Плате

Тяжёлая, свинцовая тишина квартиры давила на уши. Юнги стоял посреди гостиной, и его взгляд метался от выключенного ноутбука на столе к пустой кружке на тумбочке. Пальцы, сжимавшие ремень дорожной сумки, побелели. Плохое предчувствие, зародившееся ещё в кабинете директора Хёнсона, теперь скатилось куда-то в самый низ живота, скручиваясь там в тугой, ледяной узел. Оно было липким и холодным, мешая дышать полной грудью.Хёнсон. Этот разговор до сих пор эхом отдавался в черепной коробке. «Командировка. Срочно. Вы лучший». А потом — щелчок. Словно ножницами перерезали нить. Юнги даже не успел возразить, как директор уже диктовал по внутренней связи распоряжения о перераспределении его пациентов. Попытка остановить его, воззвать к здравому смыслу наткнулась на ледяную стену. «Вы забываетесь, доктор Юнги. Это не обсуждается. Или вы летите, или мы пересмотрим условия вашего контракта. Вы же не хотите подвести клинику?». Манипуляция была грубой, но действенной. Страх потерять работу оказался слабее того иррационального ужаса, что сейчас сковывал его движения.Концентрация на поездке, которая и так была на нуле, окончательно испарилась. Юнги не понимал, что происходит. По телу пробежала мелкая, неконтролируемая дрожь, словно через него пропустили разряд тока. На лбу и затылке выступил холодный пот. Он мотнул головой, пытаясь сбросить наваждение, и сделал пару глубоких, рваных выдохов. Воздух казался густым и горячим.— Соберись, — прошептал он сам себе, но голос прозвучал чужим и хриплым.Он закинул сумку на плечо. В этот же момент телефон в кармане завибрировал. СМС от таксопарка: «Ваше такси ожидает вас бесплатно до 18:00».Ещё раз обведя взглядом квартиру, словно прощаясь с ней навсегда, Юнги выключил свет, провернул ключ в замке и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Лифт полз вниз невыносимо медленно, и каждая секунда тишины в кабине лишь усиливала гул крови в ушах. *** В салоне такси пахло дешёвым ароматизатором и застарелым пластиком. Юнги забился в самый угол заднего сиденья, прижимая к себе сумку как щит. — В аэропорт, пожалуйста. Водитель молча кивнул и вырулил на дорогу.Поездка превратилась в пытку. Юнги смотрел в окно на проносящиеся мимо огни вечернего города, но не видел их. Мысли были вязкими и пугающими. Он не мог понять источника своего страха. Это не был страх перед полётом или перед встречей с неизвестным заказчиком. Это было что-то глубинное, животное чувство надвигающейся катастрофы. Тело не слушалось: руки дрожали так сильно, что ему пришлось сцепить их в замок на коленях, чтобы водитель не заметил. В горле пересохло до боли, язык прилипал к нёбу.Такси остановилось у терминала. Расплатившись почти на автомате, Юнги выбрался наружу. Холодный воздух немного отрезвил.Дальше всё шло по отработанному сценарию, но каждое действие давалось с трудом.Он подошёл к стойке авиакомпании, протянул паспорт трясущейся рукой. Девушка за стойкой улыбнулась ему профессиональной улыбкой. — Добрый вечер. Багаж будете сдавать? Юнги покачал головой.        — Только ручная кладь. Он получил посадочный талон и поплёлся в сторону зоны контроля.Снял часы, ремень, выложил телефон и ноутбук в лоток. Проходя через рамку металлодетектора, он вздрогнул от резкого писка — оказывается, он забыл вытащить из кармана ключи. Снова эта дрожь.Он нашёл своё место в зале ожидания у окна с видом на взлётную полосу. Сел, но тут же вскочил и начал ходить туда-сюда. Мысли не покидали голову ни на секунду.Объявили посадку на его рейс: «Начинается посадка на рейс Korean Air: КЕ001 через выход номер 12». Юнги встал в нестройную очередь пассажиров.Телефон завибрировал снова. Сообщение от Хёнсона: «Удачного полёта! Уверен, вы нас не подведёте и сделаете всё как надо».Юнги сглотнул горькую слюну и убрал телефон.Очередь медленно продвигалась к «рукаву», ведущему к самолёту. С каждым шагом Юнги чувствовал себя всё хуже. Ненормальная дрожь вернулась с новой силой, колени стали ватными. Тело отказывалось подчиняться командам мозга «идти ровно». Кто-то из стоящих рядом пассажиров участливо тронул его за локоть: — Молодой человек, вам плохо? Может, позвать врача? Юнги резко дёрнул плечом, сбрасывая руку. — Я... Не надо! — выдавил он хрипло и отвернулся.В горле пересохло окончательно. Очередь сокращалась. Он уже видел бортпроводницу у входа в самолёт, которая проверяла посадочные талоны. Ещё пара шагов — и он окажется внутри этой металлической птицы.И в этот момент телефон зазвонил по-настоящему. Громко и требовательно в оглушающей тишине его собственного ужаса. На экране высветилось имя: Сид.Пальцы не слушались, соскальзывая с экрана, но ему всё же удалось нажать «принять». Он прижал телефон к уху так сильно, что стало больно. — Алло? Юнги? — раздался из динамика хриплый, надломанный голос Сида, прерывающийся судорожными всхлипами. — Сид? Что случилось? —прошептал Юнги, чувствуя, как сердце пропускает удар. — Юнги... Чимину... Чимину плохо! У него случился припадок... Он... он вроде как ударился головой... — голос Сида сорвался на хриплый стон и плач. — Помоги... пожалуйста...Мир рухнул.Внутри Юнги что-то взорвалось ледяной яростью и первобытным страхом за близкого человека. Все сомнения исчезли в одну секунду. — Я еду! Держи его! Не дай ему уснуть! — заорал он в трубку так громко, что люди вокруг обернулись.Не дожидаясь ответа, он сбросил вызов и рванул назад с такой скоростью, словно за ним гнались все демоны ада. Расталкивая пассажиров локтями, он бежал прочь от самолёта, прочь от очереди. Он слышал за спиной удивлённые возгласы и строгий голос бортпроводницы: – Сэр! Сэр! Посадка окончена!Вылетев из терминала на улицу, он судорожно открыл приложение такси трясущимися руками. — Аэропорт! Срочно! Любое такси! Быстрее! — заорал он в пустоту телефона.Машина нашлась мгновенно. Он запрыгнул на заднее сиденье ещё до того, как водитель успел полностью остановиться. — Гони! Гони быстрее! — прорычал Юнги водителю прямо в затылок.Водитель испуганно посмотрел на него в зеркало заднего вида и вжал педаль газа в пол так резко, что машина с визгом сорвалась с места.Они мчались по ночному шоссе обратно в город. Юнги сидел, вцепившись побелевшими пальцами в сиденье перед собой, глядя невидящим взглядом вперёд.А где-то там, высоко в чёрном небе над ними, мигая красными огнями, его самолёт совершал плавный разворот и ложился на курс для набора высоты.