Conquista

– Слушай, если бы чай был от меня, как думаешь, он бы всё равно его выкинул? Кими морщится от холодного ветра, который неприятно пробирается под одежду. Он глубже прячет руки в карманы куртки и недовольно смотрит на серое небо. Погода в последние дни будто специально решила испортиться. Вместо снега, которого все ждали перед праздниками, были только холодный воздух, дождь и вечная пасмурность. Оливер, идущий рядом, лишь пожимает плечами. Он выглядит совершенно спокойным, словно обсуждение странных отношений Кими с их преподавателем уже стало для него обычной частью дня, хотя, возможно, так и было. После пар они почти всегда шли вместе домой. Это стало своеобразной привычкой ещё с начала учебного года. Раньше к ним обычно присоединялся Габи, но в последнее время бразилец всё чаще задерживался в преподавательской, находя какие-то дела. Хотя, оба друга понимали, что его дела носят одно конкретное имя. Сегодня же Кими был удивительно тихим. Он больше не пытался поймать момент, чтобы заговорить с Джорджем, не придумывал очередную причину оказаться рядом и даже не искал его взгляд в коридорах. После их сегодняшнего разговора ему нужно было немного отойти. Не то чтобы он расстроился, по крайней мере, он так себе говорил. Но всё же было неприятно, когда человек, которого ты пытался впечатлить, так спокойно уничтожил твою попытку одним движением руки. Кими до сих пор раздражало то, насколько легко Рассел умел выводить его из себя. Он пытался быть дружелюбным, но Джордж отталкивал его. Пытался помочь, но получал холодный отказ. Попытался сделать что-то приятное, и в итоге увидел свой чай в мусорном ведре. Возникал вполне логичный вопрос: как вообще действовать дальше, если каждую твою попытку пресекают ещё до начала? Но сдаваться Кими не собирался. Он уже начал продумывать новый план. Следующую неделю нужно было действовать осторожнее. Не бросаться сразу с очередной попыткой сблизиться, а просто привыкнуть быть рядом. Маленькие разговоры, случайные встречи, возможно, помощь с чем-то. Постепенно. Потом наступит неделя перед каникулами, когда все будут заняты подготовкой к сессии. Именно тогда, перед самым уходом на отдых, он попробует сделать следующий шаг. Взять номер. Конечно, существовала вероятность, что Джордж после этого просто заблокирует его и окончательно решит, что Антонелли самая большая проблема в университете (помимо него самого) Но Кими предпочитал не думать об этом. После двух недель каникул он вернётся, сдаст сессию и продолжит свою маленькую борьбу. В конце концов, сто евро сами себя не заработают. — Кто ж его знает? Я вообще его не понимаю, — отвечает Оливер, слегка качая головой. Кими мысленно соглашается. Это была, пожалуй, самая точная характеристика Джорджа Рассела,его невозможно было понять. Он мог быть холодным и раздражающим, а через секунду спокойно помочь с учебой. Но именно эта загадочность почему-то только сильнее цепляла Кими. — Я думаю, скоро пойму. Он улыбается, уверенно смотря вперёд. Пока Джордж видел в нём только надоедливого студента. Но Кими был уверен в том , что всё ещё может измениться. — Я в этом не особо уверен. Оливер тихо хмыкнул, бросив на друга короткий взгляд. Они уже почти дошли до его дома. Серое небо по-прежнему висело над городом, а холодный ветер гулял между домами, заставляя прохожих плотнее запахивать куртки. Под ногами тихо хлюпали лужи, оставшиеся после утреннего дождя. Кими лишь пожал плечами, будто сомнения друга нисколько его не волновали. — Ещё посмотрим, кто кому ответит да. На его лице появилась самодовольная улыбка. Несмотря на сегодняшний провал, внутри снова просыпался азарт. Если честно, чем сильнее Джордж сопротивлялся, тем интереснее становилась вся эта затея. Они остановились у дома Оливера. По привычке хлопнули друг друга по плечу на прощание, обменявшись короткими кивками. — До завтра. — До завтра. Оливер скрылся в подъезде, а Кими ещё несколько секунд смотрел ему вслед. Затем развернулся и направился дальше по улице. Прохладный воздух приятно освежал голову, а в мыслях одна за другой складывались новые идеи. Этот короткий разговор неожиданно придал ему уверенности. Если один план провалился, всегда можно придумать следующий. Главное не останавливаться.

***

Пятница была самым желанным днём недели. По дороге в университет Кими то и дело невольно улыбался, вспоминая прошлую пятницу. Прохладный утренний воздух бодрил куда лучше кофе, а над городом висело тяжёлое серое небо, обещавшее очередной дождь. Но сегодня причиной его хорошего настроения были не только воспоминания. В руке он бережно держал стаканчик с горячим чаем. После прошлого раза он сделал простой вывод: если неподписанный чай Джордж без раздумий выбросил, то подписанный, возможно, хотя бы оставит у себя. В кофейню он зашёл на большой перемене между третьей и четвёртой парами. За стойкой привычно пахло свежемолотым кофе, сиропами и тёплой выпечкой. Пока бариста готовил заказ, Кими несколько раз проверил, ровно ли написана короткая подпись на стаканчике. «От К.» По его мнению, этого было более чем достаточно. Он был почти уверен, что британец сразу поймёт, кто скрывается за этой буквой. Сегодня менеджмента, к счастью, не было, а значит, пересечься с Расселом почти не было шансов. Это играло Кими только на руку, преподаватель не сможет догнать его и устроить допрос. Оставалось лишь незаметно занести чай в кабинет и надеяться, что на этот раз его небольшой жест не окажется в мусорном ведре. Сама пятница проходила удивительно однообразно. На первых парах Кими практически не воспринимал происходящее. Накануне ночью он снова засиделся в телефоне, решив, что бесконечная лента Тик тока куда интереснее сна. Теперь же за своё решение приходилось расплачиваться тяжёлой головой, постоянными зевками и отчаянными попытками не уснуть прямо за партой. Он машинально что-то записывал в тетрадь, но уже через минуту не мог вспомнить, о чём вообще говорил преподаватель. Зато день всё же подарил одну забавную мелочь. Команда папайи ввиде лица Пиастри и Норриса особенно отличилась. Во время большой перемены вся их компания : Ландо, Оскар, Габи, Оливер и Кими сидела за одним из дальних столов в коридоре, пытаясь в последний момент решить задачу по логистике, которую дружно забыли сделать дома. Перед ними лежали раскрытые тетради, исписанные листы и телефоны с открытыми конспектами. Спор постепенно становился всё громче: каждый был уверен, что именно его способ решения правильный. В самый разгар обсуждения Ландо, даже не задумавшись, повернулся к Пиастри и совершенно будничным тоном сказал: — Дорогой, дай сюда листок. Осознать сказанное он, кажется, даже не успел. Оскар заметно покраснел (точнее, его щёки лишь слегка окрасились в розовый, но этого оказалось достаточно). Он быстро отвёл взгляд, делая вид, что полностью сосредоточен на задаче, хотя выражение лица выдавало его с головой. Кими с Оливером переглянулись, и уголки их губ одновременно поползли вверх. Через секунду оба уже тихо хихикали, пытаясь не рассмеяться в голос. Габриэль же лишь лениво поднял взгляд на друзей и снова вернулся к тетради, будто подобные оговорки происходили вокруг него по несколько раз в неделю. Вспомнив об этом, Кими переступил порог университета. В просторном холле, как всегда, стоял привычный утренний шум: кто-то торопился на лекции, кто-то допивал кофе, а по коридорам эхом разносились десятки разговоров. Однако вместо аудитории, где должна была проходить его следующая пара, он уверенно направился к лестнице. Быстро поднявшись на последний этаж, где находился кабинет менеджмента, Кими крепче сжал в руке тёплый стаканчик с чаем. Сердце билось чуть быстрее обычного не от страха, а скорее от приятного предвкушения. Оставалось лишь незаметно поставить подарок на стол Джорджа и уйти раньше, чем тот успеет появиться.

***

Джордж, начиная пару у последнего курса, чувствовал себя совершенно выжатым. Усталость, накопившаяся за день, тяжёлым грузом оседала на плечах. Но, кажется, окончательно добить его решил один особенно настойчивый итальянский студент второго курса. Он вошёл в кабинет за несколько минут до звонка, мечтая лишь о том, чтобы спокойно провести ещё одну лекцию. Со старшими курсами работать было намного проще: никто не шумел, вопросы задавали по делу, материал схватывали быстро. Иногда Джордж даже позволял им пять минут передышки посреди пары, и аудитория оставалась удивительно тихой. Эти короткие минуты были отдыхом не только для студентов, но и для него самого. Однако, едва переступив порог кабинета, он сразу заметил на своём столе новый бумажный стаканчик. На этот раз — подписанный. Джордж устало прикрыл глаза. Ему казалось, что вчерашний день достаточно ясно показал Антонелли, что подобные жесты ни к чему не приведут. Подойдя ближе, он медленно взял стаканчик в руки, разглядывая аккуратную надпись. «От К.» Разумеется, Кими. Британец искренне не понимал, что произошло с этим студентом. Два года Антонелли почти не проявлял к нему интереса, а если они и пересекались, то чаще спорили, чем нормально разговаривали. Теперь же итальянец будто поставил перед собой цель постоянно попадаться ему на глаза, раздражать своей улыбкой и оставлять странные знаки внимания. То, что Кими всеми силами пытался привлечь его внимание, было очевидно. Гораздо хуже было другое, Джордж на это реагировал. К счастью, не симпатией, а исключительно раздражением. Но даже это его не устраивало. По всем законам логики ему должно было быть совершенно безразлично существование какого-то второкурсника. Вместо этого он всё чаще ловил себя на мысли, что при виде знакомых кудрей уже заранее ожидает. Чего, он сам не особо понимал. Будь он школьным учителем, давно бы вызвал родителей с настоятельной просьбой объяснить сыну значение словосочетания «личные границы». Вот только Рассел почти не сомневался: даже после подобного разговора Кими бы лишь беззаботно улыбнулся, пожал плечами и на следующий день придумал бы что-нибудь ещё. Просто Джордж не понимал, к чему всё это ведёт. Кими мог ещё не раз попытаться сделать что-то подобное, но зачем? Хотел расположить преподавателя перед сессией? Проиграл какой-нибудь спор? Или это была внезапно возникшая симпатия? Ни одна из версий не казалась ему убедительной. Антонелли был ещё совсем молод. Джордж, конечно, тоже не считал себя старым, но в какой-то момент поймал себя на мысли, что тридцать лет для него уже ближе, чем двадцать. У Кими же всё было наоборот. Он был шумным, импульсивным и, казалось, совершенно не думал о последствиях собственных поступков. За годы общения с людьми Рассел научился отличать искренне влюблённый взгляд от обычного интереса. Андреа не смотрел на него глазами человека, готового сделать ради него всё. В его глазах читалось скорее любопытство, азарт и какое-то странное упрямство. Именно это и сбивало Джорджа с толку. Он никак не мог понять, чего на самом деле добивается этот студент. Пока что ему удавалось пресекать почти все попытки итальянца сблизиться. И, признаться честно, Джордж рассчитывал, что вскоре тому самому надоест эта бессмысленная игра. Однако одна мысль всё же не давала покоя. Если Кими второй раз тратил деньги, которые для обычного студента вовсе не были лишними, чтобы принести ему чай, значит, в этом была какая-то причина. В конце концов, выбрасывать напиток второй раз подряд уже казалось излишне принципиальным. Джордж устало вздохнул, ещё раз посмотрел на стаканчик в своих руках и сделал небольшой глоток. Впрочем, куда разумнее было бы, если бы Антонелли тратил своё время и деньги на подготовку к зимней сессии. До неё оставалось всего две недели, если не считать время рождественских каникул, и именно об этом, по мнению Джорджа, второкурснику следовало беспокоиться в первую очередь. Чай, который ему принесли, оказался вовсе не плохим. Напротив, вкус был приятным, мягким, без лишней горечи. Но у Джорджа были свои привычки и свои традиции. Чай для него был чем-то большим, чем просто горячий напиток. Он привык заваривать его определённым способом, выдерживая нужное время и соблюдая давно сложившийся ритуал. Поэтому этот чай, каким бы неплохим он ни был, не был похож на тот, который он действительно любил. Одного небольшого глотка оказалось вполне достаточно. Поставив стаканчик обратно на стол, Джордж устало выдохнул. Злиться на эту выходку сил уже попросту не осталось. День выдался слишком длинным, голова постепенно тяжелела, а впереди была ещё одна лекция. Пока Антонелли не стоял рядом, не пытался заговорить с ним и не вторгался в его личное пространство, Рассел был вполне готов оставить всё как есть. О Кими он думал не больше трёх минут. Поймав себя на этом, Джордж раздражённо покачал головой, решив, что уже уделил этому студенту слишком много внимания. Отодвинув стаканчик чуть в сторону, он открыл ноутбук, разложил материалы к занятию и спокойно вернулся к подготовке лекции, позволяя рабочим мыслям окончательно вытеснить из головы назойливого итальянца. Он не знал, что в это самое время Кими сидел этажом ниже, готовясь к предпоследней паре. Зато сам Кими был абсолютно уверен: Джордж уже увидел его подарок и именно эта мысль не давала ему покоя. Итальянца буквально сжирало любопытство. Как Рассел отреагировал? Выбросил ли чай сразу, как в прошлый раз, или всё-таки оставил? Попробовал хотя бы глоток? А может, ему даже понравилось? Он задумчиво крутил ручку между пальцами, почти не слушая шум вокруг. Перед глазами вместо конспекта то и дело всплывал образ британца, стоящего у своего стола со стаканчиком в руках. Кими невольно поправил кудри и тихо вздохнул. Как вообще можно было проверить, оценил ли Джордж этот жест? Не идти же к нему с вопросом: — «Мистер Рассел, вам понравился чай?» Хотя.. Кими на секунду задумался уже всерьёз. Уголки его губ медленно поползли вверх. Идея была откровенно глупой, но, если честно, когда это его останавливало? Он тихо усмехнулся собственным мыслям и снова провёл рукой по волосам, пытаясь придумать следующий шаг. Всё-таки сердце любой английской принцессы не завоёвывается за одну кружку чая. Нужно было продумать следующий шаг. Во-первых, Кими понимал, что Джордж должен к нему привыкнуть. Значит, нужно как можно чаще мелькать у него перед глазами: здороваться, иногда подходить после лекций, ненавязчиво появляться рядом. Постепенно это должно было стать для британца привычным. Заодно не мешало бы узнать о его интересах, привычках и о том, чем он вообще живёт вне университета. Только вот, если двигаться такими маленькими шагами, результата, казалось, придётся ждать до самой весны. Тем более Оливер всё чаще намекал, что процесс слишком затянулся. С начала спора прошла уже целая неделя, а Кими, по его мнению, так и не сделал ничего по-настоящему серьёзного. Поэтому пора было переходить от размышлений к действиям. Чем чаще Кими выводил Рассела из себя, тем сильнее убеждался, что это работает. Пусть Джордж реагировал раздражением, а не симпатией, зато реагировал. Для Антонелли это уже было лучше, чем полное безразличие. Главное было не перегнуть палку настолько, чтобы британец окончательно перестал его терпеть. Кими тихо вздохнул, сунув руки в карманы. До вторника оставалось несколько дней, а значит, времени придумать новый план было достаточно. Сегодня же была пятница. Пока никто не писал в общий чат о новой вылазке в паб или клуб, и, если честно, Кими был этому даже рад. После насыщенной недели ему хотелось не шумных вечеринок, а спокойного вечера дома. Иногда лучшим отдыхом были тишина, любимая кровать и возможность наконец ни о чём не думать. — Эй, Ким. Оливер, сидевший рядом, легко толкнул его локтем в плечо, вырывая из задумчивости. Кими поднял голову и вопросительно посмотрел на друга. — Есть планы на вечер? Стоило прозвучать этим словам, как Кими уже заранее понял, к чему всё идёт. Обычно после такого вопроса следовало предложение выбраться в паб, клуб или просто пройтись по городу. Но сегодня мысль куда-либо идти совершенно его не привлекала. — Нет. А что? Он перевёл взгляд на Оливера. В глазах британца тут же загорелся знакомый огонёк надежды. — Пойдём куда-нибудь? Кими лишь тяжело вздохнул. — Прости, мне хватило прошлых выходных. Оливер усмехнулся, но по выражению его лица было заметно, что отказ всё-таки расстроил его. — Да ладно тебе. Пойдём, развеемся. Не как в прошлый раз. Кими отрицательно покачал головой. Желание остаться дома сейчас перевешивало всё остальное. — Не хочу. Посижу дома... С сестрой поиграю. Оливер недоверчиво вскинул бровь. — Твоей сестре двенадцать лет. Во что ты с ней играть собрался? Кими тихо хмыкнул и пожал плечами, будто сам не знал ответа. — Неважно. Всё равно это лучше, чем снова куда-то идти. На несколько секунд между ними повисла тишина. По коридору неторопливо проходили студенты, кто-то громко смеялся, обсуждая планы на вечер, а за окнами всё так же моросил холодный дождь. Кими лишь рассеянно посмотрел в окно, окончательно убеждаясь, что сегодняшний вечер он хочет провести в тепле собственного дома. Оливер не успел сказать ничего в ответ, как по коридору разнёсся звонок, оповещающий о начале следующей пары. Разговор пришлось отложить. Какими бы интересными ни были планы на вечер, статистика сама себя слушать не собиралась. Кими устало откинулся на спинку стула, глядя на преподавателя, который начал объяснять новую тему. После насыщенной недели даже обычная пара казалась тяжелее, чем обычно. Оливер рядом что-то записывал, иногда хмурясь над формулами, а Кими пытался сосредоточиться, хотя мысли то и дело возвращались к Джорджу и его следующему шагу. Но пока что нужно было хотя бы пережить статистику.Кими вздохнул, открыл тетрадь и заставил себя обратить внимание на доску. Всё-таки сессия была уже близко, и даже самый важный спор в его жизни не отменял необходимость сдать предметы.

***

Когда закончилась последняя пара, Кими почувствовал себя почти счастливым. Ни для кого не было секретом, что последняя пара в пятницу всегда ощущалась тяжелее остальных. После целой недели ранних подъёмов, бесконечных лекций и попыток запомнить огромное количество информации даже самые простые вещи начинали раздражать. В конце недели концентрация уже держалась исключительно на силе воли, а стрелки часов словно двигались медленнее специально. Поэтому, когда прозвенел долгожданный звонок, Кими едва заметно улыбнулся. Эти полтора часа казались бесконечными, но теперь всё было позади. Впереди были выходные, никакой необходимости вставать рано и хотя бы два дня, когда можно было не думать о сессии, преподавателях и бесконечных конспектах. Он быстро собрал свои вещи, закинул рюкзак на плечо и вместе с друзьями вышел из аудитории. Габриэль сегодня решил неожиданно порадовать их своим присутствием. Обычно после пар он сразу уходил, особенно в последнее время, когда всё чаще пропадал в преподавательской из-за Нико, но сегодня сообщил, что у того какие-то дела и он свободен. Впрочем, подробностями никто особо не интересовался. Сам факт того, что вся компания снова была вместе, уже был достаточно приятным. Они неспешно направились к выходу из университета, обсуждая какие-то мелочи и перебрасываясь шутками. За окнами постепенно темнело, а холодный воздух с улицы сразу напомнил, что зима уже совсем близко. Студенты один за другим покидали корпус, кто-то спешил домой, кто-то обсуждал планы на вечер, а кто-то уже успел забыть обо всех проблемах этой недели. Ребята остановились возле автомата со снеками, который стоял в углу у входа. Кими, как обычно, решил взять что-нибудь перекусить, внимательно разглядывая выбор через стекло. Он несколько раз нажал на кнопку, но автомат будто специально решил проверить его терпение и не сразу отдал батончик. — Даже он сегодня против меня, — недовольно пробормотал итальянец, слегка постукивая по автомату. Оливер, стоявший рядом, усмехнулся. — Может, даже автомат понял, что тебе нужно меньше сладкого. Кими бросил на него возмущённый взгляд, но всё же не смог сдержать улыбку. После тяжёлой недели такие мелочи уже не раздражали, а скорее заставляли почувствовать, что обычная жизнь постепенно возвращается. — Да брось, я не так много сладкого ем. Габриэль только хмыкнул, скрестив руки на груди и посмотрев на него с явным сомнением. — Правда? Кими возмущённо вскинул бровь. — Естественно. Оливер и Габи переглянулись, даже не пытаясь скрыть своего недоверия. По их выражениям лиц было понятно: они оба прекрасно помнили все случаи, когда Кими внезапно появлялся с очередным батончиком, шоколадкой или чем-то сладким в руках. Сам итальянец лишь закатил глаза, решив не обращать внимания на их взгляды. Сейчас у него была куда более важная проблема, автомат, который, кажется, решил объявить ему личную войну. Он снова нажал кнопку, но ничего не произошло. — Ебанный автомат. Почему именно со мной происходит вся эта хуйня? Что бы его... Кими уже собирался продолжить возмущаться, но резко остановился. — Здравствуйте. Слова вырвались автоматически, когда он заметил фигуру всего в нескольких метрах от себя. Джордж Рассел. Очевидно, британец услышал большую часть его недовольной речи. Он стоял рядом с выходом, закутавшись в чёрную куртку, и выглядел так, будто только собирался покинуть университет. Холодный вечерний свет падал на его лицо, а волосы слегка растрепал ветер. Но, к удивлению Кими, взгляд Джорджа не был привычно раздражённым или осуждающим. Он лишь коротко посмотрел на него, словно оценивая ситуацию, и ничего не сказал. Для Антонелли это уже считалось хорошим знаком. Он понял, что другого момента может не быть. Резко повернувшись обратно к автомату, Кими ещё раз нажал на кнопку, на этот раз с большим усилием. К его удивлению, механизм наконец сработал, и батончик выпал вниз. Подхватив его, он даже не стал ждать друзей и быстрым шагом направился вслед за уходящим преподавателем. — Мистер Рассел! Кими догнал его через несколько секунд и поравнялся сбоку, стараясь выглядеть максимально спокойно, хотя внутри уже чувствовал знакомое волнение от очередной попытки завязать разговор. — Я хотел поинтересоваться, понравился ли вам чай. Кими спросил это с привычной улыбкой, стараясь звучать легко и непринуждённо. Он даже немного повернул голову, ожидая хоть какой-то реакции. Но Джордж остался абсолютно невозмутимым. Он продолжал смотреть вперёд, словно рядом с ним не шёл студент, пытающийся завязать разговор, а просто проносился шум улицы. Кими уже начинал подозревать, что британец каким-то образом научился выборочно притворяться глухонемым. Рассел лишь тяжело вздохнул. — Нет. Ответ прозвучал привычным холодным тоном, без единой эмоции. Кими на секунду замер. Ему казалось, что его мозг просто отказался воспринимать услышанное. Он терпеть не мог, когда люди так себя вели, будто любое проявление вежливости с его стороны автоматически заслуживало подобного ответа. Он потратил деньги, специально узнал, какой чай нравится Джорджу, подписал стаканчик, чтобы тот понял, от кого подарок. И всё ради того, чтобы сейчас услышать, что ему не понравилось? Хотя, если честно, Кими начинал сомневаться, кому из них двоих больше стоило учиться манерам. — Вы его выкинули? В голосе сразу появился акцент, выдающий раздражение. Кими тут же мысленно одёрнул себя, понимая, что ещё немного и он скажет что-нибудь, после чего о любом свидании с Расселом можно будет забыть навсегда. Но остановиться он уже не мог. Он открыто посмотрел на британца, пока тот спокойно продолжал идти в сторону парковки, совершенно не реагируя на его тон. — Возможно. Кими медленно выдохнул. Ему просто нужно было держать себя в руках.Но Джордж наконец повернул голову, внимательно посмотрев на него. И на мгновение ему показалось, что ситуация полностью поменялась местами. Обычно это его раздражал Антонелли своим голосом, а сейчас всё было наоборот. Теперь именно Кими выглядел человеком, которого вывели из себя. — Это да или нет? Итальянец нахмурился. Он совершенно не понимал, что именно пытался сказать ему британец. На самом деле чай никто не выбрасывал. Джордж его попробовал, оставил на столе и просто не хотел признавать, что этот жест был не настолько ужасным, как он ожидал. Но сказать это прямо означало бы уступить. А Рассел не привык уступать. — Это значит возможно. Кими почувствовал, как раздражение достигло своего пика. Ебанный Рассел. Ебанный спор. Он потёр переносицу, стараясь вернуть себе спокойствие. Нужно было думать перед тем, как говорить. Особенно рядом с человеком, которого он пытался расположить к себе. — Я всё равно принесу ещё один. Слова вылетели раньше, чем он успел их обдумать. Сам Кими удивился собственной настойчивости, но отступать не собирался. Джордж же лишь едва заметно усмехнулся про себя. Каким бы раздражающим ни был этот итальянец, одно было очевидно,что его напор никуда не исчезал. — Попробуйте. После этих слов между ними повисло странное молчание. Они прошли оставшиеся несколько метров до парковки, и каждый будто оказался погружён в собственные мысли. Вечерний холодный воздух неприятно пробирался под одежду, ветер трепал волосы, а вокруг постепенно становилось тише, большинство студентов уже разошлись по домам, оставляя университет позади. Кими шёл рядом с Джорджем, чувствуя, как раздражение постепенно смешивается с растерянностью. Он ожидал чего угодно: очередного холодного комментария, раздражённого взгляда или даже «Антонелли, идите домой». Но Рассел просто молчал. И это почему-то бесило ещё сильнее. Джордж, как обычно, выглядел так, будто полностью контролировал ситуацию. Он спокойно дошёл до своей машины, достал ключи и открыл дверь. Кими несколько секунд наблюдал за ним, пытаясь понять, почему именно этот человек настолько легко выводит его из себя. Он хотел сказать что-то ещё. Может быть, последнее язвительное замечание, чтобы не чувствовать себя проигравшим в этом разговоре. Но Джордж уже собирался сесть внутрь. И тогда терпение Кими окончательно закончилось. — А знаете что? Пошли вы... А лучше — пошёл ты со своими словами... Что именно он собирался сказать дальше, Джордж уже не услышал. Дверь машины закрылась, отрезая оставшуюся часть фразы. Впрочем, по лицу итальянца и его раздражённым жестам было понятно, что ничего особенно доброго там бы не прозвучало. Кими несколько секунд стоял на месте, глядя на закрытое окно машины. В глубине души он, возможно, ожидал какой-то реакции. Что Джордж откроет дверь, посмотрит на него и снова скажет что-нибудь своим раздражающе спокойным голосом. Но ничего не произошло. Тогда Антонелли резко развернулся и направился обратно, выглядя человеком, которого предали все вокруг, от автомата со снеками до британского преподавателя. И именно в этот момент Джордж улыбнулся, сам не понимая почему. Он всё ещё сидел в машине, положив руки на руль, и смотрел вслед удаляющемуся итальянцу. Раньше подобная выходка вызвала бы у него только раздражение. Он бы снова начал думать о том, насколько Кими импульсивный, громкий и не умеющий вовремя остановиться. Но сейчас всё было иначе, это не злило, а скорее забавляло. Возможно, дело было в усталости после длинного дня. Возможно, он просто начал привыкать к тому, что Антонелли постоянно появляется рядом и каким-то образом умудряется превращать обычные разговоры в небольшие катастрофы. Он всё ещё был слишком шумным, слишком уверенным в себе и слишком настойчивым. Но в этом была какая-то своя нелепая искренность. Джордж тихо выдохнул, покачав головой, одно было очевидно — после сегодняшнего разговора Кими точно не отстанет. Ситуация становилась всё более странной с каждым днём, и британец уже не был уверен, что хочет, чтобы она поскорее закончилась. Хотя он всё ещё надеялся, что оставшиеся две недели перед каникулами итальянец посвятит подготовке к сессии. Всё-таки экзамены были важнее любых странных попыток завоевать его внимание. Кими же вернулся к друзьям с таким выражением лица, будто только что пережил личную трагедию. В его голове Джордж Рассел окончательно стал самым раздражающим человеком на планете. Габи и Оливер внимательно выслушали весь пересказ их разговора, но, к удивлению Кими, никто не рассмеялся. Обычно они бы обязательно пошутили, подкололи его или начали обсуждать очередную странную ситуацию между ним и преподавателем. Но сейчас оба просто молча смотрели на него, потому что видели что Кими действительно был раздражён. А когда Антонелли находился в таком состоянии, лучше было не провоцировать его лишний раз. Одно неосторожное слово, и вместо шутки можно было получить пару нецензурных эпитетов в свою сторону. — Да брось. Оставь его, пусть остынет. Оливер говорил это спокойно, пока они шли по вечерней улице, пытаясь хоть немного привести друга в нормальное состояние. После университета город постепенно становился тише: редкие прохожие спешили домой, фонари уже освещали тротуары, а холодный воздух заставлял сильнее прятать руки в карманы. Но Кими, кажется, вообще не замечал ничего вокруг. — Он меня ещё вспомнит. Уверенно заявил итальянец, даже не пытаясь скрыть своё упрямство. Он всё ещё был задет. В его голове снова и снова прокручивался этот разговор у парковки, спокойный голос Джорджа и его вечное выражение лица, будто абсолютно всё происходящее вокруг его не касалось. Кими снова начал объяснять, насколько этот человек его раздражает, насколько невозможно с ним нормально разговаривать и как вообще можно быть настолько холодным. Оливер слушал его молча, иногда кивая, хотя по выражению его лица было понятно, он уже слышал подобное несколько раз. Впрочем, он прекрасно понимал Кими. Итальянец мог быстро вспылить, наговорить лишнего, а через несколько часов уже снова строить новый план, как добиться своего. Вскоре они дошли до дома Габи. Бразилец остановился у подъезда, попрощался с друзьями и, бросив напоследок пару слов, скрылся за дверью. Они с Оливером продолжили идти дальше вдвоём. Некоторое время между ними было молчание, пока Берман не решил снова заговорить. — Кими, мне кажется, тебе правда стоит куда-нибудь сходить сегодня вечером. Особенно со мной. В его голосе появилась лёгкая улыбка, и итальянец наконец немного расслабился. Он повернул голову, посмотрев на друга. После всего этого раздражения и бесконечных мыслей о Расселе идея провести вечер спокойно вдруг показалась не такой уж плохой. Возможно, ему действительно стоило отвлечься. — Посмотрим ещё. Ответил он, уже без прежнего раздражения. Оливер резко улыбнулся, заметив перемену в его настроении. Он прекрасно знал, что это не полноценное согласие, но для Кими уже было прогрессом хотя бы перестать злиться на весь мир. Они продолжили идти дальше, обсуждая уже совсем другие вещи, а вечер постепенно становился спокойнее.

***

Дома Кими всё-таки пришёл к выводу, что выбраться куда-нибудь сегодня будет неплохой идеей. После всего произошедшего с Джорджем ему хотелось перестать прокручивать этот разговор в голове. Чем дольше он о нём думал, тем сильнее раздражался, а провести весь вечер, мысленно споря с британцем, было бы откровенно глупо. Поэтому, он написал Оливеру. Тот согласился почти сразу, будто только этого и ждал. Габи ответил, что сегодня занят. Чем именно, уточнять не пришлось. И Кими, и Оливер одновременно подумали об одном человеке, поэтому лишь обменялись понимающими сообщениями. Ландо, как и ожидалось, отказаться не смог. Более того, он сразу написал, что придёт вместе с Оскаром. После этого в общем чате минут десять решалось, куда вообще идти. Вариантов было несколько: просто погулять по городу, зайти в какое-нибудь кафе или снова отправиться в паб. Про клуб Кими отказался говорить сразу.

KIM ANT

Я хочу провести субботу не умирая дома от похмелья

Категорично написал он, и возражать никто не стал. В итоге компания остановилась на недавно открывшемся пабе, который все давно хотели попробовать, но до которого постоянно не доходили. За час до встречи Оливер решил зайти к Кими, чтобы уже вместе поехать в центр. Когда дверь открылась, родители Антонелли встретили его с искренними улыбками. — Оливер! Проходи. Мама Кими почти сразу пригласила его внутрь, а отец дружелюбно пожал ему руку. Они любили Бермана ещё с первого курса. В их глазах он был спокойным, воспитанным и исключительно порядочным молодым человеком, который всегда производил хорошее впечатление. Сам Кими каждый раз с трудом сдерживал смех. Если бы родители хоть раз увидели этого «порядочного мальчика» ночью в клубе, их мнение изменилось бы очень быстро. Порядочные мальчики не танцуют на столах, не ломают мебель в приступе веселья и уж точно не отпускают настолько нецензурные комментарии в адрес преподавателей, что даже Кими иногда становилось неловко. Но дома Оливер выглядел образцовым студентом, вежливо здоровался, благодарил за чай и улыбался так искренне, что никто бы никогда не заподозрил в нём главного соучастника большинства их безумных историй. Вежливо отказавшись от чая, ребята поднялись в комнату Кими. Оливер чувствовал себя здесь почти как дома. Едва переступив порог, он без всякого стеснения бросил куртку на стул и развалился на кровати, тут же уткнувшись в телефон. Его совершенно не смущало, что хозяин комнаты ещё собирался. Сам Кими тем временем открывал один ящик за другим, пытаясь найти повербанк. — Да куда же я тебя засунул... Он нахмурился, перебирая вещи на письменном столе, заглянул в рюкзак, затем под кровать, но нужной вещи нигде не было. В этот момент дверь тихо открылась. — Kimi, dov'è la mia maglietta? В комнату заглянула младшая сестра Кими. Она была в домашней одежде, забавной пижаме с миньонами, из-за которой выглядела ещё младше своих лет. Девочка уверенно вошла внутрь, совершенно не ожидая увидеть здесь кого-то ещё. Заметив Оливера, она резко остановилась. На её лице тут же появилось смущение. — Привет, Оливер... Берман поднял голову от телефона и тепло улыбнулся. — Привет. Мэгги не слишком хорошо говорила по-английски, но всегда старалась быть вежливой с друзьями брата. Кими тем временем даже не отвлёкся от поисков. — E che ne so, Maggie? Perché mai dovrebbe essere in camera mia? Девочка недовольно поджала губы. — Non lo so. Spesso prendi le mie cose. На это Кими только усмехнулся. — Chiedi a tua madre. Controllo e poi ti faccio sapere. Ora vai. Почти одновременно с этими словами его пальцы наконец нащупали повербанк, затерявшийся между учебниками. — Нашёл. Он довольно поднял его вверх. Мэгги ещё раз тяжело вздохнула, бросила на брата недовольный взгляд и вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. Несколько секунд стояла тишина. Оливер всё это время с любопытством наблюдал за их разговором, хотя не понял из него практически ни слова. Наконец он хмыкнул. — Это звучало так... эмоционально. О чём вы вообще говорили? Кими усмехнулся, садясь рядом с другом на кровать и убирая повербанк в рюкзак. — Да ни о чём. Он пожал плечами. — Она искала свою футболку и, как обычно, решила, что её украл я. — А ты крал? Кими сделал вид, что глубоко задумался. — Не исключено. Не помню, если честно. Оливер тихо рассмеялся, уже прекрасно понимая, что в этой семье подобные перепалки были абсолютно обычным делом. — Как думаешь, что мне надеть? Кими задумчиво посмотрел в сторону шкафа, где аккуратными стопками лежали футболки, толстовки и несколько пар джинсов. Он на секунду задумался, словно выбор одежды был вопросом государственной важности. Оливер лениво перевернулся на кровати, даже не поднимая головы. — Что-нибудь, что не жалко. Кими повернулся к нему с недовольным видом. — Очень смешно. Берман наконец отложил телефон и усмехнулся. — Да ладно тебе, не до такой же степени. В итоге, перебрав почти весь шкаф и пару раз меняя решение, Кими остановился на чёрной облегающей футболке и своих любимых тёмных джинсах. Просто, удобно и вполне подходило для вечера в пабе. Оливер одобрительно кивнул. — Вот это уже лучше. Кими ещё раз посмотрел на себя в зеркало, пригладил непослушные кудри ладонью и, убедившись, что выглядит вполне прилично, накинул куртку. Через несколько минут они уже вызывали такси. До паба добрались быстро. На улице уже окончательно стемнело, а внутри было тепло, шумно и пахло жареным мясом, специями и чем-то сладким. За столиками сидели небольшие компании, негромко играла музыка, а за барной стойкой то и дело раздавался звон бокалов. Как ни странно, приехали они первыми. Пока ждали остальных, Кими и Оливер заказали себе по алкогольному коктейлю. Напитки принесли быстро, и они неторопливо потягивали их через трубочки, обсуждая какую-то бессмысленную ерунду: последние новости, преподавателей и то, сколько раз Ландо за неделю успел опоздать на пары. Разговор помогал скоротать ожидание. Минут через десять дверь открылась, и в паб вошли Ландо с Оскаром. Норрис выглядел подозрительно счастливым. Он улыбался так широко, будто только что выиграл миллион, а не просто пришёл встретиться с друзьями. Оскар, как обычно, шёл рядом с совершенно спокойным выражением лица. Они устроились напротив Кими и Оливера на мягком диванчике. Едва сев, Ландо оживлённо заговорил: — Ну что, рассказывайте, как дела? Как учёба? Как спор? Он с искренним любопытством посмотрел на Кими. Итальянец только устало вздохнул, сделав глоток коктейля. — Не хочу сейчас об этом говорить. Ландо понял намёк почти сразу и больше к этой теме не возвращался. Разговор быстро переключился на что-то другое. Ландо, как всегда, оказался главным рассказчиком вечера. Он с невероятным энтузиазмом пересказывал свежие университетские сплетни, рассказывал, кто с кем поссорился, кто провалил сдачу проекта, а кто неожиданно начал встречаться. Он так эмоционально размахивал руками и менял интонации, что остальные невольно начинали смеяться. Кими, наблюдая за ним, только покачал головой. Иногда ему казалось, что Ландо родился не в той профессии. С таким искренним интересом к чужой жизни ему впору было вести колонку со сплетнями или знать абсолютно всё обо всех студентах университета. И, судя по тому, как уверенно он рассказывал каждую новую историю, именно этим он мысленно и занимался. Вечер проходил удивительно спокойно. В этот раз они больше разговаривали, чем пили, и Кими это полностью устраивало. После напряжённой недели ему хотелось просто посидеть в хорошей компании, отвлечься от мыслей о сессии и хотя бы на несколько часов забыть о Джордже Расселе. Он постепенно расслаблялся, позволяя разговору течь своим чередом. Больше всех, как обычно, говорили Ландо и Оливер. Они перебивали друг друга, спорили из-за каких-то мелочей, вспоминали смешные случаи из университета и постоянно заставляли остальных смеяться. Оскар время от времени вставлял короткие комментарии, от которых почему-то становилось ещё смешнее. Иногда он просто молча смотрел на Норриса с едва заметной улыбкой, будто уже давно привык к его бесконечной болтовне. В остальное время австралиец спокойно пил свой напиток, не пытаясь перетянуть внимание на себя. Кими же на какое-то время вовсе перестал думать о том, что ещё пару часов назад был готов придушить одного британского преподавателя. Мысли наконец отпустили его. Он сидел, лениво покручивая трубочку в стакане, слушал друзей и иногда негромко смеялся. Именно таких вечеров ему, пожалуй, и не хватало. Так незаметно прошло около полутора часов. Когда почти все уже допили свои коктейли, Ландо, заметно повеселевший после нескольких бокалов, неожиданно хлопнул ладонями по столу. — Может, поедем в клуб? Его глаза загорелись привычным азартом, но Кими даже не дал ему договорить. — Нет. Ответ прозвучал настолько быстро, что Оливер усмехнулся. Оскар тоже покачал головой. — Если честно... я тоже не особо хочу. Ландо посмотрел сначала на него, потом на Кими и тяжело вздохнул. Против желания Оскара он обычно не спорил. — Ладно, уговорили. Он театрально развёл руками, изображая вселенскую несправедливость. Поэтому вместо шумного клуба они просто остались в пабе, заказали ещё по напитку и продолжили неторопливо проводить вечер, наслаждаясь редким моментом, когда никому никуда не нужно было спешить. Кими искренне понравился этот вечер. Домой он вернулся лишь около двух часов ночи, но, к счастью, в этот раз был в куда более вменяемом состоянии, чем после прошлой пятницы. Голова оставалась ясной, шаг не заплетался, а лёгкое тепло от выпитого алкоголя скорее расслабляло, чем мешало. Поднявшись на свой этаж, он как можно тише открыл входную дверь. В квартире царила привычная ночная тишина. Родители давно спали, как и младшая сестра, поэтому Кими старался не шуметь. Он осторожно снял обувь, повесил куртку и почти на цыпочках добрался до своей комнаты. Только закрыв за собой дверь, он наконец облегчённо выдохнул. Даже не переодеваясь сразу, он с тихим стоном упал спиной на кровать, раскинув руки в стороны. Матрас приятно прогнулся под его весом. Кими глупо улыбнулся, уставившись в потолок. Перед глазами один за другим всплывали моменты сегодняшнего вечера: бесконечная болтовня Ландо, спокойные комментарии Оскара, шутки Оливера, которые вызывали улыбку. Он поймал себя на мысли, что почти весь вечер ни разу не вспомнил о Джордже. И это оказалось неожиданно приятно. Наверное, именно так и ощущалось счастье, не что-то грандиозное, а такие простые вечера, проведённые рядом с людьми, с которыми можно быть самим собой. С этой мыслью Кими прикрыл глаза, всё ещё улыбаясь, чувствуя приятную усталость после долгого дня.