Teach me

      Утренний свет пробивался сквозь плотные гостиничные шторы, когда Чонин осторожно выбрался из кровати. Сынмин всё ещё крепко спал, его дыхание было медленным и ровным, одна рука протянулась на то место, которое Чонин только что освободил. Чонин двигался бесшумно, натянул свободные спортивные штаны и худи, прежде чем выйти в коридор. Он прошёл по коридору до комнаты Чанбина и тихо постучал в дверь.       Чанбин открыл через несколько мгновений, волосы спутанные после сна, на нём были только боксеры. Его глаза слегка расширились при виде Чонина, стоящего так рано. — Чонин? Всё в порядке?

Чонин шагнул внутрь и закрыл за собой дверь.

— Да. Я хотел кое-что обсудить с тобой, пока все не проснулись. — Он говорил тихо. — Сегодня, когда группа пойдёт снимать и гулять, я хочу, чтобы Сынмин надел вибрирующий плаг. Не как занятие, просто для веселья. Я подумал, что сначала должен спросить тебя, раз уж вы встречаетесь.       Чанбин изучал его мгновение, затем по его лицу расплылась медленная ухмылка. — Ты хочешь подшутить над ним на публике?       Чонин кивнул. Ухмылка Чанбина стала шире. — Я за. Но только если у меня тоже будет контроль. У нас обоих должен быть контроль. — Договорились, — сказал Чонин без колебаний. Они обменялись быстрым поцелуем, прежде чем Чонин выскользнул обратно в коридор.       Когда он вернулся в свою комнату, Сынмин уже проснулся и натягивал чистую футболку. Он поднял взгляд, когда Чонин вошёл. — Куда ты ходил?       Чонин запер дверь и подошёл ближе. — Я говорил с Чанбином. У нас есть идея на сегодня.       Он объяснил план в деталях — Сынмин наденет плаг, пока они будут снимать и гулять, а Чонин и Чанбин будут контролировать вибрацию. Лицо Сынмина залилось глубоким румянцем. — Я не знаю, Чонин. Мы должны снимать для STAY. Что, если я возбуждюсь или издам звук? Все заметят.       Чонин шагнул ближе, голос спокойный и убедительный. — В этом часть веселья. Ты будешь единственным, кто знает, что происходит. Мы всё будем контролировать. И мы будем рядом с тобой всё время. — Он протянул руку и провёл пальцами по талии Сынмина. — Тебе понравилось использовать плаг на мне прошлой ночью, разве я не могу использовать его на тебе? Это просто следующий уровень.       Сынмин колебался, закусывая губу. После долгой паузы он выдохнул и кивнул. — Ладно. Но если станет слишком, мы остановимся. — Обещаю, — сказал Чонин.       Он достал из сумки вибрирующий плаг среднего размера и бутылочку со смазкой. Сынмин снял с себя остатки одежды и согнулся через край кровати. Чонин обильно смазал плаг, затем прижал округлый кончик к отверстию Сынмина. Он вводил его медленно, слегка поворачивая, пока самая широкая часть не скользнула за кольцо мышц, и плаг полностью не расположился внутри. Сынмин тихо выдохнул от ощущения растяжения. Чонин вытер руки и пока выключил вибрацию. — Он будет выключен, пока мы не будем готовы.       Они закончили одеваться и встретились с остальными участниками внизу. Поездка в фургоне до первого места съёмок поначалу проходила без происшествий. Сынмин сидел между Чонином и Чанбином на заднем ряду. На полпути Чонин небрежно сунул руку в карман и нажал кнопку на своём пульте. Плаг ожил, завибрировав на самой низкой настройке.       Бёдра Сынмина мгновенно напряглись. Он сохранял нейтральное выражение лица, глядя в окно, но его дыхание изменилось. Постоянная вибрация давила прямо на простату. Он заёрзал на сиденье, пытаясь найти положение, которое уменьшило бы ощущение. Чонин наблюдал, как пальцы Сынмина сжимались на бедре. Через минуту он увеличил интенсивность на один уровень. Дыхание Сынмина прерывисто выдохнулось.       Чанбин взглянул на него с усмешкой и достал свой собственный пульт. Он подождал, пока Сынмин на середине фразы отвечал на вопрос Феликса, прежде чем нажать на свою кнопку. Вибрация подскочила выше. Голос Сынмина сорвался на полуслове. Он закашлялся, чтобы скрыть это, но несколько участников повернулись, чтобы посмотреть. — Ты в порядке? — спросил Хёнджин. — Да, просто… горло пересохло, — выдавил Сынмин. Его член уже начинал твердеть в джинсах. Плаг пульсировал внутри него без остановки. Чонин убавил вибрацию на своём пульте, давая Сынмину краткую передышку, прежде чем Чанбин снова поднял её двумя минутами позже.       К тому времени, как они добрались до первого места съёмок, Сынмин был раскрасневшимся и дышал тяжелее обычного. Они высыпали из фургона и начали прогулку по живописной парковой зоне. Камеры уже работали, пока участники расходились, чтобы снять индивидуальные сегменты. Сынмин пытался сосредоточиться, но каждые несколько минут включался один из пультов.       Чанбин подождал, пока Сынмин встал перед камерой, объясняя что-то о местной архитектуре. Он включил вибрацию на среднюю мощность. Колени Сынмина почти подкосились. Он схватился за перила рядом с собой и выдавил улыбку, продолжая свою речь, даже когда его член болезненно пульсировал, упираясь в ширинку. Чонин подождал, пока Сынмин снова пошёл, прежде чем нажать на свой пульт, переключаясь между режимами — короткие импульсы, долгие ровные вибрации, быстрые всплески.       Сынмину становилось всё жарче с каждым шагом. Он держал руки в карманах, пытаясь скрыть растущий бугор. Когда они остановились для групповых кадров, он встал позади остальных, чтобы никто не заметил. Плаг продолжал работать внутри него, давя и вибрируя на том чувствительном месте. Предэякулят уже начал выступать, оставляя влажное пятно на нижнем белье.

***

      Они переместились в кафе на обед. Группа заняла длинный стол у окна. Сынмин снова сидел между Чонином и Чанбином. Как только официант ушёл, Чонин включил вибрацию на полную мощность. Интенсивная вибрация заставила зрение Сынмина на секунду помутнеть. Он прикусил внутреннюю сторону щеки так сильно, что почувствовал вкус крови. Его член теперь стоял полностью, натягивая джинсы. Он скрестил ноги под столом и попытался сосредоточиться на меню.       Чанбин наклонился ближе под предлогом того, что тоже смотрит меню. — Ты так хорошо справляешься, щенок, — прошептал он.       Отверстие Сынмина сжалось вокруг плага, и его бёдра дёрнулись непроизвольно. Он ударился коленом о ножку стола, и несколько участников обернулись. — Извините, — пробормотал он.       Поддразнивание продолжалось в течение всего обеда. Каждый раз, когда Сынмин пытался откусить кусочек, один из них менял режим. Короткие, резкие импульсы заставляли его член дёргаться. Длинные, глубокие вибрации заставляли его бёдра дрожать. К тому времени, как они закончили есть, Сынмин слегка вспотел, а его дыхание стало поверхностным. Он извинился и направился в туалет, заперев за собой дверь.       В кабинке он прислонился к стене и прижал руку к своему члену через джинсы, пытаясь снять давление. Плаг всё ещё ровно вибрировал. Он чувствовал, как оргазм быстро нарастает. Как раз когда он был готов кончить, вибрация полностью прекратилась. Чонин выключил его. Сынмин выдохнул дрожащим вздохом облегчения, смешанного с разочарованием.       Когда он вернулся за стол, и Чонин, и Чанбин ухмылялись. Они продолжили игру, когда группа переместилась на следующую локацию — оживлённую торговую улицу, где они должны были снимать неформальное общение с фанатами и местными жителями. Постоянная ходьба заставляла плаг смещаться внутри Сынмина с каждым шагом.       Сынмин пытался сохранять сосредоточенность во время своих сегментов. Он улыбался в камеру, отвечал на вопросы и взаимодействовал с остальными, но его тело предавало его. Его член оставался каменным, постоянно сочась. Джинсовая ткань тёрлась о чувствительную головку при каждом движении. Ему приходилось постоянно менять позу, перенося вес с ноги на ногу.       В какой-то момент они снимали групповой танцевальный челлендж посреди улицы. Заиграла музыка, и все начали двигаться. Чанбин подождал, пока Сынмин был в середине поворота, прежде чем снова включить плаг на максимальную мощность. Колени Сынмина почти подкосились. Он споткнулся, удержавшись в последнюю секунду, но внезапная интенсивная вибрация на простате заставила его зрение на мгновение помутиться. Маленький, отчаянный всхлип вырвался из его горла, прежде чем он смог его остановить.

Несколько участников повернулись, чтобы посмотреть.

— Сынмин? Ты в порядке? — с беспокойством спросил Минхо.       Сынмин выдавил смех, который даже для его собственных ушей прозвучал напряжённо. — Да, просто… споткнулся о свои же ноги.       Вибрация опустилась ниже, но не выключилась. Сынмин чувствовал, как пот стекает по спине. Его нижнее бельё теперь промокло от предэякулята.       Они продолжали съёмки ещё час. Каждая новая локация приносила новые испытания. На смотровой площадке с живописным видом Чонин включил плаг, пока Сынмин пытался произнести проникновенное послание для STAY. Его голос дрогнул. Ему пришлось сделать паузу и дважды прочистить горло. Чанбин подождал, пока Сынмин обнимал Феликса для камеры, прежде чем снова нажать на свой пульт. Внезапная вибрация заставила руки Сынмина непроизвольно сжаться вокруг Феликса.       Феликс рассмеялся: — Ого, сегодня крепкие объятия. — Извини, — выдавил Сынмин, быстро отпуская его. Его лицо горело.       К середине дня Сынмин едва держался. Его член ныл от желания кончить. Каждый шаг посылал искры удовольствия по всему телу. Плаг был включён почти постоянно в течение последнего часа, переключаясь между разными интенсивностями и режимами. Его бёдра дрожали. Ему приходилось сдерживать стоны.       Они остановились в ещё одном кафе, чтобы выпить. Сынмин сел осторожно, поморщившись, когда плаг сместился глубже. Чонин и Чанбин снова сели по обе стороны от него. Как только напитки принесли, вибрация снова началась — хаотичная и ошеломляющая. Рука Сынмина так сильно дрожала, что он чуть не пролил свой напиток.       Он поставил чашку и вцепился в край стола. Его член пульсировал болезненно. Он был так близок к оргазму, что едва мог мыслить. Плаг неумолимо давил на простату, посылая волну за волной удовольствия через него. Его дыхание стало прерывистым. Маленький всхлип вырвался наружу, прежде чем он успел его остановить.       Чан взглянул на него через стол. — Сынмин, ты странно себя ведёшь весь день. Ты в порядке?       Сынмин открыл рот, чтобы ответить, но очередной импульс плага заставил его подавиться словами. Он прикрыл это кашлем. — Просто… устал после вчерашней церемонии.       Чонин слегка убавил вибрацию, давая Сынмину мгновение, чтобы перевести дыхание. Постоянного низкого гула всё ещё было достаточно, чтобы держать Сынмина на грани. Он заерзал на сиденье, пытаясь найти облегчение, но каждое движение только заставляло плаг сильнее давить на то чувствительное место.       Группа допила напитки и направилась обратно к фургону. Сынмин шёл медленно, каждый шаг посылал толчки удовольствия через его тело. Его джинсы спереди были влажными от предэякулята. Он держал руки в карманах, пытаясь скрыть очевидный бугор.       В фургоне он снова сел между Чонином и Чанбином. Сынмин выгнул спину на сиденье, когда вибрация полностью прекратилась. Его член сильно пульсировал внутри джинсов. Он был в секундах от оргазма.       Чонин наклонился к его уху. — Не кончай пока. Держи.       Сынмин закусил губу так сильно, что она почти пошла кровью. Фургон тронулся. Каждая кочка на дороге заставляла плаг смещаться внутри него. Вибрация снова началась. Его бёдра дрожали неконтролируемо. Он чувствовал, как оргазм нарастает, теперь уже неостановимо.       Чанбин поднял свой пульт ещё на одну ступень. Внезапное усиление переполнило чашу терпения Сынмина. Его член резко дёрнулся в джинсах, когда он кончил. Сперма залила нижнее бельё, пропитав ткань насквозь и создав заметное влажное пятно на передней части джинсов. Всё его тело сотряслось от силы разряда. Из его горла вырвался сорванный стон, прежде чем он успел его остановить.       Весь фургон затих. Несколько участников обернулись, чтобы посмотреть. Сынмин сидел неподвижно, лицо горело от унижения и остаточного удовольствия. Плаг всё ещё гудел внутри него, растягивая оргазм, пока он не начал дрожать. — Сынмин? — голос Чана был обеспокоенным. — Что случилось?       Сынмин не мог вымолвить ни слова. Его член всё ещё подёргивался, и с каждым пульсом плага вытекало всё больше спермы. Чонин наконец выключил свой пульт. Чанбин последовал за ним секундой позже. Внезапное отсутствие вибрации оставило Сынмина чувствовать пустоту и излишнюю чувствительность. — Я… я, наверное, заболеваю, — слабо выдавил Сынмин. — Спазмы в животе или что-то в этом роде.       Участники приняли это объяснение с разной степенью беспокойства. Остаток поездки до отеля прошёл в тишине. Сынмин сидел в своих мокрых джинсах, чувствуя, как сперма остывает на коже. Его лицо оставалось раскрасневшимся всю дорогу.       Когда они наконец добрались до отеля, Сынмин практически побежал к лифту. Чонин и Чанбин последовали за ним в более небрежном темпе. Как только они втроём остались в коридоре, Чанбин схватил Сынмина за руку. — Это было чертовски горячо, — прошептал он. — Ты так сильно кончил.       Лицо Сынмина запылало ещё сильнее. — Я не мог сдержаться. Вы двое были безжалостны.       Чонин открыл их комнату и втащил Сынмина внутрь. Чанбин последовал за ними, запирая дверь. Как только они остались одни, Чонин прижал Сынмина к стене и глубоко поцеловал. Его рука скользнула вниз, сжимая всё ещё твёрдый член Сынмина через влажные джинсы. — Ты так хорошо справился сегодня, щенок, — прошептал Чонин ему в губы. — Выдержал всё, что мы тебе дали, не сломавшись.       Чанбин встал позади Сынмина, прижимаясь к его спине. Его руки скользнули под футболку Сынмина, пальцы провели по разгорячённой коже. — Теперь время твоей награды.       Они быстро раздели Сынмина, отбрасывая его одежду в сторону. Плаг всё ещё был внутри него, блестя от смазки. Чонин просунул руку между ягодиц Сынмина и медленно извлёк его. Отверстие Сынмина сжалось вокруг пустоты, всё ещё чувствительное после часов стимуляции.       Чанбин направил Сынмина к кровати и толкнул его вниз, поставив на руки и колени. Он смазал свой член смазкой и прижал головку к отверстию Сынмина. Одним плавным толчком он погрузился до основания. Сынмин громко застонал, подаваясь назад навстречу ему.       Чонин встал перед Сынмином и ввёл свой член в его рот. Сынмин с жадностью принял его, сильно сося, пока Чанбин начал двигаться. Позиция позволяла Чанбину проникать глубоко, попадая в простату Сынмина при каждом движении. Член Сынмина уже снова стоял, раскачиваясь между ног при каждом толчке.       Они трахали его так несколько минут, прежде чем поменяться. Чонин занял место позади Сынмина, пока Чанбин переместился к его рту. Толчки Чонина были медленнее, более контролируемыми, но не менее интенсивными. Он протянул руку и гладил член Сынмина в такт своим движениям.       Сынмин кончил снова в течение нескольких минут, выстрелив на простыни. Его отверстие сжалось вокруг члена Чонина, выжимая его.       Чонин застонал и толкнулся глубже, наполняя Сынмина горячей спермой. Чанбин последовал вскоре за ним, выходя изо рта Сынмина и надрачивая себя, пока не покрыл спермой лицо и грудь Сынмина.       Они рухнули вместе на кровать, тяжело дыша. Сынмин лежал между ними, отмеченный спермой и потом. Чонин мягко гладил его по волосам. — Ты был идеален сегодня.

Чанбин поцеловал Сынмина в плечо.

— Мы гордимся тобой, щенок.       Сынмин устало улыбнулся, уже погружаясь в сон. День был напряжённым, ошеломляющим и невероятно возбуждающим. Он знал, что впереди будет ещё много таких дней. Больше поддразниваний, больше контроля, больше удовольствия. И он с нетерпением ждал каждого из них.