 очень тихо вдохнул. Н-05 чуть поднял голову. Н-04 остался неподвижным, но его взгляд впервые не ушел в отражение. Н-01 смотрел так, будто запоминал не смысл, а саму форму голоса. - Название условное, - добавил Ору Се. - Оперативное обозначение может быть пересмотрено после оценки. Корд за спиной Альдена сказал: - Не сейчас. Ору Се не ответил. Альден не улыбнулся. Не сказал, что все будет хорошо. Не пообещал им победу, безопасность, свободу или то, что сам до конца понимает, что делает. - Я не знаю, насколько это будет сложно, - сказал он. - Но я не буду делать вид, что вас не видел. На этот раз тишина не была прежней. Н-01 медленно опустил подбородок. - Приказ принят? Фраза была вопросом. Почти незаметным, но вопросом. Альден почувствовал, как у него сжалось горло. Не от умиления. От веса. - Пока это не приказ, - сказал он. - Это выбор. Н-01 смотрел на него еще секунду. Потом ответил: - Выбор принят. На панели у двери строка «выпуск не подтвержден» сменилась на новую. Буквы горели ровным каминоанским светом, без торжества и без понимания, что именно произошло. Полевой допуск: ограниченный. Оперативное обозначение: «Парадокс». Командный представитель: генерал Альден Крейс.