Вопрос славы

— Санта, ты придурок,— сразу слышится по ту сторону телефона. —  Ты хоть иногда можешь послушать меня? Я же говорил: молчи, говори только по делу. — Пувин, угомонись. У меня и так бошка раскалывается. — В смысле „подумать“? У тебя с головой всё в порядке? Такого шанса может больше не быть. Хоть иногда думай о… — Закрой рот, — в ответ тянет Санта, наигранно хныча. — Пу, я сам решу, как мне будет лучше. Не попаду к ним — попаду к другим. Это не трагично. — Ты состаришься и сдохнешь в одиночестве со своим самолюбием. — Я этого и добиваюсь. Пувин, мне, честно, без разницы. Меня в этой компании устраивает всё, кроме отсутствия свободы. Ты же сам понимаешь, что меня запрягут, как хомяка в клетке, и я буду бегать по этому колесу, пока не собьюсь с ног. Я так не хочу. Мне нужна свобода. Я хочу быть как фрилансеры: свободный выбор, разные заказы. Я не смогу в этой однотипности. — У них много контрактов с знаменитыми компаниями. Из однотипного там только модели и не более. Санта вздыхает. Всё слишком запутано. — Я могу посотрудничать с их артистами? Смогу понять принципы и тогда уже точно решить. — Два-три месяца придется ждать. Я посмотрю. *** Вспышки камер со всех сторон. Дорогая аппаратура находилась под строгим надзором и бережным отношением. Всё самое лучшее именно здесь. Перт присутствовал на съёмке для нового журнала ювелирной компании: нужно было показать украшения новой коллекции с лучших сторон.  Из головы у него не вылетает тот парень с дерзким характером.  После него они никому не предлагали сотрудничество. Ждали ответа. Обычно за день клиентов много , а тех, кого хочется присвоить себе — ещё больше. Но сейчас хотелось знать, будет ли здесь очередной взлёт, или всё-таки передвижение по вертикальной строке не начнётся.  — Ты сам не свой. Даже не командуешь. Понд Наравит Летраткосум. Тот, кто входит в тройку лучших моделей здесь. Тот, кто поднял популярность не только себе, но и этой организации. — Это не моя работа. Сухо. Незаинтересованно. В этом весь Перт. Когда он присутствовал на съёмках, бывали моменты, когда приходилось сказать свое мнение. Но,в основном,только с Пондом. Он поймёт и не обидится. Сделает сразу так, как надо. — Ты закончил? — тут же продолжает Танапон, не двинув ни одной частью тела: только глаза отводит. Он — надзиратель. Тот, кто даже без действий всё подстраивает под идеал.  — Перерыв.  — Сейчас кто? — Милк. Перт отталкивается от стены. Есть люди, в которых он не сомневается в рабочее время. Эти двое  в том числе.  — Пошли. Он заходит в гримёрку — Понд следом. — Как дела с той моделью? — Молчит. — Даже недели не прошло, а ты уже так тревожишься. Забей на него, от таких польза, ты сам знаешь, своевременная. Есть он, нет его — разница невелика. Танапон кивает. Понд прав. Таких, как Санта, ещё куча — не захочет он, значит захочет кто-то другой.  Неделя — уже долго. Это первое и, можно надеяться, последнее исключение. Вот только в груди от этой мысли неприятно сдавливает. От него может и быть значительная польза. Такой работник будет хорошим решением. — С ним лично сложно связаться, — всё равно продолжает Перт. — Все вопросы через менеджера. Вот только ответы все размытые: никаких лишних вопросов и всё по делу. — А с каких пор это проблема для тебя? —  искренне удивляется Наравит, пока заменяет старый образ на новый. Пока Перт здесь — никто не зайдет без приглашения. — Перт, вспомни, как сложно было с последними моделями, которых ты брал. Приходилось чуть ли не писать всем, к кому они привязаны, просто чтобы тебя взяли во внимание. Возьми и напиши ему лично. Он не откажет.    Эта идея впилась в голову. Их первая встреча организовалась лично: без менеджеров, без компаний и без всего прочего. Перт написал — Санта увидел. Единственное, что волновало, так это то, что такое появление будет не совсем корректным. Но кто сказал, что выходить за рамки правил нельзя? Бизнес строится на лжи и хитрости: по-другому не выжить. Вечером этого же дня Перт действительно написал Санте. Напрямую. Без Пувина. Так быстрее и эффективнее. «Сколько тебе ещё нужно времени на то, чтобы дать ответ?» Прямо. Без лишних слов.   Сообщение было прочитано почти сразу. Ответ последовал через минуту: «Для начала — Здравствуйте.» «И для конца — аккаунт для связи у меня в описании. На сообщения лично не отвечаю.» Пувину всё-таки пришлось написать. Нужно было расписание Санты, которое добыть оказалось сложно, но невозможным не было. «Завтра в семь. В Ресторане около здания офиса. Без опозданий.» Статус «Прочитано». Ответа нет. Санта наверняка уже знает, поэтому не перечит. *** Низкое, не особо приметное здание:  вся масса ушла на его ширину и длину, всего два этажа. Все столики на террасе первого этажа были заняты — на балконе второго оставалось всего пару свободных мест. На потолках виднелись роскошные люстры больших размеров, которые являлись основным источником света здесь. Играла классическая музыка — сегодня не живая: был выходной в связи с каким-то важным мероприятием. Санту еле как удалось уговорить надеть что-то в более официально-деловом стиле: чёрные джинсы , от которых он всё-таки не смог отказаться; белая рубашка, на которой расстегнуты две верхние пуговицы. Сверху — кожанка, ведь на улице уже было прохладно.   В последнее время было слишком много работы, в виду которой он не мог носить то, что ему нравилось. Перта найти было легко.  Крайний, отстраненный ото всех столик.  Среди всех Танапон был белой,а точнее чёрной,вороной.  Оно приветствуют друг друга, и Понгсапак садится на стул напротив. Он даже не взглянул на меню и не притронулся к уже стоявшему стакану с водой.  Подошел официант. На столе оказалась бутылка. Опять вино. Санта отворачивает голову, пока Перт не медлит, уже разливая  напиток по бокалам. — У меня ивент завтра, — произносит Удомпоч, опять смотря на напротив сидящего, — Я не буду. — Отказывать клиентам плохо, знаешь? Санта наклоняется вперед. — Напаивать медийных личностей для того, чтобы они согласились на ваши условия, тоже плохо. — Ты не быстро пьянеешь. Тебе не страшно. Это первая и последняя. Выйдет на два-три бокала на человека. Санта раздражается. Не хотелось на фотографиях с завтрашнего мероприятия выглядеть плохо. Качество у этих камер отвратительно хорошее, а фотографы, как обычно, находят самые „лучшие“ ракурсы. — Я не буду платить. — Я угощаю, — Перт разворачивает к нему уже открытое меню. — Возьми что-то. — Я не голоден. Давайте сразу к делу. Танапон усмехается. Такое поведение его точно доканает, а  все спонсоры, услышав, сбегут. Когда официант вновь появляется у столика, Перт делает заказ себе, заодно и выбирает Санте лёгкий салат. — Я читал условия, о которых Ты говорил.  Вкратце: тебе просто нужна возможность контакта с другими фирмами?  — Мне нужен доступ к свободе моих действий и слов. Я не собираюсь быть индивидуальным лицом, если не смогу появляться нигде, кроме как у Вас. — Мы сотрудничаем с многими компаниями. Знаменитые артисты, когда приходили к нам, становились лишь популярнее. Почему ты думаешь, что не получится у тебя? — Мне нужно разнообразие. Я не люблю сидеть на одной точке и видеть то, что всегда одинаково. Я хочу видеть себя с разных сторон и хочу, чтобы люди это тоже наблюдали. — Твой путь тебе проложили родители, верно? Именно сейчас ты на такой вершине. У Санты начинается шум в ушах от такого. Все вокруг становится размытым. Короткие ногти впиваются в ладонь. Он на грани, чтобы не сорваться, но не хотелось закончить встречу с позором. Приходится прийти в себя. Рука всё-таки тянется к бокалу, содержимое которого расслабляет. — Я сам. Всё сам. Собственными усилиями и трудом. От меня не было никогда ни слова о родителях в каких-либо интервью, от них обо мне — тоже. Перт также отпивает, не сводя взгляд с Санты. В глазах заиграл хищный огонь. Теперь он знает одну из чувствительных точек, на которую, в случае чего, можно надавить. — Закроем тему. Идём к делу. Вы ознакомились с тем, что требую я. Я знаю, что нужно Вам. Меня устраивает почти всё, кроме некоторых пунктов, которые Вам уже известны. — Вечером я их пересмотрю и свяжусь с твоим менеджером. Завтра хочу слышать твой ответ.  Глубоко вздохнув и натянуто улыбнувшись, Санта кивает. — Давай забудем о работе. Хотя бы на час. В глазах Понгсапака сразу непонимание. Их заказ уже принесен. Приходится молчать и всё-таки приступить к трапезе. — Будем просто молчать, есть и пить всё это время?  Не сказать, что идея плохая, но явно дискомфортная. — Хочу узнать тебя лучше. — В интернете всё написано. — Я не читаю такое. Ты для меня открылся с новой стороны. О добром характере, о котором там, вероятно, написано, речи нет. Санта вновь делает несколько глотков. Становится забавно со всей ситуации.  — Хорошо, — отвечает он спокойнее, тише, но так, чтобы было слышно. — Давай поговорим.