Агнец для варвара

Итан закатил истерику впервые в жизни. Нет, он не кричал и не швырялся вещами, как это делали, по рассказам Фриды, некоторые северные омеги, когда им не давали желаемого. Он просто стоял посреди главного зала, скрестив руки на груди, и смотрел на Рагнара взглядом, который яснее всяких слов говорил: «Я не отступлю». — Я хочу погулять, — сказал он. — Один! — Нет, — ответил Рагнар, не отрываясь от карт. — Почему? — Потому что ты мой омега, а вокруг полно опасностей. Дикие звери. Охотники из других кланов. Люди Хакона. Люди Росомахи. Ты хочешь, чтобы я продолжал список? — Я хочу, чтобы ты перестал обращаться со мной как с фарфоровой куклой! — голос Итана дрогнул, но он не отступил. — Я гулял по окрестностям раньше, и ничего не случалось. Я знаю тропу. Я знаю лес. Я не уйду далеко. Я просто хочу побыть один. Подышать воздухом. Собрать травы для Хельги. Неужели это так много? Рагнар поднял голову. Их взгляды встретились и впервые за долгое время Итан не отвёл глаза первым. Он смотрел на альфу с вызовом и где-то в глубине души понимал, что это глупо. Что Рагнар прав. Что вокруг действительно полно опасностей. Но он устал. Устал от постоянного контроля. Устал от того, что каждый его шаг кто-то отслеживает. Устал быть пленником, хоть пусть даже любимым... Рагнар, кажется, понял это. Он вздохнул и потёр переносицу. — Хорошо, — сказал он наконец. — Иди... Итан замер, не веря своим ушам. — Правда? — Правда. Но у меня есть условие. — Какое? — Сигурд пойдёт с тобой, — сказал Рагнар. — Не рядом. Не на виду. Он будет держаться на расстоянии, ты даже не заметишь его. Но он будет там. На случай, если что-то случится. Итан хотел возразить, но осёкся. Это был компромисс. Рагнар мог просто запереть его в доме и кто бы ему помешал? Но он не стал. Он пошёл навстречу. — Хорошо, — сказал Итан. — Пусть будет Сигурд. Но только пусть не мешает. — Не будет, — пообещал Рагнар.

***

Лес начинался сразу за домом — густой, тёмный, пахнущий хвоей и прелыми листьями. Итан шёл по знакомой тропе, которая петляла между сосен и уходила вверх, к скалам. Он знал этот путь, они ходили здесь с Рагнаром в первый раз, когда тот показывал ему окрестности. Сейчас, в одиночестве, лес казался другим. Более тихим. Более... интимным. Итан и правда не замечал Сигурда. Молодой альфа умел быть незаметным... он двигался бесшумно, как тень и держался на почтительном расстоянии. Омега знал, что он где-то там, за деревьями, но не видел его и не слышал. Он гулял почти час. Собирал незнакомые растения, которые могли пригодиться Хельге — мох с серебристым отливом, какие-то мелкие синие цветы, пахучие коренья. Разглядывал следы зверей на влажной земле. Слушал птиц. Наслаждался тишиной. А потом он увидел водопад. Маленький, не тот Гремящий, что Рагнар показывал ему раньше, а другой, узкий ручей, срывавшийся с каменистого уступа в небольшое озерцо. Вода была прозрачной, бирюзовой, и в ней отражались сосны и небо. Итан замер, залюбовавшись, и сделал шаг ближе, туда, где росли какие-то особенно яркие, пурпурные цветы. Он не заметил, что край уступа влажный и скользкий. Нога поехала. Итан ахнул, взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, но земля под ним уже осыпалась и он начал падать прямо в озерцо, которое с этого угла оказалось не таким уж и мелким. Чьи-то руки схватили его за плечи и рванули назад. Итан упал... но не в воду, а на что-то твёрдое и тёплое. Земля ударила в спину. Он зажмурился, пытаясь отдышаться и только через несколько секунд понял, что лежит на Сигурде. Молодой альфа смотрел на него широко раскрытыми глазами, и их лица были так близко, что Итан чувствовал его дыхание на своих губах. А потом их губы соприкоснулись. Это вышло случайно...просто движением, просто столкновением, просто неудачным поворотом головы. На одно короткое, бесконечно долгое мгновение их рты прижались друг к другу — сухо, неловко, без тени желания. Искра! Она пробежала между ними...не страсть, не влечение, а что-то другое. Удивление. Неловкость. Мимолётное тепло, которое не имело ничего общего с тем, что Итан чувствовал к Рагнару. Просто человеческое тепло. Просто случайность. Сигурд отстранился первым. Быстро, резко, как будто обжёгся. Он скатился с Итана и вскочил на ноги, отряхивая плащ. — Прости, — сказал он, и голос его был хриплым. — Это... это вышло случайно. Я не хотел. — Я знаю, — ответил Итан, тоже поднимаясь. Его щёки горели. — Ты спас меня. Спасибо. — Я просто выполнял приказ, — Сигурд отвёл взгляд. — Рагнар велел присматривать за тобой. — Я знаю. Они замолчали. Тишину нарушал только шум водопада. — Это недоразумение, — сказал Сигурд наконец. — Мы никому не скажем. — Нет, — согласился Итан. — Не скажем пока. Вернее... я скажу. Но не сейчас. Позже. Когда он будет спокоен. Он должен знать. Сигурд посмотрел на него с удивлением. — Зачем? Это же ничего не значит. Просто случайность. — Именно поэтому, — ответил Итан. — Если я скрою это, получится, будто мне есть что скрывать. А мне нечего. Я люблю его и он должен знать, что между нами нет тайн. Даже таких глупых. Сигурд долго смотрел на него. Потом медленно кивнул. — Ты странный, — сказал он. — Но я тебя понимаю...наверное... Они вместе пошли обратно к тропе. Обратный путь прошёл иначе, чем дорога сюда. Теперь они шли рядом и молчание больше не было напряжённым. Сигурд рассказывал о себе — о том, как рос в семье потомственных воинов, как потерял отца в одной из стычек с южными фортами, как мечтал о море, но остался служить Рагнару, потому что верил в него. — Он хороший вождь, — говорил Сигурд, глядя под ноги. — Жёсткий, но справедливый. И он изменился после того, как привёз тебя. — Изменился? — переспросил Итан. — Стал... спокойнее, что ли. Раньше он был как шторм — всегда на грани. А теперь — как море в штиль. Всё ещё опасный, всё ещё глубокий. Но уже не такой разрушительный. Итан задумался над этими словами. Он не знал Рагнара до встречи, только слышал рассказы, но то, что он видел сейчас, ему нравилось. Очень! — Ты любишь его? — спросил Сигурд внезапно. Итан споткнулся на ровном месте. — Я... — Не отвечай, — перебил Сигурд. — Это не моё дело. Просто... береги его. И себя. — Постараюсь, — прошептал Итан.

***

Дома их встретил запах похлёбки и ворчание Фриды. Рагнар сидел за столом над картами, как всегда. Он поднял голову, когда они вошли и его взгляд скользнул по Итану — проверяя, цел ли, не замёрз ли, не устал ли. Удовлетворившись осмотром, он кивнул Сигурду. Итан, не говоря ни слова, подошёл к Рагнару. Тот сидел в кресле, разложив перед собой свитки и не ожидал того, что произошло дальше. Омега наклонился, взял его лицо в ладони и поцеловал нежно, мягко, так, как целуют после долгой разлуки, хотя они расстались всего на несколько часов. Рагнар замер на мгновение, а потом его руки обвились вокруг талии Итана. Он ответил на поцелуй сдержанно, но с чувством, притягивая омегу ближе. — Что это было? — спросил он, когда они отстранились. — Я срскучился..., — ответил Итан. — Ты отсутствовал два часа. — Это много... Рагнар усмехнулся, но ничего не сказал. Только поцеловал Итана в лоб и отпустил. Сигурд наблюдал за ними от двери. На его лице мелькнула тень, что-то, похожее на грусть, но он быстро спрятал её за привычной кривоватой усмешкой. Он дождался, пока Итан уйдёт в спальню и подошёл к Рагнару. — Всё прошло спокойно? — спросил вождь, не отрываясь от карт. — Да, — ответил Сигурд. — Гулял у водопада. Чуть не упал в воду, но я его поймал. Ничего серьёзного. — Хорошо! — Он собирал травы. Какие-то синие цветы. Говорил с Хельгой...она просила принести что-то редкое. Вёл себя тихо. Никого постороннего не заметил. Рагнар кивнул, что-то пометил на карте. Потом поднял глаза. — Что-то ещё? Сигурд помедлил. Перед его мысленным взором промелькнуло: падение, переплетённые тела, случайное прикосновение губ. Он мог бы рассказать. Мог бы описать всё в деталях, но он видел, как Итан только что целовал Рагнара нежно, искренне, с таким доверием, которое не подделать. И он понимал: это ничего не значит. Просто случайность. Итан сказал, что сам всё расскажет. И лучше, если это сделает омега, а не он. — Нет, — сказал он. — Ничего. — Спасибо, — ответил Рагнар. — Ты свободен! Сигурд кивнул и вышел.

***

Рагнар закончил работать поздно. Когда он вошёл в спальню, их общую спальню, омега уже лежал на лежанке. Он был в одной рубахе, закутанный в меховое одеяло и читал старый свиток, который дал ему Торвальд. Свет масляной лампы падал на его лицо, делая черты мягче, а волосы отливали золотом. Рагнар остановился на пороге. Он смотрел на Итана и думал о том, как сильно изменилась его жизнь за последнее время. Раньше он возвращался в пустую спальню...засыпал один. Раньше он не знал, что такое ждать кого-то, бояться за кого-то, хотеть кого-то так сильно, что сводит зубы. Теперь он знал! — Ты долго, — сказал Итан, откладывая свиток. — Дела, — ответил Рагнар, стягивая рубаху через голову. Он лёг рядом и Итан тут же прижался к нему, как котёнок, ищущий тепла. Рагнар обнял его, зарываясь лицом в светлые волосы. От омеги пахло травами, свежестью и чем-то ещё...тем самым, неуловимым, что заставляло его сердце биться быстрее. Он поцеловал его в шею. Итан вздохнул и чуть откинул голову, открывая доступ. Поцелуй стал глубже, настойчивее. Руки Рагнара скользнули под рубаху, оглаживая бёдра, живот, поднимаясь выше. — Хочешь? — спросил он хрипло. — Да, — выдохнул Итан. Пальцы Рагнара скользнули ниже, между бёдер, туда, где уже было горячо. Итан застонал, выгибаясь навстречу. Альфа прикусил кожу на его шее не больно, но достаточно, чтобы оставить след. Омега скулил, вцепляясь в его плечи. — Рагнар... пожалуйста... — прошептал он. Альфа пристроился между его бёдер. Головка члена коснулась входа и Итан уже был готов принять его, когда вдруг напряглся. — Подожди... — выдохнул он. — Я должен тебе кое-что сказать... Рагнар замер. — Что? Итан зажмурился. Он знал, что это глупо. Знал, что лучше промолчать, но он не мог. Он не хотел, чтобы между ними были тайны. — Сегодня, в лесу, — прошептал он, — когда я чуть не упал... Сигурд поймал меня. Мы упали вместе и... наши губы случайно соприкоснулись. Просто прикосновение. На мгновение. Это ничего не значит! Просто случайность! Рагнар замер. Итан почувствовал, как напряглись мышцы альфы, как сжались его руки, всё ещё лежавшие на бёдрах омеги. Он поспешно продолжил, пока Рагнар не успел ничего сказать: — Я не сказал тебе сразу, потому что боялся! Боялся, что ты разозлишься. Что ты пойдёшь к Сигурду. Что ты... что ты сделаешь что-то, о чём потом пожалеешь. Я знаю тебя, Рагнар. Ты вспыльчивый. Ты ревнивый. И я не хотел, чтобы моя случайность стала причиной твоей ссоры с другом. С твоим лучшим другом... Он перевёл дыхание. Рагнар молчал, но Итан чувствовал, как тяжело он дышит. — Но я не мог не сказать вообще, — прошептал Итан. — Потому что ты должен знать. Не потому, что это что-то значит...это ничего не значит, правда, а потому, что между нами не должно быть тайн. Ты мой альфа. Я твой омега. И если я скрою от тебя что-то, пусть даже такую мелочь, пусть даже случайность, это будет... неправильно. Как будто я тебе не доверяю. А я доверяю. Больше, чем кому-либо. Он открыл глаза и посмотрел на Рагнара. В полутьме лицо альфы было трудно разглядеть, но Итан чувствовал его дыхание: тяжёлое, прерывистое. — Поэтому я говорю тебе сейчас, — закончил он. — Не чтобы ты ревновал, злился, а чтобы ты знал: между нами нет тайн. И не будет. Никогда. Ты понимаешь? Рагнар молчал. Его рука поднялась и легла на щёку Итана, грубая, мозолистая, но сейчас почти нежная. Большой палец стёр слезу, которую омега даже не заметил. — Ты прав, — сказал он наконец и голос его был хриплым, но спокойным. — Я бы разозлился. И, наверное, пошёл бы к Сигурду выяснять отношения. Ты правильно сделал, что подождал. И ты правильно сделал, что сказал сейчас. — Правда? — прошептал Итан. — Правда. — Рагнар наклонился и поцеловал его в лоб нежно, бережно, совсем не так, как за минуту до этого. — Я понимаю, что это случайность. И я... я постараюсь не ревновать. По крайней мере, не слишком сильно... Итан слабо улыбнулся. — Я люблю тебя, — прошептал он. — Я знаю, — ответил Рагнар. — И я тебя. Поэтому... Он не договорил. Вместо этого он резко подался вперёд и вошёл глубоко, одним грубым движением. — А-ах! — Итан вскрикнул и его тело выгнулось дугой. Смазки было слишком мало и вторжение обожгло остро, резко, почти невыносимо. — Рагнар! Больно! Ай... пожалуйста... нежнее! Но Рагнар не остановился. Он двигался грубо, рвано, сильно и каждый толчок отдавался в теле омеги вспышкой боли пополам с чем-то ещё. Чем-то, что заставляло его цепляться за плечи альфы и скулить. — Поэтому, — прорычал Рагнар, наклоняясь к уху Итана и его голос дрожал от едва сдерживаемой ярости и чего-то ещё... чего-то, похожего на страх, — я всё равно хочу его убить! Я знаю, что это была случайность. Я знаю ты не хотел. Он не хотел. Вы просто упали. Просто столкнулись. Просто коснулись губами. Я понимаю это, — он сделал особенно глубокий толчок и Итан всхлипнул, — вот здесь, — он коснулся свободной рукой своего виска, — но вот здесь, — он прижал ладонь к груди, туда, где билось сердце, — всё горит от ревности! — Тогда почему... ай!.. почему ты так грубо?.. — всхлипнул Итан. — Нет... хватит... смазки мало... ай!.. пожалуйста... Рагнар... больно! — Потому что мысль о том, что кто-то другой коснулся твоих губ... пусть случайно, пусть на мгновение, сводит меня с ума, — выдохнул альфа. — Я знаю, что это неправильно. Я знаю, что это глупо, но я ничего не могу с собой поделать! Он замедлился, но не остановился. Его движения стали глубже, размереннее и от этого боль изменилась...стала другой, смешанной с чем-то тягучим и горячим. Смазка понемногу начинала течь, облегчая скольжение, но всё равно было больно. Растянуто. Слишком. — Больно... — прошептал Итан и слёзы покатились по щекам. — Ай... Рагнар... пожалуйста... не останавливайся... но... — Что «но»? — альфа замер на мгновение, давая ему передышку. — Но будь нежнее, — выдохнул омега. — Я твой... я только твой... ты же знаешь... зачем так грубо?.. Рагнар закрыл глаза. Когда он открыл их снова, в них уже не было той слепой, всепоглощающей ярости. Только желание. Только любовь. Только страх потерять. — Прости, — прошептал он. — Я не должен был... Он начал двигаться снова... теперь медленнее, осторожнее, давая телу омеги привыкнуть. Смазки стало больше, она текла по бёдрам Итана и боль постепенно отступала, уступая место чему-то другому. Чему-то тёплому и глубокому. — Вот так... — выдохнул Итан. — Да... так лучше... ах... ещё... — Я всё равно хочу убить его, — пробормотал Рагнар, целуя его в шею. — Но я не стану. Потому что он спас тебя. Потому что если бы не он, ты мог бы упасть в воду. Разбиться. Пораниться. И за это я ему благодарен. Я готов убить его и я благодарен ему. Это сводит меня с ума! — Вот видишь... ах... ты же разумный... когда хочешь... — Я не разумный, — Рагнар укусил его за мочку уха и Итан застонал теперь уже не от боли, а от удовольствия. — Я просто люблю тебя. И ненавижу себя за то, что сделал тебе больно. — Всё хорошо... — прошептал Итан. — Уже почти не больно... не останавливайся... пожалуйста... Рагнар не остановился. Он двигался теперь уже не грубо, но всё ещё сильно, глубоко, заполняя омегу целиком. Итан стонал, всхлипывал, царапал его спину и с каждым толчком боль уходила всё дальше, а наслаждение становилось всё ярче. Когда Итан кончил, он закричал. Громко, не сдерживаясь. Его тело содрогнулось в мощном оргазме и Рагнар последовал за ним, излившись глубоко внутрь с низким, утробным рычанием. Они замерли. Рагнар всё ещё был внутри, тяжело дыша. Итан лежал под ним, обессиленный, мокрый от пота и слёз, и чувствовал, как саднит между бёдер. Но это была приятная боль. Боль, которая напоминала о том, что он принадлежит. Что его любят. Что он дома. — Прости, — прошептал Рагнар, уткнувшись лицом в его волосы. — Я не должен был... так грубо. Я не хотел сделать тебе больно! — Ты ревновал, — ответил Итан, гладя его по спине. — Я понимаю, но в следующий раз просто поговори со мной. Хорошо? Не надо сразу... — Хорошо, — выдохнул Рагнар. — Обещаю, но и ты... если что-то случится, говори мне. Сразу. Или хотя бы в тот же день. Договорились? — Договорились. Итан помолчал, а потом тихо добавил: — Знаешь, я рад, что рассказал тебе. Даже несмотря на... — он поморщился, чувствуя саднящую боль, — на это. Между нами больше нет тайн. И это правильно. — Правильно, — согласился Рагнар. — Даже если мне пришлось сделать тебе больно, чтобы понять это. — Ты не специально. Ты просто... — Ревнивый дурак? — Я хотел сказать «вспыльчивый альфа», но «ревнивый дурак» тоже подходит. Рагнар тихо рассмеялся и поцеловал Итана в макушку. Он перекатился на бок, утягивая омегу за собой и укрыл их обоих меховым одеялом. Итан прижался к нему, чувствуя, как саднящая боль между ног постепенно утихает. — Я люблю тебя, — прошептал он. — Я знаю, — ответил Рагнар. — И я тебя. Больше, чем ты можешь себе представить. Итан улыбнулся и закрыл глаза. За стеной выл ветер, в очаге догорал огонь, и мир был тихим и спокойным. Где-то там, в лесу у водопада, осталась случайность. Ничего не значащее прикосновение. Мимолётная искра. Но здесь, в этой постели, было настоящее. То, ради чего стоило жить. То, ради чего стоило быть честным — даже когда это трудно. Особенно когда это трудно. Потому что любовь без доверия — не любовь. А доверие без правды — не доверие. Итан это понял. Рагнар это понял. И теперь, лёжа в объятиях друг друга, они знали: что бы ни случилось завтра, они справятся. Вместе!