Наследие Короля Льва Книга I: Исход

Глава 8

Сабини выплюнула полный рот грязи и пыли. Она не отрывала глаз от земли и отказывалась оглядываться назад, на силуэты Имары и Тазамы, двух членов Львиной гвардии. Она не могла поверить, что все так плохо обернулось. В своем гневе и разочаровании она явно недооценила горе и ярость Кову и сильно просчиталась. Они еще не пересекли Великую Реку, образующую северную границу Земель Прайда с Чужеземьем, а она уже чувствовала, как грязь прилипает к ее шерсти, ржаво-коричневая пыль — ко лбу. Это было отвратительно. Но и близко не так горько, как осознание того, что она сильно недооценила силу воли своих соплеменников из Земель Прайда. Они примут правление Кову, даже если это будет означать подчинение убийце Симбы. Может быть, он прав. Может быть, он действительно не имеет к этому никакого отношения. Но теперь было уже слишком поздно. «Сабини!» «Сабини, они действительно серьезно к этому относятся!» — сказала она. Она вся вспотела, и не от невыносимой жары и сухого воздуха быстро приближающихся Запредельных земель. «Я так и поняла, Фасина», — резко ответила Сабини сквозь стиснутые зубы. Ее золотистая шерсть уже приобретала неприятный коричневый оттенок от едкой пыли, наполнявшей воздух. Она игнорировала другую львицу, которая, казалось, становилась все более и более испуганной с каждым ее шагом, и продолжала украдкой оглядываться назад на двух членов Львиной гвардии, которые пристально смотрели на них. «Сабини, если мы сейчас же вернемся и извинимся, может быть, Кову отступит?» «Даже не смей произносить его имя!» — яростно воскликнула Сабини. Фасина с тревогой посмотрела на неё. «Я просто говорю, может быть, мы немного поторопились, вот и всё. Я знаю, я знаю. Один из Чужеземцев, должно быть,… снова начал пить… и нам не следует короновать Кову королём, пока мы точно не узнаем, но это не повод…» «Заткнись!» — прорычала Сабини. «Ты что, не понимаешь? Всё кончено . Всё кончено. Отпрыск Шрама теперь король Земель Прайда, и ни ты, ни я ничего не можем с этим поделать». Фасини тревожно покачала головой. "Но -" «Там наверху тихо и двигайтесь дальше!» Позади них величественная Имара рычала. Сильнейшая из Львиной Гвардии держалась на расстоянии, но не было никаких сомнений, что две участницы Львиной Гвардии были вполне способны в одиночку сопроводить недолговечное восстание к границам Земель Прайда. Фасина быстро опустила голову и продолжила идти быстрым шагом. У нее пересохло во рту. Это действительно происходило. Она была прайдлендером. Её мать тоже была прайдлендером. Она никогда не жила в Чужеземье, никогда не жила за пределами Земель Прайда, она понятия не имела, как жить в дикой местности. Сабини была непреклонна, но непоколебима, как камень. Должны ли они оставаться группой или разойтись в разные стороны? Стала ли Сабини теперь их лидером, или это её вина, что они вообще оказались в этой передряге? Когда они достигли берега Великой Реки, она ничуть не приблизилась к ответам на эти вопросы. Она нервно смотрела на воду. У этого куска коряги есть ноги? Это территория крокодилов. Хуже того, некоторые из Речных Владык, как известно, селились здесь. К счастью, неподалеку упало большое дерево, перекинув его через Великую реку и образовав грубый мост в Чужеземье. Сабини, Фасина и другие львицы осторожно перешли реку по очереди, после чего к ним присоединились Тазама и Имара. Сабини в последний раз оглянулась через плечо на зеленые просторы Земель Прайда. Фасина была гораздо более растрогана. «Продолжай», — сказала Имара, напрягая мышцы. Тазама с беспокойством посмотрела на свою подругу по Прайдсестре. «Ну что ж, — сказала она. — Вот и всё». «Ещё нет», — возразила Имара. «Ещё немного. Я хочу убедиться, что они не вернутся в Земли Прайда, как только мы отвернёмся», — сказала она. Сабини фыркнула и закатила глаза. Как будто ей захотелось бы вернуться сейчас. В Землях Прайда для неё ничего не было. И в отличие от Зиры, она была достаточно умна, чтобы понять, когда её победили. Пусть Кову станет королём Земель Прайда. Они долго не продержатся. Они ничуть не приблизились к тому, чтобы выяснить, кто из них не уважает круговорот жизни; на самом деле, они только что потеряли полдюжины верных Прайдстистеров. Бывших Изгоев теперь было больше, чем бывших Прайдлендеров, хотя и ненамного. Их общее число охотников сильно сократилось. Новые изгнанники послушно шагнули вперёд, в скалистую, каменистую местность. Их шаг замедлился, так как они оказались на незнакомой территории. Львиная гвардия, с другой стороны, чувствовала себя как дома. Они приблизились к невысокой скале между каменными плато, и Фазини вздрогнул. Вокруг почти не было растительности. Как им добывать пищу, если даже стадам нечего было есть? Это было полнейшее варварство. Тадзама поднял коготь. «Подожди», — сказала она, немного поколебавшись. Имара взглянула на нее, выглядя слегка раздраженной. «Что случилось?» — спросила она. Тадзама вопросительно огляделась, словно что-то ища. «Я… я не уверен. Что-то… что-то не так», — сказал он. Она глубоко вдохнула, закрыв глаза. Она снова принюхалась, вдыхая тонкие ароматы ветра. В них было что-то странное, что она не могла определить. Что-то экзотическое и чуждое, чего она никогда раньше не испытывала. «Думаю, этого достаточно». Резкий голос пронзил сухой, сухой воздух, снова приведя её в чувство. Львицы замерли и огляделись, ожидая увидеть шакалов и гиен на каждом шагу. Тазама тут же присела на корточки, хотя Имара выглядела расслабленной. Через несколько мгновений обладательница голоса шагнула вперёд. Марсаде ухмыльнулся прибывающим львицам. Долговязый орангутан сидел на одном из скалистых выступов, усеивающих шпили и плато выжженной оранжевой пустыни Запределья. Казалось, он чувствовал себя здесь, среди земли, как дома. Воздух был мертвенно неподвижен. «Добро пожаловать, мои дорогие. Надеюсь, ваше путешествие не было слишком травматичным». Он улыбнулся, губы приоткрылись, обнажив ряд пожелтевших зубов. Он огляделся и пересчитал львиц. «Боже мой… Неужели это всё? Император был так полон надежды. Нам сообщили, что прайд готов разбиться в любой момент. Полагаю, наш оракул недооценил, насколько сплоченным стал ваш прайд за последние несколько лет… Я надеялся увидеть здесь практически всех чужеземцев во главе с Кову. Или практически всех жителей Прайдленда. Впрочем, думаю, в долгосрочной перспективе это не имеет большого значения; этого ущерба должно быть достаточно». — сказал он. Орангутан расслабленно оперся на свой посох из тернового дерева. Его длинные руки откинулись назад и почти коснулись пола. Сабини в шоке посмотрела на него и, споткнувшись, отступила назад, приблизившись к другим львицам. Тадзама, встревоженный неожиданностью, зарычал. «Кто вы? Как вам удалось незаметно подкрасться к нам? Во имя короля Сим…» — она сделала паузу, поправляя себя. — «Во имя короля Кову из Земель Прайда, я с уважением прошу вас представиться. Вы претендуете на эти территории? У нас есть свои соглашения с теми, кто живет в Чужеземье», — сказал Тазама. Марсаде снова поморщилась. «Скрытность? О, простите мои маленькие уловки; Рафики всегда был лучше во многих аспектах шаманизма, но мне нравится думать, что даже сейчас я превосходю его в тонком искусстве иллюзии и чар». Когда выражение лица Тазамы стало бесстрастным, он вздохнул и пожал плечами, не желая или не в силах объясниться дальше. «Мы все знаем о вашем маленьком договоре с Джасири… Но, как вы, я уверен, уже знаете, этот старый порядок давно рухнул. Маленькие странствия Джасири больше не имеют влияния в Запределье. Можно сказать, что они перешли под… новое управление», — сказал он. Он щёлкнул своим жезлом из тернового дерева по земле и, словно ожидая сигнала, рычание предупредило их о присутствии других фигур. Из скрытых скал в каменной кладке появились два, нет, три чудовищных кота. Тазама в шоке огляделась, увидев источник зловещего запаха, который она почувствовала ранее. «Клянусь царями…» — выдохнула она, глядя на огромных тигров. Их было трое, каждый крупнее даже Симбы в расцвете сил, хотя внешне они отличались. Одна явно была самкой, а на теле другого виднелись ужасные шрамы, в том числе деформированная шишка, которая, должно быть, когда-то была ухом. «Что за…» «Довольно, марсад. У нас есть приказ», — сказал один из них. «Ну пожалуйста. Я свою роль уже сыграл», — сказал он, отступая назад, и три тигра двинулись на изгнанных жителей Земель Прайда с угрожающим блеском в глазах. «Все назад!» — крикнул Тадзама, и Сабини и изгнанникам не потребовалось повторять дважды. Перед лицом этого нового ужасающего врага Тадзаме не нужно было обладать острым зрением, чтобы почувствовать враждебные намерения. «Имара! Что ты делаешь? Сейчас не время для героических поступков!» — рявкнула Сабини, когда Имара, игнорируя резкий приказ своей прародительницы, шагнула дальше. Вместо этого она начала приближаться к шаманке и трем приближающимся тиграм. Она ничуть не паниковала, наоборот, ее походка была такой энергичной, что Тадзама замер от изумления. «Имара!» «Имара! Ты что, с ума сошла?» Имара медленно повернулась и слегка улыбнулась. «Прости, Тазама. Но Имара давно пропала». И когда львица повернулась лицом к Тазаме и другим львицам, в её лице и фигуре произошли странные перемены. Когда она повернулась, вспыхнул свет, словно пламя, танцующее под поверхностью тернового посоха Марсаде. Орангутанша издала ещё один жестокий самодовольный смешок, когда всё тело Имары дёрнулось и заволновалось, словно взволнованная вода. Тазама с ужасом и изумлением наблюдала, как сильнейшая из Земель Прайда преображается на её глазах, принимая совершенно незнакомую форму. Размеры, казалось, не изменились. Имара была одной из самых крупных львиц, но по сравнению со своими сородичами-тиграми она теперь казалась меньше. Полосы её шерсти обгорели, обнажив полосы пылающего оранжевого и угольно-чёрного цвета. Её глаза исказились, наполнившись красным, и она издала торжествующий, гортанный рёв. Рядом с ней один из приближающихся тигров рассмеялся и издал соответствующий рык. «Рада видеть тебя снова с нами, Сехмет. Наверное, тебе не терпится снова намочить когти. За Империум!» — сказал он ей, похлопав по спине длиннокогтистой лапой. Сехмет потянулась и выдохнула. Там, где раньше стояла Имара, теперь стоял другой тигр, вокруг которого, словно пепел после лесного пожара, были разбросаны остатки потустороннего шаманизма. Сабини застыла в изумлении от этого невероятного зрелища. «Прошло слишком много времени, Риш'ут. Я видела твою работу с Изгнанниками. Хотя ты пропустила одну», — злорадствовала она. «Как же хорошо снова быть собой… В отличие от Левиата, я всегда предпочитала быть немного… ближе. Вместо того чтобы прятаться в тени. Я так рада, что могу делать это лично, Тазама. Я хотела выцарапать твои исключительные глаза уже несколько недель», — сказала она, и взгляд тигрицы остановился на ее бывших союзниках с отвратительным блеском. Она улыбнулась. «Ты выглядишь удивленной, Тазама. Я должна тебя поблагодарить. Это было ужасно», — усмехнулась она. Имара всегда была одинокой фигурой в Прайде, но теперь всякая видимость товарищества или братства исчезла. Это была не ее подруга, не ее союзница в Львиной Гвардии. Это был кто-то совершенно другой. «Кто ты?!» — пробормотал Тадзама. «Что ты сделал с Имарой?» «Тебе действительно не хочется этого знать, Тазама. Включи воображение. Уверяю тебя, я включила», — сказала она, ухмыляясь. «Тадзама?! Что нам делать? Мы должны отсюда убираться!» — в панике спросила Сабини. «О, боюсь, уже слишком поздно», — твердо сказал один из тигров, приоткрыв пасть и обнажив свирепые клыки, а затем выпустив чудовищные когти. «Довольно разговоров, Сехмет. Убей», — приказал Риш'ут. Сехмет усмехнулась, достаточно возбужденная, чтобы не обращать внимания на дерзость Риш'ута, осмелившегося отдать ему равный приказ. Она почувствовала, как внутри нее бурлит знакомая ярость, и этот обжигающий гнев сжигает все отвлекающие факторы, сомнения и страхи. Она погрузилась в свою ярость, и это было похоже на погружение в прохладную воду посреди засухи. « По вашему приказу!» — сказала она. Затем она бросилась вперёд, зубы и когти слились в одно целое, выражая ярость и насилие.

***

«Джасири! Джасири, всё в порядке! Успокойся!» — настаивал Кову. Джасири была в панике, оглядывалась по сторонам и пыталась подняться на ноги, несмотря на ранение. Кову никогда не видел гиену такой взволнованной. «Нет, нет, нет! Мы должны идти, мы должны бежать!» — воскликнула она. «Джасири! Всё в порядке! Ты в безопасности!» — пыталась успокоить её Киара, пока Витани пыталась удержать её, чтобы она не причинила кому-нибудь вреда своими отчаянными выпадами. «Нет! Нет, это не так! Мы должны идти, мы должны бежать! Нигде нет безопасности!» Джасири вырвалась, а затем ее глаза расширились. Она наклонилась вперед, и, дернувшись, Джасири вывалила содержимое желудка на каменный пол логова. Витани выругалась и отскочила назад, но Киара подбежала, поддерживая спину Джасири, пока гиена тяжело дышала. Она задыхалась. «Принцесса Киара…» — начала она, но не смогла закончить. «Вообще-то…» — тихо пробормотала Витани. — «Теперь я королева », — сказала она. Киара бросила на нее раздраженный взгляд. Сейчас было совсем не время. Однако Джасири посмотрела на нее в ожидании подтверждения, и она кивнула. «Да, она права. Кову теперь король. Папа умер несколько дней назад. Ты была без сознания чуть дольше», — сказала Киара. Джасири посмотрела на Кову и подавила дрожь. «Угадаю? Мирно во сне?» — спросил Джасири. Выражение лица Киары изменилось, и Кову неодобрительно посмотрел на Джасири. «Джасири! Ты здесь гость. Помни об этом», — сказал он. Джасири, однако, покачала головой. «Тогда нет. Как я и боялась. Если ты не хочешь присоединиться к нему, тебе нужно меня выслушать. Мы должны бежать , мы должны уйти прямо сейчас . Каждый лев, львица и львенок в Землях Прайда должны бежать, ни один из них не в безопасности! Если Симба мертв, значит, то же самое, что уничтожило Пакт Чужеземцев, пришло и на Земли Прайда. Я думала, что буду в безопасности, но мне следовало быть осмотрительнее. Мы никогда не будем в безопасности. Они уничтожат Земли Прайда», — сказала она. Уши Киары насторожились. «Джасири, поверь мне. Теперь ты в безопасности. Мы пытались отправить сообщения твоим союзникам в Чужеземье, но…» «Но вы никого не смогли найти? Это потому, что никого не осталось , Ваше Величество! Договор с чужеземцами расторгнут» , — резко сказала Джасири. Кову и Киара с беспокойством переглянулись, а Витани нахмурилась. «Что значит „ ушёл “?» — спросила она. Лидер Львиной гвардии смотрел на Джасири с нескрываемым скептицизмом и удивлением. «То есть, их больше нет. Искоренили. Вымерли. В Чужеземье больше ничего не живет, кроме тех, кто преклонил колени перед своим новым правителем», — сказала гиена после короткой паузы. В ее голосе почти не было эмоций. Он звучал почти безжизненно. «Джанджа, Дого, даже Кибури! Я видела, как Джанджа был убит прямо у меня на глазах!» — сказала она. По логову Львиной Стражи пробежал холодок. Кову с ужасом уставился на неё. «О, Джасири… Мне так жаль», — тихо сказала Киара. Выражение лица Джасири было бесстрастным. Она отвела взгляд. «Хочешь узнать, что нападает на Земли Прайда, король Кову? Я не могу ответить. Я не знаю, что это. Это что-то новое. У них есть свой шаман. Демоны», — сказала она. Джасири подняла взгляд на Кову. Ее глаза были как кремень. «И если ты хочешь, чтобы ты и твоя семья выжили, тебе нужно бежать», — просто сказала она. «Беги и прячься. Это битва, в которой ты не сможешь победить, Кову. Ты даже не сможешь в ней сражаться», — твердо заявила она ему. Кову огляделся, затем повернулся к Витани. «Подготовьте Львиную гвардию и соберите всех львиц, способных сражаться. Если Джасири прав, то скоро мы окажемся под атакой». «Имара и Тазама ещё не вернулись из Чужеземья», — сказала Витани своему брату. Кову вздрогнул, увидев, как Джасири в шоке посмотрела на него. Кову сглотнул. «Найдите Зазу, и мне нужны все наши бойцы. Теперь мы знаем, кто на нас нападает. Теперь мы можем с этим сражаться. Я не хочу, чтобы кто-либо покидал Скалу Прайда ни по какой причине», — сказал Кову. «Мы будем держаться вместе». Витани кивнула и ушла, не сказав ни слова. Это было воплощением решимости и холодной ярости. Кову повернулся к Нале и Киаре, которые смотрели на него в шоке. «Кову, что…» «Они убили Симбу! Кто бы они ни были, чего бы они ни хотели, они пришли сюда и убили его. Обещаю тебе, я позабочусь о том, чтобы они понесли наказание», — сказал Кову. Киара наклонилась вперед и прижалась к своему возлюбленному. «Кову…» «Пусть приходят! Я им покажу! Эти… эти чудовища! Как мы обращаемся с убийцами и злодеями в Землях Прайда! Клянусь королями… я позабочусь о том, чтобы они заплатили». Он пообещал ей. В его словах звучала странная нотка. В его выражении лица — почти мольба. Он чувствовал себя ответственным. Теперь он был королем. И он знал свой долг. Прежде чем она успела что-либо сказать, чтобы успокоить их или развеять его сомнения и страхи, извне логова раздался громкий крик — крик страха и шока. Кову, и без того настороженный, вздрогнул, и Джасири попыталась подняться на ноги. Раненая гиена пошатнулась, прислонившись к каменной стене логова Львиной Стражи. Позади нее на нее смотрели портреты и изображения Львиной Стражи прошлых лет. Она сглотнула и отстранилась. Пятно крови испортило безопасную стену. Кову прижался к своей подруге. «Собери остальных львиц, которые не умеют драться, и львят, и убедись, что они здесь в безопасности», — сказал он ей. «Нала. Джасири, со мной», — сказал он и выбежал из логова, не проверив, следуют ли они за ним. Он покинул логово Львиной Стражи и поднялся по каменным ступеням к краю Скалы Прайда, к краю нижней вершины Скалы Прайда, выступавшей над землей и открывавшей вид на саванну, следуя за криками шока и отвращения к их источнику. Неподалеку от Скалы Прайда, где из-за перемещений и охоты луга спускались к земле, повсюду валялось множество тел. Они были до боли знакомы. Он узнал Сабини: ее неизменная ухмылка сменилась выражением боли и ужаса. Он узнал каждого из них. Изгнанников, которых он отправил на север, в Чужеземье. Чужеземье, как теперь сообщила ему Джасири, захватили враги Земель Прайда. Львицы, которые предали его. Львицы, которых он отправил на смерть. Несмотря на свои слова Симбе, он все равно их убил. Их кровь была свежей и запачкала землю под ними. Остальные львицы, оставшиеся верными новому королю, но тем не менее узнавшие своих сестер и соратниц, наблюдавших за происходящим, реагировали на зрелище резни с предсказуемым ужасом. В этом зрелище было что-то глубоко противоестественное — видеть, как их сородичи разбросаны, словно туши добычи после особенно жестокой охоты. «Ваше Величество!» — поприветствовала его Алмаси, когда он прибыл. Она выглядела бледной, лишь на мгновение замерла, взглянув на Джасири с легким замешанием. «Это просто… появилось! Мои детеныши еще вчера здесь играли! Что происходит?» «Алмаси, отправляйся вместе со своими детенышами на Скалу Прайда и оставайся в логове Львиной Стражи. Это самая безопасная и хорошо защищенная часть Скалы Прайда, и ни в коем случае не покидай ее, слышишь?» — приказал Кову. Он посмотрел на тела. Витани в знак узнавания зашипела. «Тадзама!» — выдохнула она. Самое зоркое зрелище было среди мертвецов. Джасири испуганно всхлипнула. «Ну, теперь вы понимаете?» — спросила она их. Кову сглотнул. Это было плохо. Это было действительно очень плохо. «Брат…» Витани чуть не схватила брата за переднюю лапу, пытаясь оттолкнуть его. Кову уставился. Впереди них вспыхнула крошечная искорка света, яркая вспышка, подобная молнии, застывшей в капле воды. Один взгляд приковывал его к глазам, словно миниатюрное солнце, уже ярче темно-оранжевого цвета заходящего солнца, которое еще только приближалось к горизонту. Закат отбрасывал длинные тени, погружая Земли Прайда в мрачные сумерки. С резким рывком крошечная точка света дернулась вниз, к земле, и реальность расступилась. И тут сквозь расщелину к ним пробрались фигуры. Семь силуэтов. Семь теней появились из темноты. Кову ахнул, увидев семь тигров, но реакция Джасири была гораздо более бурной. « Это они…» — прошептала она. Она узнала того, кто стоял впереди, — это был Риш'ут, тот, кто возглавлял диких псов, истребивших её клан. Остальных она не узнала, хотя Сабини, если бы она дышала, смогла бы указать на Сехмет среди них. Нала оставалась невозмутимой, глядя на этих, о которых говорил Шай'тан Джасири. Это были те, кто мог командовать шаманом, словно он был никем. Те, чьи замыслы привели к тому, что Джасири уничтожил всё, что было ему дорого в Запределье. «Слава Кову. Сыну Дьявола!» — усмехнулся первый из них. Нала ахнула от изумления. Некоторые действительно называли Зиру Королевой Дьяволов , но услышать это от такого чудовищного существа, как это, придало этому слову почти другой смысл. Кову взревел. «Сделай ещё один шаг, чудовище, и я убью тебя прямо на месте!» — сказал Кову. Первый из Шайтанов заколебался, и стоявшая рядом с ним самка разразилась смехом, видя замешательство своего соперника. «Ха! В тебе горит огонь, Кову. Никаких переговоров, никаких заумных слов или дипломатии. Только жестокая честность. Наконец-то я могу уважать представителя твоего рода», — сказала она. Остальные Шайтаны не отрывали глаз от Кову, Налы и Джасири. Первый из Шайтанов улыбнулся. Затем он издал такой рёв, что земля затряслась, и на мгновение Кову подумал, что небо вот-вот расколется от неестественного рёва старейшин. Вместо этого пошатнулась только его решимость. Нала невольно отступила назад, а Джасири вскрикнула от страха. «Бойся нас, Кову. Мы — Шайтаны; Владыки Империума. Мы — слуги Императора Шайтана, Сына Шан-И и наследника Шан-аль-Кира: Того, Кто-Правил-Десятью-Тысячами-Землями. Мы заявляем права на Земли Прайда от имени Империума», — провозгласил он. Кову огляделся, словно ожидая увидеть здесь этого предполагаемого Императора. «Я никогда не слышал ни о нём, ни о тебе», — сухо ответил Кову. «Или о землях, которыми ты, как ты утверждаешь, правишь. Земли Прайда принадлежат Королю Скалы Прайда. Потому что ты и твои трусливые сородичи — это я. И я буду защищать их каждую секунду своего дыхания. В память о людях, которых вы убили. Я не король Симба, я дам тебе одно предупреждение, и если ты не покинешь мои земли с миром и не поклянешься никогда не возвращаться, я прикажу тебя убить. Никаких изгнаний. Никакой пощады. Ты уже заслужил смертный приговор», — приказал Кову. Нала смотрела на молодого льва с нарастающим чувством гордости. Мысль об этом… об этом чудовище, убившем её любимого сородича, наполняла её яростью. Она посмотрела на семерых, стоявших позади него. Каждый был отчетливо виден, но на каждом были видны шрамы от сотен сражений, отмечающие их как победоносных воинов. Она подумала только о Симбе, и почувствовала, как сжалось её сердце. Только о нём. У него не было бы ни единого шанса. Ни у кого из них не было бы. Третий Шайтан усмехнулся. Это был уродливый, изуродованный тигр, у которого отсутствовали ухо и глаз, а морда была покрыта шрамами. « Ты слишком высокого мнения о себе, Кову. Видел, что мы сделали с твоими изгнанниками? Хочешь поблагодарить нас за то, что мы их убрали?» Он облизнул губы . «Или, может быть, ты хочешь поблагодарить меня за то, что я расчистил тебе путь к трону?» Он усмехнулся. Кову изо всех сил боролся со своими худшими порывами. Сабини. Он убил Сабини и её последователей. Их трупы лежали грудами, и он мог видеть их воочию. Он содрогнулся. «Ты что, ожидаешь, что мы преклоним перед тобой колени? Ожидаешь, что мы склонимся в знак покорности перед какими-то чужаками из дикой природы, перед видом, которого мы никогда не встречали? Знаешь ли ты, на чьей ты стороне, сколько храбрых и благородных львов погибло на этой земле в борьбе с предателями и убийцами, чтобы мы могли жить в мире? Сколько пало, защищая круговорот жизни? Ты ожидаешь, что мы сдадимся?» — спросил его Кову. Риш'ут рассмеялся. Его смех был долгим, глубоким, и воздух наполнился весельем. Хотя Кову и пытался это скрыть, по спине пробежал холодок. «Нет, король Кову. Я не из тех, кто сдаётся. Я — лорд Риш'ут. И я не принимаю капитуляцию. Я здесь, чтобы стереть ваш род с лица Серенгети. Земли Прайда склонятся перед нами. Вы и вам, по приказу Императора, будете истреблены. Я предупреждаю вас: если вы хотите избавить себя и свою семью от страданий, вы должны поступить честно и просто покончить с собой. Уверяю вас, это будет предпочтительнее, чем умереть от наших когтей, как ваш любимый король Симба». Кову уставился на военачальника, слегка приоткрыв рот от шока. Джасири ахнула. Она перевела взгляд с Кову на тигра и покачала головой. «Я… прошу прощения… Кион…» Слова прозвучали так тихо, что их едва можно было расслышать. Глаза Налы расширились. «Подожди, Джасири!» Но было уже слишком поздно. Не говоря ни слова, Джасири повернулась и побежала, не обратно к Скале Прайда, а прочь от них обоих, шатаясь и хромая. Каждый вдох сопровождался резкой болью. Кову едва успел посмотреть, как она убегает, прежде чем Император рассмеялся. «Я не знаю и не интересуюсь, какие обычаи вы соблюдаете в этой стране дикарей и варваров, король Кову. Но я советую вам примириться с любыми богами или духами, которым вы поклоняетесь. Потому что вы и ваша гордость не доживете до рассвета». С этими словами огромный кот повернулся и ушел, отвернувшись. Его хвост вилял, и на мгновение Кову задумался о том, чтобы броситься в отчаянную атаку на уходящих врагов, чтобы покончить с этим раз и навсегда, прежде чем кто-нибудь еще пострадает. Он сдержался, думая только о своей семье, о своей паре и детеныше. Каким-то образом он знал в глубине души, что скоро будет достаточно времени для битвы.