Кипарисовые сада

— Значит, нам нужно выяснить время, когда скорая приехала к Заку? — Да, — сказал Филипп, обгоняя старый пикап. — А ещё нужно забрать результаты анализов сигарет и расшифровку звонков, если доступ для нас ещё не закрыт. Проезжая мимо улицы Сент-Катрин, старинные здания нежно окутывали оранжевые лучи утреннего солнца, но красота Бордо в этот час казалась обманчивой. Подъезжая к главной больнице Бордо, они заметили у обочины две машины жандармов. — Чёрт, не за этим же они приехали, — фыркнула Елена, взглянув на часы. — Что будем делать? — Что-то тут неладное, — Филипп задумчиво смотрел вперёд, замедляя ход. — Ты о чём? — спросила Елена, разглядывая профиль напарника. — В прошлый раз, когда я ездил в экспертизу, — начал Филипп, кивая в сторону жандармских машин, — я тоже видел их. У главного входа. Они тогда следили за одним из лаборантов. — Обычно агенты суют везде свой нос, — пожала плечами Елена, поглядывая на время. — Может, и правда взялись за дело… Из машины вышел молодой жандарм и что-то докладывал в рацию. Елена прищурилась. — Вот же гады, — недовольство её было почти осязаемым. — Он был в доме Зака. Это тот, кто отдавал трубку Бонне. Они переглянулись, и в этом коротком взгляде сложился сомнительный пазл. Филипп быстро указал головой на то, что нужно выходить, и они скользнули из машины, незаметно направившись к заднему входу больницы. У дверей Филипп остановился, снял чёрную ветровку и принялся ощупывать карманы, проверяя вещи. Елена поняла и последовала его примеру. — Думаешь, маячок в машине? — спросила она, разглядывая его с ног до головы. — Думаю, я слишком долго сдерживал себя, чтобы не врезать каждому из них, — ответил он с усмешкой, в которой сквозила сталь. — Могли ли они прослушивать Дюпон? — задала она вопрос больше себе, чем Филиппу, и первой шагнула внутрь больницы. — У нас мало времени. Поднявшись по лестнице на этаж с палатами, Филипп прислонился к стене, оглядывая коридор. Навстречу им шла медсестра. Он мягко, но настойчиво потянул её за локоть, прижимая к стене. — Агенты управления Дирекции Бланк и Вальмон, — показал он удостоверение. — Нам нужна ваша помощь. — Какая? — испуганно спросила она, приходя в себя. — Нам нужна форма и маски. — Здесь уже были какие-то люди, — зашептала медсестра. — Сказали никого не впускать, потому что проводится проверка. — Они представились? — спросила Елена. Медсестра отрицательно качнула головой. Агенты переглянулись. — Здесь то, что нам нужно, — сказала Елена, — Дюпон не зря отправила нас сюда. Возможно, она знает больше, чем говорит. — Поймите, — вмешался Филипп, заглядывая медсестре в глаза, — речь идёт об убитом человеке, чью смерть пытаются скрыть. Но никто не должен знать, что мы здесь были. Медсестра сглотнула, затем кивнула и провела их по длинному коридору в служебное помещение. Она выдала им медицинские халаты, шапочки и бейджики. — Нам нужно просмотреть историю вызовов за три дня, — сказала Елена. — Пойдёмте, — сказала медсестра, и они двинулись дальше, поднимаясь на этаж выше, где находились регистратура и архив. Внезапно Филипп остановил Елену и тихо произнёс: — Возле регистратуры сидят двое. У меня ужасное предчувствие. Один из мужчин поднял голову и окинул коридор беглым взглядом. — Иди одна, — сказал Филипп. — Встретимся у лестницы. Они разошлись. Елена с медсестрой зашли в комнату с высокими стеллажами. — Найдите то, что вам нужно, — указала медсестра на полку с папками. — Там новые отчёты. Елена быстро пролистала журналы вызовов и нашла нужную запись: тринадцатого августа в четыре пятьдесят шесть был зафиксирован вызов к дому Зака. Она присмотрелась внимательнее, и внутри неё что-то ёкнуло. — Они идут сюда! — вдруг воскликнула медсестра, выглядывая в коридор. Елена быстро закрыла журнал, положила его на место и села за рабочий стол, схватив первую попавшуюся ручку. В кабинет вошли двое мужчин. — Вы не видели случайно мужчину и женщину здесь? — спросил один из них, оглядывая Елену. Медсестра отрицательно покачала головой: — Никого не видела. — Если увидите что-то подозрительное, сообщите нам, — бросил второй, уже выходя. — Мы будем у регистратуры. Дверь закрылась. Елена перевела дыхание. Она не знала этих людей и не была уверена, жандармы ли это. Но больше всего её смущало другое: она не знала, как поступить правильно. — Спасибо, — тихо сказала она медсестре. — Я оставлю форму у заднего входа. Елена выскользнула из кабинета, и, не оборачиваясь, направилась к лестнице, где у окна стоял Филипп. — Они знают, что мы здесь, — сказала она, подходя. Раздумывая над планом действий, Филипп потянул Елену за руку и потащил её вниз, на самый нижний этаж, где в холодном полумраке парковались машины скорой помощи. Они почти добрались до выхода, когда в кармане Елены зазвонил мобильный. — Слушаю. — Забери сегодня до пяти все документы у меня, — голос Дюпон прозвучал холодно и безразлично, совсем не похоже на ту женщину, которая оставалась у неё дома этим утром. — Не успеешь — наработаешь себе несколько мигреней в виде отдела кадров. Не успев ответить, Елена услышала короткие гудки. «Что творится с этой дамой?» — мелькнуло в голове, но она не стала зацикливаться. — Пойдём, — сказал Филипп, скользнув между машинами. Он заметил нескольких врачей, стоящих у открытой двери служебного выхода, и быстро подошёл к ним, показывая удостоверение. — Агенты управления Дирекции. Нам срочно нужно покинуть здание. — Что случилось? — спросили они, с недоумением глядя на агентов, которые уже забирались в кабину скорой. — Без вопросов, — коротко бросил Филипп, и дверца захлопнулась. Мотор заревел, и машина резко выехала из гаража. Елена, пригнувшись, выглянула в боковое окно: две машины жандармов всё так же стояли у главного входа, водители курили и смотрели куда-то в сторону. — До куда вас? — спросил водитель, глядя в зеркало заднего вида. — Оставьте нас через пару кварталов, — ответил Филипп, снимая с себя халат и комкая его. — И никто не должен знать, что мы здесь были. — Понял, босс, — кивнул тот. Они вышли на тихой улочке, в стороне от больничной суеты. Город казался спокойным, сонным, будто и не было всего этого утреннего хаоса. Солнце поднялось выше, заливая светом старые камни, и Бордо дышал медленно и размеренно, как и всегда. — Дорогая, я проголодался, — обратился Филипп к Елене, которая выглядела слегка отстранённой, погружённой в свои мысли. — Ну, если святой а-ля Филипп голоден, значит, нужно перекусить, — ответила она с лёгкой усмешкой. — За твой счёт, разумеется. — Сегодня я занимаюсь благотворительностью, — рассмеялся он, толкая дверь небольшого фастфудного ресторанчика. Внутри было почти пусто и тихо: лишь пара посетителей у окна, да тихая музыка, доносившаяся из колонок. Они заказали бургеры и картошку — Филипп с аппетитом набросился на еду, пока Елена взяла себе лишь стакан газировки. — Четыре сорок шесть по пейджеру, — внезапно сказала она, глядя в никуда. Филипп обернулся, с недоеденным бургером в руке. — Оливер позвонил мне в четыре сорок три, — продолжила Филипп. — А ему сообщили примерно в это же время, — кивнула девушка, обдумывая информацию. Елена опустила голову на руки, устало выдыхая. — Всё нормально? — спросил он, уплетая картошку фри. — Что-то не очень себя чувствую, — ответила она, не поднимая головы. Увидев его ехидный взгляд, Елена лишь хмыкнула и отвернулась к окну. Город за стеклом казался спокойным, почти безмятежным. Она взглянула на часы — стрелки перевалили за обед. — Это время всё равно ничего нам не даёт, — сказала она тихо. — Последний шанс — экспертиза, — напомнил Филипп, вытирая руки салфеткой. — Поехали.